ЭНЕОЛИТ. МЕДНО-КАМЕННЫЙ ВЕК

 

 

Культура энеолита Кавказского Причерноморья

 

 

 

Мы рассмотрели значительную серию раннеземледельческих памятников Закавказья и Дагестана. Аналогичные им памятники до сих пор не открыты в других областях Кавказа, в частности в районах Кавказского Причерноморья и Северного Кавказа.

 

Возможность их открытия не должна совершенно исключаться. Едва ли можно сомневаться, что в Кавказском Причерноморье и в центральных районах Северного Кавказа развивалась энеолитическая культура. О том, что носителями этой культуры были местные земледельческо-скотоводческие племена, свидетельствует небольшая группа открытых здесь памятников. Речь идет о поселении Тетрамица в Западной Грузии, ряде памятников на территории Абхазии и к северу от нее, древнейшей группе погребений Нальчикского могильника в Кабардино- Балкарии. Чтобы составить представление об этих памятниках и таким образом проследить особенности культурно-исторического развития населения данных областей Кавказа в эпоху энеолита, кратко остановимся на них.

 

Памятники Кавказского Причерноморья

 

Поселение Тетрамица находилось на правом берегу р. Риони в г. Кутаиси на вершине небольшого холма (Киладзе Н. 3., 1951). К сожалению, обследование памятника ограничилось сборами подъемного материала. Вероятно, это однослойный памятник, хотя его коллекция при первом ознакомлении не производит впечатления единого комплекса. В ней есть, например, обломок значительно более позднего по возрасту глиняного предмета (Киладзе Я. 3., 1951, с. 263). Судя по находкам кусков обмазки стен жилищ, можно предполагать, что это были легкие постройки из жердей, обмазанных глиной.

 

На Тетрамице обнаружены разнообразные орудия из обсидиана, кремня, песчаника, базальта и других пород камня. Большой архаичностью отличается кремневый инвентарь, правда, в его составе нет микролитических орудий геометрических форм.

 

 Он аналогичен соответствующему инвентарю неолитических комплексов Западной Грузии. В нем преобладают скребки, есть резцы, проколки и различные комбинированные орудия. Найдены также кремневые нуклеусы, пластины, отщепы {Киладзе Н. 3., 1951, с. 263—264). В каменном инвентаре памятника представлены крупные мотыгообразные орудия, в том числе мотыжки «сочи-адлерского» типа, и макролитические орудия типа «пик» {Киладзе Н. 3., 1951,  VII, 1—2), зернотерки (до 30 обломков), песты, ступки.

 

 Есть кремневые вкладыши серпов ( L, 11, 12) с одним зубчатым краем {Киладзе Н. 3., 1951,  Ill, 1; VI, 1, 3; VII), много наконечников стрел и дротиков ( L, 1—8), среди них доминируют черешковые. Но более всего на Тетрамице каменных клиновидных орудий, имеющих вид плоских шлифованных топоров, стамесок и долот ( L, 9, 10). Еще одну группу находок составляют обломки браслетов из мергеля ( L, 13, 14), в основном в виде плоских колец, узких или широких {Киладзе Н. 3., 1951,  XII).

 

Керамика найдена здесь в небольшом количестве, причем в мелких обломках, что не дает возможности судить о ее формах. Ясно только, что сосуды толстостенные, грубой выделки, бурого цвета, содержат в тесте примеси кварцевого песка {Киладзе Н. 3., 1951, с. 263). Указанные особенности сближают керамику Тетрамицы с местной керамикой предшествующей и последующей эпох. Инвентарь поселения включает также обломок глиняной сильной стилизованной антропоморфной статуэтки {Круглое А. П., Пиотровский Б. БПодгаецкий Г. В., 1941, с. 114). Ни в одном случае не дано описание этой статуэтки, не опубликован и рисунок сохранившейся ее части. Отмеченными категориями инвентаря исчерпывается коллекция Тетрамицы. Недалеко от нее находилось поселение Сатаплиа, где собран подобный материал {Пиотровский Б. Б., 1949, с. 28).

 

Культура, представленная комплексом Тетрамица, генетически связана с неолитом. Таким образом, здесь наблюдается преемственность в развитии местной культуры. Она, как мы видим, отличается от энеолитической культуры Центрального и Южного Закавказья. Развитие земледельческо-скотоводческой культуры в данной области Кавказа, как и во всем Кавказском Причерноморье, шло своим, особым путем. О том же свидетельствуют энеолитические памятники, открытые на территории Абхазии. К числу последних относятся стоянки с тяпкообразными мотыжками в с. Гантиади, селище на горе Гуад- Иху, нижний слой поселения у с. Мачара (Бжа- ния В. В., 1966а, б) и поселение в с. Атара Армянская {Барамидзе М. В., Пхакадзе Г. Г., и др., 1979).

 

До сих пор ни одна из гантиадских стоянок не исследована стационарно. Материал стоянок однороден. Все эти памятники представляют собой открытые поселения. Нигде не выявлены остатки жилищ. Правда, предполагается, что на одном из участков Мачарского поселения было огороженное жилище в виде полуземлянки {Бжания В. В., 1*966а, с. 114). Она имела овальную в плане форму и достигала в поперечнике 3,4 м. В центре прослежена каменная выкладка со скоплением углей и керамики—очевидно, очаг {Бжания В. В., 1966а, с. 115). Производственный инвентарь памятников состоит из обломков зернотерок, терочников, пестов и значительного количества грубых каменных мотыжек, изготовленных техникой скола, причем на Мачарском поселении найдены только дисковидные мотыжки, которые называют иногда «мотыжками сухумского типа» {Бжания В. В., 1966а, с. 115), а на остальных — тяпкообразные, или «сочи-адлерского типа» ( L, 15—20). Последние встречаются значительными сериями на многих памятниках от г. Гагры до Сочи, доказывая тем самым наличие на данной территории земледелия.

 

Тетрамица — самый крайний юго-восточный пункт находок мотыжек «сочи-адлерского типа». К югу от Гагры такие мотыжки известны на Очамчирском поселении эпохи ранней бронзы в Абхазии {Соловьев Л. Н., 1939). Для памятников Центрального и Южного Закавказья этот тип орудий не характерен. Поселение Храмис Дидигора в настоящее время — единственное на этой территории, где обнаружены каменные мотыжки. Они близки по форме аналогичным предметам из некоторых комплексов Ближнего Востока, главным образом из Северной Месопотамии IV тысячелетия до н. э. (Джемдет-Наср и особенно североубейдские памятники, например Тепе Гавра). Хассуна — единственный памятник Северной Месопотамии VI тысячелетия до н. э., где найдены такие орудия. В памятниках халафской культуры (V тысячелетие до н. э.) они до сих пор не известны. Считается, что их появление на Кавказе есть все-таки результат переднеазиат- ского влияния (Формозов А. А., 1965, с. 61) — через Восточную Анатолию и бассейн Чороха (Федоров Я. А., 1973, с. 53).

 

Остановимся и на некоторых других категориях инвентаря, представленного в памятниках Абхазии. В материалах Мачарского поселения обращает на себя внимание значительное количество примитивных каменных проколок и других орудий, изготовленных из галечных отщепов техникой скола, без шлифовки (Бжания В. В., 1966а, с. 115), в то время как на других поселениях встречены подшли- фованные орудия — долота и тесловидные топоры ( L, 21—26). Характерны для абхазских памятников и каменные грузила для рыболовных сетей. Они представляют собой небольшие округлые или овальные плоские гальки, у которых с двух противоположных краев путем скола сделаны выемки ( L, 27—29). Кремня мало. Например, на Ма- чарском поселении обнаружено всего 12 кремневых отщепов. Несколько кремневых наконечников стрел найдены на гантиадском селище Барановка (Бжания В. В., 1966а, с. 116). Среди них имеются как черешковые, так и с плоским основанием, аналогичные некоторым типам наконечников стрел из Тетра- мицы и вместе с последними указывающие на то, что данный вид оружия получает здесь широкое распространение в энеолите. О том же свидетельствуют находки совместно с мотыжками «сочи-адлерско- го типа» двусторонне обработанных наконечников стрел асимметричной формы на стоянке Бочаров ручей близ Сочи (Формозов А. А., 1957, с. 141). Наряду с луком и стрелой здесь в эпоху энеолита использовали и пращу (Бжания В. В., 1966а, с. 116— 117,  3, 4, 6).

 

Представление о керамике памятников Кавказского Причерноморья дают находки обломков глиняной посуды на Мачарском поселении. Она грубой выделки, изготовлена из глины с примесью крупных зерен гранитной дресвы, а иногда частиц морского гравия или кальцитового песка, отличается слабым обжигом. Цвет ее темно-красный, буровато-красный и коричневый. На поверхности сосудов заметны следы заглаживания гребенкой или пучком травы. В отдельных случаях применялся ангоб. Все сосуды плоскодонные с массивными поддонами. Преобладают сосуды чашевидной формы с узкими днищами и невысокими венчиками, слегка отогнутыми наружу ( L, 32—34). Сосуды лишены ручек, хотя на других памятниках имеются образцы с петельчатыми ручками (Бжания В. В., 19666, с. 8). Посуды с орнаментом здесь нет. На днищах некоторых сосудов хорошо заметны отпечатки листьев ( L, 31), а в двух случаях ( L, 30) — оттиски циновки (Бжания В. В., 1966а, с. 116,  2, 5, 6). Те же особенности присущи керамике поселения в с. Атара Армянская Очамчирского р-на (Барамид- зе М. В., Пхакадзе Г. Г. и др., 1979, с. 78).

 

Описанная керамика близка местной неолитической посуде, но в общем более совершенна и разнообразна. По ряду признаков близка она и посуде памятников бронзового века, что в совокупности с другими фактами свидетельствует о преемственности в развитии местной культуры. Последняя, как и культура, представленная поселением Тетрамица, весьма своеобразна, что выражается в керамике и наличии специфических типов орудий, например мотыжек «сочи-адлерского типа». На одном из памятников региона (на селище Гуад-Иху) найден металл — два небольших слитка свинца (Бжания В. В., 19666, с. 8). Вероятно, знакомство с металлом населения Кавказского Причерноморья произошло именно в эпоху энеолита.

 

О том, что культурно-историческое развитие Западного Кавказа шло несколько изолированно от остальных областей Кавказа, свидетельствует и ряд памятников, открытых к северу от Абхазии, в районе Сочи—Адлера. Это стоянки Ахштырь 1— 5, Имеретинская бухта, Молдовка и др. (Формозов А. А., 1962, с. 126—128). К сожалению, большинство их не раскапывалось. Они содержат разновременный материал, но основная часть его довольно однотипна и по существу не отличается от инвентаря энеолитических памятников Абхазии. Там найдены аналогичные тяпкообразные мотыжки, обломки зернотерок, песты, терочники, плоские полированные топоры, грузила для сетей и грубые кремневые пластинки, фрагменты плоскодонной неорна- ментированной керамики (Формозов А. А., 1962, с. 126—129).

 

Таким образом, на значительной территории Кавказского Причерноморья в рассматриваемую эпоху, как и в неолите, была распространена единая в своей основе культура со специфическими особенностями, заметно отличающими ее от раннеземледельческой культуры Закавказья. Установлено относительное хронологическое положение комплексов данной культуры (Формозов А. А., 1957; 1962; Бжания В. В1966а; 19666). Они занимают промежуточное положение между памятниками типа Одиши, Кистрик и Нижняя Шиловка, характеризующими культуру местного неолита, и Очамчирским поселением, Воронцовской пещерой (ранние стоянки) и другими, относящимися к эпохе ранней бронзы. Предложенная их датировка IV — началом III тысячелетия до н. э. может быть принята. Она подтверждается в определенной степени и приведенной выше радиокарбонной датой — 3810±90 лет до н. э., полученной для энеолитического слоя Мачарского поселения.

 

 

К содержанию книги: Медно-каменный век - переход от неолита к бронзовому веку

 

 Смотрите также:

 

ПЕРВОБЫТНОЕ ОБЩЕСТВО. Периодизация первобытной истории

На смену каменному веку приходит краткий период энеолита, т.е. существования культур с медно-каменным инвентарем. Бронзовый век (лат.– энеолит; греч.– халколит) начался в Европе с III тыс. до н.э. В это время во многих регионах планеты возникают первые государства...

 

Энеолит. Переход от присваивающего хозяйства...  Международные отношения в бассейне Черного моря в древности...

 

Северное причерноморье. К вопросу об абазинском...

цебельдинскую археологическую культуру) с V в. н.э группами в среду зихов Причерноморья, а с VII-VIII вв. и в Закубанье.