Вся электронная библиотека >>>

 Катастрофы >>>

  

 

Катастрофы: социологический анализ


Раздел: Социология

   

Глава 2 ИНВАЙРОНМЕНТАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ ИССЛЕДОВАНИЯ ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЙ И КАТАСТРОФ

  

В научной среде, да и в общественном мнении, прочно утверждается убеждение, что большинство экстремальных ситуаций, технологических аварий и катастроф происходит на пересечении двух стихий, двух рядов закономерностей, управляющих двумя принципиально различными сферами, в которых .Протекает жизнедеятельность человека,— природной и социальной. Именно поэтому множатся попытки к созданию социально-экологических концепций экстремальных ситуаций, стремящихся осуществить междисциплинарный синтез социологического теоретизирования с естественнонаучными подходами исследования взаимодействия человека со средой его обитания, рассматриваемой в широком социокультурном контексте.

Одна из наиболее известных попыток принципиально нового истолкования причин, сущности и особенностей экстремальных ситуаций, в которых вое чаще оказываются человеческие сообщества на исходе XX века, предпринят поборниками так называемого «инвайронментального» направления в социологии, которые претендуют на создание принципиально новаторской, отличающейся от всех предшествующих социологических теорий и школ социологической парадигмы.

В июне 1992 г. на международном симпозиуме, посвященном выявлению современных тенденций в развитии инвайрон ментальной социологии, известный поборник этого научного направления Дж. Шелл заявил: «Ядро инвайронментальной проблемы заключается в ответе на вопрос: кто решает, что производить, сколько, где, как и для кого. Это включает в себя проблему добычи энергии, и это гораздо шире, чем проблема среды производства, являющаяся частью социальной экологии». Но, чтобы ответить на этот коренной вопрос, считает он, необходим ло существу революционный переворот в современном экологическом сознании, более того — в повседневной практической деятельности человека. «Необходима,— по его словам,— настоящая социальная революция, которая изменяет этические установки, систему ценностей и норм, лтобы преодолеть экологические опасности, перед лицом которых мы оказались. Или, как говорит Медоуз, нам нужна революция сознания. Римский клуб утверждает, что должна, произойти Первая Глобальная Революция. Должно произойти совпадение точек зрения» [5, 10J.

Итак, какое бы название назревшему перевороту в сознании н поведении мы ни избрали, ясно одно: необходимостью становится революция в, наших знаниях, научная революция, долженствующая завершиться созданием принципиально новой парадигмы в современных представлениях об окружающей природной и социальной среде, необходима инвайронментальная по своей сущности и направленности, по методам исследования среды парадигма.

Но возникновение новой парадигмы в любой сфере знания, в том числе и в социологии, согласно классической схеме Т. Куна, означает отрицание старой. Какую же парадигму отвергает социология окружающей среды, или, как ее называют на Западе, инвайронменталиотская социология, и какую утверждает?

Социологи из Вашингтонского университета Уильям Р. Кэттон и Райли Ю. Данлэп говорят, что чреватое экстремальными ситуациями бедственное экологическое состояние, в котором оказалось современное человечество, побуждает отбросить традиционную, более двух веков господствовавшую в социологии европоцентристскую «парадигму человеческой исключительности». Этой парадигмой, несмотря на доцольно существенные различия между собой, утверждают они, руководствуются до сих пор функционализм, символический интеракционизм, эт- нометодология и другие направления современной социологии. Основными постулатами, на которые опираются названные социологические доктрины в своих исследованиях, предстают четыре сентенции. 1. Человеческие существа являются уникальными социоприродными творениями, так как они обладают культурой. 2. Культура изменяется гораздо быстрее, чем биологические характеристики человека, поэтому именно ей принадлежит основная роль в социальном.-развитии индивидов н их общно- етей. 3. Поведение человека обусловлено в первую очередь Социальными, а не природными факторами. 4. Поскольку культура обладает свойством кумулятивности, общественный прогресс может продолжаться безгранично, что позволит все социальные проблемы рассматривать как принципиально разрешимые.

Все эти четыре постулата, считают поборники Социологии Окружающей среды, показали на протяжении XX века, особенно второй его половины, не только свою ограниченность, но и неспособность служить теоретической основой эмпирических социологических экспликаций. Это случилось потому, что их приверженцами не принято во внимание два важнейших фактора. Во-первых, они продолжают игнорировать зависимость общества от природной среды, а во-вторых, не уловили сущности наступившей в последние десятилетия новой эпохи ограниченных природных ресурсов, ^то и является в значительной мере причиной множества экстремальных ситуаций, в которых оказываются человеческие сообщества.

Опираясь на сформулированную Дж. Форрестером концепцию мировой динамики, базирующейся на теоретической модели, в которой взаимоувязаны население, капиталовложения (фонды), географическое пространство, природные ресурсы и производство продуктов питания, взаимодействие которых обусловливает динамику изменения в" мировой системе [6, 14], У. Кэттон и Р. Данлэп утверждают, что в основе новой социологической парадигмы должен находиться принципиально иной, чем прежде, подход к проблеме человека и его социально-природных взаимодействий. Эту основу составляет признание определяющей роли «инвайронменталистских детерминант», куда включаются различные типы окружающей среды от искусственной, «очеловеченной», до естественной. Основными допущениями новой, инвайронменталистской социологии, по их утверждению, служат следующие четыре сентенции, прямо противоположные тем, которыми руководствуются сторонники антропоцентризма: . Они таковы: 1. Хотя люди обладают исключительно им присущими характеристиками (культура, технология и др.), они. тем не менее — .только один из множества видов биосферы, формирующей нашу социальную жизнь. 2. Действие природы на общество приводит к непредсказуемым последствиям, независимым от сознательной человеческой деятельности. 3. Природные ресурсы планеты ограничены, а это накладывает определенные ограничения на человеческую Деятельность и общественный прогресс. 4. Хотя изобретательная деятельность людей увеличивает до некоторой степени несущую способность среды, все же экологические закономерности не утрачивают своей*обяза- дельности для человеческих сообществ [!1, 45—46].

При таком подходе все экологические изыскания, заботы и прогнозы должны неминуемо обретать ранее не употреблявшееся социологическое измерение. Но поскольку экологические катастрофы и бедствия затрагивают, как правило, судьбы не отдельных индивидов, а более или менее широких социальных общностей, постольку, по словам Б. Лондона, «экология является действительно социологической: ведь в ней акцент ставится на совокупностям а не на индивидуальном» [17, 497].

Чтобы определить меру и направленность воздействий окружающей среды на социальные общности и перспективы их развития, включая и возникновение-экстремальных ситуаций, необходимо четко структурировать в моделях взаимодействия человеческих сообществ со средой компонентный состав социальной общности. Исходной теоретической основой такого моделирования в инвайрон- менталистской социологии выступает сформулированное чикагской социологической школой представление об обществе как организме, как о «глубоко биологическом феномене», обладающем не только социальным, но и биологическим уровнем, который в конечном счете определяет тип социальной организации.

Один из крупнейших предшественников инвайронмен- талиэма, известный американский социолог Р. Парк считал необходимым дифференцировать два понятия: локальная территориальная общность (community) и общество (society). В первом типе социальной организации преобладают биотические варианты взаимосвязи между людьми, во втором — культурные, первый выступает, в качестве экологической базы, а второй — нравственной надстройки. В локальной общности основные устремления индивидов и их объединений ориентированы на удовлетворение собственных потребностей, естественных импудь-' сов, индивидуальных склонностей. В отличие от этого в обществе «естественные», экологические взаимоотношения взаимодействуют с отношениями социальными, то есть с моральными. Сами же социальные силы в концепции Р. Парка выступают как сублимированная форма выражения естественных, природных сил. чМы неизбежно ведем двойное существование,— пишет, Р. Парк.— Стремясь жить в соответствии с ролью, которую мы приняли и которую общество нам навязало, мы оказываемся В постоянном конфликте с самими собой. Вместо того, чтобы действовать просто и естественно, как ребёнок в соответствии с каждым природным импульсом, мы стремимся приспособиться к принятым моделям и воспринимать себя в соответствии с тем или иным социально принятым образцом» [23, 700—701).

Вот здесь-то и заключена основная причина конфликтов и иных экстремальных ситуаций, в которые вовлекаются люди. Таким образом, в данной концепции конфликт и связанные с ним экстремальные ситуации помещаются не в экологию и даже не в экономику, где действует конкуренция свободных индивидов, а в социальную сферу, в сферу господствующих в ней установок, обычаев, нравов и т. п.

Развивая идеи Р. Парка, последователи чикагской школы Р. Вирт и Р. Маккензн попытались переосмыслить социально-экологическую теорию в направлении усиления ее «социологизации». Причем сообщество понималось ими уже не как «организм», а как функциональная единица, способная к активному взаимодействию со средой, сама же среда, особенно Виртом, трактовалась преимущественно в качестве урбанизированной сущности. Напротив,. А. Холли в своей концепции «экологического комплекса», не отвергая значимости социальных факторов среды, акцентировал внимание на динамике ее приходных переменных.       ,

Проведённые в этом же ключе Г. Ф. Уайтом и есо сотрудниками исследования стихийных природных катастроф показали, что паводки и другие стихийные бедствия представляют собой не просто результат влияния на общество экстремальных природных условий, а сложный продукт взаимодействия естественных систем и процессов общественного регулирования {29, 16—28].

Отсюда следует, что успешное управление природными бедствиями в районах их распространения требует соединения знаний естественнонаучных и общественных дисциплин в дополнение к мерам изменения человеческого сознания и поведения, а. также осуществления специальных программ по защите от стихийных бедствий, включая разработку технологических средств для этого [10, 178—186].

Весь этот комплекс социально-экологических идей был воспринят сторонниками ннвайрояментализма, которые постарались придать своей концепции междисциплинарный характер, однако сприоритетным видением в качестве стержневых социологических способов описания и интерпретации изучаемых явлений и процессов. Эта концепция исходит из признания инвайронментальных переменных как релевантных (т. е. соотносящихся по смыслу) в понимании человеческой деятельности и социальных организаций. Вследствие этого различные явления, •характеризующие экологические экстремальные ситуации, например загрязнение окружающей среды, дефицит природных ресурсов, перенаселение, негативные последствия урбанизации, исчезновение некоторых видов животных н т. п., признаются как «социально значимые», поскольку обусловлены развитием человеческих сообществ, характером взаимодействия общества в динамике его развития с окружающей средой. Поэтому если все предшествовавшие социологические доктрины трактовали «среду» преимущественно как часть социального воздействия в «терминах значения, которое ей придавалось участниками взаимодействия», то в новой инвайронмеита- листской парадигме «среда» выступает как равноправная в социальном взаимодействии переменная. В ней мы имеем перемещение акцента в трактовке человеческой деятельности на обусловленность последней не только социальными и культурными факторами, но и Сложными взаимозависимостями в окружающей природной среде,, чем и порождается возникновение неожиданных, нередко- экстремальных последствий целесообразной человеческой деятельности.

Под этим углом зрения сторонниками инвайронментализма по-новому интерпретируется само понятие «среда». Кэттон и Данлэп выражают удовлетворение по по- воду того, что центральное понятие социальной экологии — экологический комплекс — способно обеспечить полезную перспективу для организации широкого круга феноменов, относящихся к инвайронментальной социологии. Однако этого, по их мнению, мало, поэтому необходимо осуществить теоретическую экспликацию двух комплексов: экологического (экосистемы) и социального [^социосистемы). Причем в составе социального комплекса необходимо различать не только организованные формы человеческих сообществ, но и «персональность» составляющих их индивидов. А это означает, что задача инвайронментализма заключаете? в изучении влияния на среду и взаимодействие в ней индивидов и социальных групп не только всего «социального комплекса», но и его отдельных компонентов, а также вариаций этих компонентов, осуществляемых в процессе социокультурного развития общества. Следовательно, изучаемые взаимозависимости могут прослеживаться как синхронно, так и диахронно.

Взаимодействие же синхронного и диахронного подходов в исследовании взаимодействия человеческих сообществ с окружающей средой дает возможность иметь более широкое и компетентное, как считают инвайронмен- талисты, истолкование самой среды. С их точки зрения, среда должна отныне рассматриваться в рамках континуума «естественное—искусственное». А такой подход предполагает выделение и анализ нескольких взаимосвязанных компонентов. Одним из нихг причем первичным, является «естественная среда» — дикая природа, водные ресурсы, полезные ископаемые и т. п. С ней соприкасается, более того, формируется и функционирует в ее пространстве «встроенная» (привнесенная человеком в свое природное окружение) искусственная среда, куда относятся жилища, производственные помещения, дороги, телеграфные столбы и т. п. Кроме того, существует «модифицированная» среда — преобразованный человеком ландшафт, искусственные водоемы, загрязненные воздух, вода, почвы и т. п. Наконец, существует и четвертый тип среды— «социальная», : которая подразумевает других лиц, группы, организации, сообщества, культуры или социальные связи, внешние по -отношению к изучаемым индивидам и их. группам.

Поддерживая такое членение окружающей 'человека среды на ее составные компоненты, Р. вал дер Вурф считает, что инвайронментальная социология как новая, интегральная в своей сущности научная дисциплина должна иметь объектом своего исследования «глобальную систему био-техно-социо-сферы» (7, 32}. Но поскольку это не просто инвайронментальная теория, а теория социологическая по своему сущёству и содержанию, постольку в центре ее внимания должны быть взаимодействия индивидов н их общностей с окружающей средой. Поэтому основой инвайронментальной социологии, по мнению английского социолога П. Диккенса, должна быть интегрирующая био-<психо-социальная теория [7, 34].

Но чтобы социальная теория'окружающей среды и места, а также роли в ней человека стала действующей, способной привести к практическим выводам, все основные, выше охарактеризованный компоненты среды должны рассматриваться не столько в их синхронном взаимодействии, сколько в диахронных видоизменениях^ Вследствие этого важное значение в инвайронментальной социологии приобретает процессуальный подход к изучаемым проблемам, позволяющий представить эволюцию обществ ва как его переход из «века изобилия» в век «пост-изо- билия», причем последний принимает все более отчетливые очертания века «экологического дефицита». Поэтому в структуре инвайронментальной социологической парадигмы важное значение приобретают два понятия: «несущая способность среды» и «экологический дефицит».

Первое из них представляет основную характеристику субстратной функции среды, способной поддерживать максимальную для данных условий массу (сумму) определенной формы жизни, жизнедеятельность которой данная среда способна поддерживать без существенных изменений. «Экологический дефицит» представляет собой ансамбль отдельных, но взаимосвязанных ограничений и пределов человеческой деятельности, результат перегрузки несущей способности среды, осознание определенных пределов экосистемы, ее подчиненности экологическим закономерностям, которые не могут быть полностью социально контролируемы. Незнание человеческими сообществами или отдельными индивидами пределов несущей способности среды, превышение в антропогенной деятельности этих пределов как раз и создает экологический дефицит, чреватый непредсказуемыми экстремальными ситуациями, нередко выходящими из рамок социального контроля.

Нарастающее рассогласование темпов экономического роста с темпами истощения природных ресурсов («экологическим дефицитом»), происходящее в результате безудержной и бесконтрольной экспансии технологических инноваций, как раз и приводит к нарастанию масштабов и разрушительной силы экстремальных ситуаций и катастроф. Такая тенденция развития общества неизбежно Приводит к конфликтной перспективе, три которой установление равновесия социальной системы с экологической системой становится проблематичным. В этих условиях, считают. Данлэп и Кэттон, возможны двоякого рода конфликты — конфликты классовые, именуемые в ийвай- ронментализме «синхронной конкуренцией», поскольку они возникают между современниками, и конфликты между настоящим и будущими поколениями за ограниченные ресурсы конечной экосистемы, выступающие как «днах- ронная конкуренция».

Неизбежным следствием ужесточения «экологического дефицита* и связанного' с этим увеличения численности и масштабности экстремальных ситуаций, потрясающих современное общество, считают инвайронменталисты, становятся «повышенное недоверие и подозрительность- конкуренция... нарушение установившегося порядка... Речь идет о том, что экологический дефицит ставит людей в угрожающее /положение, которое заставит их действовать по образцу «каждый за себя» или «спасайся кто может» [11,7, 11]. Трагичность создающегося положения, по их мнению, не может быть не только устранена, но, даже и смягчена посредством марксистского типа конфликтов классового характера, воплощающихся в социальных революциях и войнах, ибо столь катастрофические социальные явления не способны преодолеть «кризис ожидания» современных поколений людей, а тем более сформулировать новые социальные* нормы, обеспечивающие интересы будущих поколений («диахронная конкуренция») . Для выхода из создавшегося экологического тупика нужна не социальная революция, а «революция в умах». Такая революция, означающая коренную трансформацию сознания, -приводит к неизбежному выводу, что выхода Из сложившейся катастрофической экологической ситуации у человечества, ориентирующегося на традиционную систему ценностей, нет. И хотя столь необходимое человечеству новое сознание, 'перестраиваемое в соответствии с инвайронментальной парадигмой, не в состоянии предотвратить надвигающуюся катастрофу, оно должно способствовать тому, чтобы человечество встретило ее достойно, ибо «предвиденная катастрофа переносится более стойко, чем неожиданная» [11, 17J.

В этой сентенции перед Нами предстает экологизированный вариант «апокалипсического сознания», широко распространившегося в преддверии XXI века и нового тысячелетия в общественном мнении не только американка ского общества, но и многих европейских и азиатских стран, включая общества посттоталитарного типа, к которым относятся страны СНГ. Хотя новая парадигма общечеловеческого сознания, по мнению инвайронментали- стов, и не способна предотвратить надвигающуюся со- циоэкологическую катастрофу, она в случае принятия ее массовыми социальными движениями и практического воплощения ими ее основопол а га ющих^идей в жизнь способна резко снизить негативные 'последствия такой катастрофы. Речь идет об открывающихся перед человечеством возможностях двоякого рода. Первый вариант возможного решения стоящих перед человечеством проблем связан с дальнейшим наращиванием технологического инновационизма, не затрагивающего по существу социальных институтов. Второй, базирующийся на поиске гармонического взаимодействия человеческих сообществ с естественной, «встроенной», «модифицированной» и социальной средой, может и должен .привести к «глубоким сбциальным изменениям», под которыми инвайронмента- листы понимают «смену системы ценностей», «революцию в умах», способную в конечном итоге привести к формированию «устойчивого общества» — «steadystate society», представляющего собой тип социальной организации, в наибольшей степени совместимый с сохранением экосистемы [12, 178].

Такая направленность усилий инвайронменталистов приводит их к необходимости определения допустимых Пределов свободы действий индивидуумов и их общностей в случае возникновения опасности стихийного бедствия. Но, чтобы эти пределы были по возможности определены четко, необходима реальная, достоверная осведомленность об опасности и ее восприятии различными группами населения, включая и тех лиц из сферы управления, которые принимают ответственные управленческие решения [15, 278]. Только при наличии этих предпосылок можно ожидать успеха в действии создаваемых систем предсказания и предупреждения природных бедствий, а следовательно, и планирования экстремальных мер и реагирования на них различных групп населения, без учета которого вряд ли возможно добиться эффективного воздействия на возникающие экстремальные ситуации.

Учитывая возможность такой перспективы, авторы «новой ннвайронментальной парадигмы» У. Кэттон, Р. Данлэп, Б. Лондон и др. стремятся сблизить свои теоретические конструкции с альтернативными движениями, в первую очередь с .широко распространившимся в последние 15—20 лет движением «зеленых». В теоретическом плане они близки сторонникам движения «зеленых», поскольку последние занимают сходные с ними позиции в оценке места человека в биосфере. Так, один из ведущих идеологов движения «зеленых» в Германии И. Хубер заявляет: «Мы являемся лишь одним из !многих живых миров и ступеней эволюции и мы должны включаться в это целое, если не хотим повредить ему, а тем самым и себе» [16,60].

И. Хубер очень близок к инвайронменталистам и своими взглядами в оценках возможностей создания альтернативных технологий. «Создать экологическое общество,— пишет он,— значит не устранить индустриальное Общество, а создать экологически конформную индустрию». Предпосылку такого решения он усматривает в развитии новейшей технологии — микроэлектроники, биотехнологии, светотехники и т. п., которые высокопроизводительны, экономны в расходовании сырья и энергии, почти не нарушают экологического равновесия [16, 53].

В плане практическом инвайронменталисты сближа-' ются со сторонниками альтернативных движений экологического направления, поскольку последние обосновывают свои позиции ссылками на материалы эмпирических социологических исследований. Особенно привлекают'их внимание такие социологические опросы, которые показывают, что в индустриально развитых странах неуклонно повышается доля тех граждан, которые выражают обеспокоенность в связи с резким возрастанием масштабов и численности экологических экстремальных ситуаций. К числу таких, например, относится проведенное в ФРГ шестикратное обследование, в ходе которого выяснено, что начиная с 1970 г. число тех, кто полагает, что жизнь под воздействием технизации «вымирает», возросло с 8 до 17%; тех, кто убежден, что «жить становится все опаснее, поскольку часть природы вымирает», увеличилось с 31 до 51%: зато число оптимистов, уповающих на адаптацию («человек и природа приспосабливаются. к опасности»), снижается с 35 до 22%, равно как снижается и" число беззаботных («так уж плохо не будет») — с 19 до 8% [26,58] .

Такого рода исследования подвергаются сторонниками инвайронментализма теоретическим экспликациям,

основная направленность которых — теоретическое осмысление влияний окружающей среды на различные человеческие общности, а также определение воздействий, оказываемых обществом, на'среду: С этих позиций они •стремятся осуществить структурно-компонентный анализ как самого общества, так и окружающей среды.

Согласно представлениям Ф. Дотсона, включаемым в структуру инвайронментальной социологии, существуют три аналитически различимых компонента общества как специфической социальной организации — социальный, культурный и индивидуальный. Основной из них — социальная система —представляет-собой активный про: цесс взаимодействия между людьми и группами людей, который определяется «уникальностью данной ситуации взаимодействия и не сводим к абстрактным идеям». Содержание культурного компонента составляют общепринятые символы, идеи, нормы поведения. Характерно, что социокультурные аспекты социальной интеграции — объединения людей в различные сообщества, согласно данной концепции, «не могут быть полностью понятны вне экологической перспективы» [17, 400]. Поэтому необходимо рассматривать социокультурные процессы через призму или, но крайней мере, с учетом позиций и оценок, содержащихся в социологии окружающей среды.

Такой подход позволяет рассматривать процессы взаимодействия человеческих популяций со средой не только в социальных, экологических, но и в социокультурных измерениях. Человеческие взаимодействия, согласно точке зрения инвайронменталистов, базируются на символических коммуникациях, представляющих собой феномен культурного характера. С одной стороны, символическое взаимодействие позволяет индивидам идентифицировать себя с определенной социальной группой, а с другой — групповые значения становятся культурной нормой, которая руководит поведением индивидов. . К тому же следует иметь в виду, что взаимодействие в группах создает определенную культурную гомогенность, тогда как взаимодействие между группами формирует культурную гетерогенность. Вступая в сложные взаимозависимости^ •социальной и личностной системами социальной организации, динамическая в своей сущности социокультурная система создает предпосылки для теоретического синтеза, который, по словам Б. Лондона, соответствует «синтетической природе экологии» [17,504].

С позиций новоявленного экологического синтетизма поборники инвайронментализма подвергают критике сложившиеся в современной техногенной цивилизации связи и взаимоотношения между различными областями жизни человеческого общества как искусственные, оторванные от природы и нередко противоположные ей, и предлагают их переориентацию на более органичную к тесную связь с природой. В основе такой переориентации, утверждают они, должен лежать принцип биорегионализма, то есть представление о биорегионе как области, определяемой не административно-политическими границами (границами города, штата, страны), а естественными/биологическими и геологическими особенностями, дающими возможность представить дацную территорию как некое природное и целостное единство. Биорегиональный подход, то их мнению, дает возможность согласовать организацию жизни общества с ритмами жизни окружающей среды. На месте оторванных от природы национально-этнических, государственных и иных политически организованных сообществ, часто конфликтующих друг с другом, искомая «мозаика биорегиональных сообществ» должна создать условия для соответствующего природе «равновесия космополитического плюрализма и углубленного локального сознания» [27, 30].

В противовес основной тенденции современного технизированного общества гомогенезировать граждан посредством приобщения к массовой культуре, игнорирующей различия между людьми и усиливающей в них чувства одиночества и отчуждения, инвайронменталисты утверждают, что именно экологически ориентированное биорегиональное социальное устройство поможет людям не только сохранить, но и развить, обогатить свои культурные ценности, верования, вкусы, традиции, оставаясь самими собой. Для этого необходимо архетипом социальной структуры и социокультурного развития общества сделать семью, «повысив тем самым престиж женщины и на деле уравнять ее в правах с мужчиной». Локализация социальных отношений в пределах биорегиональной специфики территории даст возможность противостоять авторитарным устремлениям, порождаемым экспансией промышленного производства, и прийти к «федерации локальных общин», где сущностью человеческих отношений, человеческой натуры станет не дух соперничества и индивидуализма, а «стремление к единству с себе подобивымн и вообще со всем живым в природе» [27, 86, 96-1

Таким образом, инвайронментйлистская синтетическая парадигма претендует на многомерный охват теоретическими экспликациями всех сторон взаимосвязи индивиг дов, их малых групп (прежде всего семьи) и более широких социальных общностей со всем многообразием компонентов и факторов окружающей природной и искусственно созданной человеком среды. Вполне естественно поэтому, что сторонники данного направления дают чрезвычайно широкое толкование самому термину «инвайрон- ментализм». С их точки зрения, он должен интерпретироваться как принципиально новая всеобъемлющая система мышления, экологизированные понятия и концептуальные представления которого должны быть трансформированы. в политические нормативы, что позволит не только смягчить экологические трудности, но и окажет огромное позитивное влияние на развитие человечества. Они утверждают, что их концептуальные установки и принципы — не дань кратковременной моде или сиюминутным интересам, ибо «инвайронментализм защищает интересы еще не рожденных поколений, стремясь к сохранению и будущему комфортному существованию всех видов» [22,8].

Столь широковещательный интегративный подход завершается призывом к конструированию новой, синтетической по существу, мировоззренческо-культурно-деятель- ностной системы, которую ее поборники называют «эко- софией». Отвечая на вопрос, что же представляет собой «экософия», профессор университета Виктория (Канада) А. Дренгсон утверждает, что под данным термином понимается целостная и синтетическая социально-философская доктрина, основанная на признании абсолютной ценности всего живого и предусматривающая «глубокую экологическую трансформацию мышления и действия». Овладев этой целостной мировоззренческой доктриной, человечество избавится от глубоко укоренившегося в людях технократизма и вознесет каждую индивидуальность до уровня планетарной личности. «Экософия,— пишет он,— это универсальная теория, универсальная практика и универсальная сила, реализуемая в повседневной жизни.... Путь к экософии как гармонии со всеми созданиями природы и Вселенной лежит через любовь» [12, 194—195]..

Давая общую оценку критической ситуации, порожденной неконтролируемым вмешательством все более мощных технологий в мировую динамику экосферы и сопровождаемой все более высокими уровнями экологического риска, А.. Дренгсон отмечает, что проблемы, с которыми приходится сталкиваться эдософни,— это «чисто человеческие проблемы, поскольку природа сама по себе совершенна и не создает проблем». И если многие пытаются искать пути спасения от нарастающих рисков или, iio крайней мере, ограничения их воздействия на человека в технико-технологических возможностях смягчения катастрофических последствий новых промышленных и транспортных систем, то, с точки зрения ДренГсона, приоритетное значение в этом принадлежит изменению «культурологической основы общества». «Я убежден,— пишет он,— что ликвидация- так называемого экологического кризиса должна включать в первую очередь трансформацию нас самих, а уж затем — общественной н технологической практики. Решение этих проблем невозможно не только без анализа их корней и структурных источников, но также и без коренного изменения практики, которое должно начаться на уровне каждого, отдельного человека и расходиться концентрическими кругами, вовлекая все большие и большие части общества в экологическую трансформацию мышления н действий» (12, 5]. Однако такая трансформация отнюдь не должна, привести к отказу от новых технологий, как предлагают некоторые наиболее активные' поборники алармизма. Исключить технологический .рост из нащей культуры, считает Дренгсон, было бы не только нежелательным, но и практически невозможным. Поэтому в поисках возможностей снижения степени экологического и технологического риска, подстерегающего человека, необходимо, по его мнению, не отказываться от технологических нововведений, а изучать, анализировать, какие экстремальные экологические ситуации и кризисы возникают или могут возникнуть в случае их применения. Причем этот анализ должен быТь проведен не только с точки зрения биологических, технических, экологических аспектов проблем, но прежде всего в широком социальном и социокультурном контексте. Вот здесь-то и может сказать свое решающее слово эко- софня как новая, экологически ориентированная система взглядов, оценок и действий, способная уменьшить масш-. табы угрожающей человечеству глобальной экологической катастрофы и снизить уровень ее возможных негативных последствий.

Эта общая ннвайронменталистская установка реализуется в двух основных- направлениях. Первое из них составляет социологическое изучение различных мер защиты от чрезвычайных ситуаций —эвакуация из потенциально опасных в экологическом смысле районов, создание защитных сооружений, разработка и осуществление мер по спасению людей, когда катастрофа - уже произошла. Второе направление включает в себя социологический анализ общественного мнения по проблемам реальных масштабов и восприятия риска от возможной экологической катастрофы. Прикладная направленность таких исследований приводит к чисто практическому результату — созданию карт риска природных катастроф на территории той или иной страны. При создании таких карт обычно учитывается, что природные факторы, вызывающие стихийные бедствия и способствующие возникновению экологических катастроф, имеют различные происхождение, степень остроты, масштабность, периодичность я интенсивность воздействия на человеческие сообщества, проживающие на данной территории.

Однако учет воздействие экологических факторов на человеческие сообщества; инвайронменталистами не представляет собой самодовлеющую величину, а дополняется исследован нем социальных факторов, включаемых в детерминантную цепь, вызывающую экологические бедствия.

Одно из'основных направлений таких исследований заключается в доказательстве того, что экологические катастрофы имеют в большинстве случаев антропогенную подоснову — перенапряжение природно-ресурсиого потенциала в результате кризисов нерационального хозяйства, то есть имеют эколого-социально-экономический характер.

В последнее время в инвайронменталистскйх кругах все активнее обсуждается проблема экологических прав и преступлений, поэтому один из известных представителей инвайронметодологии Б. ван Стенбергек (Нидерланды) считает необходимым, чтобы социология ввела в свой научный оборот категории экологических прав н глобального экологического гражданства. Причем права трактуются в данном случае в предельно широком кон? тексте: не только применительно к отдельной личности или различным социальным сообществам, но и применительно к природе. Ван Стенбергек утверждает, что «историческая миссия инвайройментальных движений состоит не только в сохранении природы для блага человечества, но и в защите прав природы как таковой»- [7, 33].

И дело здесь не ограничивается просто теоретическими экспликациями; под проблему экологических прав* пытаются подвести прочную юридическую базу. Так, участг ники состоявшегося в апреле 1992 г. в Лугаммере (Германия) международного семинара по политике уголовного права в деле защиты природы и окружающей среды в Европейской перспективе констатировали необходиг мость принятия «эффективных контрмер на национальных, сверхнациональных и международном уровнях» для защиты окружающей среды как целого, так и ее составных частей. При этом имеется в внду, что а) существу-, ющий ущерб, наносимый окружающей среде, будет уменьшен или ликвидирован, включая реставрацию; б) вред будет предотвращен; в) риски будут сведены к минимуму. Чтобы добиться такого положения дел, существенно отличающегося от ныне существующего, .ставится задача использовать целый ряд средств, направленных на уменьшение давления на окружающую среду, начиная с публичного участия и вплоть до применения санкций.

Но учитывая трансграничный, по существу глобальный, характер экологических проблем, с 'которыми сталкивается современное общество, а также нарастающее количество «преступлений против окружающей среды», один из участников этого семинара X. Г. Нильсон подчеркнул, что «необходимо или унифицировать европейские стандарты в этой области, или же сделать нх сопоставимыми» [20, 110]. Такого рода стандарты должны, по мнению Ф. Джампиетро, исходить из трех главных видов экологических преступлений: 1. Профессионально совершённые действия, оказывающие непосредственное и немедленное воздействие на окружающую среду в обыкновенной обстановке. 2. Профессионально совершенные действия, знаменующие собой риск возникновения релевантного и специфического воздействия на окружающую природу: 3. Действия, конкретно подвергающие окружающую среду катастрофе или наносящие ущерб, который можно определить как катастрофу для окружающей среды [20, 156].

В этих правоведческих конкретизациях вырисовываются новые грани возможной интеграции инвайронмен- тальной социологии с уголовным и другими разделами права, чем существенно расширяется арсенал синтетического, целостного, многомерного подхода к процессу глобализации экологических опасностей, с которыми приходится .сталкиваться современной постиндустриальной цивилизации, настоятельно требующей более органичной включенности человека и общества в окружающий природный мир.

С учетом сказанного представляется возможным сделать общий вывод о социальной значимости инвайронментализма в изучении экологических катастроф и определении мер по их предупреждению и (или) смягчению их негативных последствий. Значимость инвайронменталист- ской социоэкологической парадигмы в конечном счете и предопределяется тем фактом, что она, во-первых, пре- дупреждает человеческие общности об угрожающей им катастрофе, возникающей на пересечении игнорируемых ими лриродных и социальных закономерностей, а во-вторых, тем, что морально и духовно готовит людей к реалистическому восприятию экстремальных ситуаций, с которыми им приходится сталкиваться, мобилизуя тем самым их знания, энергию, практические действия на предотвращение и ослабление разрушительных последствий различного рода катастрофных и посткатастрофных процессов.

 

СОДЕРЖАНИЕ:  Катастрофы: социологический анализ

 

Смотрите также:

 

...человека в критических и экстремальных ситуациях....

Поведение человека в критических и экстремальных ситуациях. Особо нужно остановиться на поведении человека в
Человек, переживший утрату близкого человека, обвиняет во всем себя и прокручивает в голове бесчисленные варианты...

 

Циклическая парадигма истории. Циклическая парадигма...

Циклическая парадигма истории впервые получила классическое выражение в
Единственный достойный выход из трагической ситуации — это мужество мудреца
Термины «цивилизация» и «культура» появились в исторических исследованиях...

 

Природа и физиология информационной экологии человека

Таким образом, снижение психической работоспособности можно объяснить наличием “разлитого возбуждения” в экстремальной ситуации.
- Ликвидация и предупреждение техногенных, экологических и др. катастроф

 

Тунгусский метеорит и время: 101-Я ГИПОТЕЗА ТАЙНЫ ВЕКА

Исследования действительно подтвердили его искусственное происхождение
Проследить последовательность смены парадигм достаточно тяжело, и здесь всех
Говорят, у каждой аварии и катастрофы есть конкретные имена, отчества и фамилии.

 

Последние добавления:

 

Выделка шкурок   ТАНАИС