ПАЛЕОЛИТ ПОДНЕПРОВЬЯ

 

 

БЕРДЫЖСКАЯ СТОЯНКА. Раскопки палеолитического культурного слоя

 

В ходе систематических, планомерно организованных археологических исследований на территории Белоруссии обнаружены не вызывающие сомнений остатки древней культуры времен верхнего палеолита, т. е. эпохи становления и развития родового общества.

 

Первая находка палеолита в Белоруссии относится к 1926 г. При обследовании в августе 1926 г. крутых склонов высокого правого берега долины р. Сожа в 2 км к югу от дер. Бердыж Чечерского района Гомельской области, в уроч. Колодежках, автором были обнаружены остатки зуба мамонта. Проведенные здесь в начале сентября того же года пробные раскопки на площади около 10 м2 выявили большое количество остатков фауны, обработанных кремней в виде ножевидных пластинок и полученных при их обработке обломков, отщепов, чешуек.

 

Геологические условия залегания местонахождения, характер фауны и культурных остатков не оставляли сомнения в том, что здесь была стоянка верхнего палеолита. Об этом было сообщено в археологическую комиссию Института белорусской культуры и в Государственную Академию истории материальной культуры. Когда зимою 1926—1927 гг. в Институт белорусской культуры было внесено предложение о производстве в Бердыже раскопок, то было указано, что здесь установлено наличие палеолитической стоянки. Поэтому не совсем точно утверждение С. Н. Замятнина о том, что работами 1927 г. «было установлено несомненное наличие близ Бердыжа поселения палеолитического человека... на месте скопления остатков четвертичной фауны, обнаруженном в этом пункте К. М. Поликарповичем»

 

В 1927 г. Бердыж обследовала экспедиция Института белорусской культуры. Было раскопано 20 м2. Раскопки доставили богатый палеонтологический и более бедный археологический материал. Последний дал основание отнести стоянку к первой половине верхнего палеолита (верх- неориньякскому времени).

 

Раскопками 1928 и 1929 гг. была вскрыта площадь, достигавшая 90 м2. Особенно нового и значительного материала раскопки этих двух лет не дали. Всего за 1926—1929 гг. было раскопано около 120 м2.

 

Год за годом велись раскопки в направлении, обусловленном характером залегания культурного слоя стоянки. Начатые в 1926 г. небольшим раскопом у самого обрыва, они неизменно шли с востока на запад, так как в этом же направлении тянулась полоса костных остатков фауны с заключенными среди них редкими орудиями из кремня. Край раскопа 1929 г. удалился на 25 м к западу от раскопа 1926 г.

 

 

Характерная особенность всех раскопов состояла в том, что находки были представлены преимущественно остатками фауны. Эти остатки были изучены палеонтологом В. И. Громовым из Геологического института Академии наук СССР. Определение их показало, что они принадлежат в основном мамонту. При этих раскопках были обнаружены косий 33 мамонтов. Остатки других четвертичных животных были редкими. По ним установлено наличие следующих животных : Eguus eguus— лошадь — 1; Bos sp. (Bison?)—бык первобытный или, может быть, зубр—1; Ursus ex gr. arctos? — бурый медведь — 2; Canis lupus — волк — 1; Vulpes lagopus — песец—1; Citellus rufescens — суслик—1.

 

Бросается в глаза характерная хаотичность в расположении костей на поселении. Большинство трубчатых костей разбито, по-видимому, при извлечении из них мозга.

Кости принадлежат преимущественно молодым мамонтам. Это согласуется с наблюдениями и на других палеолитических стоянках. Человек древнекаменного века своим примитивным оружием мог убивать прежде всего молодых животных, наиболее слабых.

 

Остатки культуры, свидетельствующие о деятельности человека, оказались крайне бедными и однообразными. Они представлены изделиями из кремня и многочисленными костными угольками, встречавшимися на всей площади раскопок.

 

Кремневые орудия немногочисленны ( 6 и 7). Наиболее часто встречаются ножевидные пластинки. Редки скребки на конце пластинки и атипичные наконечники дротиков с боковой выемкой, позволившие отнести стоянку к верхнеориньякской эпохе. Эти формы наконечника хорошо известны по стоянкам того же приблизительно времени по всей Европе, начиная от стоянок фон Робер и Ментоны во Франции, Виллен- дорф в Австрии, Пржедмост в Моравии и кончая Пушкарями на Десне, Авдеево на Сейме, Костёнками I, Боршевом I и Гагарино на Дону.

 

Этим материалом и ограничивались находки во время раскопок 1926—1929 гг. Обращала на себя внимание относительная бедность стоянки орудиями и другими изделиями человека. Объяснить это можно тем, что по условиям залегания все время раскапывался не центр, а периферия стоянки с большим скоплением костных остатков. В пользу такого объяснения говорит как будто и то обстоятельство, что по мере продвижения раскопок к западу, в глубь берега, находки костного угля становились все более обильными, а угольки более крупными. Создавалось впечатление, что раскопки приближаются к очагам, которые обычно связаны с центром поселения. Находки около костров всегда особенно обильны.

 

При раскопках Бердыжской стоянки в 1938 г. была вскрыта площадь 54, в 1939 г.— около 60 м2. Вся толща лежащих сверху песков оказалась насыщенной кремневыми орудиями и несомненно сделанными людьми кремневыми отщепами и осколками. Все это было принесено сюда вместе с песками откуда-то с другого, по-видимому, более высокого места.

 

В дальнейшем выяснилось, что не вся намеченная к вскрытию площадь занята костными и культурными остатками. Они располагались приблизительно с юго-запада на северо-восток, образуя подобие гряды, идущей сравнительно узкой полосой через весь раскоп. Длина гряды доходила до 10 м. Ширина ее в восточной части достигала 3, в западной составляла всего 0,2—0,5 м. Глубина полосы, как удалось установить позднее, достигала 3,5 м.

 

Гряда состояла из плотного зеленовато-серого суглинка, переслоенного тонкими горизонтальными пластами песка. Она была сверху донизу насыщена костными остатками четвертичных животных, главным образом мамонта ( 8 и 9).

 

Встречались кремневые орудия, обычно крупные ножевидные пластинки. Некоторые из них сохранили остроту лезвий. Попадались также обломки и отщепы, которые получались при обработке кремня. Это своего рода отходы производства кремневых орудий, изготовлявшихся здесь же или на близком расстоянии от нахождения обломков.

 

Эти раскопки не дали ничего нового в сравнении с поисками прежних лет. В числе находок фауны оказались не встречавшиеся прежде в Бердыже остатки сибирского носорога. Значительно количество костей быка и лошади. Найдена крошечная локтевая кость песца, а также, по определению В. И. Бибиковой, локтевая кость филина.

 

Если судить по числу нижних челюстей, найденных при раскопках по 1939 г. включительно, на стоянке выявлены остатки 45 мамонтов. Большинство костей принадлежит молодым животным. Был, например, найден обломок нижней челюсти очень молодой особи, вероятно, не старше одного года. Число других костей гораздо меньше остатков мамонтов. Этот факт еще раз подтверждает, что для верхнепалеолитических поселенцев Белоруссии характерна охота на крупных животных, для чего нужно было объединяться в большой, сплоченный коллектив, или первобытную общину, численностью в несколько десятков человек.

 

Такая община могла одолевать и крупных мамонтов. Именно таким животным принадлежали три громадных бивня (длина одного из них не менее 2,5, другого—3,15 м). Судя по этим остаткам, среди убитых людьми мамонтов были и старые животные весом 4—5 т. Они доставляли громадное количество мяса и костного мозга. Кости во время палеолита употреблялись и в качестве топлива, так как страна тогда представляла собой тундру и была почти лишена лесов.

 

В процессе работ 1938 г. была вскрыта яма длиной в 9—10, шириной 3—4, глубиной до 3 м ( 10), сверху донизу заполненная серовато- зеленым суглинком с прослойками песка и костями. Сперва предполагалось, что обнаружена жилищная яма или землянка, вырытая людьми и впоследствии заполненная отбросами. Казалось, предположение о том, что в 1929 г. здесь был вскрыт край землянки, теперь подтвердилось. Большие размеры ямы тоже подтверждали это предположение.

 

Однако через некоторое время пришлось убедиться в том, что яма не является землянкой и вообще не была вырыта людьми. При продвижении к западной части раскопа 1938 г. по мере удаления от края долины яма становилась все уже и в конце концов превратилась в щель шириной 0,2, глубиной 2,35 м. Дно ямы по мере ее сужения подымалось кверху.

Отсюда сам собой напрашивался вывод: жилого комплекса нет, яма не является землянкой, а представляет собой громадный размыв, созданный еще в четвертичное время падающей сверху водой. Он постепенно увеличивался, пока не достиг размеров, установленных раскопками  .

 

Выявление размыва дало ключ к пониманию характера Бердыжского местонахождения. Это не стоянка in situ, а остатки ее, смещенные с первоначального места залегания. Это доказывается продольными и поперечными разрезами, характером заполнения и напластования размыва, почти полным отсутствием среди находок костей мелких животных (было найдено лишь несколько мелких костей песца и кость филина, вынесенных, очевидно, водой по ложу потока в долину Сожа), наконец, размещением костей во всех раскопах в виде длинной, узкой полосы,направленной к долине Сожа.

 

Можно предполагать, что люди использовали созданный водой размыв как яму для отбросов, в том числе костей, скоплявшихся на стоянке. Возможно также, что кости сносились в размыв водой без участия людей. Это предположение наиболее вероятно. Местонахождение поселения или стоянки, кости с которой были снесены в яму водой или сброшены людьми, указывается направлением и подъемом вверх вскрытого размыва. Значит, стоянка была расположена где-то на юго-западе от места раскопок.

 

 

Разведочные шурфы показали, что культурные остатки в виде костей и кремней залегают к западу от места раскопок на протяжении по крайней мере 20 м. Выше по склону было вырыто 6 шурфов общей площадью около 20 м2. В двух ближайших к основному раскопу шурфах на глубине от 3 до 4 м были обнаружены палеолитические культурные остатки. По-видимому, стоянка располагалась на месте этих шурфов. Возможно и продолжение ее к югу и юго- западу вдоль берегового обрыва.

 

Эти данные в полной мере были подтверждены раскопками 1939 г. Указывая на существование размывов и смещений, они говорят о своеобразии климатического режима этого района, лежавшего, вероятно, недалеко от окраины ледника. Как показывают наблюдения на соседних верхнепалеолитических стоянках БССР, РСФСР, УССР и Польши, данное явление не единично. Об этом говорят и раскопки в Юровичах с их костным материалом, залегавшим в делювиально-аллювиальных песках почти без всяких остатков культурного слоя. Там было найдено не более 30 кремней. Стоянки в Новых Бобовичах Новозыбковского района и Передних Городцах на р. Десне под Трубчевском оказались также смещенными. Несомненны смещения на стоянках у Пушкарей, Чулатова под Новгород-Северском и в Новгород-Северске. Для местонахождения у Хенцин в районе г. Кельцы (Польша) также характерны признаки громадных размывов и смещений палеолитического культурного слоя.

 

 

К содержанию учебника: К.М. Поликарпович "ПАЛЕОЛИТ ВЕРХНЕГО ПОДНЕПРОВЬЯ"

 

Смотрите также:

 

Поздний верхний палеолит Приднепровья  Палеолит в Приднепровье  Стоянки древних людей

 

Поздний палеолит Русской равнины   Верхний палеолит. Приледниковая область в Европе.

 

 Последние добавления:

 

Топонимы Подмосковья    Следы минувшего. Палеонтология    Давид Рене - Правовые системы    Аквариум    Вулканы