Вся электронная библиотека >>>

 Катастрофы >>>

  

 

Катастрофы: социологический анализ


Раздел: Социология

   

Глава 4 СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ РАЗВЕРТЫВАНИЯ ПОСТКАТАСТРОФНЫХ ПРОЦЕССОВ В РАЙОНАХ РАДИОАКТИВНОГО ЗАГРЯЗНЕНИЯ

  

Нарастающий поток разрозненных, часто с трудом поддающихся сопоставлению и сравнению материалов эмпирических исследований сложных и противоречивых социально-психологических последствий Чернобыльской катастрофы делает все' более настоятельной проблему формирования специфической феноменологии посткатастрофного адаптационного поведения индивидов и социальных общностей [6, 7]. Речь идет в первую очередь, о философеко-социологическом введении в систему понятий и категорий, отражающих своеобразие социально- психологических явлений и процессов, возникающих в результате крупномасштабной ядерной катастрофы и вызванных ею трагических посткатастрофных ситуаций. Разумеется, эта категориальная система теоретических концептов должна быть выведена из теоретического обобщения и осмысления эмпирических социологических и социальногПсихологических исследований целей, ценностных ориентаций, представлений, жизненных устремлений, мотивов поведения индивидов и социальных групп оказавшихся в экстремальных ситуациях ядерной катастрофы и обусловленных ею посткатастрофных процессов. А это означает, что сами исследования такого характера предполагают прежде всего вычленение возможно более-глубоко детализированного описания и интерпретации различных реакций индивидуального и группового адаптационного И/ИЛИ дезадаптационного поведения людей, подвергшихся радиационному воздействию, связанного с этим их субъективного восприятия объективно существующего радиационного риска.-

При таком, подходе становится очевидно, что категориальный аппарат социологии и социальной психологии (равно как и смежных с ними дисциплин: антропологии, психиатрии и др., а тем более философии) в его сего- днящнем состоянии для описания И интерпретации повседневной жизнедеятельности людей, перенесших радиационное воздействие или проживающих в настоящее время в загрязненных районах Беларуси, Украины и России, разработан явно недостаточно. В районах, пострадавших от Чернобыльской катастрофы, отчетливо ощущается отсутствие базисных категорий и методик их квантификации, позволяющих создать адекватную понятийную сеть для выявления и объяснения причин, особенностей, разнообразия форм проявления, массовости и длительности действия Стрессргенных факторов, резкого изменения социального и социально-психологического статуса различных групп населения, возрастания Социально-психологической напряженности, углублений Дез- адаптационных процессов и состояний, необходимой в таких случаях психотерапевтической и психо-коррекци- онной работы.

Но даже и при недостаточной концептуалько-катего- риальной проработке социальных и социально-психоло- гнческих проблем, возникших в связи с Чернобыльской катастрофой, отчетливо выявляется в качестве приоритетного следующее утверждение. Основным фактором, детерминирующим общую направленность социально- психологического фона в районах, подвергшихся радиоактивному загрязнению, явилось возникшее в первые посткатастрофные дни и остающееся до сих пор стабильно устойчивым (в некоторых случаях даже возрастающим) состояние длительно действующего посттравматического стрессового синдрома н связанного с этим дез- адаптаЦионного поведения больших маСс людей, подвергшихся радиоактивному воздействию; Неоднократные исследования (в том числе и повторные), проведенные белорусскими социологами и социальными психологами, а также их российскими и украинскими,коллегами, убеждают, что специфические / особенности социально- ,психологических последствий Чернобыльской катастрофы заключаются в том, что наряду с тйййчными психическими расстройствами, общими для пострадавших от различных бедствий и катастроф, у огромного количества людей, подвергшихся радиоактивному воздействию, возникают специфические психогенные расстройства хронического, длительного действияГюсновная специфика Достоит в том, что стрессор в зоне радиоактивного загрязнения носит комплексный характер и в течение длительного времени не редуцируется и не исчезает, а превращается практическн~в постоянно действующий фактор жизнедеятельности.] У большинства людей, пострадавших от этой катастрофы, развиваются различные психогенные расстройства в условиях хронического стресса.

Обобщение многочисленных, но, к сожалению, покд в большинстве случаев разрозненных исследований по различным программам дает тем не менее возможность выделить основные составляющие этого сложного и комплексного стрессора. К ним относятся следующие стрессогениые факторы:

а)         значительное радиационное воздействие на людей, принимавших непосредственное участие в ликвидации последствий взрыва на Чернобыльской АЭС в первый период развертывания этой трагедии,— так называемых «ликвидаторов»;

б)        непосредственное влияние на огромное количество населения (только в Беларуси околй 2,2 млн. человек) радиационного облучения в малых дозах, последствия которого фактически до сих пор не изучены;

в)         постоянно существующее опасение за здоровье и благополучие свое и близких, особенно детей;

г)         резкое изменение жизненного стереотипа (переселение, изменение места работы, ломка устоявшегося уклада жизни и т. п.);

. д) необходимость, постоянного, соблюдения мер предосторожности и профилактических медосмотров;

е)         определенная утрата степени личной свободы;

ж)        сужение возможностей социально-профессионального самоопределения, особенно у молодежи;

з)         недостаточность я неодинаковость социальных льгот для различных категорий лиц, пострадавших от катастрофы;

и)        возрастающее недоверие и недовольство деятельностью властных структур и органов управления по ликвидации или/и смягчению последствий катастрофы;

к) когнитивный диссонанс, связанный с разноречивой информацией как о реальной радиационной обстановке, так и возможных ее негативных последствиях;

л) эмоциональный диссонанс, вызываемый периодически возникающими и широко курсирующими слухами, сплетнями, предположениями, тревожными ожиданиями и т. п.

Все эти факторы, каждый из которых оказывает етрессогенное воздействие на большие массы людей, в своем совокупном, а от того резко усиленном влиянии на социальное самочувствие и психическое состояние индивидов и их групп создают обширное социально-психологическое пространство длительного и сильно действующего комплексного стрессора, вызывающего значительное количество психосоматических расстройств у пострадавших от Чернобыльской катастрофы. Именно этим объясняется необычайно широкая, в других видах катастроф не встречающаяся распространенность посттравматических стрессовых нарушений. Как правило, цифры распространенности психопатологических расстройств, возникающих в результате стихийных бедствий, аварий и катастроф, колеблются в широких пределах: От 10% среди жертв торнадо и наводнений до 55% у пострадавших вследствие извержения вулкана в Арме- рб (Колумбия) и даже до 75% среди пострадавших от крупных землетрясений в Югославии и Ташкенте [4, т. 90, 5, 42]. В результате же проведенного московскими психиатрами обследования в ряде населенных пунктов Могилевской области 300 пострадавших от Чернобыльской катастрофы, проживавших в зоне радиоактивного загрязнения в течение 4 лет, выяснилось, что только у 5% От общего количества обследованных отсутствовала психическая патология, а 95% страдали различными неврозами, неврозоподобнымн проявлениями и психопатологическими расстройствами [1, т. 91, 4, 12].

Одна нз существенных особенностей психотравматических расстройств у всех обследованных в районах радиоактивного загрязнения состоит в том, что по истечении нескольких лет после катастрофы выявлен высокий уровень болезненности хроническими соматическимн заболеваниями — гипертонической болезнью, заболеваниями желудочно-кишёчнбго тракта, опорно-двигательного аппарата, легочной патологией и т. п. Характерна также высокая частота забЪлеванцй, которая в значительной мере зависит от возраста пациентов. Если у молодых людей в возрасте до 30 лет на одного больного в среднем приходится 1,7 хронической соматической болезни, в возрасте 31—50 лет — 2,6, 51—60 лет — 3,6, то в возрасте свыше 60 лет —5,0. Эти данные свидетельствуют о значительном соматическом неблагополучии обследуемых,'которое создает почву для формирования многих форм психопатологических нарушений. Здесь возникает двусторонняя взаимозависимость: возникновение неврО* тической симптоматики во всех случаях ухудшает сома~ тическое состояние, а обострение соматической патологии углубляет психические расстройства [1, т. 91, б—7}

Вторая социально-психологическая особенность Состояния людей, переживших Чернобыльскую, трагедию; заключается в том, что у всех обследованных выявлена высокая степень обеспокоенности за свое здорбвье или здоровье своих близких,. особенно детей. Проведенное социологами и психологами Института социологии Ака-1 демии наук Беларуси исследования в ряде, пострадавших от радиоактивного загрязнения районов Гомельской и; Могилевской областей показали, что абсолютное большинство опрошенных выражают сильное опасение за свое здоровье, а в еще большей степени — за здоровье своих детей. Причем опасения обычно не оформляются в страх конкретного заболевания, а выражаются в боязни возможного негативного влияния радиации на здоровье вообще, особенно здоровье детей. Такое размытое 6 социально-психологическом отношении состояние может быть охарактеризовано как тревожное напряжение, формирующее благодатную почву для развития посттравматического стрессового синдрома и связанного с этим состояния дезадаптации. В ходе обследования, проведенного в ноябре—декабре 1993 г. специалистами Института социологии АН Беларуси, 74% опрашиваемых находилось в состоянии тревожного напряжения. Доминантой такого напряжения является опасение связи своего реально существующего или возможного заболевания с радиацией, а также тревожное ожидание ухудшения условий жизни.

Социально-психологические исследования позволяют утверждать, что большинство респондентов в районах; подвергшихся радиоактивному воздействию, демонстри? рует нарастающий сдвиг в сторону тревожных ожиданий, связанных с предполагаемым или реальным ухудт шением своего здоровья. Причем динамика.цсихологичет скнх состояний свидетельствует о смещении их у большинства опрошенных в негативную сторону. За период с ноября 1992 по ноябрь 1993 г. значительно участились факты переживания неудовлетворенности собой (с 23 до 42%) —возможный симптом невротизации значительной массы населения, отсутствия позитивного

опыта адаптации к резким изменениям в социально-экономическом, экологическом и социально-психологиче- ском окружении.

Почти 22% обследованных в декабре 1992 г. жителей загрязненных районов характеризуются отчетливо выявленными ипохондрическими тенденциями (склонностью к чрезмерной озабоченности состоянием своего здоровья). Преувеличенная тревожность за свое самочувствие сильно коррелирует с возрастом и растет от 6,2% в группе младших возрастных когорт (не более 20 лет) до 34*% у людей старше 50 лет. Среди мужчин доля таких лиц составляет 13,6%, среди женщин—27,7%, т. е. более чем в два раза превышает показатели ипохондрической ориентированности Мужчин. Ипохондрические состояния могут быть следствием как реально существующих симптомов ухудшения здоровья, так и склонности преувеличивать значимость этих проблем для себя и особенно для своих детей. Очевидно, что в условиях Длительного действия негативных тенденций, вызванных Чернобыльской катастрофой, оба эти фактора оказывают сильное воздействие на социально-психологические состояния индивидов и их групп, причем взаимно усиливают отрицательное влияние одного и другого на возникновение и сохранение посткатастрофных синдромов.

Одной из характерных черт длительно действующего посттравматического синдрома в районах, подвергшихся радиоактивному загрязнению, является не снижение, а нарастание масштабов и интенсивности состояний тревожности у значительной массы проживающего там населения. Так, социально-психологические исследования, проведенные белорусскими специалистами в ноябре—- декабре 1992 г", в Гомельской и Могилевской областях, показали, что 59% обследуемых в самооценках своего здоровья констатировали нарастание тревожности. Аналогичная тенденция выявлена группой сотрудников Института психологин Российской Академии наук и Брянского исследовательского центра «Социан» в ноябре— декабре 1991 г. в Брянской области, где 54% опрошенных отметили, что за прошедшие после аварии на ЧАЭС годы их тревога за свое здоровье значительно усилилась [5,29].

Примечательно также, что психологическое состояние тревожности находится в значимых детермннантных связях не только с ровней загрязненности местности и

качеством медицинского обслуживания населения, ио и с возрастными особенностями индивидов. Исследованиями, проведенными сотрудниками Института социологии Академии наук Беларуси в 1989—1993 гг., многократно установлено, что у женщин, особенно имеющих детей в возрасте до 7 лет, состояние тревожности выражено чаще и острее, чем у мужчин, у лиц старших возрастов чаще, чём у младших когорт, у лиц с высшим образованием чаще, чем у людей, не имеющих такого уровня образования. Так, исследования, проведенные в ноябре—декабре 1992 г., показали, что тревожный- тип поведения у женщин встречается почти в 3,5 раза чаще, чем у мужчин, а это оказывает негативное психологическое воздействие на детей, поскольку они чаще и острее ощущают тревожные состояния и переживания матери.

Клинических случаев тревожно-мнительного поведения среди лиц, проживающих в районах радиоактивного загрязнения, не обнаружено. Это свидетельствует о том, что различные страхи н опасения у населения, проживающего в названных районах, в подавляющем большинстве случаев имеют реальную почву.

Однако эта реальная почва создается не только объективно существующей степенью радиоактивной загрязненности той или- иной территории, но и субъективными факторами, среди которых существенную роль играют превалирующие в том или ином районе оценки уровня бедствия и отношения к этому местных властей. Так, в Быховском районе Могилевской области не высказывают тревоги за'свое здоровье 8,3% опрошенных, а примерно Ъ таком же по уровню загрязненности Речицком районе Гомельской области — 14,1 %.

Итак, если подвести краткий итог изложенному, то можно констатировать нарастание субъективности тревожных состояний и ожиданий в районах радиоактивного загрязнения. Субъектами.таких соцнально-психологи- ческих состояний становятся не только отдельные индивиды, но и целые семьи, территориальные общности. При этом явное преобладание таких состояний и ожиданий обнаружено у женщин, особенно умеющих в своих семьях маленьких детей. Отмечено также существенное расхождение в самооценке состояний тревожности людьми в различных территориальных общностях, что обусловлено в значительной мере общим состоянием социально- психологического климата в них — степенью информированности населения, распространения среди него раз-* личных слухов, отношениями его с местными органами власти и т. п.

Третья особенность проявления посттравматического синдрома у лиц, проживающих в районах радиоактивного загрязнения, состоит в том, что в условиях хронической, по существу,пролонгированной стрессовой ситуации, возникшей под влиянием посткатастрофных процессов, тревожные психические состояния подвержены, сильным колебаниям. Они обычно усиливаются при появлении новой информации об авариях на радиационно- опасных технологических объектах, порождающих массу догадок, слухов, предположений. Такие вспышки нарастающей тревожности зафиксированы российскими и белорусскими социологами и психологами в Брянской, Гомельской и Могилевской областях после того, как в октябре 1991 г. произошел пожар на втором энергоблоке Чернобыльской АЭС [5, 32—33]. Большинство опрошенных в тот период (69% в Гомельской области, 71% » Могилевской и 76% в Брянской) полагали, что информация об этом событии была недостоверной, а это резко усилило состояние тревожности. Так, 84% опрошенных & Брянской области и 61%—в Гомельской заявили, что после этого пожара деятельность Чернобыльской АЭС стала вызывать у них еще большее беспокойство. Большинством опрошенных было также высказано убеждение, что если судить по поведению населения их региона во время и после названного пожара, то можно утверждать: люди стали бояться сообщений о любых, даже самых незначительных, авариях на атомных электростанциях, особенно расположенных на прилегающих территориях. В связи с этим все чаще в районах, пострадавших от радиоактивного загрязнения, высказываются требования о закрытии Чернобыльской АЭС в ближайшие годы.

Четвертая особенность социально-психологических состояний отдельных индивидов и различных социальных общностей, пострадавших от Чернобыльской катастрофы, выражается в резком уменьшении чувства социальной защищенности, в формировании синдрома безысходности складывающейся экстремальной ситуации, в которой, по мнению пострадавших, никто не хочет и не может понять обуревающие их проблемы, заботы, тревоги и серьезно помочь в их бедах. Таким образом, у значительной части лиц, проживающих в зоне радиоактивного загрязнения, наряду с естественной,.но все- таки болезненно обостренной реакцией на раздражители/ связанные с основными травмирующими факторами, формируются обвинительные психологические установки, активно инициируемые широко распространенным чувством утраты личной безопасности. В 1992 г. оно было характерно для 62,6% респондентов в загрязненных районах Гомельской и Могилевской областей, а в ноябре 1993 г. возросло до 65,2% общего количества обсле- дрвашшх. Чувство личной безопасности интегративно по своему существу. Оно включает в себя не только состоя'- нне здоровья или ощущение защищенности от возможных преступных действий отдельных криминальных индивидов или их групп, но и уверенность в благополучии своей семьи, ее социальной защищенности, соответствующих гарантиях со стороны местных властей, здравоохранительных, правоохранительных и других органов и учреждений. Тем более важно его значение в социально- психологических состояниях Личности или социальной общности. Если это чувство- утрачено почти у двух третей населения, проживающего в зоне радиоактивного бедствия, то это свидетельство глубочайшей социо-пси- хобиологической травмы, нанесенной Чернобыльской катастрофой и вызванным ; ею посткатастрофными процессами сотням тысяч людей, продолжающих проживать на загрязненной радионуклидами территории.

Тревожная самооценка здоровья (особенно у детей), неуверенность в отношении гарантии личной безопасности приводят к тому, что среди населения, подвергшегося радиоактивному воздействию и продолжающего проживать в загрязненных районах, непомерно велика доля лиц, характеризующихся пессимистическим восприятием реальности. В этом и состоит пятая особенность посттравм этического стресса, широко распространенного среди населений, подвергшегося радиационному воздействию; Сопоставимые по своим результатам исследования, приведенные в Германии и в Беларуси, показывают, Что-в первой из названных стран пессимистическая ориентированность психологических состояний в связи с резким ухудшением окружающей среды (включая и оценку последствий Чернобыльской катастрофы) колеблется в пределах одной пятой от общего количества опрошенных [7, 565], а во второй — приближается к одной третьей (29,7%).

При тридцати процентной подверженности населения: в зоне радиологического бедствия пессимистическому восприятию реальности и неуверенности в будущем почти у 6% из общего количества опрошенных выявлены критически высокие оценки пессимистичности, что даст основания говорить о клинической картине депрессивного состояния. Характерна и в этом отношении более высокая восприимчивость женщин к пессимистическим ожиданиям: показатель пессимистичности у них почти в два раза выше, чем у мужчин (соответственно 38,3 и 19,3%). Отмечено также нарастание показателей пессимистичности по мере приближения индивида к более высокой возрастной когорте. Так, у респондентов младшей- возрастной группы (до 20 лет) характеризуются пессимистическим восприятием реальности 25% респондентов, в возрасте 20—29 лет —26,1, 30—39 лет — 28,7, 40— 49 лет —28,1, старше 50 лет —38°/о- Таким образом,, при плавном нарастании пессимистичности почти во всех возрастных группах в возрасте около 50 лет у большинства людей, проживающих на радиоактивно загрязненной территории, происходит достаточно ощутимый скачок в сторону резкого увеличения пессимистических оценок, что, разумеется, связано с возрастными особенностями восприятия реальности, которые в условиях значительного радиационного риска проявляются особенно отчетливо.

У каждого пятого из обследованных жителей пострадавших от Чернобыльской катастрофы районов (21,3%) выявлены демонстративные тенденции в поведении, обусловленные значительно повышенной по сравнению с обычными условиями эмоциональной лабильностью. Критически высокие оценки такой лабильности, свидетельствующие о наличии астероидного поведения, обнаружены у 2,7% из общего числа лиц, включенных в социально-психологическое исследование. Все повышенные оценки по, данной шкале отмечены среди женской части обследуемых. Как и в предыдущих случаях, в ситуациях повышенной эмоциональной лабильности отмечается значимая связь между возрастом и частотностью неблагоприятного истероформного развития поведения.

Если состояния тревожности, утраты чувства личной безопасности, пессимистичности мировосприятия, как правило, нарастают по мере увеличения возраста обследуемых людей, то концентрированные формы импульсив- лого поведения свойственны более молодым людям и в наибольшей степени характерны для младшей возрастной когорты до 20 лет, где они выявлены у 25 % из общего числа обследованных. Здесь кроется один из источников асоциальных форм поведения (озабоченность, немотивированная агрессивность, склонность к разрушительным действиям, девнантным формам поведения и т. п.), свойственных значительному числу молодежи, проживающей в зоне радиоактивного загрязнения.

Шестая особенность социально-психологических состояний, характерных для населения районов, пострадавших от Чернобыльской катастрофы, заключается в снижении интереса к окружающему, перемежающемуся -с апатией.

Правда, количество лиц, у которых зафиксировано состояние безразличия ко всему, что происходит вокруг них, сравнительно невелико и едва превышает 10%, от -общего числа обследованных. Но если учесть, что вдвое большее количество людей, проживающих на радиоакт тивно загрязненных территориях (22%), привыкли ко всему, что с ними происходит, и успокоились, то станет ясно: у значительной части индивидов выражена редукция динамически активного потенциала личности, сформировалась социально негативная психология жертвы.

Проведенные в ноябре—декабре 1993 г. исследования выявили, что примерно у шестой части населения на протяжении семи лет,' прошедших после Чернобыльской катастрофы, постепенно сформировалась плохо осознаваемая (или вообще не осознаваемая) установка на психологическое «вытеснение» актуальной опасности. Они привыкли не думать о радиационной опасности, не тревожиться, смещать в подсознание из актуальной зоны переживаний ту временную (хотя и длительную) зону восприятия, на которую могут, по их мнению, попасть реальные психологические симптомы переживания радиоактивного воздействия и его последствий. При этом происходит смещение «локуса контроля» за событиями на «внешние» причины или на «других» — ссылки на недостаточную заботу местных властей, на недостаток лекарств, на отсутствие надежной информации об уровне радиационной загрязненности, на несправедливое распределение денежных компенсаций и т. п. Характерно, что за период с ноября 1992 по ноябрь 1993 г. ареал проявлений чувства несправедливости социального

устройства расширился, охватив в первом случае 47, а во втором 65% общего количества обследованных.

Ведущими психологическими защитными реакциями для этой группы населения являются обесценивание потребностей, вытеснение восприятия опасности радиационного воздействия из активной зоны социально-психоло- гической ориентированности личности, вытеснение тревожности.

Социально-психологический анализ полученных эмпирическим путем состояний тревожности, пессимистичности, эмоциональной неустойчивости, апатии и .т. п. дает возможность выявить типологические особенности различных стратегий поведения лиц, подвергшихся радиационному воздействию. Речь идет в данном случае, разумеется, о социально-психологической адаптации отдельных индивидов и их общностей (семья, территориальное сообщество и др.) к экстремальным ситуациям, порожденным крупномасштабной ядерной катастрофой, каковой является Чернобыльская. Используя в качестве показателей рассмотренные выше доли сверхнормального повышения шкальных оценок при тестировании обследуемых лиц, распространенность различных типов адаптационных синдромов, возникающих в ответ на значительные по силе и продолжительности неблагоприятные воздействия, можно расположить по рангам в следующей последовательности (в порядке убывания): повышенная соматизация тревожных ожиданий («бегство в болезнь»); обесценивание потребностей (апатия), фиксация на неприятных, травмирующих переживаниях (синдром безысходности). Все эти три формы поведенческих реакций связаны с неустойчивым, подверженным колебаниям состоянием адаптационных процессов, которые при возникновении новых или актуализации, усилении прежних опасений, негативных ожиданий и т. п. могут преобразовываться в процессы дезадаптации.

Существенно отличаются от них такие стратегии адаптационного поведения, которые ориентированы на конструктивное восприятие реальности и активное приспособление ко всей совокупности ее компонентов, в том числе и негативных. Ориентация респондентов на такие конструктивно-творческие формы адаптационного поведения оценивалась по таким признакам (показателям), которые указывались ими в качестве важных и непременных условий достижения жизненного успеха. В ка-честве одного из таких показателей почти три четверти обследуемых выделили состояние здоровья (74,2%)-. Второе ранговое место в системе таких показателей досталось трудолюбию (48,9%), затем ио степени убывания разместились знания (39,6%), добросовестность (32,4%), способности (26,4%), везение, удача (23,6%), целеустремленность и находчивость (19,8%), предприимчивость (19,3%), содействие и поддержка со стороны других людей (18,7%). Сумма процентов-в данном случае существенно превосходит 100, так как респонденты могли выбрать три-четыре показателя, характеризующие направленность их адаптационного поведения.

Если при анализе .адаптационных синдромов состояние здоровья (главным образом плохое) выступало как источник негативных по своему социально-психологическому характеру проблем, то в данном случае состояние здоровья (преимущественно хорошее, нормальное) первенствует в качестве основной ценности,, определяющей адаптационные установки Данного индивида. Важно, что вторым по значимости показателем в формировании и реализации активно-творческой ориентированности адаптационного поведения выступает трудолюбие, без • которого, в сущности, трудно, а порой и невозможно сформировать конструктивную адаптационную стратегию поведения личности, и социальной группы.

Несколько, неожиданным, вызывающим беспокойство оказался низкий ранг такого существенного показателя. Как содействие других людей, поддержка со стороны близких и друзей. Очень низкая квантификация этйго показателя, выражаемая цифрой в 18,7%, свидетельствует, что в чрезвычайных ситуациях крупномасштабной ядерной катастрофы сверхзадача индивидуальной выживаемости становится для многих людей столь важной, а помощь со стороны ближайшего социального окружения столь проблематичной, что существующая в обычных состояниях сплоченность людей перед лицом общей опасности существенно деформируется.

Высокую степень озабоченности вызывает также низкая оценка большинством обследованных в Чернобыльской зоне лиц такого показателя жизненного успеха, как предприимчивость. Тот факт, что его в качестве фактора успешной жизнедеятельности назвали менее одной пятой (19,2%) из общего количества респондентов, свидетельствует о широком распространении здесь

психологии иждивенчества, которая действует как мощная

негативная сила, резко интенсифицирующая дезадапта- ционные реакции у значительного количества людей, ощущающих себя жертвами ядерной катастрофы.'

Анализ проблем, в наибольшей степени беспокоящих жителей пострадавших от Чернобыльской катастрофы районов, вызывающих у них психологическое состояние повышенной тревожности, позволяет сделать умозаключение, что наиболее мощными стрессогенными факторами, снижающими адаптационный потенциал индивидов и групп в этих районах, являются четыре основных детерминанта. Их субординационный ряд (в порядке убывания значимости) выстраивается в такой последовательности:

1.         Нехватка денежных средств и связанное с этим резкое снижение жизненного уровня;

2.         Чувство утраты личной безопасности и неуверенность в будущем;

3.         Ощущение несправедливости социально-экономического устройства современного общества;

4.         Плохое состояние здоровья.

Перечисленные проблемы относятся к ситуативным и оказывают значительное деструктивное влияние на индивидуальную и групповую адаптацию.

Если проанализировать .складывающуюся под совокупным влиянием этих причнн адаптационную (чаще дезадаптационную) стратегию поведения, то становится очевидным, что первый и третий факторы повышенной тревожности обусловлены нарастающими кризисными явлениями в социально-экономическом развитии современного белорусского общества. Следовательно, они характерны для всех регионов Беларуси (это подтверждено многими социологическими исследованиями) и не относятся к числу специфически «чернобыльских». Зато два других непосредственно связаны с посткатастроф- ными процессами, возникшими вследствие аварии на Чернобыльской АЭС, и могут быть интерпретированы в качестве специфических детерминант дезадаптационного поведения в экстремальных условиях крупномасштабной ядерной катастрофы и вызванных ею долговременных негативных последствий.

Обобщая изложенное выше, можно сформулировать следующие выводы о сущности, содержании и своеобразии социально-психологических процессов, характеризу

ющих население, проживающее на территориях, пострадавших от Чернобыльской катастрофы.

Во-первых, социально-психологнческие состояния и степень индивидуальной и групповой адаптации (дезадаптации) в значительно большей степени зависят от социально-экономических, чем от экологических и радиологических факторов.

Во-вторых, астёничный тип реагирования на экстремальные ситуации в посткатастрофном обществе значительно превышает стеничный. Такая особенность проявляется в том, что значительная часть обследуемых лиц в районах радиоактивного загрязнения обладает отчетливо выраженной тенденцией к ипохондрическому, тревожному, пессимистическому и пассивно-безучастному типам поведения, вследствие чего наиболее типичными психологическими реакциями являются соматизация тревоги (бегство в болезнь), обесценивание потребностей (социально-психологическая апатия), реже — синдром безысходности.

В-третьих, с точки зрения успешности адаптивного поведения в этих районах характерны фиксация на дефицитах жизненно необходимых условий (экологически чистое питание, обеспеченность лекарствами, личная безопасность и т. п.) и слабая выраженность кооперативной ориентации адаптационных стратегий. Все это существенно осложняет и затрудняет формирование .и реализацию адаптивного поведения.

В-четвертых, настало время приступить к практическому формированию в радиоактивно загрязненных районах сети социально-психологических консультаций и центров социальной поддержки и социальнопсихологи- ческой реабилитации различных групп населения, пострадавших от Чернобыльской катастрофы, в первую очередь женщин-матерей, детей и подростков.

С учетом возрастающей необходимости оказания систематизированной социальной поддержки и организации социально-психологической реабилитации лиц, особенно женщин-матерей и детей, пострадавших от радиационного воздействия, целесообразно приступить к разработке и осуществлению долгосрочной подготовки социальных работников для работы среди населения на загрязненных территориях и в местах переселения.

В-пятых, опираясь на проведенное социологическое и социально-психологическое обследование, целесообразно начать работу по картографированию территории Беларуси, пострадавшей от Чернобыльской катастрофы: составлению социально-психологических карт по показателям социальной напряженности, тревожности, превалирования различных видов стресса, неудовлетворенности теми или иными социальными условиями, направленности и интенсивности социальных ожиданий и ценностных ориентации, особенностям дезадапташш различных групп населения.

В-шестых, на основании обобщения имеющихся в республике данных по результатам различных (радиобиологических, медицинских, социологических и т. п.) исследований ситуации, сложившейся в районах, пострадавших от: Чернобыльской катастрофы, целесообразно подготовить специальные программы и организовать информационно-просветительную работу для повышения уровня знаний специалистов различных сфер деятельности о воздействии радиационных факторов и способах социальной поддержки и социально-психологической реабилитации лиц, пострадавших от радиации.

 

СОДЕРЖАНИЕ:  Катастрофы: социологический анализ

 

Смотрите также:

 

Защита от радиации. Радиоактивное заражение местности...

В свою очередь в районе взрыва различают наветренную и подветренную стороны.
Радиоактивное загрязнение.

 

Радиоактивное загрязнение. Особенно опасно...

Источниками радиоактивного загрязнения местности являются выпавшие из облака ядерного взрыва на землю продукты деления ядерных боеприпасов...

 

...окружающей среды от загрязнения радиоактивными...

§ 5. Международно-правовая охрана окружающей среды от загрязнения радиоактивными отходами.

 

Под правовым режимом экологически неблагополучной...

Аналогичный принцип существует в отношении зон радиоактивного загрязнения.
• жители пострадавших районов не обеспечиваются в полном объеме чистыми...

 

ДЕЗАКТИВАЦИЯ (деконтаминация)— ...радиоактивных...

Основная задача Д.— снизить уровень загрязнения радиоактивными веществами до предельно допустимых величин.

 

Индивидуальная защита, химзащита. Дозиметры...

Дополнительный клапан Выдоха осторожно очищают от загрязнения пальцами без
Основными способами преодоления зон (районов) радиоактивного заражения...

 

Поражающие факторы ядерного взрыва. Внешняя картина...

Источниками радиоактивного загрязнения местности являются выпавшие из облака ядерного
ТУНГУССКИЙ ВЫВАЛ - ...аномальное место, район таинственного взрыва.

 

Защита населения от оружия массового...

Источниками радиоактивного загрязнения местности являются выпавшие из облака ядерного взрыва на землю продукты деления ядерных боеприпасов...

 

...лучей и излучений радиоактивных элементов

Об уровне опасности радиоактивного загрязнения окружающей среды судят по активности радиоизотопов.