Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Политика Древнерусского государства

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДРЕВНЕРУССКОГО ГОСУДАРСТВА (до конца 11 века)

 

историк Владимир Пашуто

В.Т. Пашуто

 

Смотрите также:

 

Внешняя политика древней Руси

 

История России учебник для вузов

 

Княжое право в Древней Руси

 

 

Карамзин: История государства Российского

 

Киевская Русь

 

Древняя русь

 

Внешняя политика Киевской Руси...

 

Внешняя и внутренняя политика Древней Руси

 

История древнерусского государства - Руси

 

Рыбаков. Русская история

 

Любавский. Древняя русская история

 

Древне-русские книги и летописи

 

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

НАЗВАНИЯ ДРЕВНЕ-РУССКИХ ГОРОДОВ

 

Внешняя политика Ивана Грозного

 

Татищев: История Российская

 

 

Русские княжества

 

Покровский. Русская история с древнейших времён

 

Иловайский.

Древняя история. Средние века. Новая история

 

Соловьёв. Учебная книга по Русской истории

 

История государства и права России

 

Правители Руси-России (таблица)

 

РУСЬ И ГОСУДАРСТВА КАВКАЗА И АЗИИ

 

Арабо-персидская литература хранит серию известий о русских походах на Кавказ, которые надо рассматривать в широком аспекте русско-византийско-арабских взаимоотношений. Уже поход 860 г. сопровождался какими-то действиями руссов в южном Прикаспиш

 

Ибп Исфендийар, использовавший старые прикаспииские хроники, писал в «Истории Табаристана» (первая половина XIII в.): «...Во времена Хасана ибн Зайда [864—884] руссы приходили в Абесгун и воевали» Видимо, это был локальный набег на побережье Табаристана, поэтому о нем не зпал писавший в X в. ал-Мас'уди (умер в 956 г.).

На время военно-дипломатической активности Олега в Византии, а именно (по данным Ибн Исфендийара) на 909—910 гг. падает прикаспийский поход руссов, описанный без твердой датировки и ал-Мас'уди 2.

 

Обычно историки говорят о двух походах руссов в прикаспийские области: о походе 909—910 гг. и о походе 912—913 гг. Однако при внимательном изучении источников это число походов может быть поставлено под сомнение. Ал-Мас'уди, наиболее ранний наш информатор о русских походах в Прикаспий, сам побывавший на месте действия, писал: «Народы, жившие на берегу этого моря, пришли в смятение, так как в прежние времена не видали, чтобы враг наступал на них с моря, и по нему ходили лишь суда купцов и рыбаков» 3. Следовательно, до похода, описанного ал-Мас'уди, других экспедиций руссов в эти места не было. Но историк XIII в. Ибн Исфендийар ясно датировал поход руссов 297 г. х., т. е. 909—910 гг.4 Ошибка ал-Мас'уди в датировке похода понятна, ведь он сам отмечал, что точная дата похода ускользнула из его памяти 5. Очевидно, был только один поход руссов в прикаспийские местности и дата этого похода 909—910 гг. Возникает вопрос о взаимосвязи кавказской и византийской политики Руси.

 

К началу X в. Багдадский халифат Аббасидов уже не представлял ни грозной силы, ни освященного исламом пугающего единства для дряхлевшей наследницы Константина и Юстиниана. Поэтому постоянные византийско - арабские войны в Сирии, Месопотамии и Закавказье не давали решающего перевеса ни одной из сторон, имевших к тому же и других не менее опасных противников. У Византии это были Болгария, Русь, кочевники Причерноморья, у багдадского халифа Мутадира (908—932) — ливийские Фатимиды, угрожавшие Каиру и Александрии6.

 

Номинальный вассал Багдада Саманид Исмаил (892— 907), владея Мавераннахром и Хорасаном, добился санкции халифа на управление и Табаристаном 7. Наместник халифа в Азербайджане и Армении Юсуф ибн Абу-с- Садж8 сумел, по-видимому, распространить свою власть и на Ширван (северо-восточный Азербайджан). Взимая с народов Кавказа харадж и управляя здешними поместьями («дийа»), он платил регулярную дань в Багдад и был опасным противником Византии9. Именно в это время Армения пыталась сбросить власть халифа, для чего царь Смбат I (892—914) старался сблизиться с Византией 10. Царь встречал сопротивление крупных князей (ишханов), многие из которых во главе с Гагиком Арцруни перешли позднее на сторону Юсуфа.

 

Поход руссов был направлен и против Саманидов и против Юсуфа, т. е. ослаблял вассалов халифа и соответствовал политическому курсу Олега на сближение с Византией. Походу предшествовало соглашение с Хазарией, где при дворе хакана соперничали две партии — одна может быть охарактеризована как «старохазарская», верная традициям борьбы с халифатом, другая — как мусульманская, предводимая верхушкой гвардии. Видимо, верх одержала первая и русское войско (по явно преувеличенным данным Мас'уди — па 500 судах11; обычно русское судно вмещало 40 человек, и в этом походе могло участвовать до 20 тыс. воинов), поднявшись по Дону до переволоки, прошло на Волгу и, спустившись по ней, поплыло на юг вдоль западного побережья Каспийского моря. Можно предполагать, что в приморском Дагестане русские создали опорный лагерь и развернули дальнейшие операции.

 

Сравнительно небольшой отряд на 16 судах отплыл на восток, к Табаристану, где в это время саманидские власти старались подавить выступление местных повстанцев. Руссы столкнулись с саманидским войском, но правитель г. Сари заставил их отступить. На следующий год руссы пришли вновь, сожгли Сари и разорили его окрестности, затем, по-видимому, их отряд был истреблен морской засадой гиляншаха и ширваншаха.

 

Основная часть руссов, видимо, воевала против сил Юсуфа в северном Азербайджане и, судя по некоторым данным 12, пыталась пробиться в его южную часть. Однако объединенные войска Саманидов, гиляншаха и ширваншаха помешали этому. Понеся большие потери, но с добычей, руссы двинулись в обратный путь.

 

Между тем в Итиле одержала верх мусульманская партия: каган был вынужден порвать соглашения с руссами, о чем и известил их. Большая часть руссов была перебита (хазары в русском походе на Кавказ сыграли ту же роль, что печенеги в последующем походе на Болгарию). Небольшой отряд руссов двинулся сушей вдоль Волги и погиб в стычках с буртасами и булгарами. Поход закончился неудачей. Багдадский вассал удержался в Армении. Не получив помощи Византии, царь Смбат I был побея^ден, захвачен Юсуфом и казнен 13.

 

Примечательно, что с антивизантийским выступлением Руси в 944 г. в западном Причерноморье также связаны действия ее отрядов в Закавказье. О них кратко упоминает арабский географ Ибн Хаукаль 14, о них же подробно сообщает продолжатель ал-Табари известный арабский историк Ибн Мискавейх (умер в 1030 г. глубоким стариком). Арабоязычный перс, он служил чиновником при дворе амир ал-умара Аббасидов Бундов, которые фактически были (935—1055 гг.) правителями Багдадского халифата.

 

В последней части написанной Ибн Мискавейхом всемирной истории — «Книге опыта народов»—находится описание похода руссов на Бердаа 15. Оно основано на современной информации 16, но ошибочно датировано. Впрочем, датировку нетрудно исправить, если вспомнить, что, описывая поход руссов, Ибн Мискавейх упоминает о смерти в Багдаде эмира Тузуна, которая датируется августом — сентябрем 945 г. 17 Игорь действовал против Византии вдоль обоих берегов Черного моря. Цели Игоря в Закавказье определялись тамошней политической обстановкой. На северо-востоке наиболее значительными владениями были тогда Ширван и Дербентское кшшество. Расположенная южнее территория нынешнего Азербайджана в 330 г. х. (941—942 гг.), т. е. как раз накануне рассматриваемых событий, была захвачена отрядами дейлемитов (воинственных горцев южного Прикаспия) Марзубана бин Мухаммеда Мусафирида, который разбил местного правителя Дайсама ибн Ибрахима. Победе Марзубана помог Абд-л-касим Али, вазир Дайсама, тайно изменивший своему повелителю. Дайсам бежал ко двору армянского владетеля Гагика Арцруни, откуда вскоре вновь связался с предавшим его вазиром. Затем Абд-л~касим уже сам вступил в конфликт с Марзубаном, был отставлен им от должности, но получил в управление Тебриз. Зовя Дайсама вернуться в Азербайджан, Абд-л-касим устроил со своими сторонниками резню дейлемитов в Тебризе; прибывший туда Дайсам был вынужден укрыться в цитадели. Затем город был осажден войском Марзубана и вскоре сдался на его милость 18.

 

Победитель, перейдя Куру, вступил в пределы Шир- вана. Владетель последнего Йазид, ища союзников, обра^ тился к знати Дербента, отдав ей за это сборы с нефтяных источников Баку и солеварен 19. В сокращенной «Истории Дербента» (начало XII в.) говорится, что его жители помогли Йазиду прогнать дейлемитов и он «согласился совместно с ними напасть на византийцев [Рум], грузин л другие неверные народы» 20. Можно с основанием предположить, что освобождение Ширвана от дейлемитов было связано с походом руссов в Закавказье и что их базой был Дербент.

 

Из Дербента руссы через Ширван по Куре поднялись в столицу Аррана (Албании) Бердаа (Партав), богатейший город Закавказья, и овладели им, изгнав наместника Марзубана и его дейлемитский гарнизон. Примечательно, что руссы, не желая портить отношений с жителями, не разорили Бердаа и запретили обижать население, как сообщают и Ибн Мискавейх и албанский хронист Мовсес Каланкатваци (Дасхуранхци) 21; они даже расположились не в городе, а в соседнем селении Мубараки, о чем узнаем из персидского анонима «Худуд ал-алам» (около 982— 983 гг.) 22.

 

Действия руссов понятны: они собирались двигаться на Византию и рассчитывали по крайней мере на нейтралитет арранцев (подобным образом будет позднее действовать Святослав в Болгарии). Ведь противником руссов был захвативший Арран Марзубан — враг Хамдаиидов (династии, владевшей северной Месопотамией и Сирией с центрами в Алеппо и Мосуле). Хамданиды — главный противник Византии на востоке 23; следовательно, Марзубан — в одном лагере с Византией, Происходившими событиями была затронута и Армения: анийские цари уже более полувека находились в союзе с Византией, но владетели из семьи Арцруни и их представитель Гагик были недружественны Ани, дали убежище Дайсаму и не питали вражды к Хамданидам.

 

Марзубан, узнав о падении Бердаа, двинул свою рать на север против новоявленных противников, но в сражении с руссами потерпел поражение и, видимо, отошел на юг, поближе к Дейлему. Руссы же продвинулись иа юго- запад и овладели Марагой, о чем, кроме Ибн Мискавейха, упоминает крупнейшей арабский историк первой половины XIII в. Ибн ал-Асир24. Однако жестокая эпидемия сократила ряды руссов, и они были вынуждены возвратиться в Арран, где им пришлось вести войну с Марзубаном.

 

В это время в борьбу вмешался владетель северной Месопотамии (Мосула) Абу Абдуллах Хусейн ибн Сайд ибн Хамдан, который вместе со своим братом Сайф ад-даула считался главным противником Византии. Узнав об этом, Марзубан оставил часть войска против руссов в Арране, а сам двинулся к югу на Хамданида.

 

Руссы, ослабленные эпидемией и войной с Марзубаном (в одной из битв погиб их военачальник), вступили в конфликт с жителями Бердаа и в конце концов разорили его. По-видимому, на этом поход руссов закончился. С большой добычей они возвратились на родину. Быть может, они были отозваны Игорем, вскоре заключившим мирный договор с Византией. О руссах восточные источники напоминают вновь уже под 377 г. х. (987 г.) в связи с событиями в Дагестане и Ширване. В это время дербентский эмир Маймун бин Ахмед (976—997 гг.), враждовавший с городской знатью Дербента (раисами) и заключенный ими под охрану в городскую цитадель, тайно обратился за помощью к руссам. Последние прибыли к Дербенту на 18 судах и освободили эмира, после чего 17 русских кораблей направились на юг (один был уничтожен Дербент- цами, скорее всего после отплытия остальных, хотя источник не дает на этот счет ясных указаний). После этого руссы разорили побережье Ширвана, и дальнейшая их судьба неизвестна. Впрочем, сама дата события (987 г.) позволяет связать этот поход с тогдашней политикой Владимира в отношении Византии. Может быть, они рассчитывали через Грузию пройти в Малую Азию, но, вероятно, весь отряд погиб в Азербайджане 25.

 

По сведениям того же источника, упомянутый Май- мун, вероятно, в 988 г. принял на службу еще отряд руссов, составивший его личную охрану (гулямы). Вместе с этим отрядом Маймун был осажден в дербентской цитадели восставшими дербентцами, которыми руководил какой-то фанатик — проповедник из Гиляна. С помощью руссов Маймуну удалось отбить нападения восставших и затем добиться свободного ухода в Табасаран.

 

Сорок лет спустя летописи Дербента и Ширвана вновь заговорили о руссах. Между 1030 и 1032 гг. руссы в союзе с аланами и какой-то частью горцев Дагестана принимают видное участие в политических событиях в Закавказье. Возможно, это отряды тмутараканского и черниговского князя Мстислава Владимировича, который пытался создать державу в Подонье и на Северном Кавказе. Руссы вместе со своими союзниками недалеко от Баку разгромили войска ширваншаха, а затем поднялись вверх по Куре. Здесь они поддержали сына престарелого правителя Аррана Фадла Мусу. В Арране шла война между Мусой и его братом. Муса с помощью руссов взял резиденцию последнего г. Байлакан и убил своего соперника. Любопытно, что русский отряд после этого ушел в Рум (Византию) 26. Видимо, у этих руссов существовала какая-то связь с русским корпусом в Византии, но скорее всего руссы ушли на Северный Кавказ через Дарьяль- ский проход, бывший во владении союзного им аланского царя.

 

В 1032 г. руссы опять в союзе с аланами появились в Закавказье. Возглавлял эту экспедицию сам царь аланов. Война союзников в Ширване окончилась неудачей. Во-первых, упомянутый выше Муса, уже год как наследовавший своему отцу в Арране, породнился с ширван- шахом Манучихрем и стал союзником последнего 27. Во- вторых, эмир Дербента Майсур находился во враждебных отношениях к аланам и руссам, а поскольку этот владетель Оыл женат на дочери царя Сарира Бухт-Йише, са- рирцы, хотя они, кажется, участвовали в походе на Шир- ван, оказались не совсем надежными союзниками. При возвращении из Ширвана аланы и руссы подверглись нападению дербентцев, лезгин и табасаранцев. В хронике Ширвана написано, что «это была резня, подобной которой никогда не упоминалось» 28. Только небольшому отряду во главе с царем аланов удалось прорваться и уйти. Попытка руссов и аланов в следующем 1033 г. расквитаться была отбита. После этого, по словам современных хронистов, «навсегда были прекращены притязания неверных на эти исламские центры», — Дербент и Шир~ ван 29.

 

В. М. Бейлис в своем письме любезно обратил наше внимание на неопубликованное упоминание руссов Мае"- удом ибн Намдаром, бывшим казначеем г. Байлакана: «Сторонник ширваншахов, он был изгнан горожанами и, оплакивая свою судьбу в стихотворении ,,Порицание неких низостей. Жалоба на свое положение/' (начало XII в.), в следующих словах осуждает их: „Уже сравнялись [дела] косноязычных из Байлакана с тем, как поступали русы в Шабаранеи. Шабаран — название области вдоль побережья Каспия (ныне южной части района Кубы), а также неукрепленного города, известного со времен арабского завоевания; ширваншах Фарибурз ибн Салар (около 1063 г.— не ранее 1111 г.) пытался сделать его центром своих владений. Возможно,— пишет В. М. Бейлис,— что за этим сообщением стоит какое-то событие, связанное с активизацией кавказской политики тмутараканских князей 70—80-х годов XI в.» 30.

 

Восточные источники о принятии Русью христианства позволяют задуматься ж об ее связях с Хорезмом.

В летописи сохранился любопытный рассказ, облеченный в легендарную форму, об «испытании вер» князем Владимиром. В этой легенде есть рациональное зерно: принятию христианства при Владимире предшествовала оценка князем и его двором международной стороны дела. В связи с этим заслуживает внимания рассказ иранского антологиста XIII в. Мухаммеда Ауфи о посольстве русского князя по имени Буладмир в Хорезм с целью изучения возможности принятия ислама31. Рассказ этот дошел до нас в поздней легендарной обработке; истоки его ведут в Среднюю Азию домонгольского времени, так как именно из какого-то ныне утерянного среднеазиатского источника Ауфи и заимствовал свои сведения. Мы не знаем точно, состоялось ли русское посольство в Хорезм при Владимире, хотя и отрицать его оснований у нас нет,— в X—XII вв. влияние Хорезма (во всяком случае религиозное) на Поволжье было велико. Возможно, Владимир действительно колебался, избирая форму веры для Руси.

События в Крыму и особенно в Малой Азии понуждали Византию искать сближения с Русью.

 

С событиями в Малой Азии этих лет были хорошо знакомы арабско-христианские историки, и один современник — Яхья Антиохийский — оставил довольно подробный рассказ о помощи русского князя императору во время восстания Фоки и о принятии в связи с этим Русью христианства 32. Несколько позднее это же событие отметил в своей летописи и современный армянский хронист Сте- нанос Таронеци (Асохик) 33. Рассказ о принятии Русью христианства сохранили и мусульманские писатели, в частности Ибн ал-Асир, составитель всемирной истории в XIII в.34

 

 

 

К содержанию книги: Владимир Терентьевич Пашуто. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДРЕВНЕЙ РУСИ

 

 

Последние добавления:

 

Владимир Мономах

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков

 

Витамины и антивитамины

 

очерки о цыганах