СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ПРАВО

 

 

Буржуазная и социалистическая концепция собственности. Режим собственности в Советском Союзе

 

ПРАВОВЫЕ ПОНЯТИЯ

 

Воздействие марксистской доктрины

 

 

Власть народа, с одной стороны, и создание социалистической системы хозяйства — с другой, повлекли за собой изменение существа правовых понятий, которые приобрели в новых условиях новый смысл. Используя терминологию, унаследованную от прежнего русского права, советские юристы в то же время исследуют совершенно новые проблемы и делают это под иным углом зрения. Термины, таким образом, принимают иной смысл. Изучая советское право, следует порвать с юриспруденцией понятий и ясно отдавать себе отчет в том, что понятия не имеют абсолютной ценности, что они способны изменяться.

 

В стремлении к чистоте терминологии можно только сожалеть о том, что изменение существа явлений не повлекло за собой выработки новых наименований. Однако следует приспособиться к принятой в советском праве терминологии, помня, что, какой бы она ни была, понятия советского права практически — это нечто иное, чем соответствующие понятия буржуазного права. Чтобы показать всю глубину происшедших изменений, следовало бы провести изучение всех основных институтов советского права. Но это невозможно в рамках настоящей работы. Поэтому ограничимся характерными примерами, в частности некоторыми замечаниями о собственности и договоре.

 

Собственность

 

Буржуазная и социалистическая концепция собственности

 

Центральным понятием советского права является собственность, и советские юристы с гордостью подчеркивают всегда, что это понятие приобрело у них совершенно новый смысл. Западный юрист с первого взгляда будет даже удивлен тем акцентом, который делается на этом понятии, ибо во французском праве оно занимает достаточно скромное место.

 

Тем не менее то, что в условиях советского строя собственность выдвигается советскими юристами на первый план, совершенно естественно. Марксистская доктрина утверждает, что право прежде всего обусловлено экономическим строем общества, для нее важно, каков способ присвоения материальных благ, и соответственно этому, каков их режим. Именно в отношении режима собственности марксизм требует полного изменения представлений о революции, которая скажется на всех других отраслях права и даже на сознании людей.

 

 

Да и в буржуазных странах видимая простота режима собственности является обманчивой. Можно наверняка утверждать, что раздел о вещном праве во французском Гражданском кодексе далек от того, чтобы исчерпать содержание института собственности, и дает о нем недостаточное представление. В нем опущены ограничения правомочий собственника; не упоминается о правовых институтах, связанных с урбанизацией, о правовом регулировании аренды. Договорное право автономно по отношению к вещному праву, что является следствием крайнего индивидуализма, царящего в буржуазном обществе, и той первостепенной роли, которую соответственно пытаются придать воле. Если же отказаться от такого подхода, купля-продажа, как и другие договоры такого рода, могут с достаточным основанием рассматриваться как составная часть вещного права, понимаемого в широком смысле слова.

 

Советское право отбрасывает узкую концепцию права собственности, исповедуемую французскими юристами. Для него институт собственности — это совокупность норм, которые определяют не только порядок присвоения материальных благ и переход права собственности на имущества, но также порядок управления имуществом и относящиеся к нему юридические действия.

 

 Трудность сравнения

 

Режим собственности в Советском Союзе существенно отличается от режима собственности в капиталистических странах.

 

Деление имущества на движимое и недвижимое, являющееся основным для романо-германских правовых систем, не представляет никакого интереса для советских юристов. Для них такой основной характер носит вытекающее из марксистской доктрины деление вещей на орудия производства и предметы потребления.

 

Единству (по меньшей мере внешнему) режима собственности в странах романской системы советское право противопоставляет три различных режима — личной собственности, кооперативной собственности и государственной собственности.

 

К сказанному следует добавить, что, отказываясь от романских традиций, советские юристы исходят из того, что право всегда регулирует отношения между людьми; существование права, соединяющего лицо и вещь, собственника и объект собственности, трактуется ими как буржуазный подход. Отсюда отрицательное отношение к понятию вещного права.

 

По всем этим причинам советские юристы полагают, что при социализме собственность становится иной, чем при капиталистическом режиме, причем в такой степени, которая исключает возможность подлинного сравнения правового режима социалистической и капиталистической собственности. Высказываясь так, советские юристы исходят по преимуществу из представления о буржуазном праве в том виде, в каком оно находилось много лет назад. Это положение менее оправданно, если исходить из современного права несоциалистических стран Европейского континента, для которого характерна большая сложность вещных прав. Оно также менее оправданно, если взять в качестве исходного пункта сравнения английское право собственности (law of property). Однако и в этих случаях советская позиция продолжает оставаться глубоко оправданной: существуют принципиальные различия между капиталистическими правовыми системами и советским правом, ибо они исходят из различных принципов общественной жизни.

 

Личная собственность

 

Так переименована частная собственность, чтобы подчеркнуть, что собственность может быть использована исключительно для удовлетворения потребностей лица в соответствии с назначением объекта собственности, но не для извлечения доходов или спекуляции.

 

Если не считать этой важной оговорки, личная собственность регламентируется, в общем, теми же правилами, что и частная собственность в буржуазном праве. Носитель права личной собственности может пользоваться вещью, возмездно или безвозмездно отчуждать, завещать ее.

 

До принятия Закона о собственности 1990 года круг предметов, могущих находиться в личной собственности, был ограничен. Закон 1990 года допустил более широкую трактовку личной собственности.

 

Кооперативная собственность

 

Особенно проявляется своеобразие советского права при рассмотрении двух других типов собственности — кооперативной и государственной.

Рассмотрим сначала кооперативную собственность, примером которой является колхозная собственность. Земля, как известно, в СССР национализирована: она, следовательно, не принадлежит колхозам, которые имеют на нее лишь право бессрочного пользования. Небесполезно отметить, что это право не имеет ничего общего с узуфруктом французского права. Чтобы увидеть это, достаточно обратить внимание на прилагательное «бессрочное», поскольку по французской концепции узуфрукт по своему существу — это всегда право, устанавливаемое на срок. Но есть и другое отличие. Праву пользования землей, предоставленному колхозам, соответствует комплекс обязанностей. Это еще более удаляет советский институт от романо-германского понятия узуфрукта. Советский институт кооперативной собственности нельзя рассматривать ни как расчленение собственности, ни как подлинно вещное право.

 

Колхоз обязан обрабатывать или использовать определенным образом предоставленную ему землю. На него может быть возложена обязанность совершать определенные поставки государству. Организация колхоза и порядок управления им должны соответствовать нормам колхозного права. Кооперативно-колхозная собственность наряду с определенными правомочиями налагает, таким образом, на ее Носителя и целый ряд обязанностей. Трудно, если не невозможно, сравнивать ее с кооперативной собственностью, известной буржуазным правовым системам.

 

 Государственная собственность

 

Еще более своеобразна социалистическая собственность в области промышленного производства и сельского хозяйства (совхозы). Социалистическая собственность охватывает две категории имущества, режим которых весьма отличен друг от друга. Это основные средства и оборотные средства, или, более конкретно, земля, здания, сооружения, машины, с одной стороны, сырье и готовая продукция — с другой. Различие режимов состоит в том, что первые предназначены для постоянного использования (и, следовательно, не могут отчуждаться в обычном порядке), в то время как вторые специально предназначены для отчуждения.

 

Однако в отношении как первых, так и вторых прежде всего возникает вопрос: кто же их собственник? Этот вопрос стал предметом длительных теоретических дискуссий, что уже само по себе подчеркивает своеобразие этого советского института. Дискуссии привели к выводу о том, что для советского права основной вопрос заключается не в том, кто собственник, а прежде всего в том, кем и как используются имущества. Этот вывод далек от капиталистического подхода, когда собственник в принципе рассматривается как суверен, а способ, каким он использует свою собственность, не является, в сущности, вопросом права.

 

Субъектом права государственной собственности является государство, а еще более точно — народ, нация, представителем которой выступает пока государство. В этой связи теория социалистической собственности скорее заставляет вспомнить теорию домена французских административистов, чем цивилистическую концепцию собственности. Однако любое сравнение с буржуазными доктринами по ряду причин окажется неадекватным.

 

Имущества, находящиеся в собственности государства, и имущества, находящиеся в руках государственных промышленных предприятий, — различные категории. Основные средства безвозмездно передаются государством этим предприятиям как бы в своеобразную концессию, сроки которой могут быть всегда односторонне изменены государством. В связи с этим предприятия не имеют никакого права, которое они могли бы противопоставить государству. Оборотные средства, напротив, являются Продуктом труда тех, кто работает на предприятии. Это обстоятельство и тот факт, что они предназначены для отчуждения (для другого предприятия или для потребителя), заставляет установить для них совсем иной режим.

 

Существо режима социалистической собственности в обоих случаях определяется ее назначением для целей производства и потребления. Основной вопрос — это использование собственности, распоряжение имуществом, являющимся ее объектом. Ключевое понятие — «оперативное управление». Оно показывает, каким образом государственное предприятие может распоряжаться выделенным ему имуществом, действуя при этом строго в рамках народнохозяйственного плана. Наличие этого плана делает право собственности в СССР совсем иным явлением и объектом иной регламентации, чем то, что можно увидеть в несоциалистических странах. Правда, и в этих странах государство играет в настоящее время важную роль в экономике. Однако существующие здесь «гибкие» планы представляют собой нечто совсем другое, чем «строгий» план в СССР, который не ограничивается тем, что определяет общие цели, но и фиксирует точные задачи каждого предприятия. Количественное различие в мере вмешательства государства в социалистических и капиталистических странах переходит в силу своего значения в качественное различие. И хотя термин «собственность» сохранен, социалистическая собственность имеет очень мало общего с собственностью в капиталистических странах, даже если речь идет о существующей в последних государственной собственности.

 

 

К содержанию учебника: Давид Рене "Основные правовые системы современности"

 

Смотрите также:

 

 УСМОТРЕНИЕ  системы стран мира  правоведение  Правовая система    Основные правовые системы