ПАЛЕОПАТОЛОГИЯ

 

Внешний облик и скелет великого князя Андрея Боголюбского

 

 

князь Андрей Боголюбский

Андрей Боголюбский. Прежние братские отношения между последними заменяются отношениями подданства; Андреем Боголюбским было произнесено "роковое слово...

 

Князь Андрей Боголюбский. Перенос столицы княжества во...

Андрей Боголюбский (1157—1179) не мог не учесть условий, сложившихся в Ростово-Суздальской земле, которые обеспечивали возможности роста княжеской власти именно здесь.

 

Убиение князя Андрея Боголюбского - готовые курсовые по...

УБИЕНИЕ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО (Перевод). И был у него (Андрея) любимый им слуга Яким. Яким услышал от кого-то, что князь велел казнить его брата, и по

 

 

В декабре 1934 г. историк Н. Н. Воронин привез скелет и просил детально исследовать его и выяснить те особенности, которые могли бы облегчить идентификацию личности. Скелет был нам передан без каких бы то ни было пояснений, указаний или предположений.

 

Предварительное исследование, выполненное нами при участии В. С. Майковой Строгановой, позволило установить наличие старых заживших ранений и большого числа «свежих» ранений без реактивных изменений. Свежие ранения были нанесены неодинаковым оружием с целью не ранить, а во что бы то ни стало убить человека. Рентгенологическая экспертиза позволила установить ряд обстоятельств, при которых произошло убийство человека, отличавшегося весьма характерным обликом.

 

Установленные нами данные настолько соответствовали летописным сведениям о великом князе Андрее Боголюбском, что вызывавшая сомнения принадлежность скелета данной исторической фигуре становилась бесспорной.

 

Настоящее сопоставление наших данных с летописными, которые нам в то время были неизвестны, представляет яркую иллюстрацию возможностей, которые открывает рентгеноантропологическое исследование и для историка, желающего не только проверить точность записей летописцев, но и дополнить их новым материалом.

 

После Ярослава Мудрого и особенно после его внука Владимира Мономаха наступил период феодальной раздробленности Руси. В XI и XII столетиях в связи с экономической и политической замкнутостью отдельных областей – княжеств формируются локальные варианты русской культуры.  После многих лет полной или частичной независимости удельных княжеств Андрей Боголюбский был первым русским князем, целеустремленно действовавшим по пути уничтожения удельных княжеств и создания единого государства с новым центром в стольном городе Владимире на Клязьме.

 

Личность Андрея Боголюбского, крупнейшего феодала XII столетия, достаточно ярко очерчена летописями. Князю Андрею, сыну Юрия Долгорукого (основателя Москвы), пришлось действовать в очень сложной политической обстановке, в период упадка Киева, чему он всемерно содействовал. Уход князя Андрея на север, наступление на самостоятельность местного суздальского боярства, ориентация в известной мере на торгово ремесленное население, столкновения с младшими княжьими линиями и их подчинение, наконец, знаменитый разгром «матери городов русских» Киева в 1169 г. и превращение его в рядовой город – все это создавало тот облик Андрея, который характеризовался чертами «самовластия», определявшего «новый тип русского князя». Он подчинил Муром и Рязань, но не мог выполнить более широких планов, осуществленных спустя два столетия московскими «собирателями земли русской». Во время подготовки к борьбе с южными князьями князь Андрей падает жертвой боярского заговора летней ночью 1174 г. (на 63 м или 64 м году жизни).

 

Что же было установлено нами на присланном скелете? Не останавливаясь на тех особенностях, которые могли быть выяснены на основании антропологического исследования, мы лишь отметим, что соответствующий скелет принадлежал мужчине довольно грацильного телосложения. Рост стоя этого человека должен был приблизительно равняться 170 см. Проявления старения со стороны скелета в некоторых отделах были мало выражены и ослаблялись наличием ряда ювенильных особенностей. В этих случаях имеется несоответствие между «паспортным» и физиологическим возрастом («костным возрастом»). Боголюбский казался моложе, правильнее, он вовсе не был столь стар, как об этом можно судить по его возрасту. Это расхождение между паспортным и костным возрастом отражает своеобразие конституциональных и эндокринных особенностей. Раскрыть это своеобразие можно было лишь на основании детального рентгеноантропологического исследования скелета.

 

Протокол исследования дает следующую картину.

 

Череп – долихоцефалический. Несколько убегающий назад лоб. Умеренное обызвествление места прикрепления выйной связки. Швы отчетливо выступают (за исключением латеральных отделов венечного шва и в области sutura occipito mastoidea).

 

Рельеф черепа выражен умеренно.

 

Старческих изменений не видно.

 

В затылочной кости (121, А ), в левом верхнем отделе ее чешуи, дефект в виде рва, длина которого равна 2 см, глубина 2–3 мм, ширина 3 мм. Края дефекта ровные. Перед нами изменения на почве удара рубящим оружием – мечом или боевым топором (секирой). Справа в области processus zygomaticus ossis frontalis и несколько выше обнаружен ромбовидной формы дефект кости (121, Б ) в результате ранения колющим оружием – копьем, рогатиной или кинжалом. От верхнего угла ромбовидного дефекта идет трещина к венечному шву. Рентгенографическое исследование не обнаружило реактивных изменений вокруг дефектов в указанных отделах черепа. Это «свежие» ранения без каких бы то ни было следов заживления.

 

Из иных особенностей, обнаруженных на рентгенограммах черепа, отметим следующее. Сагиттальный размер турецкого седла и его глубина 10 мм. Перед нами инфантильный индекс седла. Спинка седла высокая. Основная пазуха пневматизирована почти на всем протяжении, частично пневматизирована и спинка. Лобная пазуха умеренных размеров. Перечисленные особенности характерны для тех вариантов еще нормальных конституций, которые, однако, характеризуются сохранением ювенильных особенностей, а также повышенной функцией щитовидной железы – некоторым гипертиреоидизмом.

 

Левый сосцевидный отросток склерозирован, особенно в периферических отделах. Изменения на почве преодоленного хронического отита и мастоидита.

 

На верхней челюсти слева сохранились зубы: 4 й, 5 й, 7 й, 8 й, а справа – 6 й, 7 й. Зубы в хорошем состоянии. Коронки зубов на нижней челюсти стерты. Кариеса нет. Суставная поверхность сочленовных отростков без изменений (в частности, старческих).

 

Позвоночник. Краевое костное разрастание на зубовидном отростке II шейного позвонка. Проявление артроза на смежных суставных поверхностях I и II шейных позвонков. Врожденное костное срастание между II и III шейными позвонками справа (121, В ).

Изменения на почве остеохондроза диска между V и VI шейными позвонками. Задний «хрящевой» узел на нижней поверхности тела VII шейного позвонка. Описанные изменения в шейном отделе позвоночника, как врожденные, так и возникшие в дальнейшем, должны были обусловить резкое ограничение движений. Боголюбский в старости почти не сгибал шеи.

 

Верхние грудные позвонки нормальные, в нижних грудных – «хрящевые» узлы. Небольшие краевые костные разрастания на фасетках для сочленения с ребрами (возрастные изменения). Небольшой хрящевой узел на I поясничном позвонке. Умеренный спондилоз нижних поясничных позвонков.

 

Широкий короткий крестец. Сохранились следы самостоятельности отдельных сегментов крестца – ювенильная особенность ().

 

Грудина и ключицы. Все три отдела грудины слились. Следует отметить конституциональную особенность – сохранение следов сегментарного строения тела грудины () – это ювенильная особенность. Артроз в области грудино ключичных сочленений резче выражен справа. На верхней поверхности левой ключицы неглубокий «свежий» дефект на почве ранения рубящим оружием. Реактивных изменений нет.

Ребра. Обызвествление реберных хрящей всех ребер. Небольшие краевые костные разрастания в костовертебральных и костотрансверзарных суставах – возрастные изменения.

 

Скелет кисти представлен грацильными костями со слабо выраженным рельефом (шероховатости у места прикрепления сухожилий и связочного аппарата мало выступают). Проявления старения в средних фалангах.

Сохранение поперечных тяжей в области бывших метаэпифизарных зон почти всех коротких и всех длинных трубчатых костей () – признак отчетливо выраженного субгенитализма.

 

Деформация дистального отдела правой локтевой кости, а также головчатого возвышения левой плечевой кости и, кроме того, одной из фаланг правой кисти на почве старых заживших травм и переломов (ранений). В деформированной фаланге рентгенографически определяется кистовидный участок (травматического происхождения).

 

На II и III пястных костях слева отсутствует часть головки без реактивных изменений () на почве «свежего» ранения рубящим оружием (мечом или саблей). Свежее ранение дистального отдела обеих костей левого предплечья (123, Б) и на границе верхней и средней трети тех же костей. Лучевая кость в соответствующем отделе полностью рассечена (проксимальный отломок нам не был прислан). Такой же удар рубящим оружием (мечом или боевым топором) был нанесен по средней трети левой плечевой кости (123, В). Кроме того, профессионалом бойцом одним ударом, нанесенным сзади и сверху по левому плечу, были срезаны (123, Г) дистальный отдел акромиона, латеральная часть головки и большой бугор плечевой кости и надрезан processus coracoideus лопатки. Все перечисленные ранения – без реактивных изменений.

 

 

Нижние конечности. Таз мужского типа. Слабо выраженные краевые костные разрастания в тазобедренных суставах. В области головок бедренных костей – частичное окостенение круглой связки. На левой бедренной кости, на границе диафиза и дистального метафиза, довольно глубокое ранение мечом или боевым топором (123, Д ) без реактивных изменений. Остальные кости скелета нижних конечностей без особых изменений.

 

Своеобразен конституциональный облик Андрея Боголюбского в свете наших данных. Андрей Боголюбский был несколько выше среднего роста, около 170 см, выглядел несомненно моложе своих лет. Физиологический (костный) возраст его соответствовал 50–55 летнему. В физическом отношении это был вовсе не дряхлый, а, наоборот, еще активный человек, с полноценной функцией конечностей, но с ограниченными движениями в области позвоночника, особенно в шейном отделе.

 

Грацильность скелета, сохранение поперечных тяжей во многих трубчатых костях (), следы сегментарного строения в грудине (), аналогичные изменения в крестце (), инфантильный индекс турецкого седла свидетельствуют о своеобразных особенностях эндокринного аппарата Андрея Боголюбского. У него несомненно наблюдались отчетливые признаки конституционального гипертиреоидизма в сочетании со вторичным субгенитализмом (против первичного субгенитализма говорит отсутствие евнухоидных соотношений в телосложении). Нет данных (со стороны скелета), позволяющих считать, что у Боголюбского была базедова болезнь. Однако в силу специфичности эндокринной формулы реакции Боголюбского были своеобразно окрашены; они были как у людей со слабо выраженным базедовизмом. Легкая возбудимость, живая фантазия, в то же время быстрая раздражимость и бурные реакции даже на незначительные раздражения – таким он был в течение всей жизни. Несколько убегающий назад лоб сообщал его в общем грацильной конституции некоторую жесткость, а во время многочисленных вспышек (если учесть эффект сверкающих белков) создавалось впечатление даже свирепости.

 

Приобретенные патологические изменения в шейном отделе позвоночника и врожденное срастание между II и III шейными позвонками (121, В ) обусловливали значительное ограничение подвижности соответствующего отдела позвоночника, резко усилившееся в старости. Андрей Боголюбский почти не сгибал шеи. Окружение могло воспринимать эту особенность его осанки как проявление непреклонности и, быть может, надменности и горделивой самоуверенности.

 

Столкновений и сражений этот импульсивный человек, очевидно, не избегал, о чем свидетельствует ряд старых травматических изменений в скелете обеих верхних конечностей.

 

Таким представляется Андрей Боголюбский на основании рентгеноантропологического исследования его скелета. В какой мере установленные нами данные соответствуют тому, что сообщают нам историки и летописцы?

 

Отдельные факты, сообщаемые разными летописцами, неодинаково освещающими личность Боголюбского, могли все же соответствовать действительности. Они представляют для нас интерес как некоторая проверка точности наших рентгеноантропологических реконструкций.

В молодости Андрей Боголюбский «выдавался необыкновенной храбростью, любил начинать битву впереди полков, заноситься на ретивом коне в середину вражьего войска, пренебрегать опасностями» (С. М. Соловьев). «Андрей в пылу битвы часто увлекался сечей и подвергал себя большим опасностям, пьянел от бурной схватки» (Н. Рожков). Эти данные вполне соответствуют отмеченной нами импульсивности Боголюбского. Старые (зажившие) ранения в скелете обеих верхних конечностей могут свидетельствовать о его боевых заслугах.

 

«Умен был князь во всех делах и доблестях, но погубил смысл свой невоздержанием». «Андрей исполнился высокоумия». «Распалившись гневом, говорил он дерзкие слова» (С. М. Соловьев). Эта характеристика достаточно точна. Импульсивность, вспыльчивость и несдержанность человека с базедовизмом нередко выходят за пределы допустимого. Легко можно представить, во что это выливалось в условиях того времени, в особенности, если учесть неограниченную власть великого князя. В Никоновской летописи чрезвычайно красочно описываются взаимоотношения между Андреем и его окружением: «Ненавидяху князя Андрея своего суще домашний, и льстивно и лукавно глаголаху к нему. И тако совраждоваше и соссориша его с братьею и с передними мужи отца его, и тако изгна братью свою. Еще же и передних мужей отца своего овех изгна, овех же в темницы затвори и быть брань люта в Ростовской и Суздальской земле».

 

Повелительным тоном говорил Андрей даже с князьями, тем более с окружавшими его боярами. Впечатление непреклонности, повелительности и высокомерия, как мы уже указывали, усиливалось благодаря тому, что Андрей в силу патологического процесса и врожденной аномалии шейных позвонков почти не сгибал шеи.

 

Предлог к возмущению недовольные бояре могли найти легко. Этим предлогом послужила казнь Кучковича, одного из ближайших родственников жены Андрея Боголюбского. «Нынче казнил он Кучковича, а завтра казнит и нас; так помыслим об этом князе», – решила окружавшая его группа бояр, терроризованная строгостью и жестокостью вспыльчивого князя.

 

Значительное число ранений, обнаруженных нами в скелете, «свежих» ранений без каких бы то ни было реактивных изменений, затем характер и распределение этих ранений в разных отделах скелета позволяют нам следующим образом восстановить картину смерти Боголюбского.

 

Только один из ударов был нанесен противником, стоящим лицом к нападаемому, правильнее, несколько сбоку и спереди. Это был сравнительно легкий удар рубящим оружием (саблей или мечом) по левой ключице. Все остальные ранения были нанесены сбоку и сзади или уже по лежачему. Сбоку и сзади опытным бойцом был нанесен удар мечом по левому плечу, вызвавший значительное кровотечение и сделавший Боголюбского длительно небоеспособным, но это не удовлетворило нападавших. Были нанесены новые удары неодинаковым оружием: удар сзади по затылку (121, А ) рубящим оружием (мечом или боевым топором), тяжелое ранение, нанесенное сбоку колющим оружием (копьем) в лобную кость (121, Б ). Последнее ранение само по себе могло бы повлечь в дальнейшем смерть.

 

Затем посыпался целый ряд ударов мечом, боевым топором или саблей по человеку, лежавшему на правом боку. Рубили не только лежащего, но безусловно совершенно неспособного защищаться человека, по видимому, потерявшего сознание, истекавшего кровью, рубили некоторое время, должно быть, уже труп.

 

Этого, конечно, не бывает ни в единоборстве, ни в сражении. Это нападение нескольких человек, вооруженных разным оружием, с определенной целью – не ранения, хотя бы и тяжелого и в дальнейшем смертельного, а убийства тут же на месте.

 

Как представлено указанное событие летописцами? Заговорщиков было 20 человек. Среди них был Петр Кучков, которого летописец (в Ипатьевском списке) называет «начальником убийц», затем ключник Анбал Ясин, Яким Кучкович, Ефрем Моизович. Они пришли ночью 29 июня 1174 г. на княжеский двор и перебили дворцовую стражу. Дверь в спальню Андрея была закрыта. Один из заговорщиков постучал в дверь и на вопрос Боголюбского – «Кто ты еси?» – ответил: «Прокопий». Боголюбский хорошо знал голос своего слуги Прокопия. Догадавшись, что за дверьми злоумышленники, Боголюбский бросился искать меч, но не нашел его («понеже Анбал ключник взял его»). Между тем заговорщики выломали дверь, и двое из них бросились на Боголюбского. Он был, однако, достаточно силен («вельми бо бе князь силен») и бросил одного из них на пол («князь же единого поверже под ся»). Это указание летописца может вызвать сомнение, если исходить лишь из паспортного возраста. Как мог безоружный пожилой человек 63 или 64 лет бороться с двумя вооруженными и бросить одного из них на пол? Однако, как мы уже указывали, физиологический возраст Боголюбского не соответствовал паспортному; физически он был силен. Кроме того, борьба происходила в темноте, и Боголюбский, конечно, лучше ориентировался в собственной комнате.

 

Пока Андрей боролся с двумя заговорщиками, в комнату ворвались остальные. Полагая, что лежит князь, они зарубили своего же товарища. Заметив, однако, ошибку, они вскоре бросились на Боголюбского «и се коша его мечи и саблями».

 

Думая, что Андрей убит, заговорщики ушли, унося с собой труп одного из нападавших, в темноте по ошибке убитого. Андрей, однако, был еще жив. Он приподнялся и пополз по винтовой лестнице «палат» к сеням, не имея достаточно сил, чтобы не стонать («и нача стенати и глаголати в болезни сердца»). Заговорщики, услышав его голос, вернулись, зажгли свечу и нашли его по кровавым следам и «умертвиша до конца». Один из летописцев, описывая последний акт этой трагедии, отмечает, что «Петр же Кучков отсече ему руку десную и копием ребра ему прободе». В другом списке летописец указывает, что «Петр же оття ему руку десную, а прочие пронзаша его мечи».

 

Картина убийства, описанная летописцами, в значительной мере совпадает с реконструкцией, сделанной нами на основании рентгенологического исследования скелета. В частности, на основании характера ранений было правильно распознано оружие нападавших: «и секоша и мечи и саблями и копийные язва даша ему» (летопись по Ипатьевскому списку). Довольно правильно был восстановлен порядок нанесенных ударов. Мы не имели, однако, опорных пунктов, позволяющих считать, что заговорщики сначала лишь тяжело ранили Боголюбского, а добили его через некоторое время, когда он, очнувшись, нашел достаточно сил, чтобы доползти до сеней, оставляя за собой кровавый след и привлекая к себе стоном и криком.

 

Относительно некоторых ранений, отмечаемых летописцами, необходимо указать следующее. Мы не обнаружили повреждений в области ребер, о чем упоминается в одном из списков. Возможно, что копьем был действительно нанесен удар в грудную клетку, однако без повреждения костной части ребер. Число ран, нанесенных Боголюбскому, несомненно было больше, чем об этом можно было нам судить лишь на основании скелета, ибо не каждый удар был связан с повреждением костей.

 

Все летописцы отмечают, что Петр Кучков отсек Боголюбскому правую руку. Однако на правой конечности нами не было обнаружено «свежих ранений», тогда как левая верхняя конечность была рассечена во многих местах: и в области плечевого сустава (123, Г ), и в среднем отделе плечевой кости (123, В ), и в среднем, и в нижнем отделах предплечья (123, Б ), и в области пястных костей (123, А ).

 

Нужно считать, что летописцы по ошибке, или же желая сгустить краски и усилить эффект, отмечают, что Петр Кучков, главарь заговорщиков, отсек Андрею Боголюбскому правую, а не левую руку.

 

Таким образом, серия рентгенограмм иллюстрирует некоторые особенности внешнего облика Андрея Боголюбского, его конституциональное и эндокринное своеобразие, старые излеченные раны и последние смертельные удары.

 

Андрей Боголюбский был причислен к «лику святых». Церкви северной Руси имели основания это сделать, ибо Боголюбский много сделал для них. Высоко оценивалось, кроме того, корректное поведение его в отношении женщин и безупречность в личной семейной жизни. Боголюбский не обижал чужих жен и девушек. Этим он отличался от многих князей, его предшественников, в частности от Владимира Святославовича, а также от некоторых последующих царей, особенно от Ивана Грозного, про которого летописец писал: «… жен и девиц блудом оскверни».

 

Указанная существенная черта в поведении Андрея Боголюбского могла зависеть от его представлений о нравственности и семейной морали. Однако это могло быть и следствием его субгенитализма. Как известно, у него было мало детей, в отличие от его младшего брата Всеволода Юрьевича, ставшего его наследником. Прозвище «Большое гнездо», данное Всеволоду, говорит об этом достаточно красочно.

 

 

 

К содержанию книги: ПАЛЕОПАТОЛОГИЯ. БОЛЕЗНИ ДРЕВНИХ ЛЮДЕЙ

 

Внешний облик князя Андрея Боголюбского

Внешний облик князя Андрея Боголюбского

Последние добавления:

 

 ГЕОЛОГИЯ БЕЛАРУСИ

 

ВАСИЛИЙ ДОКУЧАЕВ

 

ЗЕМЛЕДЕЛИЕ. ПОЧВОВЕДЕНИЕ. АГРОХИМИЯ