Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Политика Древнерусского государства

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РУСИ ПЕРИОДА ФЕОДАЛЬНОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ (с конца 11 до середины 13 веков)

 

историк Владимир Пашуто

В.Т. Пашуто

 

Смотрите также:

 

Внешняя политика древней Руси

 

История России учебник для вузов

 

Княжое право в Древней Руси

 

 

Карамзин: История государства Российского

 

Киевская Русь

 

Древняя русь

 

Внешняя политика Киевской Руси...

 

Внешняя и внутренняя политика Древней Руси

 

История древнерусского государства - Руси

 

Рыбаков. Русская история

 

Любавский. Древняя русская история

 

Древне-русские книги и летописи

 

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

НАЗВАНИЯ ДРЕВНЕ-РУССКИХ ГОРОДОВ

 

Внешняя политика Ивана Грозного

 

Татищев: История Российская

 

 

Русские княжества

 

Покровский. Русская история с древнейших времён

 

Иловайский.

Древняя история. Средние века. Новая история

 

Соловьёв. Учебная книга по Русской истории

 

История государства и права России

 

Правители Руси-России (таблица)

 

РУСЬ И СТРАНЫ СЕВЕРНОЙ ЕВРОПЫ

 

Русские источники молчат о скрытом процессе русской и скандинавской встречной колонизации земель Лапландии (саамов), Финляндии и Карелии. Скандинавские источники (правда, говорящие больше о королевских родословных) позволяют думать, что в начале XII в. отношения Руси с этими северными странами были дружественными. Сын Владимира Мономаха от Гиты Мстислав-Гаральд (1076—1132, с 1125 г.—киевский великий киязь) в конце XI в. женился на Христине, дочери шведского короля Инга Стейнкельса От этого брака родились дочери Малфрид и Ингеборг2.

 

В это время Киев и Новгород должны были иметь политические связи с Норвегией и с Данией, хотя бы потому, что Малфрид Мстиславна, когда в 1111 г. находилась в Шлезвиге у ярла Эйлифа, вышла замуж за возвращавшегося из крестового похода Сигурда I, сына норвежского короля Магнуса III; овдовев (ИЗО г.), она стала женой датского короля Эрика Эмуна (1134—1437), который укрылся в Норвегии после смерти своего отца датского короля Эрика III Доброго3.

 

Ингеборг Мстиславна была выдана за его другого сына — Кнута Лаварда, датского принца, бодрицкого короля (1129—1131). «Кнутлингасага» («История датских королей», около XIII в.), основанная на древних поэтических источниках, описывает сватанье Кнута, чей посол всячески восхвалял его при дворе такого могущественного государя, как Мстислав Владимирович. Ингеборг Мстиславна, находясь с Кнутом Лавардом в Любеке, была в курсе его политических интересов, что и отметил Гельмольд. Кнут был в союзе не только с Русыо Моиомаха, но и с враждебной Польше Саксонией Лотаря II. Сын Ингеборг и Кнута — будущий датский король Вальдемар I (1157— 1182) назван так, видимо, в честь деда, Моиомаха. Он долгие годы вел борьбу с Герм-апией и союзным ей герцогом Генрихом Львом. Вальдемар I около 1154 г. женился на русской княжне Софье, как полагают, дочери Владимира (сына новгородского князя Всеволода Мстиславича) и Риксы (дочери Болеслава III Кривоустого) 4.

 

И среди русской знати сохранялись скандинавские связи., отразившиеся в именах: Малфрмд звали дочь муромского князя Юрия Ярославича5; Ольстин Олексич — черниговский воевода торков 6.

 

Обособление Новгородской земли сопровождалось не только активизацией боярской колонизации вассальных неславянских областей, но и первыми вооруженными конфликтами из-за них со Швецией, которая использует пиратство на море и крестовые походы на суше. Главная сфера конфликтов — Финляндия, куда Швеция проникла с юга через Сумь, видимо задев и часть земли Емь, ибо в 1142 г. отмечено нападение емян на «область новгородскую» в Приладожье, так как отбивали набег ладожа- не7. Стремясь овладеть Финляндией и торговым путем в Балтику, шведское правительство прибегло к пиратским действиям на море. 60 шнек (судов) напали в 1142 г. на 3 новгородс ких торговых корабля; нападение окончилось для шведов неудачей: новгородцы захватили 3 судна и убили около 150 корабельщиков8.

 

Подобные столкновения, вероятно, непосредственно отражались па русско-шведской торговле, могли вызвать даже перерыв в пей, но конфликты проходили, дипломатические отношения сохранялись, и торговля продолжалась.

 

Со своей стороны Новгород активизировал политику в южной Финляндии: на Емь в 1143 г. нападали карелы (видимо, подвластные Руси) и разбили две лойвы9; финские емятте в 1149 г. отрядом в 1 тыс. воинов нападали на Вольскую землю, но новгородско-водьская рать отбила их10. Таким образом в своих отношениях с южными финнами Новгород использовал и карел и вожан.

 

Несколько позднее, в 1157 г., шведский король Эрик IX Эдвардсон Святой организовал крестовый поход, в котором участвовал и упсальский епископ Генрих, родом из Англии. Переправившись через Ботнический залив, королевское войско высадилось в устье р. Аурайоки, в земле Сумь и вскоре завоевало ее11; здесь были сооружены замки и укрепления. Вводилось христианство. Население было обложено данью и церковной десятиной. Финны отвечали восстаниями против угнетателей — в 1158 г. они убили финского епископа Генриха Ч В 1164 г. при папе Александре III в Упсале появилось архиепископство. Наступление на Финляндию усилилось.

 

Неудачи ждали шведов на Руси, куда они попытались перенести свое наступление. В 1164 г. перед Ладогой неожиданно появились 65 шведских судов; высадившееся войско разорило посад и несколько дней безуспешно штурмовало крепость. Подоспевшее новгородское войско князя Святослава Ростиславича наголову разбило захватчиков, уничтожив 43 судна 13.

 

Насколько непрочными были шведские позиции в земле финнов, видно из буллы римского папы Александра III, адресованной главе шведской церкви упсальскому архрге- нископу и подчиненным ему епископам, а также ярлу Гутторму: «Весьма трудная и тягостная жалоба поступи - ла к апостолическохму престолу о том, что финны (phinni) всегда, когда им угрожают вражеские войска, обещают соблюдать христианскую веру и охотно просят [прислать] проповедников и наставников христианского закона, но когда войска уходят, отказываются от веры, презирают и жестоко преследуют проповедников» 14. В 1178 г. в шведские владения Финляндии проникли карелы, которыми был захвачен в плен и убит преемник Генриха финляндский епископ Рудольф 15.

 

Гораздо более серьезный русско-шведский конфликт приходится на 80-е годы. В 1186 г. новгородские ушкуйники совершили поход в южную Финляндию16, а в 1187 г. состоялся поход подвластных Новгороду карел на Сигтуну — самый сильный и богатый город Швеции, «в котором одновременно правили четыре бургомистра и обойти который по валам можно было не менее, чем за 6 часов». Русские и карелы хорошо знали путь в этот город, здесь находился русский торговый двор с каменной церковью 17.

 

Карельские войска на судах иропйкли в озеро Меларей, видимо, взяв по пути Альмарстек, замок упсальского архиепископа, и 12 августа заняли и разрушили укрепленный город. Здесь был убит и архиепископ упсальский Иоанн Ч Победители с богатыми трофеями, включавшими, по-видимому, и знаменитые «Сигтунские врата» 19 (ныне — в новгородском храме Софии) возвратились на родину. С той норы Сигтуна утратила свое значение. Позднее, в 1252 г., ярл Биргер, чтобы защитить вход в озеро Меларен, построил здесь новый город — Стокгольм.

 

Сигтунский поход вызвал нарушение торговли, ибо в 1188 г. иноземцы-«варяги» захватили и посадили в заключение русских купцов «на Гътех» (т. е. в Висби), у нехМ- цев (в Любеке), то же сделали шведы в Торсхэлле («в Хо- ружьку») и в Нючепинге («в Новоторжьце»). Последовал дипломатический разрыв. Весной новгородские власти не пустили «ни одного мужа» за море, а с пришедшими «варягами» отказались вести дела, не дали им с собой посла и пустили их «без мира»20. Видимо, Новгород требовал освобождения своих купцов в качестве условия возобновления переговоров о восстановлении давних договорных отношений. Быть моясет, в это время Новгород перезаключил иа новых условиях договор с Любеком и другими немецкими городами.

 

Похоже на то, что разрыв был длительным: в 1191 г. вновь видим новгородско-карельские суда в походе на южную Финляндию21; около 1198 г. они нанесли удар по шведским опорным пунктам в земле Сумь, где опустошили замок Або; причем епископ Фолквин не то бежал, не то был убит22; это дало повод папе Иннокентию III горько заметить, что финские епископы посылаются в страну «пе столько для почетной кафедры, сколько для мученического венца»23. Иннокентий III (1198—1216) немало сделал для резкой активизации католической агрессии в Финляндии (см. стр. 239). Когда усилились происки немецких феодалов в Подвинье, их шведские собратья нападали на Эстонию 24.

 

Русско-шведские отношения нормализовались позднее: под 1201 г. в новгородской летописи сказано, что варягов местные власти «пустиша без мира за море», а далее, что варяги пришли сухим путем («горою») в Новгород «па мир», т. е. для ведения переговоров, и Новгород возобновил с ними договор «на всей воли своей» 25. Последующие взаимоотношения не отмечены какими-либо конфликтами вплоть до обострения балтийского кризиса в результате крестового похода XIII в, (см. стр. 292),

 

Отношения с Данией, и дипломатические и торговые, видимо, тоже перешли в ведение главным образом Новгорода. С образованием архиепископства в Лупде (1137 г.) усиливается проникновение датских рыцарей и монахов в восточную Прибалтику. Ужо архиепископ Эскил возвел французского бенедиктинца в «епископы Эстонии»26, но последовательные вооруженные вторжения начались при Кнуте VI (1182—1202) в Финляндию (1190, 1191 гг.) 27 и Эстонию (1194, 1196, 1197 гг.) 28. Источники отмечают лишь некоторые, обычные для средневековья конфликты, сопровождавшие датско-русскую торговлю. Нарушение нормальных русско-датских отношений произойдет позднее, когда Дания примет участие в крестовом походе XIII в. (см. стр. 231).

 

 

 

К содержанию книги: Владимир Терентьевич Пашуто. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДРЕВНЕЙ РУСИ

 

 

Последние добавления:

 

Владимир Мономах

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков

 

Витамины и антивитамины

 

очерки о цыганах