ПУТЕШЕСТВИЯ ЗА КАМНЕМ

 

 

Пустыня Кара-Кумы. Каракумские пески. Заунгузского плато. Горы Копет-Даг

 

Далеко не всякий знает, где находится пустыня Кара-Кумы. Одни путают ее с горным плато Каракорум в Центральной Азии, другие относят ее к Северному Ирану. Еще меньше знают о том, что; она собой представляет, живут ли в ней люди и какова ее природа.

 

Три экспедиции Академии наук пересекли эти пески в наименее известных частях. Мне же лично пришлось принять участие в первой и третьей каракумских экспедициях.

 

Кара-Кумы, «черные» или «грозные пески», тянутся почти от берегов Каспийского моря до течения Аму-Дарьи. По широте они вытянуты более чем на 750 километров, по меридиану — на 500, покрывая собой, таким образом, громадную площадь в 330–350 тысяч квадратных километров .

 

Мы можем разделить Кара-Кумы на три части: восточную, центральную и западную.

 

Восточные Кара-Кумы  ограничиваются с севера Среднеазиатской железной дорогой, пересекающей Кара-Кумы на перегоне почти в 200 километров, между станциями Чарджоу на Аму-Дарье и Байрам-Али в чудном оазисе низовий реки Мургаб. Они окаймляются течениями рек Аму-Дарьи и Мургаба и, повышаясь к югу, переходят в степи предгорий афганских хребтов. Восточные Кара-Кумы изучены лучше других. Многочисленные экспедиции А. М. Коншина, В. М. Обручева, Димо, Дубянского, Палецкого и других пересекали эти пески, частью сыпучие и труднопроходимые на севере и востоке, но переходящие в хорошие пастбища и степи на юге. Эта часть Кара-Кумов почти лишена оседлого и даже кочевого населения и лишь временно используется для выпаса скота туркменами и афганцами в районе культурных полос, вдоль протекающих рек.

 

Западные Кара-Кумы  известны гораздо меньше, хотя и представляют исключительный интерес. Мы можем искусственно считать их восточной границей меридиан Сарыкамышской впадины на севере, пересекающей на юге, как отмечено на карте, железную дорогу между Кызыл-Арватом и Бахарденом. Эта часть Кара-Кумов на северо-западе ограничивается стеной — чинком  Усть-Урта, высокого третичного плато, у подножья которого извивается Узбой — сухое русло, очевидно Аму-Дарьи. Многочисленные арыки и остатки древней культуры говорят о цветущем прошлом этого края, когда, вероятно, один из рукавов Аму-Дарьи изливался в Каспийское море. На юге, за линией железной дороги, тянутся хребты Кюрен-Дага и Копет-Дага , с вершин которых сбегают воды в северные предгорья. Хотя именно этот район был изучен очень хорошо, а старые пути от Каспийского моря и из Ирана к Хиве и к древнему Хорезму лежали именно в этом направлении, мы очень мало знаем о природе этого края. Но мы имеем основание думать, что это один из интереснейших участков Кара-Кумов, вероятно, богатый серой и другими полезными ископаемыми.

 

 

Очень много культурно-исторических и хозяйственных проблем таит в себе эта часть Кара-Кумской пустыни. Здесь, наряду с соляными озерами, богатыми целебными грязями (Молла-Кара), мы имеем и озера пресной воды. Сейчас мы знаем, что здесь и на прилегающем к Кара-Кумам Красноводском плато живет население свыше 20 000 человек; что на некоторых такырах насчитывается свыше ста колодцев и что прекрасные весенние пастбища сменяют здесь густые заросли пустынного дерева — саксаула.

 

Центральные Кара-Кумы  — громадная площадь между Хивой и Ираном, почти никем не посещалась до наших экспедиций.

 

После смелых работ поручика Калитина (1881), Лессара (1884), Коншина (1888) в прошлом веке и Нацкого (1916) в начале нынешнего столетия мы узнали, что Центральные Кара-Кумы делятся почти пополам линией как бы «старого русла» или чинка Унгуза . К югу от этого Унгуза на 250 километров простираются сплошные пески; на север поднимается так называемое Заунгузское плато, сложенное из коренных пород и постепенно падающее к северу, к Аму-Дарье . Мы знаем также что, не доходя 20–30 километров до Унгуза, среди песков возвышаются знаменитые серные бугры Кырк-Джульба — «Сорок бугров», в которых туркмены и хивинцы издавна кустарным способом добывали серу (кугурт). Именно эта часть Кара-Кумской пустыни и была полем деятельности трех наших экспедиций, и много нового выяснилось в результате их работ.

 

Общее строение Кара-Кумов в целом до сих пор не может быть дано, но их можно себе представить в виде песчаной равнины, возвышающейся не более 100–150 метров над поверхностью Каспийского моря, повышающейся к югу и юго-востоку и постепенно падающей к Аралу и Каспию. Эту простую схему, однако, нарушает упомянутый увал Заунгузского плато, где коренные породы на 100 метров поднимаются над песками, более круто обрываясь к югу и спокойно ныряя под пески на севере.

 

Мы склонны думать, что и в других местах, вне Унгуза и Кырк-Джульбы, коренные породы очень неглубоко залегают под песками и что основные черты природы определяются все же этими коренными породами, образовавшимися как осадки третичных морей, озер и речных систем.

 

Основной элемент Кара-Кумов — мелкие пески, довольно сильно отвеянные ветром. Они сравнительно темные на юге Кара-Кумов и более светлые, красноватые на севере, где переходят в пески соседних пустынь Кызыл-Кумов. В южной части, прилегающей к горам Копет-Дага, и в самой северной части у Аму-Дарьи к ним примешиваются более мелкие частицы и местами создаются незаметные переходы в пылевидные лессовые почвы Средней Азии. Формы песков необычайно разнообразны. О них мы будем говорить очень много раз, описывая наши путешествия. Но если мы и научились различать и систематизировать эти пески по их форме, то менее успешны наши попытки точно определить причины их изменчивых контуров. Конечно, огромную роль в природе этих песков составляет растительность. Только в немногих местах, особенно прилегающих к Аму-Дарье, мы видим подвижные пески, лишенные растительного покрова, в остальной же, подавляющей части они покрыты кустарником и травой.

 

Трудно себе представить более чарующую картину, чем пустыня весной. Она цветет и благоухает. Темные и светлые деревья саксаула, этого замечательного богатства песков, сменяются зарослями стройной песчаной акации — «сезена» (Ammodendron). Поверхность песков устлана ковром ярко-зеленого илака. На буграх зеленеет подобный ковылю селин (Aristida). Сильный аромат цветущей пустыни, яркие краски зелени, бодрящий воздух ранней весны — все это лишь кратковременная сказка. Уже с конца апреля начинается умирание едва распустившейся природы. Май сжигает все окончательно. Бураны покрывают всю растительность однообразным налетом песка и мелкой пыли.

 

Песок накаляется до 80°. Температура воздуха превышает 45°C. Ночи не приносят прохлады. Пыльные смерчи поднимают белые облака солей из шоров или красные глинистые частицы такыров. Цветущие поля превращаются в пустыню на много месяцев — до новой весны .

 

В этой обстановке песков и безводья животный мир не может быть разнообразным. Только стада антилоп — джейранов, преимущественно в центральных частях, где есть еще озера или естественные ямы («каки» или «хаки»), да серая лисица, волк и дикая кошка (песчаный или барханный кот) — в некоторых частях — несколько разнообразят безрадостную картину. Большое количество черепах на Заунгузском плато, обычные для Средней Азии фаланги, скорпионы и кара-курты, многочисленные ящерицы и сухопутные крокодилы — вараны, — а ближе к кишлакам Аму-Дарьи — шакалы, — вот все, с чем приходится встречаться путешественнику-неспециалисту в песках Кара-Кумов.

 

И, несмотря на всю суровость и своеобразие природы Кара-Кумов, в них обитают свыше ста тысяч человек. Это не кочевники в полном смысле слова, это полуоседлые туркмены, кочующие в узких пределах определенных колодцев. Эти десять процентов населения всей Туркмении — «кумли» («песочные люди») — только в самые последние годы, благодаря энергичной деятельности туркменского правительства, начинают входить в общую семью народов СССР. Ведь тогда, в 1925 году, среди них грамотных было не более одного процента!

 

Статистика насчитывала в то время во всех Кара-Кумах около 3 миллионов голов скота, преимущественно верблюдов, овец и коз, но точность этих цифр очень гадательна, и они кажутся нам скорее преуменьшенными. Нет, однако, никакого сомнения, что для целого ряда отраслей животноводства Кара-Кумы представляют собой область огромного хозяйственного значения.

 

Вот что пишет по этому поводу в официальном отчете специальная комиссия по скотоводству, которая производила в те годы ряд обследований:

 

«Суровые условия жизни и ведения хозяйства в Кара-Кумах издавна определили дошедшую до наших дней практику скотоводческого хозяйства. В то время как земледельческое хозяйство переживало процесс перерождения, скотоводческое хозяйство не изменило своих тысячелетних навыков и методов и характеризуется до сих пор крайне экстенсивной пастбищной формой, заключающей в себе особенности примитивного хозяйства, привязанностью к колодцам и другим водопойным сооружениям, полной зависимостью от естественных осадков и отсутствием практики заготовки кормов. Качество продукции скотоводческого хозяйства (мясо, шерсть, овчина), за исключением каракуля, является низким, и скотоводческое хозяйство, оставаясь экстенсивным и натуральным, не имеет пока промышленного характера.

 

К числу неблагоприятных факторов, препятствующих развитию скотоводства и повышению благосостояния скотоводческого населения, относится ограниченность водных источников, не позволяющая использовать полностью все пастбища кочевых районов. Устройство новых колодцев и поддерживание в порядке старых стоит значительных средств и является непосильным для скотовода-середняка и скотовода-одиночки. Правительство в 1926–1928 годах оказало большую помощь в строительстве колодцев для скотоводческого населения.

 

Кочевое скотоводческое население почти поголовно неграмотно, и число грамотных едва достигает одного процента по отношению к общему числу кочевников. До 1926 года среди кочевников не было ни одной советской школы, и только в 1926 году было положено начало этой работе. В 1926 году в городе Красноводске были организованы курсы по подготовке учителей специально для скотоводческих школ.

 

Заболеваемость среди кочевого скотоводческого населения высока. Антисанитарное состояние аулов и жилищ — главный распространитель массовых заболеваний трахомой, кожными, желудочно-кишечными болезнями и др. Обслуживание кочевого скотоводческого населения медицинской помощью до последнего времени почти отсутствовало в силу того, что вообще мало уделялось внимания скотоводческому населению, с одной стороны, и ввиду недостаточности медицинского персонала, отсутствия средств передвижения и разбросанности кочевников мелкими группами по отдельным стоянкам — с другой. До 1927 года лечебная сеть для обслуживания кочевого скотоводческого населения была слабо организована. Организованные же в 1927 году 9 фельдшерских пунктов находятся непосредственно среди кочевников и обслуживают всецело только их. Отношение кочевников к лечебным учреждениям и медицинскому персоналу весьма благоприятное, обращаемость кочевников за медицинской помощью быстро увеличивается. С ростом авторитета советской медицины табибы (знахари) в местах, охваченных медицинской помощью, свое значение утратили, если не полностью, то, во всяком случае, в весьма значительной доле».

 

Эти выписки из отчета комиссии по скотоводству показывают быстрый культурный рост страны.

 

Если мы вспомним, что еще в 1925 году в песках Туркмении ровно ничего не было, то мы не можем не приветствовать проделанную работу — вырытые новые колодцы, 4 культурные базы, кооперативные лавки, 35 школ, 3 кибитки-читальни, кинопередвижку и 9 фельдшерских пунктов, которые явились результатом внимания к «людям песков». К 1928 году кочевое скотоводческое население было объединено 38 аульными советами, объединяющими от 1000 до 7000 человек.

 

Кара-Кумы оживают. Это больше не пустыня, а «пески» со своеобразным хозяйством и укладом жизни. «Люди песков» — «кумли», по выражению туркмен, — уже не оторванные от жизни, забытые в песках дикари-кочевники, это граждане Советского Союза, строящие в песках новое хозяйство и новую жизнь. Когда мы шли в первый раз в пески, всего этого еще не было. Никто ничего не знал о пустыне и ее населении. Когда мы ехали в третий раз, строительство новой жизни на каждом шагу само говорило за себя.

 

Моя задача — последовательно изложить наши впечатления от отдельных экспедиций и нарисовать по этапам картину мирного завоевания Кара-Кумов, историю научного и хозяйственного овладения этой областью, по размерам превышающей территорию Англии вместе с Шотландией и Ирландией.

 

 

К содержанию: Ферсман: "Путешествия за камнем"

 

Смотрите также:

 

Поделочные камни    Кремень и яшма    камни    геология и палеонтология   

 

Геология неметаллических полезных ископаемых   Геология месторождений драгоценных камней