ЗАВИСИМОСТЬ ПАРАЗИТОФАУНЫ ОТ ВОЗРАСТА ЖИВОТНОГО-ХОЗЯИНА И ОТ СЕЗОНА ГОДА

 

ВАРИАЦИИ ПАРАЗИТОФАУНЫ В РАЗЛИЧНЫЕ ГОДЫ

  

 

По отношению к отдельным видам паразитов (в особенности у человека и домашних животных) имеются довольно многочисленные данные о том, что в различные годы, отличающиеся один от другого в климатическом отношении, зараженность данным паразитом может варьировать в очень широких пределах. Достаточно вспомнить о значительном усилении зараженности рогатого скота печеночной двуусткой в дождливые, сырые годы.

 

Однако по отношению к паразитофауне какого-нибудь животного, взятой в целом, такие наблюдения немногочисленны, ибо требуют чрезвычайно долгой и трудоемкой работы.

 

Ряд данных по этому вопросу имеется у Элтона, Форда и Бэкера (1931) относительно паразитов грызунов в Англии. Так, например, если мы возьмем зараженность лесной мыши (Apodemus sylvaticus) в одни и те же месяцы трех последовательных лет, то получим следующую картину ( 6):

 

Данные свидетельствуют пока лишь о том, что у многих паразитов имеются очень резкие годичные колебания экстенсивности заражения. К сожалению, каких-нибудь причинных связей и зависимости от климатических условий разных годов авторам подметить не удалось.

 

При оценке годовых различий в паразитофауне необходимо обращать внимание лишь на случаи крупных отличий, тогда как мелкие расхождения в 10 и даже 20% не выходят за пределы возможной ошибки.

 

Подходя с подобным ограничением к данным Зехнова (1949а) о паразитофауне галки в Вологде, мы получаем у некоторых членов эндо- фауны этой птипы вполне ощутимые годовые колебания.

 

Зехнов изучал экто- и эндопаразитов галки в течение двух следующих друг за другом лет (1938 и 1939 гг.), довольно существенно отличавшихся друг от друга по метеорологическим условиям. В 1937— 1938 гг. была продолжительная и холодная зима, весна — теплая, лето жаркое и сухое. В 1938—1939 гг. зима была значительно теплее, весна, напротив, была холоднее и с гораздо меньшим количеством осадков, чем в предыдущем году. Лето 1939 г. было менее жарким, чем в 1938 г., и с еще меньшим количеством осадков.

 

Вероятно, в связи с этими различиями во внешних факторах зараженности некоторыми паразитами в эти два следующие друг за другом года существенно различалась. Так, в 1938 г. птенцы были заражены Prosthogonimus ovatus на 70,6% при средней интенсивности в 15,2 экземпляра на одного хозяина. В 1939 г. зараженных птенцов было всего 25% при средней интенсивности 2,3 экземпляра. Цестода Anomotaenia в птенцах в 1938 г.— 17,6% при высокой интенсивности (13,5 экземпляра), тогда как в 1939 г. — 48,4%, но с меньшей интенсивностью (4,7 экземпляра). Нематода Capillaria в птенцах дала в 1938 г. 31,7% с интенсивностью 19,0 экземпляра, а в 1939 г. — 51,5% при интенсивности 22,6 экземпляра. У взрослых птиц различия в зараженности паразитами в 1938 и 1939 гг. были менее резкими, хотя в отношении некоторых видов довольно отчетливо выражены.

 

В отношении же некоторых других видов паразитов (например, Syn- gamus trachea, Tamerlania zarudnyi) существенных различий в зараженности галки в 1938 и 1939 гг. не наблюдалось.

 

Интересные данные о годичных изменениях паразитофауны скворца приводит Марков (1940), сравнивший в этом отношении 1935 и 1936 гг. в окрестностях Ленинграда (в Петергофе). В 1935 г. была затяжная, холодная и дождливая весна и прохладное лето с большим количеством осадков. 1936 год характеризовался ранней и теплой весной, теплым и очень засушливым июнем (засуха, пересыхание мелких водоемов). В июле и августе — вновь много осадков и тепло. Как эти метеорологические особенности двух соседних лет отразились на пара- зитофауне скворца?

 

Весной 1936 г. (по сравнению с 1935 г.) условия для развития яиц и промежуточных хозяев были гораздо более благоприятными. В связи с этим наблюдалось значительно большее развитие всех групп гельминтов как в отношении процента, так и интенсивности заражения.

 

Примерно в два раза сильнее в 1936 г. были заражены птенцы скворца по сравнению с 1935 г. также ленточными червями (Нутепо- lepis, Choanotaenia, Paricterotaenia).

Интересные изменения произошли в июне 1936 г. в связи с засухой. Capillaria contorta совершенно исчезла, тогда как в 1935 г. ею были заражены 50% птиц. Syngamus trachea в 1936 г. в июне дали лишь 5% заражения взрослых скворцов, тогда как в 1935 г.—47%. В июле и августе после окончания засухи, но при сохранении теплой погоды вновь наблюдалось быстрое .увеличение зараженности скворцов гельминтами Засушливый июнь явился как бы биологическим барьером для развития многих паразитов.

Эти данные Маркова представляют интерес в том отношении, что они позволяют связать годичные колебания в паразитофауне с определенными годичными колебаниями метеорологических условий.

 

Сведения о годовых различиях паразитофауны амфибий крайне незначительны. Наибольший интерес в этом направлении представляет работа Маркова и Рогоза (1955), касающаяся паразитов травяной лягушки (Rana temporaria). Работа была выполнена в те же годы и в том же месте, что и рассмотренное выше исследование по паразитам скворца. Так же как и для скворца, авторы отмечают для лягушки значительное повышение зараженности в теплом 1936 г. по сравнению с 1935 г. Различия сводятся к двум моментам: 1) повышение зараженности в 1936 г. по сравнению с 1935 г. у лягушки было менее отчетливым, чем у скворца, и 2) июньская засуха 1936 г. не вызвала заметного снижения зараженности лягушек. Последнее вполне понятно, так как лягушки держались в сырых местах у берегов более крупных, непересыхающих водоемов.

 

Как видно, метеорологические различия 1935 и 1936 гг. оказали глубокое влияние на паразитофауну разных животных.

 

Очень мало известно об изменениях паразитов рыб одного водоема в разные годы. Имеются, правда, исследования по изучению изменений паразитофауны рыб при строительстве водохранилищ. Однако эти данные не могут быть использованы в связи с рассматриваемым нами вопросом, так как при формировании водохранилищ резко меняются в результате деятельности человека условия жизни рыб и их паразитов, а потому эти явления представляют собой самостоятельную подлежащую изучению проблему, которая и обсуждается нами ниже (гл. XIX). В данном же разделе речь идет об изменении паразитофауны рыб в водоемах, не подвергающихся целенаправленному и резкому воздействию со стороны человека в результате его хозяйственной деятельности.

 

Некоторые существенные изменения в паразитофауне за ряд лет произошли, по-видимому, в ряде озер Карелии. Так, по данным Петру- шевского и Быховской-Павловской, в 1935 г. рачок Ergasilus sieboJdi в Кончозере был очень редким паразитом. При исследовании Шульма- ном и Рыбак (1961) тех же озер в 1953—1954 гг. оказалось, что Е. sie- boldi—обычнейший паразит, дающий у щук, например, почти 100%-ное заражение. Существенные изменения были констатированы *и в отношении некоторых других паразитов. Чем они вызваны — остается невыясненным. Шульманом высказывается предположение (личное сообщение), что эти изменения паразитофауны озер Карелии, возможно, связаны с процессами постепенной эутрофикации водоемов. Однако имеются некоторые данные, указывающие на то, что в других случаях состав паразитофауны и зараженность рыб в течение длительных промежутков времени почти не изменяются.

 

Догель и Петрушевский в 1933 г. изучили состав паразитофауны Невской губы. В 1958—1959 гг., т. е. через четверть века, эти же работы на том же водоеме и с таким же количеством материала были повторены в нашей лаборатории У Бао-Хуа (1961). Получилось почти полное совпадение результатов. Никаких существенных изменений в паразитофауне рыб Невской губы за 25 лет не произошло. Можно думать, что н гидрологический режим этого эстуарного водоема не претерпел сколько- нибудь существенных изменений.

 

Имеются только совершенно единичные данные, касающиеся годичных изменений паразитов беспозвоночных. Например, Штейн (1957, 1960), изучавшая паразитов членистоногих в озерах Карелии, отмечает довольно значительные колебания процента заражения личинок насекомых и Amphipoda метацеркариями трематод в разные годы. Например, личинки ручейника Stenophylax из Сямозера в 1954 г. были заражены метацеркариям'и на 17,2%, а в 1955 г. — на 66,1%. Подобного рода колебания отмечены ею и для других паразитов членистоногих. Очевидно, эти различия определяются сложным комплексом биотических отношений и метеорологических факторов, природа которых не ясна.

 

Широко известно, что у насекомых, дающих вспышки массового размножения, обычно вслед за увеличением численности насекомого-хозяина происходит массовое развитие паразитов, резко снижающих численность насекомого. Здесь, таким образом, численность паразитов, так же как и хозяев, в разные годы оказывается очень различной.

Как ясно из изложенного, вопрос о годичных колебаниях паразитофауны и факторах, их обусловливающих, находится на первоначальной ступени накопления фактического материала. Дальнейшее изучение его представляется важным и с практической стороны, так как оно будет способствовать прогнозированию численного колебания паразитов, многие из которых имеют важное практическое значение.

 

Долговременные наблюдения над годовыми колебаниями паразитофауны были проведены Васильевым (1939) в нашей лаборатории в окрестностях Ленинграда (в Петергофе) и касаются эндопаразитов землероек.

 

Из таблицы, в которую включены лишь наиболее распространенные у землероек виды гельминтов, видно, что почти все они в разные годы могут обнаруживать весьма различное заражение в одной и той же местности и в одно и то же время года (все данные взяты в июле и августе и выражены в процентах заражения).

Годичная разность сказывается не только на частоте нахождения, но и на времени появления определенных паразитов. Так, Дубинин (1938) констатирует, что в дельте Волги в прохладное лето 1936 г. некоторые перьевые клещи каравайки (Megninia) появились на птенцах лишь 29 июня, тогда как в жаркое и сухое лето 1935 г. они перешли на птенцов уже 20 июня. Аналогичное запоздание дали и клещи ночной цапли, или кваквы.

 

 

 Смотрите также:

  

трихинелла - трихинеллез, лечение, заражение, развитие...

Взрослые особи паразитируют в тонкой кишке различных млекопитающих и человека, где они залегают
Примерно через год капсула паразита обызвествляется.
В отдельных случаях возможно полное развитие трихинелл в организме одного хозяина (чаще всего, в ослабленном).

 

Ихтиофтириоз

От других инфузорий отличается тем, что размножается вне тела рыбы ( 31).
Из одного трофонта образуется до 2 тыс. дочерних особей (бродяжек), обладающих, как и взрослый паразит, гиалу- ронидазной активностью, т. е. выделяют фермент гиалурони- дазу...

 

Что такое микрогруппировки, микроформация, микрофитоценоз...

За три года были получены интересные данные, а именно увеличилась замоховелость одних и задерненность других микрогруппировок, в связи с чем уменьшилось число всходов
На более же молодых елях последовательность заражения различными короедами бывает иная.