ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОЕ ПРАВО

 

 

Случай и непреодолимая сила. Форс мажор. Ответственность при неисполнении договорных обязательств

 

Ответственность при неисполнении договорных обязательств, как правило, наступает не в силу лишь одного факта неисполнения, ибо необходимо наличие ряда других факторов, при отсутствии которых наступает невозможность исполнения, исключающая ответственность и приводящая к прекращению обязательства.

 

В праве стран континентальной Европы непременной предпосылкой договорной ответственности является вина должника. Этот принцип нашел прямое закрепление в гражданских кодексах. При этом вина должника предполагается, то есть кредитор обязан доказать лишь факт неисполнения обязательства; дело же должника — доказать отсутствие вины (ст. 1147 ФГК; § 282 ГГУ; абз. 1 ст. 97 ШОЗ). Ни один из законов не содержит определения понятия вины, а указывает лишь на формы ее проявления' умысел и небрежность 278 ГГУ; ст. 41, 99 ШОЗ).

 

При решении вопроса о том, был ли виновен должник, выясняется, проявил ли он надлежащую меру заботливости. Критерием таковой служат не возможности и способности данного конкретного должника, а абстрактный критерий — проявление заботливости, «соответствующей обычаям оборота», или заботливости, свойственной хорошему хозяину (ст. 1137 ФГК; § 282 ГГУ). Для отношений между коммерсантами эти предписания дополняются абз. 1 § 346 ГТУ, согласно которому критерием надлежащей заботливости является заботливость «порядочного коммерсанта». Указанные критерии в известной мере расплывчаты, допускают весьма различные и произвольные толкования и тем самым открывают широкий простор судейскому усмотрению.

 

Абстрактный критерий «заботливости» используется лишь в возмездных обязательствах. Если же должник принимает на себя обязательство безвозмездно, то для оценки его поведения применяется менее строгий критерий. В основу обычно кладется та степень заботливости, которую должник проявляет в собственных делах. В общей форме этот принцип отражен в ст. 99 ШОЗ; в ФГК и ГГУ он формулируется лишь применительно к отдельным безвозмездным договорам (например, хранения, поручения и др.). Законы всех стран предоставляют сторонам право включить в договор условия, заранее освобождающие от ответственности. Однако условие, освобождающее от ответственности за умысел, недействительно (абз. 2 § 276 ГГУ). Согласно ШОЗ, нельзя заранее освободиться от ответственности за грубую небрежность (ст. 100).

 

Во всех случаях, когда должник хочет освободиться от ответственности за неисполнение обязательства, он должен доказать отсутствие своей вины. Достигается это обычно тем, что должник доказывает наличие каких-либо посторонних обстоятельств, которые сделали для него невозможным исполнение обязательства.

 

 

 Обстоятельствами, освобождающими должника от ответствен-F ности как за ненадлежащее исполнение, так и за полное неисполнение обязательства, по праву стран континентальной Европы являются случай (cas fortuit, Zufall) и непреодолимая сила (force {majeure, höhere Gewolt).

 

  Ни один из законов не дает ни определения случая и непреодолимой силы, ни даже перечня их признаков. Признаки этих понятий были выработаны в судебной практике и доктрине Франции, ! ФРГ, Швейцарии. Однако при в целом единообразном подходе как ; доктрина, так и практика каждой из названных стран по данному : вопросу имеют свои особенности.

 

Случай и непреодолимая сила понимаются как события, происходящие помимо воли должника. Значение данных правовых категорий именно в том и состоит, что при наличии любого из этих событий должник освобождается от ответственности. При s этом, однако, правом всех стран предусмотрены ситуации более строгой ответственности должника: он отвечает не только за вину, но и за случай, например должник, находящийся в просрочке (§ 287 ГГУ; ст. 103 ШОЗ), хозяин гостиницы — за сохранность вещей постояльцев (§ 701 ГГУ; ст. 487 и 490 ШОЗ), наниматель в силу соглашения (ст. 1772 ФГК) и др. Поэтому иногда возникает необходимость не только дать критерии для определения события, освобождающего должника от ответственности, но разграничить случай и непреодолимую силу.  Французское гражданское право, и прежде всего ФГК, такого разграничения не проводит, и оба понятия употребляются в нем как , синонимы. Этому в целом следуют и французская доктрина, и судебвая практика. Отдельные попытки провести водораздел между указанными понятиями не получили признания и не были поддержаны ' судебной практикой. Французская доктрина и практика лишь выработали критерии, с помощью которых определяется наличие обстоятельств, освобождающих от ответственности, безразлично — случая или непреодолимой силы.

 

Прежде всего это должно быть обстоятельство, постороннее (cause étrangère) для должника, что прямо вытекает из ст. 1147 ФГК. Под таковым понимается событие, не связанное с личностью должника, не вызванное им и возникшее помимо его воли. Кроме того, такое обстоятельство характеризуется признаком непредви-1 денности (imprévisibilité). Невозможность предвидения определяется исходя не из возможностей данного конкретного лица, а из абстрактных критериев, таких же, как и при определении вины должника.

 

Наконец, случай и непреодолимая сила — это обстоятельства непредотвратимые  (irrésistibilité,  inévitabilité),  неизбежные.

 

Для того чтобы событие могло рассматриваться как непредотвра-тимое, недостаточно, чтобы оно создавало лишь затруднения для должника, даже если они весьма серьезны, носят чрезвычайный характер и значительно отягчают его положение.

 

Такие обстоятельства, как война, забастовка и т. п., сами по себе не признаются случаем или непреодолимой силой. Лишь некоторые факты, являющиеся следствием войны, такие как реквизиция, налеты, разрушения, могут быть квалифицированы как обстоятельства, освобождающие от обязательства и от ответственности.

 

Правовая доктрина и практика ФРГ, в противоположность Франции, пытаются отграничить случай от непреодолимой силы, обозначая непреодолимую силу как «квалифицированный случай» (qualifizierter Zufall). Случай определяется как событие, которое не может быть поставлено в вину должнику. Характерными признаками случая считаются его непредвиденность (Unvorhersch-barkeit) и неизбежность (ilnvermeidbarkeit). Никакие другие обстоятельства (в частности, такие как чрезвычайный характер, размеры события, а также то, является ли оно внешним по отношению к должнику или нет) для определения случая во внимание не принимаются.

 

При определении непреодолимой силы также учитываются оба вышеназванных признака случая. В судебной практике сложилось довольно единообразное и устойчивое понимание признака неизбежности применительно к непреодолимой силе: невозможность предотвратить его наступление даже при появлении исключительной, самой высокой заботливости, которую можно было бы ожидать при данных обстоятельствах. Но, кроме того, признаком непреодолимой силы является ее внешний характер по отношению к должнику (Betriebsfremdheit). Речь идет о событии, которое появилось извне (например, из-за воздействия сил природы или действий третьих лиц), но не о событии, связанном, например, с опасной деятельностью предприятия должника. Наконец, последним признаком непреодолимой силы является чрезвычайность (Aussergewöhnlich-keit) события, то есть необычный, редкий характер.

 

Что касается доктрины и судебной практики Швейцарии, то по признакам, которыми характеризуется непреодолимая сила, они примыкают к праву ФРГ. Однако в Швейцарии, подобно Франции, не проводится разграничение случая и непреодолимой силы.

 

 

К содержанию: Васильев: "ГРАЖДАНСКОЕ И ТОРГОВОЕ ПРАВО КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВ"

 

Смотрите также:

 

Гражданское право и торговое право    Обязательственное право...  обязательства и право

 

Обязательственное право. Купчие, данные и закладные