Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

БИОГРАФИИ РУССКИХ УЧЁНЫХ

медицина, биология, ботаника

 

Иван Михайлович Сеченов

 

 

 Иван Михайлович Сеченов

 

Смотрите также:

 

История науки

 

История медицины

 

Медицина в зеркале истории

 

Биология

 

Медицинская библиотека

 

Медицинская энциклопедия

 

Судебная медицина

 

Микробиология

 

Физиология человека

 

Биогеронтология – старение и долголетие

 

Биология продолжительности жизни

 

Внутренние болезни

 

Внутренние болезни

 

Болезни желудка и кишечника

 

Болезни кровообращения

 

Болезни нервной системы

 

Инфекционные болезни

 

Палеопатология – болезни древних людей

 

Психология

 

Общая биология

 

Паразитология

 

Ботаника

 

Необычные растения

 

Жизнь зелёного растения

 

Защита растений от вредителей

 

Справочник по защите растений

 

Лекарственные растения

 

Необычные деревья

 

Мхи

 

Лишайники

 

Древние растения

 

Палеоботаника

 

Пособие по биологии

 

Валеология

 

Естествознание

 

Происхождение жизни

 

Развитие животного мира

 

Эволюция жизни

 

1829-1905

 

Среди славных имен, которыми по праву гордится русский народ, почетное место занимает имя Ивана Михайловича Сеченова — основоположника русской физиологической науки.

 

И. М. Сеченов был сверстником великого русского ученого философа-революционера Н. Г. Чернышевского и принадлежал к той группе интеллигенции, которая видела в Н. Г. Чернышевском своего идейного вождя, руководителя революционного движения 60-х годов в России. Примкнув к этому движению в самом его начале, И. М. Сеченов остался верен принципам этого движения до самой своей смерти. Шестидесятники подняли знамя борьбы против самодержавия в области политики, против спекулятивного направления и идеализма в области философии и науки. В этом замечательном движении русской общественной мысли пропаганда достижений естественных наук и трудов естествоиспытателей сыграла огромную роль. Самым выдающимся и ярким представителем воинствующего материализма в естествознании этого периода был И. М. Сеченов.

 

Иван Михайлович Сеченов родился 13 августа 1829 г. в селе Теплый Стан Симбирской губернии (ныне село Сеченово Арзамасской области) в семье отставного офицера.

Село Теплый Стан (Сеченово) навсегда вошло в историю русской науки, как родина многих замечательных исследователей и ученых. Там жила семья Филатовых, родственников Сеченовых, из которой вышла целая плеяда деятелей науки. Из Теплого Стана родом два брата Ляпуновых — математик и знаток славянских языков,— знаменитые русские академики. С Теплым Станом связаны детские и юношеские годы и другого выдающегося русского ученого Героя Социалистического Труда акад. А. Н. Крылова — одного из родственников И. М. Сеченова.

 

О своем отце И. М. Сеченов вспоминал так: «За всю свою долголетнюю жизнь в деревне он интересовался одним только конским заводом, в поле не заглядывал, от коронной службы уклонялся, по дворянским выборам не служил и даже ни разу не съездил в Симбирск на дворянские выборы».

 

О матери И. М. Сеченов писал с нежностью и любовью: «Моя милая, добрая, умная мать была красивая в молодости крестьянка, хотя в ее крови была по прабабке, по преданию, примесь калмыцкой крови. Перед женитьбой отец отправил ее в какой-то женский Суздальский монастырь для обучения грамоте и женским рукоделиям».

 

Эта «примесь калмыцкой крови» отразилась и в чертах лица Ивана Михайловича. «Из всех братьев я вышел в черную родню матери»,— говорит Сеченов в своих «Автобиографических записках». Дальше он так рассказывает о себе: «Мальчик я был очень некрасивый, черный, вихрастый и сильно изуродованный оспой (родители, должно быть, не успели привить мне оспу, она напала на меня на первом году и изуродовала меня одного из всей семьи), но был, должно быть, неглуп, очень весел и обладал искусством подражать походкам и голосам, чем часто потешал домашних и знакомых. Сверстников по летам, мальчиков, не было ни в семьях знакомых, ни в дворне; рос я всю жизнь между женщинами, поэтому не было у меня ни мальчишеских замашек, ни презрения к женскому полу; притом же был обучен правилам вежливости. На всех этих основаниях я пользовался любовью в семье и благорасположением знакомых, не исключая барынь и барышень».

 

До 14-летнего возраста И. М. Сеченов воспитывался в Теплом Стане. Родители готовили его к поступлению в казанскую гимназию. Но в 1839 г. умер отец, и, по совету старшего брата, офицера, мать решила направить сына в военное училище. Выбор ее пал на Главное инженерное училище в Петербурге. В этом училище получили первоначальное образование многие крупные военные деятели нашей страны. В одно время с И. М. Сеченовым учились там будущие писатели Ф. М. Достоевский и Д. В. Григорович.

В Военно-инженерном училище И. М. Сеченов получил солидную подготовку по математике, физике и химии. Среди дошедших до нас рукописей И. М. Сеченова сохранился аккуратно написанный его рукою объемистый курс высшей математики. Курс этот не был напечатан, но он свидетельствует о том, как хорошо владел И. М. Сеченов точными математическими знаниями.

 

Знания в области математики, физики, химии, полученные в Инженерном училище, помогли И. М. Сеченову в его дальнейшей научной работе. Исследуя сложные проявления жизнедеятельности организма, он постоянно пользовался законами физики и химии.

По окончании училища саперный офицер И. М. Сеченов был направлен в Киев. Его ожидала обычная карьера военного.

 

Между тем в русском обществе пробуждались новые могучие силы. Во всех концах страны читали пламенные статьи великого критика и мыслителя В. Г. Белинского. Громче и громче звучал голос А. И. Герцена. Студенты и интеллигенция Москвы переполняли аудитории Московского университета, когда выступали в них выдающийся русский биолог К. Ф. Рулье и крупный историк 40—50-х годов профессор Т. Н. Грановский. Уже готовилось выступить на общественную арену славное поколение шестидесятников.

«Не пробудись наше общество вообще к новой кипучей деятельности,— говорил К. А. Тимирязев,— может быть, Менделеев и Ценковский скоротали бы свой век в Симферополе и Ярославле, правовед Ковалевский был бы прокурором, юнкер Бекетов — эскадронный командир, а сапер Сеченов рыл бы траншеи по всем правилам своего искусства».

 

Будучи в Киеве, И. М. Сеченов в 1848 г. впервые услышал имя Грановского. Он начал много читать, задумываться о профессии медика, открывающей широкую возможность служения народу. И Сеченов круто повернул свой жизненный путь. После долгих и настойчивых хлопот он добился освобождения от саперной службы. В начале октября 1850 г. он приехал в Москву. Здесь сразу же попал в круг, близкий к знаменитому проф. Т. Н. Грановскому.

 

И. М. Сеченов поступил на медицинский факультет Московского университета. В студенческие годы с 1850 по 1855 г. он имел возможность слушать лекции выдающихся ученых: биолога-материалиста К. Ф. Рулье, который еще в додарвиновский период пропагандировал идею исторического развития органической природы в тесном единстве ее с условиями окружающей среды; выдающегося клинициста-хирурга Ф. И. Иноземцева, который, далеко опередил свою эпоху, поняв огромное значение трофического влияния нервной системы в возникновении и исходе различных заболеваний. У замечательного физиолога-экспериментатора А. Н. Орловского он имел возможность получить серьезные навыки в области экспериментальной физиологии и любовь к этой науке, подлинным новатором которой в последующем он явился.

 

В эти годы И. М. Сеченов познакомился со знаменитым врачом С. П. Боткиным. Они стали друзьями и долгое время поддерживали общественные и научные связи.

Материалистическое философское мировоззрение, которое, собственно говоря, и явилось важнейшей предпосылкой гениальных открытий И. М. Сеченова, складывалось под влиянием бурного роста русской классической философской мысли в 40—60-х годах. Учителями И. М. Сеченова были Белинский, Герцен и Чернышевский. В трудах Чернышевского, который, как говорил Ленин, «сумел... остаться на уровне цельного философского материализма», нашли наилучшее выражение идеи передовой русской общественной мысли 50—60-х годов. В числе идейных друзей, последователей и помощников Чернышевского мы видим и Сеченова.

 

Знакомство И. М. Сеченова с Чернышевским произошло в 1859 г. через Боковых. П. И. Боков, врач по профессии, примыкал к радикальным и революционным кружкам 60-х годов. Он был близок к Чернышевскому и его семье. Мария Александровна Обручева-Бокова была одной из интереснейших фигур той эпохи. Также воспитанная на идеях Чернышевского, она решила вырваться из-под опеки отца-генерала. Для этого она заключила фиктивный брак с доктором П. И. Боковым и, преодолевая огромные тогда для женщины трудности, получила высшее образование.

 

Эта замечательная женщина стала близким другом, а впоследствии женой И. М. Сеченова. У обоих были общие научные и общественные интересы. Мария Александровна помогала мужу в его исследованиях. Она надолго пережила И. М. Сеченова и умерла в 1929 г.

Знакомство Чернышевского с Боковыми и Сеченовыми нашло отражение в художественном творчестве Чернышевского. Прототипом Лопу- хова в романе «Что делать?» послужил П. И. Боков. Прообразом Веры Павловны была М. А. Бокова. Кирсанова Чернышевский писал с И. М. Сеченова.

 

Великие русские философы-материалисты считали, что изучение естественных наук имеет огромное значение при формировании револю* ционного мировоззрения. Чернышевский, Герцен и Писарев выступали горячими поборниками естественных наук. Набатным призывом к овладению естествознанием звучали «Письма об изучении природы» и другие философские произведения Герцена.

 

Передовая молодежь горячо откликнулась на их призыв. В те годы переводились крупные естественнонаучные сочинения, вышедшие за границей и по-новому ставящие не только специальные, но и общепринципиальные вопросы. В ответ на это реакционеры организовали поход против материалистической науки и лично Чернышевского. Именно в это время появилось на свет одно из лучших произведений русской науки в области естествознания — работа И. М. Сеченова «Рефлексы головного мозга» (1863 г.). Эта работа осветила путь физиологии на многие десятилетия и явилась программой. В ней была заложена и прочно обоснована замечательная материалистическая традиция русской физиологии в исследовании и разгадке величайшей научной проблемы — проблемы сознания. «Рефлексы головного мозга» были результатом огромного и напряженного научного труда, смелых опытов, долгих и глубоких раздумий, тщательного изучения физиологии нервной системы.

 

Окончив Московский университет в 1856 г., И. М. Сеченов отправился за границу для подготовки к научной деятельности. С первых же шагов работы за границей И. М. Сеченов проявил себя совершенно самостоятельным ученым, избравшим оригинальную тему диссертационной работы о влиянии на организм острого алкогольного отравления и свой собственный план исследования. И. М. Сеченов говорил, что тема эта была ему подсказана социальными причинами. Он имел в виду винные «откупа», с помощью которых царское правительство спаивало народ. Исследование И. М. Сеченова легло в основу его замечательной диссертации «Материалы для будущей физиологии алкогольного опьянения» (1860 г.), на которой мы остановимся ниже.

 

Изучая действие разных веществ на нервно-мышечную систему, И. М. Сеченов обнаружил, что его данные о действии серо-цианистого калия на нервы и мышцы не совпадают с данными знаменитого физиолога Клода Бернара, экспериментальное мастерство которого считалось непревзойденным. И. М. Сеченов повторил опыты Клода Еернара и нашел в них ошибку. В короткий срок он экспериментами разрешает вопрос о флуоресценции глаза — вопрос, который до него не могли решить.

 

В течение трехлетнего пребывания в западноевропейских лабораториях молодой ученый сумел встать в ряды крупных физиологов, с авторитетом которого не могли не считаться виднейшие представители физиологической науки.

 

Прибыв для продолжения своих работ в Гейдельберг к знаменитому физику-физиологу Гельмгольцу, И. М. Сеченов вошел в кружок гениального русского химика Дмитрия Ивановича Менделеева, и между этими крупнейшими русскими естествоиспытателями установилась длительная и глубокая духовная связь. На квартире Д. И. Менделеева велись оживленные беседы на научные темы, читались новинки русской литературы; здесь же собравшиеся слушали игру на фортепиано гениального русского музыканта и химика Бородина.

 

При осуществлении своих исследований И. М. Сеченов проявил себя выдающимся экспериментатором. Достаточно сказать, что по ходу выполнения этой работы ему понадобилось определять газы крови; имеющийся в то время в Германии прибор для этой цели И. М. Сеченов забраковал. Он создал заново прибор для изучения газов крови, так называемый абсорбциометр, который в последующем лег в основу конструкции многих приборов такого же типа, действующих во всех лабораториях мира и до настоящего времени.

 

Диссертационная работа И. М. Сеченова, будучи первым его научным трудом, уже раскрывает перед нами всю широту взглядов будущего великого физиолога. Он исследует действие алкоголя на организм животного, пользуясь самыми разнообразными методами исследования. Его интересуют и те изменения, которые происходят в крови, и те изменения, которые происходят в нервной системе. Он не ограничивается опытами на животных; понимая, что нельзя переносить данные, полученные в опыте над животными, на человека и что для окончательного заключения о том, что происходит в организме человека, нужно вести опыты и наблюдения над самим человеком, И. М. Сеченов подвергает действию больших количеств алкоголя свой собственный организм, а также проводит опыты над служителем лаборатории. Об этом периоде жизни мы узнаем из чрезвычайно интересных писем И. М. Сеченова к художнику Алексею Иванову в Рим, хранящихся ныне в Пушкинском доме Академии наук СССР.

 

Для того чтобы представить себе преданность ученого науке, нужно иметь в виду, что опыты по изучению обмена веществ у человека (изменением обмена веществ при действии алкоголя и занимался Сеченов) требуют того, чтобы в течение длительного периода весьма ограниченным и строго контролируемым был бы пищевой рацион испытуемого. И все это определял на самом себе И. М. Сеченов в целях получения достоверных сведений по интересующему его физиологическому процессу.

 

Диссертационная работа И. М. Сеченова «Материалы для будущей физиологии алкогольного опьянения», увидевшая свет в 1860 г., особенно интересна своими тезисами. Восемь тезисов, которые были приложены в этой диссертационной работе, по сути дела не имея прямого отношения к теме, раскрывают глубокие и новаторские идеи ученого.

 

Эти тезисы имеют настолько большое значение в истории развития отечественной физиологии, что мы считаем необходимым привести их здесь целиком.

«1. Если и существуют силы, свойственные исключительно растительному и животному организму перед телами неорганическими, то силы эти действуют по столь же непреложным законам, как и неорганические силы.

2.         Все движения, носящие в физиологии название произвольных, суть в строгом смысле рефлективные.

3.         Самый общий характер нормальной деятельности головного мозга (поскольку она выражается движением) есть несоответствие между возбуждением и вызываемым им действием — движением.

4.         Рефлекторная деятельность головного мозга обширнее, чем спинного.

5.         Нервов, задерживающих движения, нет.

6.         Животная клеточка, будучи единицей в анатомическом отношении, не имеет этого смысла в физиологическом: здесь она равна окружающей среде — междуклеточному веществу.

7.         На этом основании клеточная патология, в основе которой лежит физиологическая самостоятельность клеточки или по крайней мере гегемония ее над окружающей средою, как принцип ложна. Учение это есть не более как крайняя ступень развития анатомического направления в патологии.

8.         При настоящем состоянии естественных наук единственный возможный принцип патологии есть молекулярный».

 

Эти тезисы писались за три года до появления замечательного трактата И. М. Сеченова «Рефлексы головного мозга», но, как мы видим, уже в первых четырех тезисах И. М. Сеченов дает смелый набросок материалистического понимания сложных явлений органической природы, устанавливает материальную непрерывность между органическим и неорганическим миром и силами, действующими в той и другой природе. Он уже выдвигает свои революционные идеи о рефлекторной деятельности животных организмов и головного мозга как центрального аппарата нервной системы.

 

В наше время особенно актуально звучат шестой и седьмой тезисы. В них И. М. Сеченов со всей определенностью отвергает как ложные вирховианские принципы клеточной патологии, физиологической самостоятельности клеточки. Таким образом, уже в первой работе, которая до самого последнего времени привлекала к себе внимание в качестве узкоспециального, скорее фармакологического исследования, И. М. Сеченов в действительности не только изложил свои важные эксперименты, но и воспользовался диссертационной работой для того, чтобы в открытой форме продемонстрировать свои далеко идущие материалистические выводы.

 

И. М. Сеченов писал и защищал докторскую диссертацию в связи с получением кафедры физиологии в Медико-хирургической академии в Петербурге, которую он и занял, вернувшись на родину в 1860 г.

 

Преподавание физиологии на кафедре Медико-хирургической академии И. М. Сеченов поднял на огромную высоту. Он не просто излагал студентам достигнутое наукой, но и намечал широкие перспективы ее развития. «Талантливый лектор открывал перед слушателями в строгой последовательности едва ли не самые таинственные листы книги природы,— вспоминает современник Сеченова.— С энтузиазмом молодости, сам преисполненный веры в силу науки и разума, он учил их умению вопрошать природу и получать от нее ответ».

 

Лекции И. М. Сеченова в Медико-хирургической академии стали притягательным центром для студенчества. Лекции сопровождались смелыми и убедительными экспериментами. И. М. Сеченов наглядно показывал своим слушателям, какие огромные результаты может дать опытная наука для познания тайн природы.

 

В 1860 г. Петербургская Академия наук дала объявление о вакантном месте адъюнкта по физиологии и анатомии для русских ученых. И. М. Сеченов отозвался на объявление Академии наук и 1 декабря 1860 г. написал прошение, в котором просил «удостоить его чести быть включенным в число конкурентов на означенное место». Но закулисная борьба, которую вела немецкая партия в Академии, показала И. М. Сеченову, что кандидатура его не имеет никаких шансов на успех, несмотря на поддержку крупнейших русских ученых и, в частности, замечательного химика Н. Н. Зинина, предложившего ввести И. М. Сеченова в состав действительных членов Российской Академии наук; 22 декабря 1860 г. И. М. Сеченов взял свое заявление обратно.

 

Уже в бытность профессором Медико-хирургической академии И. М. Сеченов превращает свою кафедру в трибуну пропаганды материализма. Он выполняет эту свою миссию (давшую основание министру внутренних дел Валуеву считать его наиболее популярным теоретиком в «нигилистических кружках») не только с кафедры Академии, но и на своих публичных лекциях. Из них особенно интересны две публичные лекции, прочитанные И. М. Сеченовым в 1861 г. и опубликованные в те же годы в «Медицинском вестнике». В этих лекциях ученый сформулировал положение, легшее в основу дальнейшего развития передовой отечественной материалистической биологии. Вот какие мысли он развивал перед своими слушателями: «Отсюда естественным образом вытекает понятие о животном организме вообще. Понятие это, к сожалению, у многих до сих пор извращено, и потому я считаю не лишним сказать об этом несколько слов. Вы, вероятно, когда-нибудь слышали или читали, что под организмом разумеется такое тело, которое внутри себя заключает условия для существования в той форме, в какой оно существует.

 

Это — мысль ложная и вредная, потому что ведет к огромным ошибкам. Организм без внешней среды, поддерживающей его существование, невозможен, поэтому в научное определение организма должна входить и среда, влияющая на него». Эти положения развивались в то время, когда антидарвинист Страхов в журнале «Светоч» за 1860 г. в статьях под заглавием «Письма о жизни» всячески доказывал имманентную сущность жизни. Он утверждал, что «развитие организмов происходит под влиянием некоей, заключенной в организмах, духовной идеи и что переход в высшую форму зависит не столько от внешних условий, сколько от самого организма». Это отрицание значения среды для развития и существования организма идеалиста Страхова было направлено против материализма Чернышевского. Огромная заслуга И. М. Сеченова заключается в том, что он решительно выступил против этого реакционного направления в науке и в философии, стал на защиту материализма, положил основы тому направлению материалистической биологии, которое получило свое глубокое и всестороннее завершение в наше время, в мичуринском учении об единстве организмов и условий их существования, в павловском учении о высшей нервной деятельности.

 

Жестокие репрессии царского правительства против студентов, запрещение лекций Чернышевского, разгул реакции — все это создало невыносимые условия для работы Сеченова. Он добился отпуска и осенью 1862 г. уехал в Париж. Здесь в лаборатории Клода Бернара И. М. Сеченову удалось сделать научное открытие, которое обессмертило его имя в мировой науке. Производя опыты на лягушках, он открыл в их головном мозге наличие особых механизмов, подавляющих или угнетающих рефлексы — ответные двигательные реакции на полученное извне раздражение.

 

И. М. Сеченов вскрывал у лягушки головной мозг и верхнюю часть спинного, а потом делал поперечные разрезы в области так называемых зрительных бугров (в головном мозге). Подвесив препарированную таким образом лягушку за челюсть, он погружал ее задние конечности в сосудик с раствором серной кислоты и следил по часам (или с помощью метронома), сколько времени пройдет до того момента, когда лягушка отдернет лапки. Этим простым способом, который употребляется до сих пор, И. М. Сеченов определял скорость рефлекторного ответа на раздражения.

 

Неоднократно проделав эти опыты, И. М. Сеченов отметил любопытное явление. Когда он раздражал кристалликом поваренной соли мозг лягушки в области разреза зрительных бугорков, то время, необходимое для отдергивания лапки, т. е. для появления рефлекса, заметно увеличивалось. Когда же он прикладывал тот же кристаллик поваренной соли к поперечным разрезам в других участках мозга, это никак не влияло на время возникновения рефлекса. И. М. Сеченов сделал отсюда вывод: значит, в головном мозге имеются центры, которые могут оказывать тормозящее, или угнетающее, действие на скорость наступления рефлекторных актов. Это открытие получило название центрального торможения, а сам центр торможения был назван «сеченовским центром».

 

Не удовлетворившись результатами опытов над лягушками, И. М. Сеченов решил проверить правильность своих выводов на самом себе. Он знал, что рефлекс отдергивания руки у человека можно задержать различными способами, например: стискивая зубы, сильно напрягая мышцы груди и живота и задерживая при этом дыхание. Зная это, он опускает свою руку в раствор серной кислоты. Сильным напряжением воли он делает попытку задержать рефлекс отдергивания руки описанным выше способом. Ощущение жжения в руке прекратилось и не возобновлялось все время, пока усилием воли И. М. Сеченов поддерживал напряжение мышц. Это было поразительное и решительное подтверждение его выводов.

 

Открытие И. М. Сеченова проливало яркий свет на работу нервной системы, на ту сложнейшую работу, с которой связаны у человека психика и сознание. Становилось возможным отыскать ключ к пониманию огромного многообразия рефлекторных ответов живого организма на внешние раздражения. Приоткрывалась завеса и над тем удивительным фактом, что воля человека способна приостанавливать наступление рефлексов, вплоть до задержки даже таких ритмических мышечных сокращений, как сокращение сердечной мышцы. И хотя И. М. Сеченов в своей первой специальной статье, посвященной описанию сделанного им открытия «центрального торможения рефлексов», и подчеркивал, что он пока не обсуждает значения этого явления для жизни человека, все-таки мысли о проверке опыта на человеке его целиком захватывали. Он уже обдумывал главнейшие положения своего будущего знаменитого трактата «Рефлексы головного мозга», в котором отводится исключительное место механизму угнетения рефлексов при объяснении сложнейших волевых и психических актов.

 

Сеченов - Рефлексы головного мозга

 

В этот решающий период формирования мировоззрения И. М. Сеченов получил письмо от своей будущей жены Марии Александровны Боковой. Она передавала ему просьбу знаменитого русского поэта Н. А. Некрасова, редактора журнала «Современник», прислать статью о насущных вопросах естествознания. И. М. Сеченов охотно откликнулся на эту просьбу. Свою статью, законченную после возвращения в Россию, он озаглавил: «Попытка свести способы происхождения психических явлений на физиологические основы». В редакции «Современника» из-за цензурных соображений заглавие пришлось изменить так: «Попытка ввести физиологические основы в психические процессы». Однако и это не помогло: царская цензура запретила печатать работу И. М. Сеченова в «Современнике».

 

Эта работа И. М. Сеченова под названием «Рефлексы головного мозга» была напечатана в 1863 г. в журнале «Медицинский вестник». Появление же ее в виде отдельной книги быстро сделало имя И. М. Сеченова близким и дорогим всем передовым людям России и в то же время вызвало бурные протесты со стороны реакционных кругов. Против автора было возбуждено судебное преследование, а на книгу был наложен арест. Под запретом она находилась более года. Лишь боязнь, что меры, предпринимаемые против книги, могут усилить интерес к ней, заставила царскую цензуру разрешить выход книги в свет.

 

Когда друзья И. М. Сеченова спросили его, какого адвоката он думает привлечь для своей защиты на суде, то, по словам известного публициста Н. Ф. Анненского, он ответил: «Зачем мне адвокат? Я возьму с собой в суд лягушку и проделаю перед судьями все мои опыты; пускай тогда прокурор опровергает меня».

 

В «Рефлексах головного мозга» И. М. Сеченов впервые приоткрыл завесу над темной до тех пор областью психических явлений. Он показал, что великую тайну сознания можно раскрыть методами естественных наук, материалистическими методами.

 

С безграничным для того времени дерзновением И. М. Сеченов простер свои материалистические выводы на всю без исключения работу головного мозга. И самую мысль И. М. Сеченов считал сложным рефлексом — рефлексом, в котором подвергалось задержке, торможению последнее звено, т. е. движение.

 

Из своего основного положения о формирующем влиянии раздражений внешней среды на проявления психической деятельности И. М. Сеченов сделал далеко идущие революционные выводы. Он писал, что объективные данные науки свидетельствуют о равенстве всех людей и о возможности путем воспитания и образования поднять на уровень высокой культуры представителей самых отсталых народностей.

Работа И. М. Сеченова явилась отправным пунктом для создания учения об условных рефлексах — крупнейшего достижения современной науки. Творец этого учения И. П. Павлов в одном из своих выступлений говорил: «Исходную точку наших исследований я отношу к концу 1863 года, к появлению известных очерков Сеченова ,,Рефлексы головного мозга"».

 

До Сеченова и Павлова все выдающиеся исследователи природы беспомощно останавливались перед исследованием так называемой «душевной деятельности»: изучать ее теми же способами, какими они изучали так называемую телесную деятельность, им казалось невозможным. Сеченов и Павлов перешагнули черту, казавшуюся непереходимой. Они преодолели пропасть между телесной и «душевной» деятельностью. Великие ученые навсегда с исчерпывающей убедительностью доказали единство и взаимную обусловленность тех и других. Именно это дало право И. П. Павлову в письме на имя Ленинградского физиологического общества в 1934 г. гордо и смело написать следующие слова: «Да, я рад, что вместе с Иваном Михайловичем и полком моих дорогих сотрудников мы приобрели для могучей власти физиологического исследования вместо половинчатого весь нераздельно животный организм. И это целиком наша русская неоспоримая заслуга в мировой науке, в общей человеческой мысли».

 

И. М. Сеченов ставил своей задачей внедрить в психологию методы объективного физиологического исследования. Задача эта была очень смела, сложна и огромна. И. М. Сеченову надо было пересмотреть громадную литературу по психологии, критически оценить существующие теоретические установки в области психологии. Из писем к М. А. Боковой мы узнаем, какое разочарование постигло И. М. Сеченова, когда он взялся изучать европейскую психологическую и философскую литературу, главным образом немецкую: «...я узнал с положительностью, что человеку, изучающему психологию, нечего заглядывать в немецких тран- сценденталистов, т. е. в Канта, Фихте, Шеллинга и Гегеля.» (Письмо от 29 октября 1867 г.)

 

И в одном из следующих писем он писал: «Так как я заказывал в здешнем книжном магазине все философские книги, то на днях мне прислали такую новейшую белиберду, что я, пробуя читать, положительно не понял ни слова. И этим, как оказывается, занимается в настоящее время еще тьма немцев. Признаюсь откровенно, на изучение немецкой метафизики (о чем было говорено с Вами) у меня духа не станет».

 

Замечательно письмо из-за границы от 4 ноября 1867 г.: «Относительно психологии у меня в голове есть следующий план. Главные представители гербартовской школы живут в Лейпциге; там мне быть во всяком случае придется (ради свидания с Людвигом), и поэтому я возымел следующую мысль: обратиться к этим господам, что вот, мол, вы желаете, чтобы в разработке психологии приняли участие и физиологи,— я физиолог и с такими намерениями, так не угодно ли во время моего пребывания в Лейпциге устроить систематические дебаты об основных вопросах психологии? Если бы эта мысль осуществилась, было бы для меня крайне полезно».

 

Однако эта дискуссия, которой в интересах науки так жаждал Иван Михайлович Сеченов, началась не в Германии, а в России. Поводом к дискуссии с психологами идеалистического направления послужила для И. М. Сеченова книга К. Д. Кавелина «Задачи психологии», вышедшая в 1871 г. Книга эта фактически была направлена против «Рефлексов головного мозга».

 

Прочтя книгу Кавелина, И. М. Сеченов подверг ее беспощадной критике в специальной статье, напечатанной в журнале «Вестник Европы»; эта статья была издана отдельно под названием «Кому и как разрабатывать психологию».

 

Идеалистическим взглядам Кавелина И. М. Сеченов противопоставил материалистические. Человека со всеми его проявлениями И. М. Сеченов рассматривал как неотъемлемую часть природы. «Человек есть определенная единица в ряду явлений, представляемых нашей планетой, и вся его, даже духовная жизнь, насколько она может быть предметом научных исследований, есть явление земное. Мысленно мы можем отделить свое тело и свою духовную жизнь от всего окружающего, подобно тому, как отделяем мысленно цвет, форму или величину от целого предмета, но соответствует ли этому отделению действительная отдельность? Очевидно, нет, потому что это значило бы оторвать человека от всех условий его земного существования».

 

Статьи И. М. Сеченова показывали лженаучность теорий психологов-идеалистов и бессмысленность их утверждений о том, что человек как существо телесное подчинен законам материального мира, а как существо духовное он стоит вне этих законов. В своих работах И. М. Сеченов ставил смелую задачу проследить, как развиваются психические явления у отдельного человека, а также в эволюции всего живого мира.

В системе воззрений И. М. Сеченова особенно привлекают внимание его утверждения о том, что явления ощущения (от элементарных форм до мышления) занимают определенное место среди явлений природы. Сеченов писал: «...деятельность живого животного перестала стоять особняком в мире и вошла звеном в общую цепь превращений энергии на нашей планете. В настоящее время на животное можно уже смело смотреть как на организм, превращающий через посредство растений энергию солнечных лучей в такие высокие формы, как механическая работа и акты чувствования от элементарных ощущений до мышления включительно» («Физиологические очерки»).

В своих психофизиологических работах, идейное содержание которых было направлено против идеализма, И. М. Сеченов все больше и больше приходил к последовательно материалистической, диалектической постановке проблемы о сущности сознания. Он постоянно подчеркивал, что «нечего и говорить, что в основании всех рассуждений положено мною присущее всякому человеку непреложное убеждение в существовании внешнего мира».

 

В своей работе «Впечатления и действительность», увидевшей свет в 1890 г., ан, критически разбирая мнение, согласно которому «мы получаем через посредство органов чувств лишь род условных знаков от предметов внешнего мира», И. М. Сеченов ясно и определенно ставил следующий вопрос: «Как же, однако, помирить факт такой, по-видимому, условной познаваемости внешнего мира с теми громадными успехами естествознания, благодаря которым человек покоряет все больше и больше своей власти силы природы? Выходит так, что эта наука работает над условными чувственными знаками из недоступной действительности, а в итоге получается все более и более стройная система знаний, и знаний действительных потому, что они беспрерывно оправдываются блистательным приложением на практике, т. е. успехами техники».

 

Эти и другие высказывания Сеченова в той же работе не оставляют сомнения в том, что И. М. Сеченов пришел к формулировке положений, обратных так называемой теории символов Гельмгольца, подвергнутой острому критическому рассмотрению В. И. Лениным. Эти совершенно определенные философские положения И. М. Сеченова не оставляют сомнения также в том, что Г. В. Плеханов без оснований ссылался на взгляды Сеченова в обоснование ошибочной теории иероглифов.

 

К началу 90-х годов XIX в. в России, несмотря на усиливающееся сопротивление и нападения метафизиков и идеалистов, материалистическая традиция в разрешении проблемы соотношения материи и сознания, заложенная передовыми философами-материалистами 40—80-х годов, особенно укрепилась работами сеченовской физиологической школы и прежде всего работами самого И. М. Сеченова. На арене борьбы с метафизикой и идеализмом естествознание и ее важнейшая отрасль физиология приобретали все большее и большее значение.

 

Именно в этот период В. И. Ленин в своей работе «Что такое друзья народа?» (1894 г.) специально подчеркнул огромное значение естественнонаучного подхода к изучению сложных психических процессов для борьбы с метафизиками-психологами. В ленинской критике метафизиков- биологов и метафизиков-психологов вместе с тем исключительно наглядно выступает историческое значение работ И. М. Сеченова для определенного периода борьбы российской революционной демократии против ее идейных противников.

 

И в дальнейшем В. И. Ленин продолжает глубоко интересоваться этой проблемой, и его внимание привлекают, в частности, работы И. М. Сеченова. В декабре 1903 г. В. И. Ленин писал из Женевы М. А. Ульяновой: «Дорогая мамочка!... Я прошу... купить мне некоторые книги. О русско-французском словаре я писал. Добавлю еще Сеченова „Элементы мысли" (недавно вышедшая книга)».

 

1903 год — год выхода в свет работы И. М. Сеченова «Элементы мысли» — явился знаменательным в истории отечественной физиологии. В том же году, когда великий Сеченов выступил со своей последней, итоговой работой, дающей материалистическую трактовку сущности психических процессов, его идейный ученик — великий русский физиолог И. П. Павлов на международном научном конгрессе в Мадриде выступил с докладом, где изложил первые достижения и программу дальнейших действий в области объективного, естественнонаучного изучения психических процессов методом условных рефлексов.

 

Начатое И. М. Сеченовым и И. П. Павловым материалистическое разъяснение сущности психических процессов, получило и получает свое дальнейшее развитие в трудах передовых ученых всех стран.

 

Более чем 30 лет своей научной деятельности И. М. Сеченов посвятил изучению психических явлений. К. А. Тимирязев, оценивая крупнейшие достижения мирового естествознания в XIX в., подчеркивал огромную роль И. М. Сеченова, который, по его мнению, был «едва ли не самый глубокий исследователь в области научной психологии», «не остановившийся перед самыми сложными ее вопросами и приступивший к их разрешению с... осторожностью ученого и проницательностью мыслителя...».

 

И. М. Сеченов мог приступить к такой новаторской работе в одной из самых трудных областей естествознания благодаря тому, что он с исключительной конкретностью и глубиной изучил основные закономерности физиологических процессов как в центральной нервной системе, так и в ее периферических отделах. Ему принадлежит открытие целого ряда основных законов деятельности центральной нервной системы и в первую очередь явления так называемого центрального торможения, о котором говорилось выше.

И. М. Сеченов открыл и впервые описал также явления суммации в центральной системе. Оно разъясняет целый ряд тех процессов, которые в дальнейшем были изучены и детально описаны многими западноевропейскими учеными.

 

И. М. Сеченову принадлежит честь открытия в 1881 г. в центральной нервной системе особых ритмических явлений, которые он впервые зарегистрировал простыми, доступными ему электроизмерительными приборами. Уже после открытия этих явлений И. М. Сеченовым, целое поколение физиологов всех стран, пользуясь все более и более совершенными приборами, вплоть до современных осциллографических катодных усилительных систем, описали многообразные проявления ритмической электрической активности различных отделов центральной нервной системы, что легло, в частности, в основу одной из важных отраслей современной физиологии и клиники — электроэнцефалографии. Отметим при этом, что И. М. Сеченов подчеркивал, что эти ритмические явления не представляют собой нечто независимое от воздействий внешней среды, а наоборот, они возникают вследствие определенных внешних причин. Игнорируя это важнейшее указание И. М. Сеченова, некоторые физиологи ошибочно пытались противопоставить ритмическую деятельность центральной нервной системы ее единственной форме — деятельности рефлекторной.

 

В наших современных представлениях о механизмах сложных актов координации движения большое значение имеет представление о наличии в мышечных элементах чувствующих нервных окончаний. Мышечную систему современная физиология представляет как своеобразный орган чувств, сигнализация с которого имеет основное значение в регуляции рефлекторных актов ритмической работы различных групп мышц, следствием которых и является постоянный и целесообразный акт движения животных организмов. Человек, лишенный этой мышечной чувствительности, теряет ориентировку в пространстве и не может сохранить равновесия. Представление о роли мышц как об органе чувств хотя в настоящее время и связывается с именами западноевропейских ученых, однако оно было сформулировано И. М. Сеченовым, который еще в 60-х годах прошлого столетия говорил о так называемом «темном мышечном чувстве».

 

И. М. Сеченов заложил основы правильного понимания закономерностей преобразования нервной системы в течение эволюции животных организмов, поставив при этом во главу угла эволюцию воспринимающих или чувствующих аппаратов, с помощью которых организмы воспринимают раздражение внешней среды. Рассматривая внешнюю среду как движущую силу эволюции органической природы ученый особенно подчеркивал важность изучения эволюции нервной системы в этом процессе и тем самым заложил основы эволюционной физиологии. Следует особенно подчеркнуть, что и И. П. Павлов в своих эволюционных обобщениях постоянно подчеркивал, что главная линия эволюции нервной системы шла по линии эволюции именно чувствующих, воспринимающих приборов.

 

Во всех своих исканиях сущности нервных процессов И. М. Сеченов исходил из единственно правильного материалистического положения о том, что деятельность нервной системы, как и других систем организма, прежде всего связана с превращениями вещества и энергии, т. е. естественным образом связана с основой жизни — обменом веществ.

 

Новаторские идеи И. М. Сеченова в области физиологии нервной системы не могли не привлечь к нему талантливых учеников и последователей. В период работы в качестве профессора Петербургского университета он вырастил таких блестящих представителей отечественной физиологии, как Н. Е. Введенский и Б. Ф. Вериго, труды которых в области физиологии нервной системы и до настоящего времени являются руководящими для физиологов всего мира.

 

Чрезвычайно большое значение имеют также работы И. М. Сеченова и в особенности его ученика Н. Е. Введенского в области физиологии периферического нерва. Так же как открытое И. М. Сеченовым явление центрального торможения (сеченовское торможение), так и явление торможения в периферических нервных волокнах (торможение Введенского) кладутся в основу исследований крупнейших физиологических лабораторий мира.

 

Следует особо подчеркнуть один из тех разделов работы И. М. Сеченова, который мало известен даже в кругах специалистов — это область физико-химических исследований И. М. Сеченова. Начав еще на заре своей научной деятельности исследования по газам крови, И. М. Сеченов пришел к необходимости изучения физико-химических закономерностей связывания и отдачи кислорода и угольной кислоты кровью в процессах дыхания животных организмов. Встав перед этими загадочными для его времени вопросами, И. М. Сеченов решил применить к их исследованию физико-химические методы. Более тридцати лет своей научной деятельности он посвятил изучению этого вопроса, причем разъяснил не только сущность процессов связывания и отдачи газов кровью, но и открыл целый ряд явлений, получивших большое значение для дальнейшего развития физической химии растворов. И. М. Сеченову принадлежит специальная формула, названная «формулой Сеченова», определяющая распределение газов в солевых растворах; она была в самое последнее время вновь подтверждена английскими исследователями.

 

Работы И. М. Сеченова с газами крови не только открыли новый закон физической химии растворов, но дали возможность И. М. Сеченову предсказать ряд таких явлений, которые в последующем были экспериментально обнаружены иностранными исследователями. В частности, согласно современным взглядам процесс отдачи кровью углекислоты происходит при участии определенного фермента, что с достаточной ясностью было отмечено И. М. Сеченовым, убедившимся в своих количественных определениях, что вытеснение углекислоты из крови, несомненно, нуждается в наличии какого-то каталитического фактора.

 

Работы И. М. Сеченова в области изучения газов крови в связи с вопросами дыхания организмов дали ему возможность приступить к разработке совершенно нового вопроса физиологии человека — вопроса, возникшего в связи с покорением человеком воздушного океана. Одна из первых и наиболее важных работ в области физиологии человека в полете принадлежит именно И. М. Сеченову, который в 80-х годах прошлого столетия в связи с аварией французских воздухоплавателей на воздушном шаре «Зенит» дал первые физиологические расчеты причины гибели этих воздухоплавателей и указал физиологические пути к борьбе против нарушения функции дыхания у человека при высотных полетах.

 

Трудами И. М. Сеченова и его ближайшего ученика М. Н. Шатер- никова в стенах Московского университета в последний период жизни И. М. Сеченова была заложена основа изучения газообмена животных и человека. Это имело большое значение для дальнейшего изучения обмена веществ организма здорового и больного человека, а так же сельскохозяйственных животных.

 

Исключительная заслуга И. М. Сеченова заключается также и в том, что все достижения физиологии он применил к исследованию процессов, происходящих в организме человека в трудовых условиях. Он стремился найти те физиологические механизмы, с помощью которых можно будет бороться против явлений утомляемости. Сохранилась прекрасная фотография, изображающая 70-летнего И. М. Сеченова, ставящего на себе опыт, который должен был выяснить, каким образом можно снять утомление мышцы руки человека, наступившее вследствие длительных ритмических движений. Замечательная книга И. М. Сеченова «Очерки рабочих движений», опубликованная в самом начале 90-х годов, легла в основу новой области физиологии — физиологии труда.

 

Начало 70-х годов было связано для И. М. Сеченова с тяжелыми переживаниями. Его блестящая новаторская деятельность в Медико-хирургической академии привлекла особое внимание царского правительства. Поборники реакции, напуганные растущей популярностью талантливого ученого и его революционным влиянием на передовую часть студенчества, решили во что бы то ни стало избавиться от неугодного им профессора. Основоположник русской физиологии в 1870 г. был фактически изгнан из Медико-хирургической академии. Поводом к уходу И. М. Сеченова из Медико-хирургической академии явился факт неизбрания на свободную кафедру зоологии ближайшего друга И. М. Сеченова — знаменитого русского ученого И. И. Мечникова. И. М. Сеченов тяжело переживал отвод кандидатуры Мечникова. Болью и горечью наполнено его письмо Мечникову. Он писал: «В академии я не останусь,— это положительно».

 

Знаменитый химик Зинин повел с И. М. Сеченовым переговоры о его работе в Академии наук. Сеченов дал на это свое согласие. Но и на этот раз двери Императорской академии оказываются для него закрытыми.

 

Лишенный возможности работать в области физиологии, И. М. Сеченов нашел временный приют в лаборатории своего друга — Д. И. Менделеева. Величайший физиолог должен был тут работать как химик. По теме, предложенной Менделеевым, он осуществил синтез азотисто-метилового эфира и дал подробное описание свойств этого соединения. В письме к Мечникову он с горечью пишет, что «возможно, что я сделаюсь химиком, но, конечно, это мечты».

 

Друзья, однако, не остались равнодушными к судьбе И. М. Сеченова. Их долгие и настойчивые хлопоты наконец увенчались успехом: в 1871 г. И. М. Сеченов был избран профессором физиологии Новороссийского университета в Одессе. Почти шесть лет он провел там и за это время с юношеской энергией развернул новую огромную и плодотворную работу. Он продолжал в Одессе свои специальные исследования (ив особенности по изучению газов крови). С наиболее передовыми профессорами Одесского университета — эмбриологом А. О. Ковалевским и физиком Н. А. Умовым — у Сеченова установились самые тесные деловые и дружеские отношения. Вместе со своей женой он принял участие в переводе бессмертных произведений Чарльза Дарвина, в частности книги «Происхождение человека и половой подбор».

 

В 1876 г. И. М. Сеченов был избран профессором Петербургского университета. Двенадцать лет работы в Петербургском университете (1876—1888 гг.) дали исключительный результат для развития русской физиологии и науки в целом. В этот период Сеченов создал настоящую школу русских физиологов. Среди учеников Сеченова были такие выдающиеся ученые, как Н. Е. Введенский, Б. Ф. Вериго и Н. П. Кравков. Проделанная за эти годы работа в области физиологии нервной системы выдвинула русскую физиологию на первое место в мировой науке.

 

Совет профессоров Петербургского университета ходатайствовал о присуждении И. М. Сеченову звания заслуженного профессора, но получил отказ. Уже третий раз крупнейшие ученые ставили вопрос об избрании Сеченова действительным членом Академии наук. И снова оказывалось «невозможным» присвоить величайшему среди русских физиологов звание академика.

 

В тяжелом душевном состоянии И. М. Сеченов находился почти в течение трех лет. В 1888 г. он был вынужден покинуть и Петербургский университет. Целый год он провел в деревне и только по настоятельной просьбе друзей решился наконец перейти для работы в Московский университет. Прославленный физиолог, создавший кафедры в Медико-хирургической академии, Петербургском и Одесском университетах, получил скромное место приват-доцента!

 

Приехав в Москву, он начал читать в клубе врачей публичные платные лекции. Это дало ему скромные средства для покупки за границей необходимой научной аппаратуры.

В это время Карл Людвиг предложил И. М. Сеченову для работы свою лабораторию. Но это предложение Сеченов отклонил. Он не хотел работать на чужбине. Он считал, что ученый должен вести свою научную и педагогическую работу на родине. В этом он видел нравственную обязанность ученого перед своим народом.

 

Только в 1891 г. И. М. Сеченов стал наконец профессором Московского университета. Снова в университетских физиологических лабораториях закипела работа.

Оставаясь верным великим идеям революционных демократов-просветителей 60-х годов, И. М. Сеченов до конца своей жизни гордо держал знамя русской науки и к служению ей призывал молодежь.

 

Но вот наконец 4 декабря 1904 г. наступил день, когда Императорская академия наук «сочла за особое удовольствие» избрать И. М. Сеченова почетным членом Академии наук. Но это признание запоздало. Уже на следующий год—15 ноября 1905 г.— Иван Михайлович Сеченов скончался.

 

Последний год своей жизни И. М. Сеченов целиком отдал великому делу просвещения народа. В 1903 г., уже в возрасте 74 лет, прославленный физиолог, родоначальник и старейшина русской физиологии, принял предложение стать преподавателем Пречистенских рабочих курсов (или, как они назывались, Пречистенских классов). Здесь перед аудиторией рабочих он развернул широко задуманный курс анатомии и физиологии человеческого организма. Чувством исключительной любви к слушателям — рабочим московских фабрик — и важности предпринятой работы веет от тех страниц «Автобиографических записок», которые посвящены этому периоду жизни и деятельности И. М. Сеченова.

 

Творческий труд был для Ивана Михайловича Сеченова неизменным девизом, которому он остался верен до конца. «Работать, работать, работать»,— сказал Сеченов за две недели до своей смерти, в последний раз встретясь с Тимирязевым. «Это были последние слова, которые мне привелось от него слышать,— писал К. А. Тимирязев,— то был завет могучего поколения, сходящего со сцены, грядущим.»

 

Главнейшие труды И. М. Сеченова: Собрание сочинений: т. I — Экспериментальные исследования, т. II — Статьи, психологические и популярные очерки, М., 1907—1908; Избранные труды, М., 1935; Рефлексы головного мозга, Л., 1926, и М.—Л., 1942; Физиологические очерки, ч. 1 и 2, М.—Пг., 1923; Очерки рабочих движений человека, М., 1906; Элементы мысли, М.—Л., 1943; Автобиографические записки, М., 1945; Избранные философские и психологические произведения И. М. Сеченова, М., 1947.

 

О И. М. Сеченове: Белоголовый Н. А., Воспоминания, М., 1897; Введенский Н. Е., Иван Михайлович Сеченов, СПб., 1906; Шелгунов Н. В., Воспоминания, М.—Л., 1923; Шатерников М Н., И. М. Сеченов, биографический очерк, в кн.: И. М. Сеченов, «Рефлексы головного мозга», Л., 1926; Богданович Г. А.. Любовь людей шестидесятых годов, Л., 1929; Борьба за науку в царской России (И. И. Мечников, В. О. Ковалевский, И. М. Сеченов), сборник с предисловием Н. А. Семашко, М.—Л., 1931; Кекчеев К. X., И. М. Сеченов, М., 1933; Шатерников М. Н., Биографический очерк, в кн.: И. М. Сеченов, «Избранные труды», М., 1935; Коштоянц X. С., Очерки по истории физиологии в России, М.—Л., 1946; Мечников И. И., Страницы воспоминаний, М., 1946; Коганов В. М., Мировоззрение И. М. Сеченова, М., 1948; Коштоянц X. С., Сеченов, М., 1950; Буди лова Е. А., Учение И. М. Сеченова об ощущении и мышлении, М., 1954; История естествознания в России, т. Ill, М., 1962.

 

 

 

К содержанию книги: ЛЮДИ РУССКОЙ НАУКИ: биологи, зоологи, медики, ботаники, биохимики

 

 

Последние добавления:

 

Внешняя политика Ивана 4 Грозного   Гоголь - Мёртвые души   Книги по русской истории   Император Пётр Первый