Дендрохронология и археология

 

 

Дендрохронологические исследования в странах Европы

 

 

 

В странах Северной Европы традиции дендрохронологических исследований восходят еще к предвоенным годам. В 40-е и 50-е гг. особенно активно развивалась методика построения дендрошкал и стандартизация данных дендроанализа (Колчин Б. А. 1965, с. 47).

 

В Швеции известны два научных центра: Лаборатория при Лундском Университете (Т. Бартолин) и Дендрохронологическая лаборатория в Троллхатене (А. Братен). Их сотрудники опубликовали две абсолютные дендрошкалы. Первая их них построена на базе сосны дня северных районов страны и охватывает период с 436 года вплоть до наших дней; вторая — для южной Швеции по материалам дуба — с 578 г. до современности (Eckstein D., Baillie М., Egger Н. 1984, р. 46). Кроме того, имеются «плавающие» локальные дендрошкалы, созданные на материалах образцов археологического дуба из свайных поселений южной Швеции. Данные погодичных приростов используются для реконструкции климатических условий средневековья (Bralen А. 1978), а также для воссоздания картины природных ландшафтов некоторых районов страны в период 1000—1200 гг. (Bartholin Т. 1978).

 

В Финляндии дендрохронологичеекие исследования, начатые в 40— 50-е гг. работами М. Миколы. Г. Сирена, И. Хусгича, продолжаются и в настоящее время. В Университете Ионсуу П. Зеггерберг плодотворно работает в области создания региональных шкал по сосне. Его дендрошкалы для восточной и южной Финляндии и северной Карелии охватывают период с 1202 года до наших дней. Есть все основания соединить их е «плавающей» хронологией дерева из торфяников и продчить их таким образом до начала нашей эры. П. Зеттерберг, изучая приросты сосны на широком историческом отрезке времени, пришел к выводу, что имеется период замедления приростов, приходящийся на XIII—XIV века, связанный безусловно с климатическими условиями того времени. Большое внимание удс.чястея изучению образцов из деревянных архитектурных объектов (Zetlerberg Р. 1988; 1988-а; 1992).

 

Дендрохронологические исследования на территории стран Центральной и Восточной Европы проводятся в научных центрах Чехии и Польши. Польские ученые обратились к проблеме датирования по годичным кольцам еще в 30-е годы в связи с археологическими раскопками на Бискупинском поселении, давшими образцы древнего дерева. Несколько спилов были посланы для специального исследования шведским ученым Еве и Жирардуде Геер (de Geer Е. 1935). В послевоенное время и особенно в 50—70-е годы здесь начинается систематическое исследование древесины различных пород — ели, сосны, пихты, лиственницы, дуба, платана, коллекции которых подбирались из разных мест произрастания деревьев (К. Ермих, Е. Фелисик, 3. Беднарц). Целью этих исследований стало извлечение информации о влиянии на годичный прирост по диаметру и высоте различных климатических факторов, о зависимости роста годичных колец от циклов появления солнечных пятен и т. д.

 

Основным районом этих исследований явилась область Польских Татр. Полученные данные сравнивались с результатами аналогичных работ в других высокогорных районах Европы — в Баварских Альпах, Вогезах, Восточных Карпатах. Так, на основе анализов прироста сосны и ели в Татрах была реконструирована природная обстановка в этом районе в 1810—1910 г. при полном отсутствии метеоданных для указанного региона. Сравнение средних кривых по ели и сосне е кривыми тех же пород, полученными М. Мюллер-Штоль для района Бескид, позволило установить большое сходство между ними в изменении приростов (Felisik Е. 1972).

 

3. Беднарц, обращая внимание на по годичные приросты древесины каменной сосны в том же районе Польских Татр, в Альпах и Восточных Карпатах пришел к заключению о сходстве ритмов замеченного прироста у деревьев в этой обширной зоне, что подтверждает мнение Б. Хубера о возможности создания общей среднеевропейской хронологии на базе кривых роста деревьев из высокогорных районов (Bednarz Z. 1975).

Изучение археологического дерева ведется также в Институте истории материальной культуры Польской Академии Наук в Варшаве. В 60-е гг. проводились работы с деревом построек из раскопок средневекового центра X—XII вв. — Ополья (М. Домбровски и К. Цюк). Для абсолютных привязок кривых роста польскими учеными использовалась новгородская дендрохронологичеекая шкала (Кончин Б. А., Черных Н. Б. 1977, с. 24—25). Почти одновременно изучались возможности для датирования дерева из раскопок на т. н. «Овощном рынке» в Щецине, к сожалению, оказавшегося для этих целей непригодным (Molsky В. 1965).

 

В Чехии также ведутся работы по изучению современной древесины для решения целого комплекса климатологических, лесоводческих, лесоустроительных и экологических проблем (Б. Винш). В Болгарии же отдельные работы в области дендрохронологии, начатые в 60-е гг., не привели к дальнейшему развитию и использованию этого метода.

 

В рамках настоящего обзора некоторое место следует уделить сравнительно новому направлению интересующих нас исследований, базирующихся на материалах из областей южной Европы и Западной Азии. В странах Южной Европы, как бы преодолевая заблуждения о невозможности дендрохронологических исследований в зоне, примыкающей к Средиземному морю, создаются лаборатории, где проводятся работы по изучению древесины различных местных пород. Основное направление этих работ — создание дендрохронологических шкал, служащих в основном для климатологических интерпретаций. К таковым относятся, например, труды Л. Лебуте, Ф. Серре-Буше и X. Польже во Франции, где созданы уже стандартизированные, но относительно короткие шкалы по дубу, охватившие хронологический отрезок с 1273 г. до наших дней, по пихте — с 1653 по 1975 гг., по лиственнице — с 933 по 1974 гг., а также сосне — е 1741 по 1973 гг. (Serre-Buchet F. 1986; Tesser L. 1986).

 

Группы дендрохронологических исследований созданы также в Италии (Рим и Верона). И здесь во главу угла ставится создание дендрохронологических шкал для разных пород дерева. Например, уже существуют шкалы но пихте (1334—1561 гг. и 1539—1972 гг.) и ечи (1530—1700 гг.). В них использованы не только материалы современных деревьев, но и бревна старых построек (Bebber A., Corona Е. 1986).

 

В 1984 году началась реализация проекта совместных работ испанских и немецких организаций по изучению возможности дендрохронологических и дендроклиматологичееких исследований на Иберийском полуострове. Первым шагом стало изучение 129 стволов сосны из лесов центральной части Испании. Сравнение двух дендрошкал протяженностью в триста и четыреста лег показало, что биологические и климатические условия здесь благоприятны для дендрохронологических исследований. Проведены также работы но изучению древесины ряда исторических построек. Так, взаимное перекрытие двух дендрошкал, созданных по деревянным образцам из построек XVI века (село Аларкон и замок Нора де Рубейос), привело к составлению 472-летней относительной «плавающей» дендрошкалы. Нет сомнения, что возникают вполне реальные возможности связать ее с хронологией, построенной на базе современных «живых» деревьев, а также продлить вплоть до XI в. Планируется создание дендрохронологических шкал для северных и южных районов Испании. Также делаются попытки разработки шкал по дубу (Riehter К., Eckstein D., 1986).

 

 

К содержанию книги: Дендрохронология и дендрошкалы

 

 Смотрите также:

 

дендрохронологические исследования  История климата, дендрохронологические исследования