РУССКАЯ ИСТОРИЯ

 

 

Стремление феодалов получать оброк деньгами. Переход феодального вотчинника к денежному хозяйству

 

Происхождение классической гордости средневекового рыцаря было, как видим, весьма прозаическое. И XVI веке в России - для Запада это были XII - XIV века, смотря па стране - целый ряд признаков показывает нам, что эта экономическая независимость феодальной вотчины уж не так велика, как веком-двумя ранее, наиболее заметным из этих признаков является стремление феодального землевладельца получать свой доходе денежной форме.

 

Мы помним, что крестьянский оброк в древнерусской вотчине уплачивался обычно продуктами: хлебом, льном, бараниной, сыром, яйцами и т.д.

 

Если мы возьмем новгородские писцовые книги, которые заключают в себе данные за несколько последовательных периодов, то мы увидим, что из всего этого устойчиво держится только хлебный оброк, тогда как сыр, яйца и баранина к середине XVI века отчасти, а к концу его без исключения заменяются деньгами.

 

Причины симпатии землевладельца к хлебу и антипатии к баранине мы скоро увидим; пока же заметим, что замеченный нами факт отнюдь не был местной, новгородской особенностью. "В 1567 - 1568 гг. в костромских дворцовых селах Дыбине и Сретенском с деревнями платили оброк посопным хлебом (рожью в зерне), а мелкий доход уже весь переведен на деньги.

 

В 1592 - 1593 гг. в костромских вотчинах Троицкого-Сергиева монастыря выти, с которых не отбывалось изделье (барщина), все обложены были денежным оброком. От 90-х годов до нас дошел ряд описаний вотчин Троицкого-Сергиева монастыря в разных уездах московского центра, и чрезвычайно характерно, что везде оброк монастырю платится деньгами: об этом свидетельствуют писцовые книги уездов Московского, Дмитровского, Ярославского, Ростовского, Углицкого, Пошехонского, Солегалицкого. Из этих уездов о Пошехонском имеем известие, что там еще в 50-х годах оброк собирали посопным хлебом: так было в вотчине кн. П.А. Ухтомского в 1558 - 1559 гг., причем мелкий доход уже превращен в денежную форму. То же самое можно наблюдать в дворцовом селе Борисовском, Владимирского уезда, в 1585 году: мелкий доход здесь платился деньгами, а оброк посопным хлебом".

 

 

Великий князь и его наместники не составляли в данном случае исключения в ряду других вотчинников, - и у них мы можем проследить этот денежный аппетит до значительно более ранней эпохи. Первая уставная грамота, переводящая натуральные повинности населения в денежные (Белозерская), относится к 1488 году. В ней перечислены как наместничьи "кормы", так и судебные штрафы в их первоначальном виде, в форме продуктов, но сейчас же идет и их замена: "за полоть мяса 2 алтына... за боран - 8 денег" и т.д. Введение денежных податей было поводом для появления большей части дошедших до нас уставных грамот начала XVI века - крестьянам Артемоновского стана 1506 года, бобровникам Каменского стана 1509 года, Онежского 1536 года, Андреевского села 1544 года и т.д.

 

 Административные заботы московского правительства имели, таким образом, вполне реальное, чисто экономическое основание.

 

       И большие и малые вотчинники стремились получать свои доходы не в прежней, неуклюжей форме непосредственно потребляемых продуктов. Им понадобилась форма более гибкая. Но эта новая, более гибкая, форма дохода - денежная - была бы бессмыслицей притом хозяйственном строе, в рамках которого сложилась феодальная вотчина. Там и деньги нужны были тоже в "торжественных случаях" удельному князю, например, когда он собирался отправлять в Орду дань, и ему, и его подданным, когда они покупали заморское сукно, заморское вино или заморские фрукты.

 

Ежедневные, будничные потребности удовлетворялись своими, домашними средствами - деньги для этой цели не были нужны. А раз деньги нужны были лишь изредка, не было и поводов стремиться к тому, чтобы свои доходы получать в денежной форме.

 

Переход феодального вотчинника к денежному хозяйству стал, таким образом, только внешним выражением гораздо более крупной перемены. Эта перемена состояла в разрушении феодальной вотчины, как самодовлеющего экономического целого, и появлении землевладельца, прежде гордого в своем экономическом уединении, на рынке как в качестве покупателя, так и в качестве продавца.

    

  Указание на связь вотчины с рынком, - связь не случайную, а постоянную, нормальную, так сказать, - встречается нам, впервые еще в одном памятнике XV века, возникшем, правда, на самой прогрессивной, экономически, окраине тогдашней России: в Псковской судной грамоте.

 

В одном из поздних постановлений этой последней* говорится об обязанности "старого изорника", т.е. бывшего крестьянина, по окончании полевых работ, на Филиппово заговенье (15 ноября) "отказавшегося" от своего барина возы возити на государя. Хлеб и живность отправляли в город на рынок по первопутку, - а зима могла стать позже 15 ноября позже формального прекращения обязательств между "изорником и его бывшим "государем". Последний мог оказаться в затруднительном положении: есть, что продавать, а везти в город некому и не на чем.

 

Ограждая интересы землевладельца, псковское право и оговаривало, что, хотя формально отношения и кончились, бывший крестьянин все же должен выполнить свою последнюю экономическую функцию - доставить продукты своего труда на рынок. "Повоз" упоминается и в московских документах XVI века. Но не всегда крестьянин являлся на рынки только в качестве барского батрака. Самостоятельность отдельного мелкого хозяйства, связанного с центром вотчины лишь данями и оброками, вела к тому, что и продавцом продуктов крестьянин часто являлся за себя лично. Цитированный уже нами историк сельского хозяйства Московской Руси приводит очень живую картинку этого крестьянского торга из одного жития, начала XVI века, рассказывающего, как крестьяне окрестностей Переяславля-Залесского ходили "во град, на куплю несуще от своих трудов земленых плодов и прочево снена и от животных", "до светения утра, еще тме сущи, дабы на торговище ранее успети".

 

  Чрезвычайно ценно это указание на существование мелких местных, так сказать, уездных рынков, цитированный нами автор приводит их целый ряд. Крупный обмен даже и предметами первой необходимости, особенно хлебом, существовал и ранее, поскольку существовали крупные торговые центры, вроде Новгорода, с многолюдным не земледельческим населением.

 

 

К содержанию книги: Покровский: "Русская история с древнейших времён"

 

Смотрите также:

 

Россия Ивана 4 Грозного  Аграрная реформа Ивана Грозного.  При Иване 4 служба с вотчин....  Иван 4 в фольклоре 

 

Россия при Иване 4  Земские учреждения Ивана 4 Васильевича