Славяне и их соседи в 1 тысячелетии до нашей эры

 

 

Керамика и орудия труда культуры Поянешти

 

 

 

КЕРАМИКА

 

На памятниках культуры представлены три группы посуды. К первой группе относится лепная кухонная посуда с шершавой поверхностью. Ко второй — лепная столовая посуда с лощеной поверхностью. Третью группу составляет немногочисленная импортная древнегреческая и кельтская керамика.

 

Обломки посуды первой группы составляют до 90% находок керамики на поселениях. Эта керамика представлена горшками, мисками, коническими чашками с массивной ручкой, иногда имеющими пустотелую ножку, кувшинами, крышками для горшков, сковородками-лепешницами в виде дисков, дырчатыми сосудами-«дуршлагами», миниатюрными сосудами. Ведущей формой являются горшки (3/4 керамики этой группы). Корпус у горшков, как правило, ок- руглобокий ( XXXI, 48—51). По форме верхней части горшки можно разделить на несколько вариантов: с невыделенной шейкой, с прямой отогнутой наружу шейкой, с изогнутой и отогнутой наружу шейкой. Второе место принадлежит мискам, среди которых выделяется несколько типов: с загнутым внутрь венчиком, с вертикальной шейкой и горизонтально срезанным краем, с эсовидноизогну- той шейкой. Для крышек характерны конический широкий и относительно низкий корпус и массивная пустотелая ручка. Диаметры венчиков крышек соответствуют диаметрам венчиков кухонных горшков, что указывает на их функциональное назначение.

 

Некоторые исследователи не исключают возможности использования посуды этого типа в качестве светильников ( XXXI, 56). Глиняные диски диаметром до 25 см, толщиной до 1 см имели одну сторону шершавую, другую лощеную, иногда орнаментированную. Сковородками их можно называть лишь условно ввиду отсутствия бортика, а в роли лепешниц они известны по материалам этнографии. Подобные лепешницы были широко распространены в соседних культурах — зарубинецкой и пшеворской, синхронных поянешти-лукашевской культуре. Дырчатые сосуды скорее всего служили курильницами, а не дуршлагами. Встречаются обломки днищ горшков с одним отверстием в центре диаметром до 1 см, которые и использовались для приготовления творога. Сосудики высотой 3—5 см повторяют формы горшков. Видимо, они были детскими игрушками.

 

Орнамент встречается главным образом на горшках. В большинстве случаев это рельефные налепы: шишечки, вертикально и горизонтально расположенные ушки, подковки, горизонтальный валик, расчлененный ямками или насечками, иногда шишечками ( XXXI, 48—51). Истоки этого орнамента прослеживаются в местной гетской керамике предшествующего времени — IV—III вв. до н. э. Реже встречаются пальцевые вдавления и насечки по венчику и стенкам.

 

Небольшое количество горшков (по материалам Круглика — не более 8%) имело специально ошер- шавленный, «хроповатый», корпус с подлощенной донной частью и шейкой, отделенной от тулова расчлененным валиком или желобком. Такая керамика ведет свое происхождение от сосудов лужицко- поморских и ясторфских памятников Средней Европы,

 

Посуда с лощеной поверхностью отличается аккуратной, старательной обработкой. В керамической массе этой посуды нет крупных примесей, она хорошо отмучена, формовка и лощение выполнены очень тщательно, обжиг, как правило, равномерный, скорее всего печной, а не костровый. Наружная поверхность имеет черный или темно-серый цвет. Лощеная керамика представлена в основном мисками и горшками, в меньшем количестве встречаются кувшины. Известны миски двух типов. Миски первого типа имеют эсовидный профиль, выделенную шейку и плавное округлое плечо. Венчики таких мисок, как правило, короткие утолщенные с сильным отгибом, с внутренней стороны у них имеется две- три четкие грани ( XXXI, 39—41). Аналогии мискам с граненым венчиком дают материалы пшеворской и ясторфской культур. Миски второго типа не имеют выделенной шейки, венчик у них округлый ( XXXI, 38). Эти миски делались более высокими и узкими. Кружки с небольшими Х-видными ручками повторяют профилировку мисок первого типа. Иногда такими ручками были снабжены и сами миски.

 

Горшки разделяются на четыре типа. К первому типу принадлежат многочисленные горшки приземистых пропорций (высота до 18 см, диаметр венчика до 28 см), часто с граненым коротким, плавно изогнутым венчиком, высоко расположенными плечиками и узким дном (диаметр 6,5—10 см) ( XXX, 84). Ко второму типу относятся горшки подобной формы, но с острым плечом, встречаются они редко. К третьему типу принадлежат высокие горшки с низко расположенным плечом, слабоотогнутым венчиком с округлым краем, широким дном ( XXX, 27, 43). Четвертый тип — это большие округлобокие сосуды с прямой наклоненной внутрь длинной шейкой, отделенной уступом от тулова ( XXX, 62, 63) ; аналогии им дают материалы поздне поморе кой культуры и губи не кой группы ясторфской культуры.

 

Кувшины одноручные, их корпус имеет вытянутые пропорции, округлое плечо помещено на середине высоты (ХХХ, 58, 71). Венчик у кувшинов короткий, сильно отогнутый и граненый. Ручки плоские ленточные, прикрепленные одним концом к венчику, другим — к плечу. Подобные кувшины были распространены в поморско-ясторфском круге культур.

 

Импортная керамика представлена обломками античных амфор эллинистических типов и сосудов кельтского производства. Амфорный материал встречен на 27 поселениях, в том числе на 18 поселениях найдены родосские амфоры [Babe? М., 1978. Р. 1 — 21]. Доля таких находок невелика, не более 5% всей керамики. Еще реже встречается кельтская графитированная керамика, найденная на территории Румынии (Бойчени, Боросешти, Ботоша- ни, Лунка-Чурей). Находки импортной керамики ценны тем, что дают основания для установления хронологии поянешти-лукашевской культуры.

 

ВЕЩЕВОЙ ИНВЕНТАРЬ

 

Среди орудий труда в первую очередь выделяются ножи с горбатой и прямой спинками ( XXXI, 25—30). Более древние из них — с горбатой спинкой и слегка вогнутым лезвием, длиной 11 — 14 см. Ножи с прямой спинкой появляются лишь в конце I в. до н. э., размеры их также невелики. Ножи носили в деревянных ножнах, железные и бронзовые обкладки которых встречены в мужских и женских погребениях (Лукашевка, погребения 1, 10) и на поселениях.

 

Известны наральники (Круглик) и небольшие железные серпы с выступающим крюком для крепления рукоятки (Круглик — 7 экз., Лукашевка II — 1 экз., несколько экземпляров с территории Молдовы). Подобные серпы в то время имели широкое распространение во многих культурах Европы. Встречен небольшой топор с вертикальной втулкой для рукоятки. Топоры этого типа считаются по происхождению латенскими. Шилья длиной до 11 см делались четырехгранными, с двумя заостренными концами, один из них был рабочим, на другой набивалась рукоятка. Железные иглы длиной до 5 см использовались для работы с грубыми тканями. Найдены небольшие долота и пробойники, рыболовные крючки, щипцы и бритвы ( XXXI, 24). Туалетные щипцы и серпообразные бритвы имеют аналогии в ясторфских древностях.

 

Из глиняных орудий труда наиболее многочисленны пряслиц0 ( XXXI, 42—44). Размеры пряслиц невелики (высота и диаметр около 3 см), форма разнообразная, чаще всего биоконическая, известны и шаровидно уплощенные, и горшкообразные пряслица. Некоторые из них украшены геометрическими узорами из прочерченных линий. Часто встречаются пряслица из стенок сосудов, преимущественно античных, а также лепных кухонных горшков и чернолощеных столовых сосудов. Из глины изготовлялись небольшие конусовидные грузики, вероятно, применявшиеся для ловли рыбы, и довольно крупные (высота до 10—12 см) пирамидальные грузила д.тга ткацкого станка.

 

Каменные орудия представлены зернотерками, растиральниками и точильными брусками. Зернотерка из Лукашевки — это песчаниковая плита толшгшой 5 см с полукруглым углублением, расположенным в центре. Растиральники из твердого песчанка (длина до 10 см) имели коническую форму, верхняя часть орудия служила рукояткой, нижней утолщенной частью растирали зерно. Точильные бруски также делались из плотного песчаника, имели прямоугольную форму.

 

Проколки изготовлялись из ребер или расколотых костей конечностей животных. Рабочие концы проколок заострены, а поверхность зашлифована. Проколки встречены на многих поселениях.

 

Предметы снаряжения воина и коня очень редки, поскольку по ритуальным обычаям их не клали в могилы. Известны единичные находки бронзовых наконечников стрел позднескифских типов (Лукашевка II, Алчедар, Машкауцы;  XXXI, 31, 32), что указывает на контакты с областью скифской культуры. В основном оружие происходит с территории Румынии. В Молдове обнаружены наконечники копий, характерной особенностью которых были длинные втулки. Найдены один кельтский меч сред- нелатенского типа (могильник Боросешти, погребение 29) и два германских меча (Рэкэтэу, Корни). Из предметов снаряжения назовем шлем фракийского типа (Бубуечи), прямоугольные кельтского типа умбоны щитов (Боросешти, погребение 29) и круглый умбон из Рэкэтэу. Здесь же найдены фрагменты кольчуги. Встречены удила скифского (Боросешти, Бубуечи) и кельтского (Поянешти, Трушешти) типов.

 

Украшения изготовлялись из бронзы, железа, серебра, золота, стекла, кости и глины. Часто встречаются литые бронзовые и кованые железные браслеты, почти всегда орнаментированные насечками или бороздками. Известны браслеты с несомкнутыми концами, украшенные несколькими шариками; свернутые в полтора-два оборота, с концами, завязанными в несколько витков; браслеты, средняя часть которых раскована в пластинку и свернута в трубочку ( XXXI, 12—14). Реже попадаются бронзовые литые кольца с несомкнутыми, утончающимися концами (диаметр колец около 2 см), бронзовые серьги в виде петельки (могильники Лукашевка и Поянешти;  XXXI, 18), очковые подвески из тонкой проволоки, концы которой свернуты в две круглые спирали ( XXXI, 21). Одна такая подвеска была встречена в Лукашевском могильнике вместе с железной фибулой среднелатенской конструкции. Бусины бронзовые, стекля нно-пастовые ( XXXI, 16), костяные и глиняные найдены как в могильниках (в женских погребениях), так и на поселениях. Форма бусин разнообразна — шаровидная, цилиндрическая, эллипсоидная, плоская. Па- стовые бусины белые, синие, полихромные (глазчатые) .

 

Серебряные (4 экз.) и золотая (1 экз.) спирали найдены в Лукашевском могильнике. Они сделаны из тонкой прямоугольной в сечении проволоки, насчитывают от 16 до 32 витков. Такие спирали входили в состав ожерелья. Они характерны для гетских и вообще дунайских древностей этого времени ( XXX, 51, 67). Костяная плоская круглая бляшка диаметром около 2 см, орнаментированная двумя врезными несомкнутыми полукруглыми линиями, обнаружена в Лукашевском могильнике. *

 

Наиболее часты железные фибулы, более редки бронзовые, одна — серебряная (Сипотены). Большая часть фибул найдена в погребениях: 39 — из могильника Поянешти, 11 — из Лукашевского могильника, около 20 — из Долинян, одна — из Сипотен. В одном из жилищ на поселении Рудь найдена наиболее ранняя фибула духцовского типа, хотя ее принадлежность именно к поянешти-лукашевскому комплексу не вполне достоверна. По особенностям конструкции фибулы разделяются на средне- и позднела- тенские. К среднелатенской схеме относятся «расчлененные» железные фибулы с бронзовыми шариками на ножке и спинке, а также гладкие проволочные фибулы нескольких вариантов с разным изгибом ножки и дужки и различным расположением их скрепления. Большое число фибул принадлежит к варианту В по Й. Костшевскому, имеет плавный или более резкий изгиб ножки ( XXX, 16; XXXI, 3—5, 7). Из могильника Долиняны происходят фибулы вариантов D и Е по Й. Костшевскому, судя по скреплению, помещенному посредине дужки и по другим деталям конструкции. Все такие фибулы имели широкое распространение на территории Средней Европы, особенно в культурах кельтского и ясторфского круга. Одна фибула зарубинецкого типа с треугольной спинкой найдена на поселении Лукашевка II ( XXXI, 6).

 

Железные фибулы позднелатенской схемы обнаружены в могильниках Поянешти, Долиняны и на поселении Круглик. Среди них фибулы с прямой спинкой, согнутой под прямым углом к головке и ножке, и с прямоугольным приемником ( XXX, 52—55) имеют аналогии в Средней Германии и относятся к типу Каммер [Hachmann R., 1961. Taf. 2— 41]. Фибула с поселения в Круглике имеет рамчатый приемник ( XXX, 9).

 

К предметам личного убора относятся пряжки, застежки, пуговицы. Пряжки железные кованые круглые диаметром 2,5—4 см ( XXXI, 2).

 

Характерными находками являются поясные крючки разной формы: в виде длинной узкой пластины с ушком; треугольные с накладкой на конце; трапециевидные из железной пластины, иногда покрытой бронзовым листом ( XXX, 21, 22, 34, 35, 48—50; XXXI, 1). Многочисленные аналогии таким поясным крючкам известны среди материалов ясторфской и зарубинецкой культур.

 

На Лукашевском поселении обнаружена небольшая бронзовая фигурка идола, отлитого в односторонней форме. Фигура одета в длинный кафтан. Голова у нее удлиненная, нос выступающий, прямой. Правая рука согнута в локте, ее кисть положена на живот; левая рука вытянута, кисть — в области паха. Ноги фигурки короткие, согнутые в коленях ( XXXI, 23). Г. Б. Федоров [19606. С. 45] считает статуэтку кочевническим идолом. М. А. Романовская [1969. С. 93] относит идола к кругу кельтских ритуальных изображений. В круг ритуальных предметов входят также очажные подставки из Боросешти и Гелыешти, украшенные меандровым орнаментом и солярными знаками ( XXXI, 55).

 

Импортные предметы занимают очень небольшое место среди материалов поселений и могильников. К ним относятся обломки эллинистических амфор, в том числе с клеймами на ручках конца III — начала и середины II в. до н. э. ( XXX, 57, 87, 89), встреченные на 27 поселениях; обломки кельтских тонкостенных графитированных сосудов последних веков до нашей эры, известные на некоторых памятниках Молдовы. Импортными являются пастовые и стеклянные бусины античного производства, которые, как и амфоры, попадали на территорию культуры Поянешти—Лукашевка из античных городов Северного Причерноморья, в первую очередь из Тиры. Некоторые вещи связаны с кельтским миром. Это бронзовые сосуды — ситулы, кратер и котел, деревянные котелки с железной оковкой, железный топор с вертикальной втулкой, фибулы латенских типов, поясные наборы, меч, удила, умбон щита из могильника Боросешти, шлем из Бобуечи. Встречаются также металлические изделия германского круга древностей: фибулы поморского типа, бронзовые ожерелья в виде корон, умбон щита из могильника Рэкэтэу. С зарубинецкой культурой связана фибула из поселения Лукашевка ( XXXI, 6), но она могла относиться и к числу «копьевидных» фибул, распространенных в балканских землях [Каспарова К. В., 1981. С. 69].

 

 

К содержанию книги: Славяне

 

 Смотрите также:

 

Приморские балты в бронзовом и раннем железном веке

В то же время следы латенской культуры обнаруживаются в Силезии. Ее влияние постепенно возрастает, и в III веке до н. э...

 

СКИФСКАЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА. Наследие скифов

Последнее и само получило ценный вклад от скифо-сарматской школы, посредниками в чем были гальштатские и латенские кельты.

 

археология энеолита Закарпатья - культура Тисаполгар

Выше залегали слои галыптатского и латенского времени (Пеняк С. Я., Попович И. Я., Потушняк М. Ф., 1976).