ИСТОЧНИКИ ПРАВА. ЗАКОН

 

 

Регламенты и декреты. Административные циркуляры. Стиль и толкование законов

 

Регламенты и декреты

 

Помимо законов в собственном смысле слова «писаное право» стран романо-германской правовой семьи включает в наше время множество норм и предписаний, изданных не парламентом, а другими государственными органами. Эти нормы и предписания можно разделить на две основные группы.

 

Первую группу составляют нормы, принятые во исполнение законов. Их существование и даже их многочисленность не порождают никакой проблемы политического порядка. Совершенно очевидно, что в современном государстве регламентация со стороны законодателя не может охватывать детали, а состоит, по меньшей мере в некоторых областях, лишь в изложении принципов, более или менее общих норм. В случае необходимости более подробную регламентацию осуществляют административные власти, которым законодатель предоставляет в этой связи соответствующие полномочия.

 

Главным, давно уже возникшим, является вопрос о контроле за административными властями, осуществляемом, в частности, для того, чтобы обеспечить приоритет закона и соответствие управленческих актов закону. Должен ли этот контроль осуществляться всеми судами (ФРГ) или специальными административными судами (Франции)? Как далеко может простираться этот контроль?

 

В настоящее время во многих странах проявляется тенденция строить отношения между законами и регламентами на основе совершенно новой концепции принципа разделения властей. Зреет представление, что этот принцип применялся неправильно и предполагаемое им равновесие властей не было реализовано. Законодательная власть, на первый взгляд, стала всемогущей, но при этом она оказалась перегруженной и плохо справлялась с задачами законотворчества. Исполнительная власть пользовалась весьма широкой автономией; нередко с помощью декретов-законов она принимала меры, которые по существу оказывались бесконтрольными.

 

Французская Конституция 1958 года реализовала идею о том, что парламент должен иметь по праву лишь те полномочия, которые он имеет возможность осуществлять фактически. Сфера закона была, таким образом, ограничена; законодатель был призван устанавливать лишь некоторые основополагающие принципы. Наряду с законодательной властью парламента новая французская Конституция признала наличие регламентарной власти, не подчиненной законодательной, то есть власти, автономной по самой своей природе.

 

 

Новый принцип, выдвинутый французской Конституцией, породил много проблем, решать которые, разграничивая сферы закона и регламента, призван Конституционный совет. Достоинство этого принципа в том, что он поставил под контроль высокой юрисдикции — Государственного совета — большую группу норм, которые ранее, поскольку формально они принимались парламентом, не подлежали этому контролю.

 

Другие страны не последовали французскому примеру. Основной закон ФРГ не признает за исполнительной властью право на автономную регламентарную власть и запрещает практику декретов-законов. Регламенты в этой стране могут быть изданы только в рамках исполнения законов. Однако Конституционный суд ФРГ санкционирует во все более широких масштабах законоположения, наделяющие органы управления большими полномочиями.

 

Административные циркуляры

 

В странах романо-германской правовой семьи, в принципе, установлено четкое различие между актами нормативными, которые формулируют юридические нормы, и простыми административными циркулярами, указывающими, как администрация понимает правовую норму и как она намерена ее применять. Административные чиновники зачастую знают право лишь по служебным инструкциям, которые они получают в форме циркуляров; а чаще всего они предпочитают ограничиваться этими инструкциями, чтобы не иметь неприятностей от вышестоящего начальства.

 

Граждане же не имеют такой возможности заставить администрацию уважать закон, особенно когда административная практика не основана на законе. Кроме того, граждане вообще неохотно подвергают себя риску, связанному с действиями против администрации.

 

Недостаточно провозгласить принцип подчинения администрации закону, чтобы знать, в какой мере в различных странах администрации действительно эффективно руководствуются законом. Необходимо наличие особых органов, процедуры и политических условий, которые позволили бы предписать администрации поведение, соответствующее праву, и пресечь совершаемые ею незаконные действия. Точно так же в области частного права одного наличия хороших норм и утверждения, что их следует исполнять, недостаточно; эти принципы ценны лишь в том случае, если существуют легкодоступные суды, неподкупные судьи и администрации, желающие исполнять судебные решения.

 

Все эти вопросы наверняка по-разному решаются в отдельных странах романо-германской правовой семьи. Но для данной правовой семьи характерно, что юристы не придают большого значения этим обстоятельствам; они считают, что все указанные вопросы относятся скорее к науке управления, чем к науке права. Социологические исследования в области права Франции призваны сыграть большую роль. Их не следует понимать лишь в общекультурном и философском аспектах; показывая нам, что же в действительности происходит в жизни, они могут помочь юристам спуститься с небес на землю и преодолеть влечение к спекулятивному мышлению и теоретизированию.

 

Стиль законов

 

Что касается стиля законов, то в странах романо-германской правовой семьи сложились две противоположные тенденции: первая заключается в стремлении сделать законы как можно доступнее, вторая, напротив, — в применении при выработке нормы права по возможности наиболее точного технического языка, даже если это может сделать право понятным лишь специалистам. Во всех странах имеются сторонники и того и другого подхода. Различие между германским Гражданским уложением, с одной стороны, и французским или швейцарским кодексами — с другой, ясно показывает, какие препятствия для взаимопонимания порождает применение разной законодательной техники. Любопытно отметить, что в отношении стиля судебных решений положение как раз обратное: французские судебные решения понятны только специалистам, тогда как более развернутые немецкие решения читаются гораздо легче.

 

Толкование законов

 

Издание закона или регламента — дело властей. Однако практическое значение закона зависит от способа его применения. Применение же закона предполагает и определенный метод толкования, важность которого в наше время неоднократно подчеркивалась доктриной. В странах романо-германской правовой семьи предлагались самые разнообразные методы толкования: от школы экзегес до школы свободного права, с промежуточной позицией «юриспруденции интереса».

 

Довольно трудно определить, каково же практическое влияние каждой из этих теорий в той или иной стране. Законодатель с похвальной мудростью никогда не считал, что он может установить определенные методы толкования; любые правила, которые могли бы быть изданы им в этой связи, не уменьшили бы свободу толкования. Нигде и никогда практика не придерживалась только одного из существующих методов толкования; стремясь найти справедливое решение, оно комбинирует различные подходы. В конечном счете все зависит от психологии того или иного судьи и позиции той школы, которую он сознательно или интуитивно поддерживает. Повсюду судья, стремясь к тому, чтобы избежать упреков в произволе, отдает предпочтение толкованию, которое наряду с буквой закона учитывает и намерение законодателя. Это означает, что в подавляющем большинстве случаев судья приводит логическое (если не грамматическое) толкование, дополненное и подправленное в необходимых случаях обращением к законо-подготовительным работам. Но если того требует справедливость, судья в любой стране найдет способ отстаивать мешающий ему текст закона. Для этого имеется достаточно средств.

 

Оценка фактов

 

Сохраняя уважение к тексту закона, судьи имеют возможность достаточно свободного обращения с ним уже в силу того, что сам законодатель часто использует, иногда намеренно, иногда нет, термины и выражения, не обладающие точностью. Когда закон употребляет такие понятия, как вина, интересы семьи, возмещение ущерба, невозможность исполнения, то судья призван в каждом конкретном случае уточнять, позволяют ли обстоятельства дела применить закон, содержащий одно из этих понятий. Оценивая более строго или, наоборот, свободно конкретные обстоятельства, судья может существенно модифицировать условия применения закона. От него зависит определение того, что понимать под интересом семьи или детей, он может строже или мягче подойти к оценке должного основания увольнения, избрать одни или другие способы возмещения вреда, истолковать расширительно или, наоборот, ограничительно понятие непреодолимой силы и добрых нравов.

 

В правовых системах романо-германской семьи судьи не связаны установками своих предшественников; оценивая факты иначе, чем они, судьи существенно модифицируют условия применения норм закона. Происходит это вполне легитимно. Есть все основания презю-мировать, что законодатель, употребив формулы без уточнения их точного содержания, тем самым дал полномочие на «свободный дополнительный поиск в рамках закона (inter legem)». Этот свободный поиск требует от судей самостоятельных ценностных суждений, которые не могут быть выведены из позитивного права.

 

Однако такого рода возможности судей в ряде случаев оказываются недостаточны для того, чтобы вынести справедливое решение; суды, проявляя большую смелость, отставляют в сторону законодательные предписания как неприменимые к новым общественным условиям. В этой связи используется два способа.

 

 

К содержанию учебника: Давид Рене "Основные правовые системы современности"

 

Смотрите также:

 

 УСМОТРЕНИЕ  системы стран мира  правоведение  Правовая система    Основные правовые системы