ПАЛЕОЛИТ ПОДНЕПРОВЬЯ

 

 

Скопление костей мамонта. Стена из мамонтовых рёбер и черепов

 

Палеолитический культурный слой во всех раскопах залегал в светло-желтом лессовидном (иногда опесчаненном) суглинке, заполнявшем все промежутки между костями. Он подстилал и перекрывал костный слой. Тонкие темные или черные углистые прослойки в культурном слое прослеживались только местами. Лишь в очажных скоплениях этот слой становился более мощным по вертикали и значительно распространялся по горизонтали.

 

Верхнепалеолитические культурные остатки в раскопах 1, 2, 3 составляют единый, целостный, непрерывный слой. Его верхней и нижней границами удобнее считать самые верхние и самые нижние костные остатки и в очень редких случаях — самые верхние и самые нижние кремни. Другие критерии для определения границ культурного слоя выбрать нельзя. Такой, например, ярко выраженный на других стоянках признак, как темная окраска культурного слоя, в Юдинове выражен слабо и не по всему культурному слою.

 

Определяя мощность культурного слоя по верхним и нижним костным остаткам, удалось установить, что на 15 м2 первой очереди раскопа 2 верхняя граница проходила на глубине 1,96—2,81, нижняя на глубине 2,72—3,02 м. На 10 м2 второй очереди верхняя и нижняя границы проходили на глубинах 1,65—2,08 и 2,26—2,77; на 25 м2 третьей очереди — соответственно на 1,73—2,02 и 2,06—2,4 м. На 50 м2 четвертой очереди верхняя граница пролегла на глубине 1,76—2,62, нижняя — 2,39—3,07 м. Мощность костного слоя, особенно в стене сооружения из костей, колеблется в пределах 0,32—0,63, уменьшаясь местами до 0,22 м.

 

В основании культурного слоя удалось проследить залегание тонкой (0,02—0,03 м) темной "прослойки, по-видимому, почвы, существовавшей в палеолите. Особенно хорошо она выражена в стене сооружения. Было установлено, что темная прослойка прерывается там, где большие кости и черепа врыты в землю: она нарушена при отрывке ямок.

 

В средней части костного слоя часто наблюдались прослойки явно опесчаненного лесса, вероятно, аллювиального происхождения. Если бы такое объяснение было верно, необходимо было бы признать, что в некоторые моменты своего существования стоянка заливалась водой, например, при весеннем половодье. В таких случаях обитателям стоянки приходилось, вероятно, временно покидать ее.

 

 

Вскрытие палеолитического культурного слоя в раскопке 2 показало, что он по верхней и нижней границам значительно опускается в северном направлении. Это понижение на 10 м северо-восточной стены раскопа составляет для нижней границы культурного слоя 0,66 м, что является величиной довольно значительной. Еще более значительно (1,2 м) падение нижней границы вдоль северо-западной стены раскопа. По южной стене раскопа заметно небольшое снижение (0,19 м) к востоку, в сторону реки.

 

Замеченное на древней поверхности стоянки значительное снижение в северном направлении наблюдается и в современном рельефе. Это снижение связано с существовавшей в палеолитическое время небольшой балкой, теперь замаскированной наносами делювия. Как уже указывалось, балка пересекала верхнюю террасу с запада на восток севернее и северо-восточнее раскопов 1—3 и выходила к долине реки, у русла которой она заканчивается теперь на высоте всего около 1,5 м.

 

После вскрытия и разработки культурного слоя каждая очередь раскопа 2 давала приблизительно одинаковую картину. На всей вскрытой площади было множество костей мамонта, среди которых выделялись крупные кости и черепа. Внутри скопления большое число ребер, а между ними редкие кремни.

 

На общем фоне скопления костей хорошо выступала в профиле ( 57) и плане стена большого сооружения из костей мамонта. Можно было заметить, что наибольшее количество костей (главным образом крупных трубчатых) и черепов сосредоточено в стене сооружения. Внутри же его преобладали лопатки и тазовые, между которыми было множество ребер, а также большие трубчатые кости. Все пространство с наружной стороны сооружения было гораздо беднее костями. Следует подчеркнуть, что и это небольшое количество составляли в основном мелкие кости и обломки крупных. Крупные кости и черепа встречались здесь только изредка.

 

В плане ясно выступает еще одна особенность: на всем протяжении внешней стены сооружения заметна сплошная полоса, почти совершенно не содержащая костных находок. Ширина ее 0,5 м и более.

 

Только против участка стены на квадрате Е-40 имеется значительное скопление костей (череп, трубчатая кость, три лопатки). Возможно, что это кости, которые раньше лежали на месте перерыва в стене на квадратах Г-39 и Д-39.

 

Самым важным итогом раскопок Юдиновской стоянки в 1947 г. является вскрытие в раскопе 2 основания остатков жилого сооружения из крупных костей.

Основание сооружения в раскопе 2 не было вскрыто до конца по техническим причинам. То, что было вскрыто, представляет, по всей видимости, только основание сооружения в виде невысокой костной стены, окружающей овальное внутреннее пространство. Характер стены остается в основном одинаковым на всем ее протяжении, вскрытом раскопками.

 

Стена сохранилась целиком, за исключением небольших участков. Один из них находится в юго-западной части, где на квадратах В-38 и В-39 наружная часть стены уничтожена при отрывке в позднейшие времена ямы диаметром 0,63 м.

 

Самый большой разрыв обнаружен у южной части (квадраты Г-39 и Д-39). Здесь на протяжении 1,4 м совершенно не было крупных костей.

 

На квадратах 3-40 и И-39 та же южная часть стены на протяжении 2,25 м сложена небольшим числом горизонтально лежащих трубчатых костей.

Наиболее ярко общий характер и устройство стены выражены на ее северном и западном участках. Стена устраивалась, как правило, из различных крупных костей. Здесь преобладают трубчатые кости конечностей, главным образом плечевые, бедренные, большие и малые берцовые. В меньшем числе и главным образом в северо-восточном конце стены применены половины тазовых костей и лопатки. Иногда встречались целые нижние челюсти. Было обнаружено несколько частей позвоночника в ненарушенном анатомическом порядке (по 10—12 позвонков вместе).

 

Внутренняя часть стены состояла, как правило, из больших черепов мамонта. Все они поставлены вертикально, альвеолами бивней вниз. У большей части черепов сохранились зубы. На всем протяжении внутренней стороны стены найдено 30 черепов мамонта.

Длинная ось неполностью вскрытого сооружения составляет с юго- востока на северо-запад 9,46 м.

 

Длина наружной стороны сооружения от северо-восточного конца до западного закругления 11,53, от западного закругления до юго-восточного конца 11,83 м.

Наибольшая ширина сооружения по его наружному краю 8,93, ширина сооружения между стенами внутри 6,98 м. Наименьшая ширина стены отмечена в ее южной части. На квадратах И-39 и 3-39 она равна соответственно 0,33 и 0,22 м. По-видимому, эти участки стены были сильно разрушены еще в древности. Разрушена, вероятно, и часть северной стены шириной 0,66 м на квадрате И-32.

 

Судя по раскрытой раскопками части, сооружение, по-видимому, имело форму овала. В таком случае наибольшая ширина его по наружной стене должна была составлять 8,93 м и приходиться на третий метр от юго-восточной стены раскопа. Можно предположить, что наиболее широкая часть сооружения была расположена в его средней части и находилась на одинаковых приблизительно расстояниях от восточного и западного закругленных концов сооружения. При длине вскрытого раскопками сооружения 9,46 м его самая широкая средняя часть оказывается в 6,46 м от западного закругления внешней стены. Отсюда можно заключить, что вся длина сооружения по наружной стене равна приблизительно 13, а по внутренней стене — приблизительно 10,5 м. Внутренняя полезная площадь его составляла около 46 м2.

 

Весьма интересен очаг в западной части сооружения, где на квадратах Г-37, Г-38, Г-39, Д-37, Д-38, Д-39, Е-38 ясно различается большое очажное пятно. Его размеры с северо-востока на юго-запад 2,15, с северо-запада на юго-восток 2 м.

 

В большое очажное на квадратах Г-37, Г-38, Д-37 и Д-38 как бы вписано малое очажное пятно диаметром 0,6 м. Это центральное углубление очага. Оно могло быть сделано намеренно для большего удобства при разведении и пользовании огнем. Впрочем, центральное углубление могло образоваться и благодаря тому, что при очистке очага от углей и золы могла удаляться и часть подстилающей очаг почвы.

Слегка овальное в плане очажное пятно своей юго-западной окраиной на квадрате Г-39 непосредственно касалось внутренней части южной стены. Наличие очага позволяет предполагать, что сооружение является остатками жилища.

 

Для выяснения вопроса о назначении сооружения и для восстановления его конструкции следует обратить внимание на характер расположения черепов в стенах. Прежде всего они размещены только на внутренней стороне стены и внутренней площади жилища. Почти все черепа стоят вертикально, альвеолами бивней вниз, т. е. в совершенно неустойчивом положении. С этим обстоятельством связаны отрывка ямок и применение различных упоров для придания черепам устойчивости.

 

Характерно в размещении черепов и то, что все они обращены лобными частями во внутрь жилища.

 

Однообразное расположение черепов свидетельствует о преднамеренной установке их людьми, а развалины жилища — о большой затрате труда на его постройку.

Это сооружение следует считать одной из первых весьма полно выраженных древнейших архитектурных форм.

 

Трубчатые кости в стене не всегда лежали горизонтально. Немало их занимало наклонное или близкое к вертикальному положение. Как на яркий пример можно указать на расположение трех костей на квадратах ВГ-33 и ВГ-34. Здесь на небольшом пространстве (1,4 м)стояли вертикально три большие бедренные кости. Они были размещены в направлении с востока на запад. Первая с востока кость была отделена от второй расстоянием около 0,70, вторая от третьей — 0,34 м. Первая и вторая были целы. Между первой и второй, второй и третьей костями стояло по одному черепу. С юго-восточной стороны первого бедра стоял еще один череп.

 

Все черепа входили в состав стены. Первая и вторая бедренные кости стояли совершенно симметрично и были обращены друг к другу головками (без эпифизов) проксимальных концов. Осталось неясным, какую цель преследовала такая правильная расстановка костей. Бедренные кости были, вероятно, врыты в ямки, в которых, предположительно, стояли и черепа. Первая бедренная кость могла подпирать с востока череп, у которого с запада также стояла какая-то трубчатая кость. Вторая и третья кости могли поддерживать с востока и запада другой череп (квадраты В-33, В-34, Г-34).

 

Большое количество трубчатых и других костей, размещенных в положении, близком к вертикальному, находилось в юго-западной части жилища, на квадратах А-37 и АБ-38 ( 58).

 

Следует также остановиться на значении свободной от костных находок полосы. В других местах раскопа 2 таких пустых полос нет. Отсюда можно заключить, что это пространство образовалось не случайно и как-то связано со стеной сооружения. Наиболее естественным является предположение о земляной засыпке наружной стены.

 

Стена из костей мамонта плохо защищала внутреннюю часть жилища от холода. Чтобы утеплить жилище, люди должны были засыпать наружную стену землей. Правда, при раскопках не удалось уловить особенности в устройстве засыпки, которые раскрывали бы ее происхождение. Однако довольно подробная документация, в частности детальные чертежи, делает это предположение весьма вероятным. Лучшим его подтверждением является незначительное содержание в этой пустой полосе костных остатков и малые их размеры. Можно думать, что эта присыпка имела вид земляного валика вроде тех завалинок, которые еще недавно насыпались на зиму у деревянных изб в Белоруссии и России.

 

Наличие свободной от костей полосы вдоль наружной стены можно объяснить и тем, что при устройстве жилища была вырыта канавка, в которую и уложили трубчатые кости, лопатки, тазы и черепа. Однако против такого объяснения говорит то, что в верхней части пустой полосы, которая при таком объяснении должна была соответствовать древней почве, также не было большого количества костей. В то же время на участках раскопа вне пустой полосы количество костей значительно увеличивалось.

 

На некоторых участках в самом низу стены прослеживалась тонкая прослойка древней почвы. В этих же местах хорошо видно, что в землю зарывались только отдельные вертикально поставленные кости и черепа. Поставленные вдоль стены 30 черепов при таком объяснении должны быть помещены не только в предполагаемой широкой канавке, но и в ямках на ее дне, что едва ли было необходимо.

 

Против данного объяснения говорит также наличие подпорок под черепами и некоторыми большими костями. Они определенно доказывают, что черепа и другие кости уходили в почву только своими узкими основаниями, а их средние и верхние части были в состоянии неустойчивого равновесия. Их нужно было подпирать, чтобы удержать в вертикальном положении.

 

Возвращаясь к наиболее вероятному объяснению сооружения как остатков жилища, нужно сказать, что в его устройстве имеются и другие особенности, подтверждающие такое объяснение.

 

Такой особенностью является, в частности, тщательность устройства жилища. Кости уложены в определенном порядке. Обращает на себя внимание и тщательность укрепления черепов: для них выкапывались ямки, их подпирали одной или нескольким костями.

 

Вся вскрытая внутренняя площадь сооружения (около 46 м2) содержит большое количество костей с искусственно сделанными большими отверстиями. Отверстия имелись на лопатках, тазовых и изредка трубчатых костях. Едва ли кости с отверстиями имели какое-либо значение в производстве. Скорее всего, эти отверстия в больших, тяжелых и потому устойчивых костях служили для укрепления в них жердей или шестов, составлявших каркас перекрытия жилища.

 

Естественнее всего было бы предполагать, что жерди изготовлялись из тонких деревьев. Однако широкое использование костных материалов в строительной технике стоянки, применение костей в качестве топлива делают весьма правдоподобным предположение, что эта местность •была в те времена безлесной. Поэтому следует предполагать, что жерди -были не деревянными, а изготовлялись из какого-то другого материала, которым опять-таки могли быть и кости и прежде всего большие, длинные ребра мамонтов.

 

Конечно, при большой ширине сооружения едва ли было возможно применение отдельных ребер в качестве жердей для каркаса. Поэтому приходится предполагать, что люди делали сложные жерди или шесты. Такая жердь может получиться, если связать ремнями три длинных ребра мамонта длиной каждое 1 м. Для получения крепкой, прочной жерди было необходимо оставлять в местах связывания первого ребра со вторым и второго с третьим примерно по 0,2 м их длины. Общая длина трех ребер уменьшится от этого на 0,8 м. Таким образом, связывание только трех ребер давало бы крепкую жердь или шест длиной 2—2,2 м. Привязка каждого следующего ребра соответственно увеличивала бы длину шеста на 0,6 м.

 

Такое предположение подтверждается находками на стоянке: внутренняя площадь жилища была в изобилии заполнена целыми и поломанными ребрами мамонта.

 

Собранные на Юдиновской стоянке материалы позволяют предполагать, что внутреннее пространство жилища было разделено на несколько небольших помещений. Об этом, в частности, свидетельствуют остатки в середине жилища небольших стен, аналогичных по устройству наружной стене и сделанных также из крупных костей.

 

Впрочем, такое предоположение опровергается следующим обстоятельством: на всю вскрытую площадь жилища приходится только один большой очаг. Однако на это можно возразить, что внутренние стеньГ могли быть ниже наружных и не доходить до крыши. Невысокие стены не препятствовали бы обогреванию всего жилища одним очагом.

Таковы основные данные, характеризующие юдиновское большое жилище, представляющее пока первое и единственное в своем роде сооружение, известное археологам.

 

Привлекает внимание овальная форма юдиновского жилища. Западный край его резко суживается и заканчивается закруглением. Можно пока только предполагать, что и восточный край его также имел закругленное в плане окончание. В этом сооружении совершенно нет ни прямых, ни острых, ни тупых углов. Овал и круг — единственные пока формы планов юдиновских сооружений. Та же черта прослеживается и на других стоянках верхнего палеолита: в Елисеевичах, Костенках I, Гагарине.

 

Можно считать вполне доказанным, что наземные и углубленные в землю непещерные жилища верхнего палеолита имели в плане круглую или овальную форму. При объяснении этого факта прежде всего нужно иметь в виду, что естественные ямы, которые в природе обычно имеют такую же форму, были, несомненно, наиболее частыми и привычными для человека жилищами.

 

Далее, круглая форма жилища наиболее удобна для отепления: тепло и свет очага распределялись по округлому жилищу более или менее равномерно.

Наконец, можно думать, что такая именно форма жилища зависела от умения людей делать только круглые либо овальные в плане перекрытия, с наименьшим числом столбов и подпорок, которых требовалось бы гораздо больше при четырехугольной (особенно вытянутой) форме сооружений.

 

С большим жилищем раскопа 2 связан ряд весьма интересных и до сих пор мало освещенных или даже вовсе незатронутых в археологической литературе особенностей строительной техники верхнего палеолита. К ним относятся, во-первых, использование (в неясных пока цежилища всякого рода упоров, подпорок, подкладок; в-третьих, выкапывание углублений и ямок для укрепления в них вертикально поставленных черепов.

 

Одной из особенностей культуры Юдиновской стоянки является наличие целого ряда лопаток, тазов и трубчатых костей с преднамеренно проделанными отверстиями. Наиболее часто отверстия встречались на лопатках. На некоторых из них сделано два отверстия: одно обычно на плоскости (приблизительно в центре), другое в гребне (spina scapulae). Отверстия на тазах проделывались в плоскости подвздошной кости (osilii). Довольно редкие отверстия на трубчатых костях делались на плоской части бедра, прилегающей к проксимальному концу.

 

Кости с отверстиями обнаружены в костном основании и в середине жилища. Вне жилища они встречались весьма редко.

 

Практическое назначение таких костей пока не выяснено. Однако некоторые находки из раскопа 2 позволяют высказать некоторые предположения. Прежде всего часть костей с отверстиями входила в состав стены. Можно предполагать, что в этих отверстиях были укреплены шесты или жерди каркаса перекрытия жилища. Так, на границе квадратов Ж-35 и 3-35 находилась в горизонтальном положении лопатка с отверстием, сквозь которое было пропущено довольно длинное ребро ( 59).

 

На квадратах А'-34 и А-34 (с наружной стороны стены) найдены две бедренные кости. Концы костей лежали один на другом и на каждом из них было сделано по отверстию. Отверстия также совпадали. Такое совпадение отверстий не является, видимо, случайным. По-видимому, обе кости были скреплены костяным или деревянным колышком, пропущенным сквозь отверстия.

 

На разных участках стены найдены черепа, в мозговых коробках и в альвеолах бивней которых имеются углубления, похожие на отверстия в больших костях.

 

Предположение о том, что углубления в черепах предназначались для укрепления отвесных или наклонных элементов перекрытия жилища, частично подтверждается следующим фактом: в альвеолу вертикально стоящего на квадрате 3-33 черепа плотно загнаны три кости. В связи с тем, что целый ряд строительных деталей (например, упоры и подкладки) вовсе не являются случайным, можно и данный факт объяснить как технический прием. Эти три кости, возможно, являются клиньями, которые были загнаны в альвеолу черепа для закрепления вставленного в нее шеста, жерди или кола.

 

Как на аналогичный факт можно указать на кость, забитую в одну из альвеол вертикально стоявшего черепа, обнаруженного при раскопках 1935—1936 гг. в Елисеевичах.

 

Вот некоторые данные о найденных в раскопе 2 лопатках мамонта с пробитыми отверстиями.

1.         Квадраты Б-34, В-34, В-35 — небольшая лопатка, лежавшая в раскопе суставной впадиной на юго-восток, гребнем вверх. На плоскости треугольное отверстие с округлыми углами.

2.         Квадраты Г-35 и Г-36. Лопатка с четырехугольно-овальным отверстием.

3.         Квадрат А-37. Лопатка с круглым отверстием.

4.         Квадрат А-37. Лопатка с продолговато-овальным отверстием.

5.         Квадраты Б-37 и В-37. В скоплении черепов во внутренней части жилища находились рядом лежавшие горизонтально тазовая кость с округлым отверстием в середине плоскости подвздошной кости (os ilium) и лопатка с овальным отверстием.

Возле отверстия в лопатке лежал обломок ребра, которое, может быть, в этом отверстии было когда-то укреплено. У этого же отверстия (несколько ниже) лежало ребро длиной 0,62 м, конец которого приходился на середину отверстия. Возможно, что это ребро раньше было воткнуто в отверстие. Расстояние между отверстиями в тазовой кости и лопатке 0,36 м ( 60).

6.         Квадрат 3-32. Лопатка, лежавшая горизонтально, суставной впадиной к юго-востоку, с двумя отверстиями: посередине плоскости в фор

ме правильной чечевицы с одним более острым углом (7X3,5 см) и на-, гребне в форме вытянутого овала размером 5,5X3,5 см ( 61).

7.         Квадрат Е-33. Лопатка, лежавшая гребнем вниз, суставной впадиной к юго-востоку, с отверстием продолговато-овальной формы в средней части плоскости. Длина отверстия вдоль длинной оси кости 13,5,. ширина около 4,5 см. Лопатка частично обломана по отверстию.

8.         Квадрат Е-34. Лопатка, лежавшая горизонтально, гребнем вниз, суставной впадиной к северо-западу, с овальным отверстием размером 5X3,5 см; кругом много ребер ( 62).

9.         Квадраты Д-35 и Е-35. Лопатка, лежавшая суставной впадиной: к юго-западу, гребнем вверх, посередине плоскости параллельно гребню — отверстие 4,5X6 см.

С южной стороны из-под лопатки выступала тазовая кость с отверстием (6x4,3 см). Расстояние между отверстиями в этих костях составляло около 30 см. Вполне возможно, что отверстия раньше совпадали: и были соединены ребром или клином из кости.

10.       Квадраты Ж-35, 3-35. Лопатка, лежавшая гребнем вверх, суставной впадиной к северу, с одним отверстием в плоскости. В отверстие просунуто ребро длиной около 65 см, выходящее проксимальным концом, над поверхностью лопатки. Дистальный конец ребра выступает из-под. лопатки к западу.

На северо-восточный край лопатки налегал проксимальный конец, бедра, лежавшего параллельно лопатке и примыкавшего этим концом к указанному ребру. На этом конце бедра крупное овальное отверстие. Расстояние между отверстиями в бедре и лопатке настолько мало (3— 4 см), что вполне вероятно предположение: ребро было продето не только сквозь лопатку, но и конец бедра, т. е. скрепляло эти кости, в каких-то технических целях.

11.       Квадрат Д-36. Лопатка, лежавшая суставной впадиной к востоку. Плоскость ее по внешнему краю обломана. В уцелевшей ее доле сохранилась часть отверстия (имевшего, скорее всего, круглую форму) размером 9X9 см. К северу, западу и югу от лопатки много ребер.

12.       Квадрат Д-36. В 13 см юго-западнее предыдущей лежала (гребнем вверх, суставной впадиной к северо-востоку) целая лопатка с овальным отверстием на плоскости размером 4,5X3 см. Рядом головка большого фрагмента ребра, которое, возможно, было воткнуто в это отверстие.

13.       Квадрат Д-36. Лопатка, лежавшая горизонтально, суставной впадиной на северо-запад ( 63-/). Почти посередине ее поверхности не- правильно-овальное отверстие размером 6,4X4,5 см. Оно пробито с нижней передней стороны (Fades costalis), которой лопатка в момент расчистки раскопа 2 была обращена вниз. Отсюда можно заключить, что- при пробивании отверстия лопатка находилась в обратном положении.

14.       Квадрат Ж-36. Лежавшая горизонтально, гребнем вверх, лопатка с отверстием неправильных очертаний у северной впадины, направленной к юго-востоку ( 63-2).

15.       Квадраты Ж-36 и Ж-37. Найденная в стене внутри жилища лопатка, опирающаяся на бедренную кость, с отверстием на плоскости (0,09X0,09 м) в форме неправильного треугольника с округлыми углами: ( 63-3).

16.       Квадраты 3-36 и 3-37. Лежавшая в стене внутри жилища, суставной впадиной к юго-востоку, целая лопатка с отверстием в форме чечевицы с острыми концами (12 (!) Х5,5 см). На самом краю поверхности лопатки остатки, возможно, второго вдвое меньшего отверстия ( 63-4).

17.       Квадрат Е-37. Лопатка, лежавшая гребнем вверх, суставной впадиной к западу, с двумя неправильно-овальными отверстиями в плоскости (6X4,5 см) и средней части гребня (6,7X5 см). С западной и юго- западной сторон лопатки лежало много ребер.

Над восточным концом лопатки — тазовая кость с овальным отверстием, повернутая концом к востоку ( 63-5).

18.       Квадрат И-39. Горизонтально лежавшая в стене лопатка (суставной поверхностью к юго-востоку), с правильным овальным отверстием в гребне.

19. Квадраты Е-40 и Ж-40. Лопатка, лежавшая в стене жилого сооружения горизонтально (плашмя), суставной поверхностью к северу, с большим отверстием в форме неправильного овала размером 18X7,5 см ( 63-6).

20. Квадрат 3-40. Лопатка, лежавшая гребнем вверх, суставной впадиной к северо-западу, с двумя отверстиями: посередине плоскости в форме четырехугольника с закругленными углами шириной 6,5 см и средней части гребня в форме вытянутого треугольника с закругленными углами основания и острой вершиной. Длина отверстия 5, ширина 2,8 см ( 63-7).

 

Всего в раскопе 2 найдено 20 лопаток с одним и двумя отверстиями.

Тазовые кости с отверстиями найдены в следующих местах раскопа 2.

1. Квадраты Б-37 и В-37. В скоплении черепов внутри жилища рядом с лопаткой, имевшей овальное отверстие, найдена лежавшая горизонтально тазовая кость с округлым отверстием посередине плоскости подвздошной кости (os ilium).

2.         Квадраты Б-38 и В-38. В стене найдена тазовая кость с овальным отверстием на плоскости седалищной кости (os isepii).

3.         Квадрат 3-35. Тазовая кость, лежавшая плашмя, вертлужной впадиной к юго-востоку, с овальным отверстием, близким к середине подвздошной кости.

4.         Квадраты Д-35 и Е-35. Уже упомянутая тазовая кость с отверстием размером 6X4,3 см.

5.         Квадрат 3-35. Тазовая кость, лежавшая плашмя, острым концом к югу. В 0,044 м от края плоскости — отверстие в форме рассеченного пополам овала размером 8X7 см ( 63-S). У самого края отверстия лежит ребро длиной 61 см.

6.         Квадрат Е-37. Над восточным концом лопатки с двумя отверстиями ( в плоскости и гребне) лежала узким концом к востоку тазовая кость с овальным отверстием.

7.         Квадрат И-37. Тазовая кость, входившая в составе внутренней стены жилища, с неправильно-овальным'отверстием (7X3,5 см) на краю.

 

Во время раскопок было найдено только шесть бедренных костей с отверстиями.

1.         Квадрат А-34. С наружной стороны стены найдены две бедренные кости, концы которых лежали один на другом. Поврежденная верхняя (восточная) лежала в направлении с востока на запад, целая нижняя (западная) длиной 78 см — с юго-востока на северо-запад. В костях были проделаны отверстия (в западной — круглое), совпадавшие одно с другим.

Стена в этом месте поддерживалась снаружи стоявшей вертикально локтевой костью высотой почти 50 см. Она примыкала к восточной бедренной кости.

2.         Квадрат Б-38. В стене обнаружен наклоненный к востоку крупный фрагмент трубчатой кости с несквозным длинным отверстием в нижней половине. 45 см юго-восточнее — тазовая кость с овальным отверстием. Расстояние между этими отверстиями составляло 77 см.

3.         Квадрат Д-34. Одно из больших бедер, найденных в восточной части раскопа 2, с отверстием шириной 7 см на проксимальном конце, обращенном к северо-востоку.

4.         Квадраты 3-39 и 3-40. Горизонтально лежавшее в стене бедро с овальным отверстием на широком проксимальном конце, обращенном к северо-западу. Размер отверстия на верхней поверхности кости 10X5,5, на нижней 3X5,5 см. Диаметр втверстия внутри бедра равен 16,5 см ( 64). Возможно, что такое расширение произошло благодаря большей мягкости внутренней части кости. Однако его можно объяснить и стиранием более мягкого внутреннего слоя в процессе работы, при выполнении которой бедро с отверстием могло играть какую-то роль.

5.         Квадраты Е-41 и Ж-41. Горизонтально лежащее бедро С отверстием шириной 6 СМ на  64. Юдиново (квадрат 3-40). Бедрен- проксимальном конце, обра-  ная кость с отверстием щенном к северо-западу.

 

Заслуживают подробного описания способы укрепления крупных элементов стены, в частности вертикально стоящих черепов, тазовых костей и лопаток.

 

Как уже упоминалось, при строительстве сооружений рылись соответствующих размеров ямки, в которые кости ставились обязательно в отвесном, вертикальном положении. Черепа, как правило, опускались в ямки альвеолами, из которых в таких случаях всегда выламывались бивни. Половины тазовых костей опускались вниз наиболее острыми, узкими частями, например седалищной костью (os ischii).

 

При незначительной глубине ямок установленные в них большие кости оказывались в явно неустойчивом положении. Чтобы придать им устойчивость, люди применяли различные подпорки, упоры, подкладки.

 

Судя по находкам в раскопе 2, упоры, подпорки, подкладки применялись преимущественно при установке черепов.

 

Квадрат А-35. С внутренней стороны стены находился в вертикальном положении череп, который опирался на подложенные под его зубы две большие берцовые кости и бивень.

Квадрат Б-35. Поставленный вертикально череп опирался низом выступа, образуемого задними краями зубов, о подложенную под него малую берцовую кость. Под другой вертикальный череп был подложен большой горизонтальный фрагмент трубчатой (бедренной или большой берцовой) кости длиной 41 см. Кость была перебита поперек, может быть, для того, чтобы использовать ее в качестве упора. Череп опирался на этот фрагмент большим лобным выступом.

  

Квадрат Д-33. Череп, стоявший вертикально и обращенный лобной частью к югу, подпирался с восточной стороны (у зуба левой половины верхней челюсти) обломком большой берцовой кости, поставленным толстым концом вверх. Нижняя часть этой кости стояла на одном уровне с нижней частью зуба.

 

Квадраты Д-33 и Е-33. Череп, поставленный в костной стене вертикально, альвеолами бивней вниз, был подперт с северо-востока дистальным концом ребра, отбитым от целой кости наискось. Острым концом  этот фрагмент был, по-видимому, воткнут вертикально в землю, причем один из мыщелков его дистального конца послужил опорой для зуба правой половины верхней челюсти ( 65-/ и 2).

 

Квадрат Е-33. Череп, стоявший в стене вертикально (вероятно, в ямке), альвеолами бивней вниз, лобной частью на юго-запад, был укреплен подпорками с двух сторон: около альвеол и слева от затылочной части. Посередине лобной части, у самого черепа стояла вертикально большая берцовая кость (широким концом вверх); против правой альвеолы— горизонтальный остистый отросток; против левой альвеолы — горизонтальное тело позвонка, а выше его—фрагмент ребра; поверх этого фрагмента и остистого отростка — упирающееся в правую альвеолу горизонтальное ребро. В вертикальном разрезе хорошо было видно, что все составные части этого упора тесно примыкают один к другому или к черепу.

 

Упор слева от затылка из ребра и состоял из двух прилегающих один к другому позвонков с отростками, уходившими под нависшую над ними черепную коробку. Слева от них стояла вертикально ребро.

 

Квадраты Е-33 и Ж-33. На этом участке костной стены устройство подпорок тоже довольно сложно. Череп стоял вертикально альвеолами бивней вниз, по-видимому, в ямке. Снизу он был подперт с юго-западной стороны вертикальными фрагментами тазовой кости и плеча. Между черепом и фрагментом таза был загнан горизонтально позвонок. С правой стороны, вплотную к фрагменту плеча и к черепу, были приставлены два обломка ребра ( 66).

 

В профиль в этой точке хорошо видно, что череп и подпирающие его кости опущены в ямку, при отрывке которой был прерван темный слой древней почвы, лежавший на уровне середины черепа. Таким образом, глубина ямки составляла половину высоты черепа. С северо-запада темный слой обрывался в 0,03 м от стенки черепа. С противоположной стороны слабоокрашенный темный слой плотно примыкал к стене черепа, поэтому подпорки здесь нет.

 

В квадрате 3-33 череп, стоявший в ямке альвеолами бивней вниз, был укреплен подпоркой из эпифиза большого плеча, опущенного вертикально (почти целиком) в ту же ямку. Сверху, со стороны мозговой коробки, в череп были плотно загнаны две малые берцовые кости и ребро.

 

Большой интерес представляет устройство нескольких упоров под черепом, стоявшим в квадрате И-36.

Череп, обращенный лобной частью к северо-западу, был опущен альвеолами в ямку. С северо-востока вплотную к правой половине черепа вертикально поставлены большая берцовая кость (толстым концом вверх), правее ее бедро. За бедром на древний темный слой почвы был положен плашмя позвонок. У лобной части черепа к позвонку примыкал проксимальный конец другого бедра, которое, возможно, также являлось подпоркой. С юго-запада к черепу была поставлена еще одна большая берцовая кость. Крепление получилось довольно надежным и прочным.

 

Темная прослойка древней почвы обрывалась на середине позвонка и дальше ее над позвонком не было. Можно предполагать, что в данном случае все подпорки из трубчатых костей были поставлены в яму, засыпанную потом землей до уровня древней почвы, на которую был положен плашмя позвонок, примыкавший в одной точке к передней части черепа, а в другой к горизонтально лежавшему бедру.

 

Стоявший вертикально (альвеолами бивней вниз, лобной частью на северо-запад) в квадрате И-37 череп с левой стороны был укреплен фрагментом большой берцовой кости, стоявшей наклонно, острием разлома вниз. Затылочной частью череп опирался на проксимальный конец горизонтально положенной локтевой кости. За правой альвеолой (т. е. с северо-востока) череп подпирался стоявшим в наклонном положении расколотым фрагментом трубчатой кости ( 67).

 

Квадрат Ж-38. Череп, стоявший внутри жилища вертикально, лобной частью к северу, альвеолами бивней вниз, был укреплен двумя подпорками: с северо-востока (у лобной части) фрагментом большой берцовой кости, стоящим узким концом вниз, с юга эпифизом трубчатой кости, положенным плашмя под зуб правой половины верхней челюсти.

 

На квадратах Д-39 и Е-39 на протяжении около 1,25 м (с юго-востока к северо-западу) стояли два черепа, разделенные расстоянием около 40 см. Юго-восточный череп, стоявший альвеолами бивней вниз, подпирался в трех точках: с юго-восточной стороны загнанной вдоль стенки черепа расколотой трубчатой костью; лучевой костью, стоявшей вертикально вдоль впадины между альвеолами бивней; небольшим обломком ребра, прислоненным снаружи к левой альвеоле бивня.

 

Черепа соединены бивнем, лежащим горизонтально (концом на юго-восток, основанием на се- t веро-запад) против впадины меж- I ду альвеолами на верхнем конце указанной выше лучевой кости. Основание бивня входит в большую пустоту, образовавшуюся в верхней части правой альвеолы бивня второго черепа. При этом выступ разбитого края альвеолы входит в выемку на конце разломанного при выламывании из черепа бивня, а выступ на конце бивня упирается во внутреннюю стенку альвеолы. Получается тесное соприкосновение бивня и черепа в двух точках. Преднамеренная установка бивня в таком положении несомненна, хотя цель ее и неясна.

 

Возможно, что вертикальные кости ставились вокруг черепа не только в качестве упоров, но и загонялись как клинья для уплотнения земли в ямке.

 

Различные упоры подкладывались также под бедренные, а в единичных случаях под лопатки и плечевые кости, лежавшие горизонтально.

1.         В квадрате 3-34 под северо-восточным концом большого ребра обнаружена подкладка из двух плотно прилегающих к нему снизу обломков ребер.

2.         В квадрате 3-35 под проксимальным концом горизонтально лежащей бедренной кости с отверстием лежала другая, поперечная кость (ребро или фибула).

3.         Квадрат Ж-36. Почти поперек большого целого бедра, лежавшего горизонтально, был подложен небольшой обломок кости.

4.         Квадраты Е-37 и Е-38. Здесь почти рядом (на расстоянии 60 см) лежали две большие лопатки, обращенные концами с суставными впадинами к северо-западу. Поперек этих концов под обе лопатки симметрично подложено ребро ( 68-2).

5.         В квадрате Е-38 под горизонтально лежащее плечо подложено два обломка ребра. Больший обломок лежал вдоль, а меньший поперек плеча ( 68-/). В разрезе хорошо прослеживалось плотное прилегание костей.

 

6. Квадрат Е-39. Внутри жилища бедренная кость с поврежденными концами плотно лежала на обломке большой берцовой кости. Возможно, что подкладкой был и обломок ребра, лежавший поперек бедренной кости.

 

Некоторые кости, для которых, по-видимому, отрывались углубления, как бы прорывали существовавшую во время палеолита почву и залегали своими основаниями ниже ее уровня. Прослойка, подстилающая костную стену с севера и представленная тонким скоплением мелких костных угольков, прослежена в поперечном разрезе стены на квадратах Г-32 и Д-32.

 

Темно-серая прослойка мощностью 2—3 см отмечена также ниже костного слоя на квадрате Ж-36 иод большой трубчатой костью в середине жилища и на квадрате Ж-38 внутри жилища; мощностью 3,3 см — на квадрате И-39 под плечевой костью в стене жилища. Она прослеживалась почти без перерывов в северо-восточной стене на протяжении 5 м. На этом слое лежали все кости, расположенные внизу стены в горизонтальном положении.

 

Опускание отдельных костей стены ниже предполагаемого уровня палеолитической почвы особенно хорошо прослеживалось в северной и восточной частях раскопа 2. В основании северо-восточной стены, в частности, прослеживался темный слой мощностью около 2—3 см. Это была, видимо, палеолитическая почва ( 69).

На квадратах В-35 и Г-36 стоял череп, верх и середина которого находились в темном лессе, т. е. в культурном слое стоянки. Почти четверть черепа была врыта в землю и разорвала непрерывную линию двух прослоек сильно опесчаненного лесса, подстилающего здесь культурный слой.

 

На поперечном разрезе костной стены по границе квадратов 3-32 и И-32, 3-33 и И-33 хорошо видно, что тонкий темный слой мощностью около 0,02 м залегает непосредственно под наружной частью стены и прорезается основанием черепа, к которому темная прослойка примыкает приблизительно на половине его высоты с юго-западной стороны. Ниже этой же прослойки оказался и позвонок, лежащий юго-западнее черепа.

 

На квадратах Е-33 и Ж-33 подпертый костями череп стоял в глубокой ямке. Слабоокрашенный темный слой прерывался ямкой с северозападной стороны на расстоянии 0,03 м от черепа, а с юго-востока примыкал к черепу вплотную.

На квадрате 3-33 череп с загнанными в него тремя костями опущен альвеолами бивней в ямку и подперт костью. В разрезе хорошо заметна темная прослойка с двух противоположных сторон. С юго-запада она прерывалась на расстоянии около 0,15 м от альвеолы. С юго-восточной стороны расстояние между альвеолами бивней и началом интенсивно

черной прослойки составляло около 0,1 м. Верхняя челюсть черепа стояла выше прослойки вне ямки.

 

На квадратах 3-33 и И-33 та же прослойка тянулась к стоящей рядом с черепом тазовой кости, укрепленной вертикально в ямке. С севе- ро-западной стороны этой кости прослойка прерывалась и появлялась вновь с юго-восточной стороны. Здесь к тазовой кости примыкают череп и лопатка, не врытые в землю. К юго-востоку прослойка обрывалась, не доходя 0,03 м до прерывающего ее черепа, укрепленного в ямке; с другой стороны прослойка примыкала к черепу вплотную ( 70).

 

Очень хорошо темная прослойка толщиной около 0,01 м прослеживалась на северном конце юго-восточной стены раскопа 2 (на протяжении до 4,5 м). Она дважды прерывалась основаниями опущенных в ямки черепа и тазовой кости. Глубина ямки для черепа составляла около 0,12, для таза — около 0,19 м.

 

На квадратах И-39 и Е-40 было хорошо видно, что темная либо темно-серая прослойка мощностью около 0,033 м залегает ниже костного основания жилища. На квадрате И-36 эта прослойка прервана ямкой для установки черепа с трубчатыми костями в качестве подпорок.

 

 

К содержанию учебника: К.М. Поликарпович "ПАЛЕОЛИТ ВЕРХНЕГО ПОДНЕПРОВЬЯ"

 

Смотрите также:

 

Поздний верхний палеолит Приднепровья  Палеолит в Приднепровье  Стоянки древних людей

 

Поздний палеолит Русской равнины   Верхний палеолит. Приледниковая область в Европе.

 

 Последние добавления:

 

Топонимы Подмосковья    Следы минувшего. Палеонтология    Давид Рене - Правовые системы    Аквариум    Вулканы