Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О МЕХАНИЗМАХ СЛЕДООБРАЗОВАНИЯ

 

 

Следы преступления и след-отображение

Понятийная часть учения о механизмах следообразования

 

Смотрите также:

Криминалистика
криминалистика
Справочник криминалиста

Судебная медицина
судмед
Курс судебной медицины

Оперативно розыскная деятельность
орд
Основы ОРД

Криминология
криминология
Курс криминологии

Право охранительные органы
органы мвд
Органы и судебная система

Нам представляется, что понятия "следы в широком смысле" и "следы в узком смысле" как ничего фактически не обозначающие и не наполненные конкретным однозначно понимаемым содержанием следует исключить из языка криминалистики и заменить терминами "следы преступления" и "следы отображения" (как один из видов следов преступления).

 

С гносеологической точки зрения следами преступления являются любые изменения среды, возникшие в результате совершения в этой среде преступления. По нашей классификации, эти изменения могут быть двух видов: идеальные ("отпечатки" события в сознании людей) и материальные ("отпечатки" события на предметах, изменения обстановки события). Механизм возникновения идеальных изменений и сами эти изменения, как мысленные образы в сознании людей - участников или посторонних наблюдателей события, являются объектом исследования криминалистики лишь отчасти, поскольку криминалистика черпает основные данные об этих процессах из психологии (общей и судебной), физиологии и других наук о человеке. В полном объеме криминалистическими объектами являются материальные изменения среды, и именно они составляют содержание понятия "следы преступления".

 

Следы преступления в большинстве случаев и понимаются криминалистами как любые материально-фиксированные изменения среды. И.Ф. Крылов пишет о них как "об изменениях, появляющихся на месте преступления, на жертве или на самом преступнике в результате воздействия последнего". В. С. Сорокин подразумевает под ними "всевозможные материальные изменения в окружающей обстановке, связанные с совершенным преступлением. Эти изменения могут выражаться в перемещении предметов или веществ, отсутствии или наличии их в определенном месте, потере или приобретении каких-либо свойств". В общей форме термин "следы преступления" раскрывается Б. И. Шевченко: "Для обозначения всех самых разнообразных материальных изменений, которые обязаны своим происхождением тем или иным действиям преступника, связанным с совершением преступления во всех его стадиях, пользуются в криминалистике обобщающим и охватывающим все эти изменения названием - следы преступления". По мнению И. И. Пророкова, следы преступления могут выражаться в виде исчезновения имевшихся ранее предметов или изменения их положения, появления новых предметов или веществ, изменения состояния отдельных предметов или их поверхностей в результате внешних воздействий.

 

Следы преступления могут быть классифицированы по различным основаниям. Поскольку их источником является преступление (отражаемый объект), состав которого служит основой для классификации в уголовном праве, нам представляется, что та же основа может быть избрана и для классификации следов преступления в криминалистике: следы кражи, следы убийства, следы разбоя и т. д. Более дробная классификация может быть осуществлена по способу совершения применительно к каждому виду преступления.

 

Содержание термина "след-отображение" раскрывается в литературе, в основном, однозначно. След-отображение - это отображение на одном материальном объекте внешнего строения другого материального объекта. Несколько более расширенное понятие следа-отображения предлагает Г. Л. Грановский, который считает, что следы-отображения - это "явившиеся результатом действий и контактов, связанных с событиями преступления, материальные отображения признаков внешнего строения и иных свойств объектов, имеющих устойчивые внешние границы". С нашей точки зрения, особой необходимости в таком расширительном толковании данного термина нет, ибо "иные свойства объектов", о которых говорит Г. Л. Грановский, в конечном счете отображаются в среде через признаки внешнего строения, разумеется, влияя на механизм следообразования и через него на форму отображения признаков. Но след в этом понимании всегда остается отображением признаков внешнего строения, а каким отображением - адекватным или не адекватным оригиналу - не имеет значения для определения понятия.

 

 

Уточнение Г. Л. Грановского справедливо, если подходить к следу-отображению как к результату процесса отражения, то есть с гносеологической точки зрения, либо под углом зрения механизма следообразования, а не чисто терминологически. Действительно, если рассматривать след как конечный результат процесса отражения, то нельзя игнорировать механизм отражения, то есть те факторы, которые влияют на полноту, форму, особенности отражения в следе признаков внешнего строения объекта и определяют содержание и степень искажения отражения по сравнению с оригиналом. И. И. Пророков, поддерживая Г. Л. Грановского, отмечал, что "наряду с внешним строением в... следах находят известное отображение и некоторые иные свойства следообразующего объекта, а также условия и механизм самого следообразования", однако тоже не указывал, что внешнее строение объекта играет роль средства отражения всех этих свойств и процессов.

 

С понятиями следов преступления и следов-отображений связан вопрос об объектах судебного следоведения, или трасологии. В литературе существуют две точки зрения по этому вопросу. Одна заключается в том, что объектами следоведения являются только следы-отображения. Такой позиции придерживались Г. Л. Грановский, Б. И. Шевченко и ряд других авторов. "Не вызывает сомнений, - писал Г. Л. Грановский, - что к трасологии могут быть отнесены только те следы, в которых в той или иной мере отобразились признаки внешнего строения объекта. Следы, в которых отображаются другие свойства объектов (химический состав, температура и др.), к трасологии не относятся". По мнению Б. И. Шевченко, указание именно на эти следы позволяет определить трасологию "как отрасль криминалистической техники, изучающую процессы формирования следов, отображающих внешнее строение предметов живой и мертвой природы". Аналогичны взгляды на объекты трасологии Н. А. Селиванова и М. В. Салтевского.

 

И. Ф. Крылов, сторонник другой точки зрения, считал, что "ограничение содержания учения о следах лишь следами-отпечатками может повредить практике" и что учение о следах "должно включать в себя как учение собственно о следах (отображениях), так и учение об изменениях, проявляющихся на месте преступления, на жертве или на самом преступнике в результате воздействия последнего", т. е. фактически усматривал различие между объектами следоведения и трасологии.

 

Аналогичную в основе позицию занимал И. И. Пророков. Он писал: "В учебниках криминалистики последних лет рассмотрение следов ограничивается только следами-отображениями, а соответствующая часть криминалистической техники называется трасологией. Исключение из числа изучаемых криминалистикой многих других следов, возникающих в связи с событием преступления, имеющих важное значение для его раскрытия и требующих для работы с ними применения средств и методов криминалистической техники, не может быть оправдано. Содержание судебного следоведения значительно шире трасологии. Охватывая сведения как о всех следах, относящихся к области трасологии, так и о ряде других, судебное следоведение в большей степени отвечает задачам раскрытия и расследования преступлений".

 

Нам представляется, что нет необходимости усматривать различие между следоведением и трасологией по кругу изучаемых объектов. И. И. Пророков расширял этот круг применительно к следоведению за счет следообразующих объектов и предметов-носителей следов. Но и те и другие представляют интерес лишь с точки зрения изучения следов-отображений и в этом плане, естественно, изучаются трасологией, как ее понимают Г. Л. Грановский, Б. И. Шевченко и другие сторонники изложенной позиции. Когда мы говорим, что объектами трасологии являются не все следы преступления, а лишь следы-отображения, мы делаем акцент на главном, ибо предмет-носитель следа и следообразующий объект служат лишь средством познания следа- отображения и механизма его возникновения, а при решении экспертных задач - это объекты не научного познания, а практической деятельности, в которой их роль зависит от содержания экспертного задания. Понимание трасологии как отрасли криминалистики, объектами которой являются следы-отображения, вовсе не означает, иными словами, исключения из ее сферы предметов, субстанционально или причинно связанных с этими следами. Нам кажется, что это обстоятельство не дает оснований усматривать различия между содержанием терминов "следоведение" и "трасология", что может породить только путаницу как в науке, так и в практике. На наш взгляд, эти термины по содержанию идентичны.

 

Изложенное не позволяет нам согласиться с позицией И. И. Пророкова, который считал объектами следоведения все предметы и вещества, являющиеся следами преступления, по тому признаку, что "первичная работа с этими следами на месте преступления составляет задачу криминалиста, и потому они включаются в предмет судебного следоведения". При таком понимании объектов следоведения последнее, по существу, должно поглотить всю криминалистическую технику и, пожалуй, значительную часть тактики, которой, как известно, также не чужда работа со следами преступления.

 

 

К содержанию книги: Белкин. Курс криминалистики

 

Смотрите также:

 

Объёмный след. Классификация следов  Трасология  Теория идентификации

 

Классификация лиц и предметов  Как классифицируются в трасологии следы-предметы.