Дендрохронология и археология

 

 

Дендрохронологическис изыскания

 

 

 

Дендрохронологическис изыскания коснулись также засушливых стран Восточного Средиземноморья и Эгейского бассейна, в которых наиболее активными оказались американские и западноевропейские группы исследователей.

 

В 50-е гг. внимание американских дендрологов из Аризонской лаборатории (Б. Баннистср) привлекли деревянные конструкции из погребальных сооружений, обнаруженных при раскопках Гордиона — столицы Фригийского царства. Была составлена «плавающая» шкала для сирийского можжевельника, датированная затем по С14 концом XVI — концом VII вв. до н. э. (Bannister В. 1970; Колчин Б. А., Битвинскас Т. Т. 1975, с. 85). Прочие работы в Турции протекали в основном по двум руслам. Первое из них было направлено на построение абсолютных дендрошкал для памятников, даты которых в основном укладывались в рамки нашей эры. С этой целью собирали образцы дерева из лесов Центральной Анатолии, а также из деревянных конструкций средневековых сельджукских мечегей. Крайними точками позднейшей из этих шкал являлись 1100 и 1975 годы. Кроме того, собирались образцы дерева из построек византийского времени с Балкан, например, из храма ев. Софии и церкви св. Ирины в Константииополе. На основе этих материалов составлены «плавающие» шкалы, датируемые по С14 740 г. до н. э. — 593 г. н. э. (Kuniholm P., Striker С. 1987).

 

Второе направление, развиваемое П. Кунихольмом, заключалось в изучении древесины из памятников бронзового века. Первоначально исследовались образцы дерева, полученные при раскопках поселения Ад- жем-хюйюк (недалеко от Анкары), относящегося к эпохе поздней бронзы. Созданная по дубу дендрошкала датировалась по С|4 XVII—XXI вв. до н. э. Другая «плавающая» шкала была построена по дереву из залад- ноанатолийского поселения раннего бронзового века Демирчи-хюйюк и датировала по радиоуглероду временем около 2730 г. до н. э. Изучение годичных приростов дуба, обнаруженного на этих памятниках, а также древесины более поздних эпох привело П. Кунихольма к выводу о том, что перекрестное датирование правомочно в обширной зоне всей Малой Азии и Балкан, простирающейся от Эрзерума на востоке, до Троадских гор и Пинда на западе и окрестностей г. Сараево на севере (KuiiiliolmP. 1975).

 

Позднее учеными лаборатории дендрохронологии Эгеи и Ближнего Востока при Корнуоллском Университете (Н. Кунихольм, С. Тартер и др.), работающими в рамках Эгейского дендрохронологического проекта, была создана сеть хронологий для всего названного региона. Самая протяженная из них составлена по хвойным и тянется от наших дней до рубежа 7—8 тысячелетий до и. э. Дальнейшие планы этой группы состоят в распространении своих исследований в северном (Крым, Кавказ) и восточном (Месопотамия) направлениях (Kuniholm Р. 1991; Kuniholm P. J., Tarler S. L., Newton М. W., Griggs С. В. 1992).

 

В конце 60-х годов начались дендрохронологические исследования в Израиле (Н. Лифшиц). Общеизвестно, что этот регион Ближнего Востока характеризуется весьма сложными климатическими условиями и топографией, а также специфическими почвами и растительностью. В него входят области от влажных субтропиков Восточного Средиземноморья до резко засушливых и пустынных районов Синая. Здесь сильно осложняют работы редкость многолетних по возрасту деревьев, а татке .малое число деревянных конструкций из старых построек и — что особенно досадно — археологической древесины. Несмотря на это на основе разных пород деревьев — можжевельник, сосна, кедр, дуб и другие, образцы которых были собраны в современных горных лесах или рощах — были созданы несколько дендрохронологических шкал для районов Северного, Центрального и Южного Синая, Центрального и Южного Ирана, Южной Анатолии. Кроме того, изучалось дерево из нескольких старых построек вроде мечетей Эль-Агджа и Омар в Иерусалиме, что позволило создать «плавающие» шкалы для XVII—XIX вв. Имеются также несколько «плавающих» хронологических рядов и для археологической древесины из памятников XIX—XVII вв. до н. э. и III—IV вв. н. э. На основе полученных данных о приросте дерева разных пород, из различных районов Ближнего Востока Н. Лифшиц воссоздала палеоклиматическую карту этого региона и высказала соображения об изменениях климата, которые имени здесь место на протяжении последних пяти тысяч лег (Liphschitz N. 1986).

 

Заключая раздел о развитии дендрохронологических исследований в ряде стран Западной Европы и США, следует еще раз подчеркнуть, что тесная кооперация усилий на этом направлении работ (особенно в последние два-три десятилетия), характерная для ученых различных групп, позволила получить особенно впечатляющие результаты и наметить новые направления в развитии науки о годичных кольцах. Ведь крупные программы совместных изысканий дендрохронологов Англии, Северной Ирландии и Германии (М. Бейли, Д. Флетчер, И. Баух, Д. Экштейн и др.) привели к созданию взаимосвязанной системы региональных дендрошкал по дубу, покрывающих ныне широкие пространства от Северной Ирландии до Южной Германии, Восточной Франции и Швейцарии. Тесное сотрудничество дендрохронологов Германии и Швейцарии (Б. Беккер, Д. Шмидт, А. Бракер, X. Эггер, Ф. Швайнгрубер) привело к созданию «плавающих» шкал, с последующей их абсолютизацией по С14. Такие шкалы опускаются в глубокую древность вплоть до VI тыс. до н. э., и это создает, без сомнения, заманчивые перспективы для несравненно более надежного датирования значительного ряда памятников неолита и бронзового века не только в Западной и Центральной Европе, но и в иных регионах вроде ГГодунавья и Балкан, Малой Азии и Переднего Востока.

 

Заметим также, что все труды в области дендрохронологии, какой бы спецификой не отличались те цели, которые ставили перед собой ученые различных групп, активно способствовали пересмотру некоторых ранее сформулированных положений. Прежде всего, это отразилось на отказе от устойчивого заблуждения о непригодности дендрохронологического метода для отдельных климатических зон и древесных пород. Дендрохронология шагнула далеко за пределы областей е умерено-континенталь- ным климатом в зоны влажного морского климата, даже в субтропики и резко засушливые области Восточного Средиземноморья.

 

С начала 80-х годов начинаются дендрохронологические работы в Японии (Т. Митсутани, М. Танака). Объектом изучения наряду с живой древесиной здесь стали деревянные поделки из археологических раскопок, архитектурные памятники, деревянные буддийские статуи. Сейчас нам известны несколько абсолютных и «плавающих» хронологий, построенных для разных местных древесных пород: сосны, кедра, кипариса и т. д. Сводная хронология по кипарису тянется от современности до 317 г. до н. э. (Mitsutani Т., Тапака хМ. 1990).

 

В последние годы проводится серия дендрохронологических изысканий в Монголии с целью получения сведений о долговременных изменениях экологических условий, влияющих на состояние лесных и сельскохозяйственных ресурсов страны (Битвинскас Т., Бальчюнас В., Кайрай- тис И., Гира Е., Шагдарсцерен Г. 1987). В печати появляются данные о попытках проведения дендрохронологических исследований в Новой Зеландии, в частности, по изучению дерева из археологических раскопок в Окленде (Bell V. and R. 1958).

 

Особое значение имел, пожалуй, также синтез результатов дендрохронологии и метода радиоуглеродного датирования. Корректировка датировок по изотопу Сн привела к существенным изменениям в хронологической позиции множества культур медного и бронзового веков, прежде всего, для V—III тыс. до н. э.

 

 

К содержанию книги: Дендрохронология и дендрошкалы

 

 Смотрите также:

 

дендрохронологические исследования  История климата, дендрохронологические исследования