Славяне и их соседи в 1 тысячелетии до нашей эры

 

 

Предметы липицкой культуры

 

 

 

КЕРАМИКА

 

Глиняная посуда является наиболее массовым материалом памятников. В целом липицкий керамический комплекс весьма своеобразен и четко отделяется от синхронных материалов пшеворской и зарубинецкой культур. Липицкая керамика представлена лепной и гончарной посудой. Лепная преобладает на поселениях, где, по подсчетам В. Н. Цыгылыка, составляет 80-95% [Цигилик В. М., 1975. С. 105], т.е. посуда ежедневного пользования лепилась прямо на поселениях и представляет собой яркий этнографический показатель.

Лепная посуда делится на более грубую кухонную — с крупнозернистыми отощающими примесями в тесте (шамот, дресва), неровной шероховатой поверхностью — и столовую — более тщательного изготовления с гладкой поверхностью, иногда под лощенной. Среди кухонной керамики ведущей формой являются тюльпановидные горшки, у которых наибольшее расширение тулова приходится на середину высоты сосуда, горло слегка расширяется в виде рас- труба ( XXXV, 8, 15). Распространены также горшки с более выпуклым туловом и отогнутым венчиком ( XXXV, 9, 11—14). Горшки этих типов бывают украшены по ту Лову налепными шишечками с вдавлением посредине, горизонтальными валиками с поперечными пальцевыми защипами, иногда валинами, изогнутыми в виде полумесяца. Встречаются почти не профилированные горшки баночной формы с загнутыми внутрь венчиками ( XXXV, 7, 10). Аналогии всем перечисленным формам горшков широко распространены на дакийских памятниках Румынии типа Пояна [Vulpe R. et Е., 1927—1929; Parvan V., 1926; Protase D., 1966].

 

Типичная форма лепной посуды — толстостенные конические кружки с массивной вертикальной ручкой в средней или придонной части. Близкую форму имеют конические миски и дуршлаги, а также низкие миски-светильники ( XXXV, 1—6). Такие же кружки, как верхнеднестровские, распространены на дакийских памятниках Румынии, но там они обычно богаче орнаментированы налепными валиками.

 

Ассортимент лепной столовой посуды относительно невелик — горшки, миски, чаши на высокой ножке. Ведущей формой являются биконические горшки с ровно срезанным венчиком, иногда украшенные насечкой по верхнему краю и тулову ( XXXVI, 3). К этой же группе относятся небольшие биконические сосуды с двумя ручками. Ребристый перелом тулова у этих сосудов иногда подчеркнут уступом ( XXXVI, 1). По форме эти сосуды явно подражают гончарной посуде, также снабженной двумя ручками. Миски, принадлежащие к этой же группе столовой посуды, имеют перегиб в верхней части тулова и загнутый венчик ( XXXVI, 6—9, 11). Их поверхность заглажена, иногда подлощена, цвет чаще всего коричневый. Типичны для липицких памятников чаши на высокой подставке ( XXXVI, 1976. С. 80-94].

 

Указанные формы лепной керамики липицких памятников характерны для памятников гето-дакий- ских племен как Днестро-Карпатского бассейна [Федоров Г. Б., 19606. С. 16, 310, 311], так и для территории Румынии западнее Карпат [Цигилик В. М., 1976. С. 80-94].

Среди лепной керамики липицких памятников в последнее время В. Н. Цыгылык выделил формы, характерные для зарубинецкой культуры. Особенно много их встречено на северо-востоке липицкой культуры (поселения Ремезовцы, Майдан-Гол огорский), где они представлены остро реберными мисками ( XXXVI, 10,14) и большими тюльпановидными ( XXXVI, 15) и выпуклобокими горшками ( XXXVI, 13), край венчика которых иногда украшен ямочными вдавлениями и насечкой [Баран В. Д., Цигилик В. М., 1971. С. 71-73; Цигилик В. М., 1975. С. 94—104]. Надо отметить, что эти формы не очень выразительны и имеют аналогии не только среди зарубинецкой, но и среди пшеворской посуды.

 

Гончарная посуда значительно уступает лепной в количественном отношении. На поселениях она составляет 5—10% общего количества посуды, но в могильниках встречаются чаще и в некоторых из них составляет 50—70% всех керамических находок. В техническом отношении гончарная керамика заслуживает самой высокой оценки — строго выдержанные пропорции, тщательно отмученное и хорошо прокаленное тесто с мелкими примесями песка, изящность ; форм. Поверхность имеет серый или, реже, черный цвет, нередко залощена, а также покрыта совершенным по технике и изяществу лощеным орнаментом в виде горизонтальной волны, зигзага, вертикальной или горизонтальной елочки, а также прямых линий ( XXXVII).

 

Ведущей формой гончарной столовой посуды являются биконические горшки с острым или более мягким переломом стенок на половине высоты, загнутым внутрь или, чаще, отогнутым венчиком, сделанные на кольцевом поддоне или подставочной плитке. Встречаются сосуды, верхняя часть которых не сужена, а имеет почти цилиндрическую форму ( XXXVII, 15). Некоторые сосуды имеют перегиб тулова выше середины высоты, и их верхняя часть профилирована - уступами или валиками ( XXXVII, 16). В форме этих горшков сказываются явные традиции кельтской гончарной керамики [Цигилик В. М., 1975. С. 105; Filip J., 1956). Характерны для липицкой гончарной посуды небольшие сосуды с двумя высоко поднятыми ручками. Ручки поднимаются выше венчика и профилированы продольными желобками. Тулово сосудов биконическое, с уступом в наиболее широкой части, расположенной немного выше половины высоты ( XXXVII, 9, 11, 13). Такого типа сосуды представлены на территории Румынии и имеют прототипы в керамике греческих причерноморских колоний. Довольно часто на липицких памятниках встречаются кувшины с одной ручкой и округлым туловом. Они также имеют аналогии среди гето-дакийских материалов, но там кувшины снабжены более высоко поднятой ручкой (XXXVII,21,22). Наиболее характерны среди липицкой гончарной посуды чаши на высокой ножке. Полая внутри ножка этих чаш опирается на многоступенчатый поддон и иногда отделена от конической чаши горизонтальным валиком ( XXXVII, 14,18—20). Венчики у чаш бывают загнуты внутрь или, наоборот, отогнуты наружу и имеют плоскую широкую поверхность, иногда покрытую орнаментом. Орнамент состоит из пролощенных волнистых или прямых линий. Чаши на высокой ножке имеют многочисленные аналогии в кельтских и дакийских керамических комплексах позднелатенского времени.

 

Среди гончарной керамики встречено также несколько обломков стенок и ручек светлоглиняных амфор (Залески, Верхняя Липица, Ремезовцы), которые поступали в Поднестровье как импорт из римских провинций в I II вв.

 

ВЕЩЕВЫЕ НАХОДКИ

 

Широкое распространение среди носителей липицкой культуры получили бронзовые фибулы, представленные различными про- винциальноримскими типами. Наиболее ранняя фибула, относящаяся к типу глазчатых с вырезанными «глазками» конца I в. до н. э.— начала I в. н. э., происходит из богатого погребения в Колоколине ( XXXVIII,    15) [Амброз А. К., 1966. С. 35]. В этом же погребении найдены сильнопрофилированная одночленная фибула с опорной пластиной над пружиной и длинным рамчатым приемником, датирующаяся началом I в. н. э., и фибула типа «Нертомарус», широко распространенного в Галлии и на Рейне в первой половине I в. н. э. ( XXXVIII, 16, 17) [Амброз А. К., 1966. С. 27, 36]. Остропрофилированные фибулы с укороченным приемником, имеющим отверстия, датируются серединой I в. н. э. (стадия Bi раннеримского периода) и происходят из погребений могильников Верхняя Липица, Звенигород и Болотня ( XXXVIII, 11-14) [Liana Т., 1970, S. 458]. К несколько более позднему времени — концу I — началу II в. — принадлежат такие же фибулы, но со сплошным приемником, найденные в Верхней Ли- пице и Гриневе ( XXXVIII, 7—10) [Амброз А. К., 1966. С. 36; D^browska Т., 1973. S. 208]. К группе сильно профилированных трубчатых фибул без опорной пластины над пружиной относится фибула, имеющая резко изогнутую спинку и массивную головку, найденная в могильнике Звенигород ( XXXVIII, 2). А. К. Амброз [1966. С. 38] датирует ее II в. н. э. К той же группе относится фибула из могильника Верхняя Липица ( XXXVIII, 3), которая может быть датирована началом стадии Вг— концом I— началом II в. [Liana Т., 1970. S. 447]. Так же датируется фибула из могильника Верхняя Липица, принадлежащая к провинциальному типу и имеющая плоскую треугольную спинку с пуговкой на конце ( XXXVIII, 6). Наиболее поздними, относящимися ко II в. н. э., являются две провинци- альноримские фибулы, украшенные эмалью ( XXXVIII, 4, 5) [Амброз А. К., 1966. С. 23].

 

На поселениях и в могильниках встречаются железные пряжки, самые ранние из которых имели округлую рамку. Позднее появились пряжки с овальной рамкой, уплощенной с одной стороны, и с четырех угольной ( XXXVIII, 21—28). Все пряжки этих видов имели широкое распространение и бытовали в I-II вв. В Колоколине найдены бронзовые прямоугольная пряжка с прогнутыми сторонами, двойная петля от пояса и поясная фигурная оковка. Эти вещи относятся к провинциально римским типам и имеют аналогии среди римских (I — II вв.) находок в Средней Европе ( XXXVIII, 29-31) [Smiszko М., 1935. S. 159].

 

В женских погребениях и на поселениях найдены бусы ( XXXVIII, 18—20). Они сделаны из прозрачного стекла, горного хрусталя, эмали зеленого, коричневого цветов и черной, инкрустированной волнистыми белыми линиями. Бусина из Верхнелипиц- кого поселения сделана из черной, белой и желтой пасты, выложенной разноцветными квадратиками. Подобные бусы известны с дакийских поселений на территории Румынии [Цигилик В. М., 1975. С. 126]. В могильниках Верхняя Липица, Звенигород и на поселении в Залесках найдены круглые металлические зеркала, которые являлись импортом из придунай- ских римских провинций и попадали в Верхнее Поднестровье через Дакию [Цигилик В. М., 1975. С. 123].

 

Дорогие импортные вещи происходят из богатых погребений в Колоколине и Чижикове [Smiszko М., 1935; Смишко М. Ю., 1957]. В Чижикове найдена бронзовая посуда: кувшин-ойнохоя с массивной ручкой, украшенной пластическим изображением головы льва и четырехпалой львиной лапы ( XXXIV, 2, 5, 10); полусферическая миска на кольцевом поддоне ( XXXIV, 1); ручка патеры, орнаментированная желобками и бараньей головкой ( XXXIV, 3). Патеры такого типа изготовлялись в конце I тысячелетия до н. э. и начале нашей эры в мастерских Италии и распространялись севернее границ Римской империи. Аналогичная ручка патеры найдена на поселении Пояна в Румынии. О принадлежности находок в Чижикове свидетельствует чаша на высокой конической подставке, характерная для липицких памятников и близких к ним древностей типа Пояна в Румынии [Смишко М. Ю., 1957. С. 238—243]. В погребении Колокол и на найдены серебряные стержни — ручки канфаров, один конец которых раздвоен в виде бараньих рогов, а другой — расплющен ( XXXIV, 8), напоминающие такие предметы из кельтских комплексов. Происходящие из этого погребения фибулы позволяют датировать его I в. н. э., а расположение на территории, где известно много липицких памятников, и находка поблизости типично липицкого сосуда с двумя ручками, скорее всего свидетельствуют о принадлежности погребения в Колоколине к липицкой культуре [Smiszko М., 1935. S. 155-161].

 

На поселении у Верхней Липицы найдено два серебряных денария Фаустины Младшей, относящихся к концу II в. н. э. Кроме того, на территории липицкой культуру известны находки отдельных римских монет Пв. н. э., которые, возможно, тоже связаны с населением этой культуры. К импортным предметам принадлежат обломки стеклянных сосудов и чаш типа terra sigillata, изготовлявшихся в Италии во II в. н. э. С поселения Верхняя Липица происходит гемма с изображением фигурки Гермеса.

 

Находки оружия не характерны для липицких памятников. В погребении 15 могильника Звенигород (урочище Гоева могила) типичная липицкая урна и чаша на высокой ножке найдены вместе с изогнутым мечом и копьем, вбитым в землю, что явно указывает на влияние пшеворского погребального обряда [Свешников И. К., 1957]. В Звенигороде найдены шпоры, имеющие сильно изогнутую высокую дужку. Такого типа шпоры (Ян 46) были широко распространены на памятниках пшеворской культуры и датируются I в. н. э. На поселении Ремезовцы встречены шпоры, имеющие в середине конический шип и датируемые II в. н. э., а также шпоры с асимметричной дужкой и крючком, принадлежащие к типу, получившему распространение в конце II—III в. [Цигилик В. М., 1975. С. 119]. В Чижикове обнаружены две бронзовые шпоры с коротким фигурным основанием и тонкими, круглыми в сечении шипами, относящиеся к I в. н. э. и распространенные главным образом на германских памятниках Западной Европы и в Чехии ( XXXIV, б, 7) [Смишко М. Ю., 1957. С. 239-242].

 

К орудиям сельского хозяйства относится нараль- ник, найденный на поселении Майдан-Гологорский. Он принадлежит к типу узколезвийных наральников с цилиндрической втулкой, имеющей такую же ширину, как и рабочая часть. Длина его 20 см., ширина — 7 см. В профиле наральник имеет чуть вогнутую, дугообразную форму, следовательно, в процессе работы наральник находился под острым углом к почве. Такой тип наральников был широко распространен в Карпато-Дунайском бассейне около рубежа нашей эры [Бщзшя В. I., 1971. С. 121]. В отличие от найденного на закарпатском поселении Галиш-Ловачка, наральник из Майдана-Гологорского более короткий и широкий ( XXXIX, 20).

 

Довольно многочисленны находки железных ножей со слегка дуговидной спинкой и плавным переходом от черенка к лезвию или с прямой спинкой и резко выделенным черенком (ХХХ1Х,в—13). Найдены шилья с прямоугольным в разрезе черенком и круглым в поперечнике острием. К специализированным орудиям труда относится железный напильник из поселения Ремезовцы. Он изготовлен в виде четырехугольного в сечении стержня (длина 23 см) с поперечными насечками на рабочей части. Плоский черенок напильника крепился в деревянную ручку, прижатую на конце мелаллической обоймой. Инструмент связан, несемненно, с кузнечной мастерской по обработке металла. Из других орудий, имеющих преимущественно специальное назначение, известен обломок лезвия топора (ширина 6,5 см) происходящей тоже из поселения Ремезовцы. Втулка не сохранилась, но, судя по тонкому широкому лезвию, это был плотницкий топор небольших размеров для обработки дерева.

 

Немало найдено металлических вещей, которые характеризуют бытовую утварь. Среди них ключи от замков в виде согнутого на конце стержня ( XXXIX, 15, 19), железные пластинчатые кресала с кольцом на конце ( XXXIX, 16—18), различные обоймы, костыли, крючки. На поселениях в Верхней Липице и Незвиско найдены жерновые камни, а их обломками иногда были прикрыты урны в погребениях могильника Болотня. Из камня изготовлялись точильные бруски прямоугольной формы. Они часто попадаются на поселениях и сопровождают мужские погребения в могильниках ( XXXIX, 7). Из кости делали однопластин- чатые гребни ( XXXIX, 14). На поселении Верхняя Липица найден свиток из трубчатой кости, покрытый геометрическим орнаментом ( ( XXXIX, 6). Часто попадаются костяные проколки и трубочки. С прядением и ткачеством связаны находки глиняных пряслиц и грузил для ткац кого станка. Пряслица имели биконическую, иногда усечен но коническую или округлую форму и небольшое отверстие для веретена ( XXXIX, 1—5). Встречаются отдельные экземпляры, сделанные из стенок сосудов и из мергеля (Верхняя Липица, Ремезовцы) . Грузила пирамидальной, реже — конической формы имели сквозное отверстие и довольно большие размеры (высота 12—16 см при ширине основания 8—10 см). В тесте видны следы выгоревшей соломы.

 

 

К содержанию книги: Славяне

 

 Смотрите также:

 

Норики и венеды Тацит, Плиний, Клавдий Птолемей

германского, кельтского, а так же латенизированного (зарубинецкая культура) и фракийского (липицкая культура) воздействия.