Государственно-правовая история 20 века

 

 

Основные страны капитализма после второй мировой войны. Соединенные Штаты Америки. Закон Маккарена-Вуда. Закон Смита. Власть ЦРУ и ФБР

 

  1. Соединенные Штаты Америки были, пожалуй, единственной крупной капиталистической страной, не испытавшей революционного подъема первых послевоенных лет.

 

     Не вдаваясь в подробное обсуждение причин, укажем на главное. Не принимая деятельного участия в военных операциях (исключая самый последний период войны), Соединенные Штаты понесли сравнительно небольшие жертвы. В то же время их экономическая, промышленная и финансовая мощь выросла необычайно. Еще в 1948 году, то есть после нескольких лет восстановления промышленности в Англии, Франции, Западной Германии и Японии, Соединенные Штаты производили более половины (56,6%) промышленной продукции капиталистического мира. Занятость и заработки, особенно во время войны, находились на довольно высоком уровне.

 

     Более того. Именно в послевоенные годы правящий класс Соединенных Штатов почувствовал себя способным осуществить далеко идущие планы, направленные на подавление революционного, национально-освободительного и демократического движений как в собственной стране, так и во всем мире.

 

     2. В самой стране наступление на свободы личности и ассоциаций было ознаменовано целой серией актов, получивших название "реакционных законов".

 

     Первый среди них - закон Хоббса, по которому требования профсоюза об увеличении зарплаты могли быть квалифицированы как уголовное преступление, - был принят в июле 1946 года.

 

     Антирабочий закон Тафта-Хартли 1947 года постановлял, что всякая забастовка, выходящая за рамки чисто экономических требований (рабочий день, заработная плата и т.п.), составляет уголовное преступление.

 

     Запрет коснулся, таким образом, политических забастовок, забастовок присоединения (солидарности) - старых испытанных форм классовой борьбы пролетариата.

 

     Закон предписывал профсоюзам предварительное, за 60 дней, извещение предпринимателя о готовящейся экономической забастовке (чтобы дать тому возможность подготовиться), а кроме того, предоставлял правительству право отлагать ее на новый, 80-дневный срок.

 

     Введенное при Рузвельте (закон Вагнера 1935 года) право "закрытого цеха" (согласно которому члены профсоюза имели преимущество при поступлении на работу) было отменено; пикетирование во время забастовок и все иные формы борьбы со штрейкбрехерами запрещены.

 

 

     Состоящее при президенте Управление по трудовым отношениям получило право арбитражного рассмотрения споров между профсоюзом и предпринимателем. При этом требуется, чтобы профсоюз представил Управлению отчет о денежных средствах, список должностных лиц, принес присягу о несочувствии коммунистам и пр.

 

     Судебное вмешательство в трудовые отношения получило полное одобрение в законе. Действия профсоюза, которые суд истолкует как "нечестную трудовую практику", влекли за собой крупные штрафы в пользу предпринимателя, опустошающие профсоюзную казну.

 

    Установившийся с законом Тафта-Хартли правительственный контроль над деятельностью профсоюзов был усовершенствован в 1959 году законом Лендрэма-Гриффина: с этого времени профсоюзы обязаны представлять в министерство труда свою финансовую отчетность, копии своих постановлений, списки должностных лиц и пр.

 

    В том же 1947 году приказ президента "о проверке лояльности" государственных служащих предоставил соответствующим чиновникам право увольнять со службы любое лицо, если "существуют разумные основания для убеждения (?), что оно является нелояльным в отношении правительства Соединенных  Штатов".

 

     Столь неопределенная формулировка приказа снимала с увольняющего всякую ответственность и, наоборот, лишала увольняемых сколько-нибудь эффективной способности защититься.

 

     2. Наконец в 1950 году принимается конгрессом закон Маккарена-Вуда (официальное название "Закон 1950 года о внутренней безопасности").

 

     Закон объявляет коммунистическую партию Соединенных Штатов организацией, которая "направляется, руководится или контролируется иностранным правительством или иностранной организацией, управляющими всемирным коммунистическим движением". Нетрудно догадаться, о каком "правительстве" идет речь.

 

     На этом аргументе покоится требование регистрации коммунистической партии и каждого из ее членов в министерстве юстиции США. При регистрации, а затем ежегодно компартия должна была сообщать министерству юстиции имена и адреса ее должностных лиц ("с указанием поста каждого из них и кратким описанием функций и обязанностей каждого"), представлять отчетность по всем денежным поступлениям и расходам, список всех печатных станков и пр.

 

     За каждое нарушение любого из названных требований предусматривается штраф в размере 10 тыс. долларов (двухлетняя в то время заработная плата высококвалифицированного рабочего) или тюремное заключение на пять лет, или то и другое вместе.

 

     За просрочку регистрации на 30 дней, например, судья может приговорить к штрафу в 300 тыс. долларов. Под каждым нарушением понимается "каждый день просрочки регистрации* и даже "невнесение в списки фамилии любого отдельного лица".

 

    После регистрации считалось противозаконным для любого члена компартии занимать выборную должность или место на государственной службе, административный пост в профсоюзной организации, подавать заявление с просьбой о/выдаче ему паспорта для поездки за границу, наниматься на работу в любом оборонном органе или предприятии и т. д.

 

   Член Верховного суда США X. Блейк, голосовавший против признания закона Макхарена-Вуда конституционным, в своем "особом мнении" писал: "Замысел закона заключается в том, чтобы сделать невозможным продолжение деятельности организации после издания приказа о ее регистрации". Блейк говорит о законе 1950 года как о "роковом моменте в истории свободной страны", ибо, "когда начинают практиковать запрещение партий и различных общественных групп, никто не может сказать, где оно остановится".

 

     Закон Маккарена-Вуда, констатирует Блейк, есть нарушение первой поправки конституции, поскольку эта поправка содержит определенное запрещение каким бы то ни было образом ограничивать свободу слова, и пятой поправки, предоставляющей каждому гражданину право отказываться от показаний, которые могут быть использованы ему во вред (так называемый отказ от самообвинения).

 

     Особым положением закона 1950 года министру юстиции Соединенных Штатов позволено было на период чрезвычайного положения заключать бессрочно в концлагерь любое лицо, "относительно которого имеется разумное основание полагать, что оно, вероятно, будет совершать акты саботажа и шпионажа".

 

     Таким образом была восстановлена отвергнутая в свое время практика "опалы без суда", на место противоправного действия приходит подозрение: презумпция невиновности отбрасывается, утверждается презумпция виновности.

 

    Любопытно, что даже такой казуист, каким выглядит член Верховного суда Франкфутер, автор заключения, признающего закон 1950 года соответствующим конституции, признал, что "принудительное сообщение имен членов организации может в известных случаях явиться нарушением обеспечиваемой конституцией свободы ассоциаций". Основной аргумент, каким пользовался Франкфутер, весьма характерен: сначала надо испробовать, как будет действовать закон на практике, а потом судить о его конституционности. Это должно означать: сначала в тюрьму, а потом разбираться!

 

     Мужественная борьба Коммунистической партии США против закона 1950 года, ее полный героизма отказ от регистрации породили новый антикоммунистический закон. Принятый в 1954 году, он получил название "О контроле над коммунистической деятельностью". Закон этот запретил коммунистической партии участие в выборах (включая выдвижение кандидатов), лишал ее прав юридического лица и соответственно с тем права Иметь имущество, искать и отвечать в суде.

 

     3. За два года до того, как был принят закон Маккарена-Вуда, американская юстиция, выполняя заказ правительства, пустила в Ход так называемый закон Смита, принятый в 1940 году ("Закон о регистрации иностранцев"). Официально предназначенный для пресечения немецко-фашистской пропаганды в Соединенных Штатах, закон этот был истолкован в качестве общей нормы, запрещающей выражение мыслей, пропаганду и все возможные организационные действия, имеющие целью "насильственное свержение правительства".

 

     На основе закона Смита в памятном 1948 году были привлечены к судебной ответственности II руководящих деятелей компартии. В качестве свидетелей обвинения были выставлены агенты разведки, засланные в компартию, - случай сам по себе беспрецедентный.

 

   Раз открывшись, такие агенты теряют всякую возможность продолжать свою прежнюю деятельность, и потому разведки, как правило, избегали подобных действий. К тому же считалось не вполне удобным разоблачение самого факта агентурной деятельности: об этом, конечно, знали, как и о внешнем шпионаже, но не выставляли так напоказ. И суды никогда раньше - по крайней мере столь открыто - не пользовались подобными показаниями. Считалось невозможным, чтобы платные агенты правительства свидетельствовали в пользу правительства.

 

     Для рассматривавшего дело судьи (Медина) марксистско-ленинские убеждения уже свидетельствовали о "заговоре против правительства", и того же мнения держались присяжные: приговор гласил - 5 лет тюремного заключения.

 

   На том же основании в начале 1953 года еще 13 руководителей компартии были осуждены к длительному тюремному заключению.

  

  Примеру федерального правительства последовали штаты. Антикоммунистические и антирабочие законы посыпались сотнями. Судебные преследования дополнялись полицейскими: высылками без суда, слежкой, перлюстрацией писем, телефонными подслушиваниями и пр.

 

    Преследования делали свое дело, но тех конечных результатов, на которые рассчитывали, достигнуто не было. Количество забастовщиков не уменьшалось, но с каждым годом увеличивалось.

  

  По числу и массовости забастовок одно из первых мест принадлежит Италии: 59-60 "забастовочных" человеко-дней в год на каждые 100 рабочих. Но Соединенные Штаты побивают этот своеобразный рекорд: с 1958 по 1962 гг. здесь было потеряно 65 человеко-дней на каждые 100 рабочих ежегодно.

 

    Коммунистическая партия Соединенных Штатов, пользуясь  законными возможностями, вела упорную борьбу за право легального существования. Но только на 14-м году этой беспрецедентной схватки ей удалось добиться первых успехов. Демократические традиции и приверженность конституции вышли на поверхность, как и следовало ожидать.

 

    Поначалу было аннулировано запрещение на выдачу коммунистам заграничных паспортов. По делу коммуниста Арчи Брауна (одного из руководителей профсоюза портовых и складских рабочих) суд признал неконституционным запрещение для коммунистов занимать выборные должности в профсоюзах.

  

  Самым трудным было заставить тогдашнее правительство США отказаться от требований регистрации коммунистов. Уже было вынесено судебное решение о неконституционности регистрации (ноябрь 1965 г.), однако министерство юстиции США возбудило вновь вопрос о виновности компартии, и окружной суд округа Колумбия вынес обвинительный приговор. Он был вновь обжалован, и наконец в марте 1967 года Апелляционный суд США отклонил обвинение против компартии в нарушении закона Маккарена. Министерство юстиции США должно было отказаться от преследования компартии не вообще, разумеется, а в том, что касается требований регистрации.

 

    В конце 1967 года Верховный суд объявил неконституционным (и тем самым отменил) запрещение предоставлять коммунистам работу на военных предприятиях.

 

    Комментируя это решение, председатель Верховного суда Уоррен должен был признать справедливость аргументов, выставленных компартией:  закон Маккарена-Вуда является "противоконституционным ограничением права на ассоциацию".

     С этим авторитетным резюме закон Маккарена-Вуда прекратил свое действие. При всем том урон, причиненный компартии США, был уже невосполним и ее участие в политической жизни США сделалось минимальным.

 

    4. Никогда еще господство монополий в конгрессе и правительстве не было столь очевидным; никогда ранее руководящие должности в различных корпорациях, банках, фирмах и пр. не замещались таким количеством отставных министров, сановников, генералов, адмиралов.

  

  В правительстве президента Кеннеди (1960 г.) по крайней мере шесть человек были миллионерами. Среди них: сам президент, министры иностранных дел, обороны, юстиции и др. Они представляли интересы монополий, с которыми были связаны: Рокфеллеров, Моргана, Форда и др.

 

    Предшественники этих министров, ушедшие в отставку вместе с президентом Эйзенхауэром, были вознаграждены доходными местами в частных компаниях: министр финансов сделался директором "Морган гаранти траст компани", министр торговли - членом совета директоров "Детройт Эдисон компани" и т. д.

 

   То же самое происходит с отставными военными. В награду за щедрые военные заказы и прочие услуги, а еще больше в предвидении выгод, которые они способны принести (ввиду их связей в армии), промышленные компании, особенно те, которые наживаются на военных заказах, охотно приглашают отставных офицеров на работу. В компании "Дженерал дайнэмикс", например, помимо президента, бывшего в свое время военным министром, служило 54 отставных офицера, из них 17 адмиралов и 7 генералов.

 

    А всего в начале 60-х годов (по данным подкомиссии палаты представителей) 1400 отставных офицеров, из которых 261 были адмиралами и генералами, нашли себе выгодные посты в 100 крупнейших военных монополиях, наживающихся на заказах правительства.

 

     Офицеры, состоящие на действительной службе, мечтают о такой же перспективе и соответственно ведут себя, когда доходит до оказания "услуги" при заключении военного контракта.

 

    Миллионеры-политики стали обыкновенным явлением. Несколько десятков их добилось избрания в конгресс (не менее 40), другие встали во главе управлений, контролирующих промышленность, третьи сделались губернаторами штатов, и среди этих последних Рокфеллер (штат Нью-Йорк), Скрентон (штат Пенсильвания) и пр.

 

     В избирательной кампании 1964 года на пост президента претендовали Джонсон и Голдуотер, оба миллионеры. Государственный аппарат Соединенных Штатов оказался под всеохватывающим контролем "большого бизнеса".

 

     Нельзя не заметить непосредственной связи между волей монополий и законодательством: закону Тафта-Хартли предшествует брошюра, изданная Торговой палатой США "Коммунисты в рабочем движении"; закону Маккарена-Вуда - брошюра Торговой палаты под названием "Коммунисты в правительстве". Содержание законов было реализацией "советов", заключенных в брошюрах.

 

    Неостановимый рост правительственных функций, потребности государственного регулирования экономики и пр. способствовали необыкновенному росту чиновничьего аппарата. Число служащих в федеральном правительстве за какие-нибудь 20 лет - с 1930 по 1950 гг. - более чем учетверилось (с 600 тыс. до 2,5 млн.). Общее число чиновников (включая находящихся на службе в правительственном аппарате штатов) достигло 8 млн. человек.

  

  Особое значение приобретают учреждения, служащие специфическим интересам: Федеральное бюро расследований, Центральное разведывательное управление, полиция и пр. Они располагают огромным штатом, массой денег, наделены исключительными полномочиями.

 

    Закон 1951 года наделяет агентов ФБР правом арестовать без ордера любое лицо и за любой поступок, если имеется "разумное основание полагать", что оно совершило или совершает преступление, направленное "против Соединенных Штатов".

 

    Конгресс, как это уже почти не отрицается, потерял действенный контроль над деятельностью американской разведки и полиции. В том, что касается ЦРУ, этот факт определенно признан таким известным деятелем, как сенатор Морзе. "Продолжая терпеть бесконтрольную власть ЦРУ, - сказал он, - мы постепенно принимаем методы полицейского государства".

 

   Дополнением полицейского аппарата сделалась в рассматриваемое время пресловутая "Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности", состоящая при палате представителей США. Кампании преследований почти неизменно начинались в стенах этой комиссии. В картотеках комиссии фамилии по меньшей мере миллиона человек. Еще 160 "групп гражданского населения" находились под постоянной слежкой полиции.

     Нелишне сказать и о том, что армия мирного времени насчитывала (включая флот) в США более 3 млн. солдат и офицеров (из которых миллион размещался за границей).

 

    За 22 послевоенных года (1946-1968 гг.) прямые военные расходы Соединенных Штатов составили более одной тысячи миллиардов долларов, что в два раза превышает военные затраты США за всю их двухсотлетнюю историю, включая обе мировые войны. За 20 лет, предшествовавших второй мировой войне, военные расходы США составили всего только 17 млрд. долларов. В конце 1966 г. в военном производстве США было занято 11% всего количества работающих в стране.

 

    Военщина - это сила, имеющая свои интересы, могущая при известных условиях играть самостоятельную роль. Недаром все большее число американских политиков говорит об угрозе военной диктатуры.

 

     Об этом говорил, уходя на покой, президент Эйзенхауэр, на это указывал генерал Макартур. "Растущая впасть военщины, - писал один из наиболее авторитетных министров Эйзенхауэра, Джордж Хэмфри, - стала угрозой для американского образа жизни и оказывает колоссальное давление на гражданские власти".

 

     В противовес доктрине "невмешательства" армии в дела управления возникла доктрина участия военных в определении политики. Соответственно с тем верхи армии заседают в важнейших правительственных комитетах. Пентагон (военное министерство) нисколько не отрицает, что закон 1948 года о введении в США всеобщей воинской повинности в мирное время был делом его рук, его нажима, его пропагандистской кампании. Война во Вьетнаме, как и все другие военные авантюры недавнего времени, предпринятые правительством США, продиктованы не только монополиями, но и военными.

 

 

К содержанию учебника: Черниловский З.М. "ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА"

 

Смотрите также:

 

История государства и права  Всеобщая история государства  История права зарубежных стран  история государства и права