Дендрохронология и археология

 

 

Руса. Раскопки в Старой Руссе

 

 

 

Такое название носила до XVI в. современная Старая Русса, возникшая на месте слияния трех речек — Полисти, Порусьи и Перерытицы. Первые летописные сведения о ней относятся ко второй половине XII в., однако, в одной из новгородских берестяных грамот конца XI в.. встречено упоминание Русы (Арциховский А. В., Янин В. Л. 1978).

 

Археологическое изучение города, проводившееся с перерывами в 60—80-е гг. позволило установить, что историческое ядро города, где обнаружены слои первой половины XI в., располагалось в районе современного курорта (Миронова В. Г. 1989, с. 92). К середине XII в. город разросся к западу до р. Порусьи, а в XV в. Руса занимала площадь около 200 га (Куза А. В. 1989, с. 108).

 

В расколах, заложенных в древнейшей части города, были открыли деревянные мостовые четырех древних улиц. Названия двух из них установлены по сохранившемуся плану 1625 года: это улицы Губка и Борисоглебская (Медведев А. Ф. 1975).

 

Дендрохронологичсские образцы, полученные при археологических работах можно разделить на две части. Сборы 60—70-х гг. составили небольшую коллекцию из 54 образцов, которые представляют четыре комплекса — два сруба (№№ 4 и 5) и два яруса (4 и 5) мостовой улицы Губка. Раскопки 1985—1989 гг. затронули окрестности Борисоглебской улицы и прилегающий к ней с запада участок (Миронова В. Г. 1987; 1988). Тогда были сделаны еще 85 спилов дерева построек 6 и 11—12 ярусов (всего 6 сооружений).

 

Из 139 пригодных для дендроанализа спилов восемь относятся к лиственным породам. Явно преобладает молодой по возрасту лес: 0—50 лет — 72 образца; 51 —100 лет — 45 образцов; 101—150 лет — 14 образцов. Последовательности годичных колец дерева составлялись для всех изученных сооружений. Поскольку коллекция 60—70-х гг. изучалась фрагментарно, рассмотрим результаты но отдельным комплексам.

 

4 и 5 ярусы ул. Губка. С двух настилов мостовой имеется в общей сложности 17 спилов (7 из четвертого яруса и 10 из пятого). Образцы брались с продольных лаг и бревен настила. Возрастной состав леса в замощениях 4 и 5 ярусов отличается: в 4 ярусе использовался более старый лес (возраст 110—125 лет), для сооружения 5 яруса брались бревна в возрасте от 21 до 111 лет. Кривые роста годичных колец, представленные на  10, демонстрируют единообразие тенденций развития годичных колец бревен обоих замощений. Сх достаточно высок — от 55 до 81%, в среднем около 69%. Абсолютные привязки выполнялись путем сопоставлений с материалами Новгорода и Орешка. Даты рубки бревен 4 яруса составляют компактную группу и приходятся на интервал 1432—1436 гг. Можно с уверенностью сказать, что мостовая настилалась не ранее 1436 г. Больший разброс характерен для дат бревен 5 яруса. Они распределяются в интервале 1410—1424 гг. Исходя из группировки порубочных дат представляется вероятным, что мостовая перестилалась около 1419 г., а в 1424 г. имел место ремонт.

 

Более целостная картина предстает при рассмотрении результатов, полученных для участка у Борисоглебской улицы. На уровне 6 яруса изучались материалы грех комплексов: настила мостовой, сруба № 9 и частокола ( 11). Из 11 образцов, взятых с мостовой, были синхронизированы кривые роста семи спилов. Возраст бревен — от 21 года до 113 лет. Величины Сх высоки — от 71 до 75%. Дерево сруба .N'5 9 представлено 13 образцами с возрастом от 22 до 79 лет. Синхронизировано семь кривых роста. Величины С„ — от 50 до 73%, в среднем около 60%. Более неструю картину даст дерево частокола. Возраст стволов — от 21 до 61 года, величины Сх колеблются от 50 до 60%, в среднем около 54%.

 

Абсолютные привязки были осуществлены с использованием материалов Новгорода (отрезок XII—XIII вв.). Порубочные даты дают довольно четкую картину. Все три комплекса сооружались одновременно. Строительное дерево заготавливалось в одном н том же лесном массиве, о чем свидетельствуют величины Сх, полученные для дерева настила мостовой и сруба № 9. В эту же группу попадает и бревно из частокола, срубленное в 1142 г. Величины Сх, рассчитанные при сопряжении его кривой с кривыми дерева мостовой и сруба, составляют 62—65%, а с кривыми других бревен частокола — от 50 до 56%. При изучении дерева частокола сделано интересное наблюдение.

 

Бревно № 19 с самой ранней датой рубки (1101 г.) имеет своего «двойника» среди бревен сруба № 13 (образец № 18), время сооружения которого относится к рубежу XII—XIII вв. Это, безусловно, служит свидетельством того, что частокол сооружался уже после гибели сруба № 13, и его бревна использовались вторично. Однако нельзя исключить и другой вариант. Сруб 13 и частокол сооружались одновременно и в них использовались части одного и того же ствола. Дерево сруба 13 также очень единообразно. Сх колеблется от 50 до 79%. И, наконец, самой ранней в изученной выборке дерева является мостовая 11 яруса. Из 16 образцов могут быть использованы только три (возраст от 39 до 71 года). Кривые роста достаточно индивидуальны, однако это пе помешало найти им аналоги в материалах Неревского раскопа Новгорода. Даты бревен попадают в интерват 1042—1044 гг.

 

Итак, фрагментарные материалы из раскопок в Старой Руссе все ate позволили сделать определенные наблюдения и выводы хронологического плана. Установлены абсолютные даты 65 образцов дерева. Последовательности годичных колец дерева построек Русы относятся к 1308—1436 гг. и 971—1043 гг.

 

 

К содержанию книги: Дендрохронология и дендрошкалы

 

 Смотрите также:

 

ИСТОРИЯ КЛИМАТА  значение термина климат. какая погода была в древности.

 

ДРЕВНИЙ КЛИМАТ. Изучение и реконструкция климата...