ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА

 

Критерий исторической стабильности. Явление исторической стабильности возрастной компоненты смертности

 

 

Итак, имеются по меньшей мере три метода оценки параметров формулы Гомперца—Мейкема: традиционный способ, основанный на линеаризации данных и являющийся очень наглядным, современный метод, основанный на использовании стандартных программ оценки параметров нелинейной регрессии, и экспресс-метод оценки параметров, полезный для предварительных расчетов. Исследователь вправе выбирать любой из этих методов, исходя из своих целей и возможностей, либо искать другие пути решения этой задачи, некоторые из которых описаны в специальных публикациях [Grenander, 1956; Garg et al., 1970; Slob, Janse., 1988].

 

Критерий исторической стабильности.

 

Для того чтобы определить, какие параметры распределения продолжительности жизни зависят в основном от социальных факторов, а какие — от биологических, проще всего было бы провести сравнение популяций, различающихся только по комплексу социальных или только по комплексу биологических факторов. Поскольку, однако, различные страны и даже отдельные районы могут значительно различаться одновременно и по социально-экономическим условиям, и по эколого-генетическим характеристикам сравниваемых популяций, их простое сопоставление мало что может дать для решения поставленной задачи. Нам представляется, что эту проблему можно решить путем анализа исторической динамики параметров распределения продолжительности жизни в период резкого падения смертности в XX в. Действительно, известно, что снижение смертности людей за столь короткий исторический период вызвано исключительно социально-экономическими преобразованиями. Поэтому биологические характеристики продолжительности жизни должны удовлетворять критерию исторической стабильности. Иначе говоря, те параметры, которые изменились в период резкого падения смертности, являются социально регулируемыми, а те, которые остались неизменными, несмотря на резкое снижение смертности, являются социально автономными и отражают более глубокие (биологические) особенности популяций человека.

 

Явление исторической стабильности возрастной компоненты смертности

 

В 1979 г. при анализе исторической динамики смертности мужского населения Швеции было обнаружено неизвестное ранее явление исторической стабильности возрастной компоненты смертности и определяющих ее параметров [Гаврилов, Гаврилова, 1979а]. Дальнейшие более тщательные исследования подтвердили достоверность обнаруженного явления [Gavrilov et al., 1983] и позволили сделать вывод, что оно имеет достаточно общий характер [Гаврилов, 1984а; 19846; Гаврилов, Гаврилова, 19846; Гаврилов и др., 1986; Гаврилова, 1982; Гаврилов и др., 1985].

 

В табл. 5 приведены значения параметров формулы Гомперца— Мейкема для мужского населения Швеции за период с 1901 по 1983 г. Можно заметить, что параметр А (фоновая компонента смертности) является единственным параметром, который существенно изменился за исследованный период. Два других параметра (R и а), определяющие величину возрастной компоненты смертности, оказались практически неизменными, несмотря на резкое снижение общей смертности в XX в.

 

Историческая динамика параметров уравнения Гомперца-Мейкема для мужчин Швеции

Годы   Значения параметров и их доверительные интервалы*, год 1

            А • 103           R • 106            а - 103

1901—1910    5,52+0,16       33,6+4,7         101,3+2,0

1911—1915    5,34+0,15       29,0+3,9         103,6±1,9

1916—1920    6,58±0,28       14,8±4,5         112,3+4,3

1921—1925    3,89+0,17       25,0±4,2         104,8±2,4

1926—1930    3,76±0,08       27,4±2,7         104,0+1,0

1931—1935    2,93±0,08       29,2±2,3         103,1±1,1

1936—1940    2,33±0,13       35,0±3,9         101,3±1,6

1941—1945    2,00±0,14       26,4±4,0         103,7±2,2

1946—1950    1,11+0,13       29,6+3,9         102,6±1,9

1951v-1955    0,70±0,10       28,5±3,0         102,7±1,5

1956    0,67±0,09       27,4±2,6         103,2±1,4

1957    0,57±0,14       29,1+4,4         102,7+2,2

1958    0,54±0,12       23,6±3,3         105,1±2,0

1959    0,66±0,09       20,6±2,3         106,7±1,6

1960    0,53+0,13       23,6±3,5         105,8±2,2

1961    0,50±0,14       24,4±3,8         104,7±2,3

1962    0,52±0,10       23,1 ±2,6        106,1+1,6

1963    0,50+0,14       23,7±3,9         105,3+2,4

1964    0,56±0,11       24,5±3,1         104,8±1,8

1965    0,65±0,09       21,б±2,3         106,6±1,5

1966    0,57±0,09       24,0+2,6         105,0+1,6

1967    0,72±0,07       24,1±2,0         105,0±1,2

1968    0,83+0,05       19,9+1,2         107,6±0,9

1969    0,68±0,08       22,3±2,2         106,4±1,4

1970    0,61±0,08       26,4+2,4         103,2±1,3

1971    0,66±0,05       26,4+1,6         103,5±0,9

1972    0,69±0,06       25,9±1,9         103,8±1,0

1973    0,66±0,05       25,2±1,6         104,3±0,9

1974    0,62±0,04       28,1±1,4         102,7±0,7

1975    0,69+0,06       27,1±1,8         103,2±1,0

1976    0,63±0,05       27,7+1,6         103,2±0,9

1977    0,65±0,05       30,8+1,9         101,1+0,9

1978    0,65±0,06       28,4±2,0         102,4±1,0

1979    0,65±0,07       28,6+2,4         102,2+1,2

1980    0,60+0,06       29,7±2,2         101,4±1,1

1981    0,48±0,06       28,7±2,1         101,8+1,1

1982    0,49+0,05       27,6±1,9         102,0±1,0

1983    0,48±0,05       24,8±1,8         103,2±1,0

 

Поразительным представляется постоянство возрастной компоненты смертности. В самом деле, в XX в. продолжительность жизни людей увеличилась почти вдвое, радикально изменился образ жизни и соотношение причин смерти. Тем не менее, несмотря на все социальные преобразования, прогресс медицины и здравоохранения, возрастная компонента смертности осталась практически неизменной. Следовательно, возрастная компонента смертности определяется не социальными условиями жизни, а значительно более стабильными биологическими особенностями популяций человека. Таким образом, в соответствии с критерием исторической стабильности возрастную компоненту смертности (йехр(ах)) следует считать биологической характеристикой, представляющей особый интерес для биологии продолжительности жизни. То же самое можно сказать и о параметрах, ее определяющих (/? и а).

 

Поскольку данный вывод имеет принципиальное значение для дальнейших исследований биологических основ продолжительности жизни человека, необходимо прежде всего проверить его достоверность. И в первую очередь важно выяснить, насколько общей закономерностью является историческая стабильность возрастной компоненты смертности.

 

С этой целью было обработано 150 полных таблиц смертности людей за период с начала нашего века и до последних лет для населения следующих стран: Австрии, Англии и Уэльса, Бельгии, Болгарии. Венгрии, ГДР и ФРГ, Дании, Испании, Италии, Норвегии, США (белое и небелое население отдельно), Финляндии, Франции, Швейцарии, Швеции и Японии. Обработка таблиц состояла в расчете параметров уравнения Гомперца—Мейкема в возрастном интервале 20—80 лет. Чтобы количественно охарактеризовать временные тенденции изменения каждого из параметров, были определены коэффициенты ранговой корреляции Спирмена между параметрами A.R, ос и временем (на протяжении XX в.). Всего было исследовано по 32 временной зависимости для каждого параметра (данные по мужчинам и женщинам обрабатывались отдельно).

 

Оказалось, что при IX-ном уровне значимости временной тренд был достоверен для параметра А в 25 случаях, для параметра R — только в шести, а для параметра а — только в пяти из 32 изученных случаев. Важно подчеркнуть, что даже в тех семи случаях, когда тренд к уменьшению параметра А не был достоверен, это было обусловлено только тем. что величина параметра падала крайне резко, быстро приближаясь к предельному нулевому значению, и в дальнейшем уже существенно не менялась. Поэтому в данном случае более показательны результаты изучения тенденций для наблюдаемых трендов. Оказалось, что во всех 32 случаях параметр А имел тенденцию уменьшаться во времени (тенденция достоверна). Изменение же параметров R нас историей (увеличение или уменьшение) не проявляло достоверной тенденции (вывод сделан с помощью критерия знаков для Х-ного уровня значимости).

 

Проведенный анализ данных показал, что явление исторической стабильности возрастной компоненты смертности является достаточно общей закономерностью, а не уникальной особенностью мужского населения Швеции. В качестве иллюстрации данного вывода можно привести еще несколько примеров (рис. 10—12). Следует, однако, подчеркнуть, что представление об исторической стабильности вовсе не означает абсолютного постоянства возрастной компоненты смертности во времени. Вполне возможно, что временной ряд значений этой компоненты не является случайным, и более тщательный анализ выявит скрытые периодичности и даже тренды. Под исторической стабильностью следует понимать не абсолютное постоянство, а незначительность наблюдаемых изменений по сравнению с резким изменением общей смертности. Сам факт небольшого изменения возрастной компоненты смертности не может рассматриваться в качестве аргумента против ее биологической природы, поскольку биологические характеристики человеческих популяций также не остаются абсолютно неизменными (достаточно вспомнить явление акселерации).

 

 В ряде стран действительно наблюдается тенденция к уменьшению (Швейцария, Англия и Уэльс) или увеличению (Венгрия) возрастной компоненты смертности. Причины этих трендов неизвестны и заслуживают специального изучения. Вместе с тем в подавляющем большинстве случаев возрастная компонента смертности оказывается настолько устойчивой к социальным преобразованиям, что этот факт никак нельзя считать случайным.

 

 

 

К содержанию книги: Биология продолжительности жизни

 

 

Последние добавления:

 

Биогеронтология. Старение и долголетие человека

 

ПАЛЕОПАТОЛОГИЯ. БОЛЕЗНИ ДРЕВНИХ ЛЮДЕЙ

 

 ГЕОЛОГИЯ БЕЛАРУСИ

 

ВАСИЛИЙ ДОКУЧАЕВ

 

ЗЕМЛЕДЕЛИЕ. ПОЧВОВЕДЕНИЕ. АГРОХИМИЯ