Буржуазное государство и право Франции

 

 

Робеспьер. Декрет о подозрительных. Декрет о революционном трибунале. Враги народа. Гильотина

 

     3. Ситуация, как это уже не раз случалось в истории революций, вынуждала к созданию революционного правительства.

 

    Его цель и принципы были определены Робеспьером в речи 25 декабря 1793 года. Задачей конституционного правительства, говорил Робеспьер, является сохранить уже существующую, уже упроченную республику. Оно подчинено более или менее "единообразным и строгим правилам". Оно действует на основе законов.

 

     Другое дело - революционное правительство. Оно имеет цепью основать республику. Оно находится в состоянии войны, оно окружено врагами и должно действовать с чрезвычайной энергией, должно "отыскивать новые и спешные средства", применение которых не всегда опирается на определенный закон. У революционного правительства, подчеркивал Робеспьер, не может быть ничего общего с произволом, у него есть свои собственные правила, основанные на справедливости. И если все-таки оно не во всех случаях может опереться на закон, то не становится от этого менее справедливым и законным. "Оно опирается на самый священный из всех законов - спасение народа, на самый непоколебимый из всех принципов - справедливость".

 

     Таким образом, по мысли Робеспьера, революционное правительство - это всегда временное средство; укрепив существование республики, оно должно уступить место правительству конституционному.

 

   К сожалению, такой исход случается крайне редко. Власть обладает огромной притягательной силой, и по своей воле расставаться с властью способны немногие "революционные правительства".

 

    В. И. Ленин - в духе своих общих воззрений, как две капли воды схожих с рассуждениями Робеспьера о революционном правительстве, - отмечал динамизм, свойственный правительству якобинцев, особо выделяя его принцип, сформулированный Дантоном: смелость, смелость и еще раз смелость.

 

     1. Составной частью революционного правительства стал и сам Национальный конвент. Сохранив положение высшего законодательного органа республики, он сосредоточил еще в своих руках всю верховную исполнительную власть. Таким образом, было констатировано, что революционное правительство не знает разделения властей.

 

     II. Ядром власти, ее штабом, ее фактическим центром сделался Комитет общественного спасения. Ежемесячно переизбираемый Конвентом в составе 9-16 членов, Комитет отвечал только перед последним. Распоряжения Комитета не терпели критики.

  

 

  Член Комитета, знаменитый Карно, ведавший военными делами, писал своим генералам: время неисполнения приказов правительства окончилось. И Комитет умел доказывать это.

 

     Министерства поначалу не были ликвидированы, как и все прочие учреждения республики, однако они были поставлены "под наблюдение" Комитета и от него зависели. В его руки перешло в конце концов все высшее военное командование.

 

     Ш. Третьим важным элементом революционного правительства сделался Комитет общественной безопасности (организованный еще в октябре 1792 г.). Его специальной задачей было преследование контрреволюционеров, арест и предание суду революционного трибунала.

 

     Роль Комитета общественной безопасности резко возросла после принятия "декрета о подозрительных" (17 сентября 1793 г.), когда в "порядок дня" был поставлен революционный террор.

 

     Закон 1793 года объявлял подозрительным каждого, кто был известен приверженностью старому порядку, кто находился в родстве с дворянами-эмигрантами или состоял у них на службе (если не было бесспорных свидетельств революционности), и всех тех, кто не мог доказать, на какие средства он существует.

 

     Декрет предписывал арест подозрительных. Если имелись обвинительные материалы, арестованные подлежали суду; если этих материалов не было, они оставлялись под арестом на неопределенное время.

 

     Ни одна мера якобинского правительства не вызвала сталь яростной критики, как закон о подозрительных. При этом умалчивается, что идея закона была впервые сформулирована Учредительным собранием в 1789 году, но в противоположных цепях. В то время, после нескольких голодных бунтов, Учредительное собрание создало особый комитет, наделенный правом предварительного ареста в отношении всех тех парижских пролетариев, которые будут сочтены подозрительными, с точки зрения господствовавших политических интересов. Этот факт может быть принят во внимание, но не может служить оправданием безжалостных расправ над невинными людьми.

 

     Среди деятелей, принадлежавших к левому лагерю, только Марат с самого начала, по крайней мере с 1790 года, настаивал на терроре против дворян, требуя "пяти или шести сотен отрубленных голов". Призывая к террору, он хотел одного: предостеречь против ложной гуманности, против порожденного всей прошлой историей трепета в отношении "исторических" фамилий. Измена должна караться всюду, где она есть. Кровь, пролитая немногими контрреволюционерами, писал он, предотвратит потоки ее.

 

     Трудно назвать общее число арестованных, но оно, без сомнения, было весьма значительным. Если верить К. Демулену, выступавшему против закона, было арестовано 200 тыс. человек.

 

     Декрет о подозрительных, как и вообще революционный террор якобинцев, будучи, по выражению К. Маркса, "плебейским способом разделаться с абсолютизмом", не способен вызывать сочувствия и именно потому, что это способ расправы со всем тем, что раздражает "плебеев": богатство, образованность, благородство и т. д. Конечно, и то и другое представлялось мерами временными. С победой на фронте, с ликвидацией мятежей, с прекращением спекуляции - одним словом, с переходом от революционного правительства к конституционному революционный террор должен был смениться конституционными мерами защиты республики.

 

    Вот почему не так просто оценить декрет о революционном трибунале, изданный уже в то время, когда все главные опасности были позади, - 10 июня 1794 года. Этот декрет вводил в право революционной Франции формулу "враг народа", воздерживаясь от сколько-нибудь точного ее определения и устанавливая только одно наказание - смертную казнь.

 

   "Врагами народа" признавались наряду с прямыми изменниками и активными контрреволюционерами также все те, кто "стремится унизить" Конвент или Комитеты, кто "поддерживает связи" с "врагами республики и народа", кто "под какими бы то ни было внешними прикрытиями посягает на свободу или единство республики или стремится помешать ее упрочению". Нельзя не видеть, что за всем этим встает образ безжалостных репрессий, подобных обрушившимся на "советский народ" в 1937-м и последующие годы.

 

     Резкому усилению террора, начавшемуся изданием декрета 10 июня, способствовали и те процессуальные правила, которые излагали отказ от только что принятых форм судопроизводства: предварительное следствие по делам,  рассматриваемым в революционном трибунале, отменялось; обвиняемый допрашивался только на суде; адвоката не полагалось; свидетели вызывались, как правило, только тогда, когда суд не располагал какими-либо вещественными или моральными уликами; письменные доказательства отменялись (за исключением особых случаев).

 

     Для обвинительного вердикта присяжных достаточно было их убеждения в виновности: никто не спрашивал у них, на чем это убеждение основано. Приговор мог означать только одно: или полное оправдание (что было редко), или смертная казнь на гильотине.

 

     Гильотина, введенная революцией, представляла устройство для отсечения головы: тяжелый треугольный нож, двигаясь в пазах, падал сверху на шею осужденного.

 

     Гильотина не была чем-то совершенно новым. Нечто подобное уже встречалось в средневековой Германии под названием "итальянского капкана".

 

   Изобретатель гильотины, доктор Гильотен, благополучно переживший все фазы революции, руководился гуманной идеей. Он уверял, что казненный на гильотине чувствует не более чем "легкий холодок на шее".

  

  Гильотины стояли на площадях городов, они находились в обозах армий. "Святая гильотина", - говорили о ней "патриоты".

 

 

К содержанию учебника: Черниловский З.М. "ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА"

 

Смотрите также:

 

История государства и права  Всеобщая история государства  История права зарубежных стран  история государства и права