лучшие книги от издательства ЦЕНТРПОЛИГРАФ
РЕКОМЕНДУЕМ: лучшие книги от издательства ЦЕНТРПОЛИГРАФ>>>

  

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

    


Леонид ШепелевТитулы, мундиры и ордена Российской империи


Леонид Ефимович Шепелев

 

 

Ранги и титулы чиновников гражданских ведомств

XVIII в.— первая четверть XIX в.

 

В гражданской службе, в отличие от военной, введение Табели о рангах вызвало многие сложности. Незадолго перед появлением Табели система гражданских государственных учреждений была реформирована и значительно расширена. «Приказы» заменялись коллегиями, подконтрольными Сенату. Реорганизовывалась система местных органов власти. Понадобилось заместить множество новых должностей. Требования Табели относительно постепенности в выслуге рангов оказались невыполнимыми, в связи с этим в одном из «пунктов» к Табели разъяснялось: «Понеже статские чины (в данном случае — должности. — Л. Ш.) прежде не были распоряжены, и для того почитай никто или зело мало чтоб кто надлежащим порядком снизу свой чин верхний заслужил из дворян, а нужда ныне необходимая требует и в вышние чины, того ради брать, кто годен будет, хотя б оный и никакого чина не имел. Но понеже сие в рангах будет оскорбительно воинским людям... того ради, кто в который чин и возведен будет, то ему ранг заслужить летами, как следует». Для дворян выслуга устанавливалась по соответствию с воинскими чинами (по три года в каждом низшем ранге). Одновременно предписывалось «впредь на ваканции не со стороны хватать, но порядком как в воинских чинах производится», то есть из числа служащих того же учреждения. Для подготовки молодых людей к гражданской службе при коллегиях предусматривалось иметь некоторое количество юнкеров.

Анализ последующей практики чинопроизводства в России привел дореволюционного исследователя истории гражданских чинов В. А. Евреинова к выводу о том, что следствием «значительного количества гражданских должностей» становилось «более частое открытие вакансий, и по самому характеру этих самых должностей, требующих известных познаний и способностей, лица даровитые могли быстро продвигаться по иерархической служебной лестнице и, начав одновременно службу с лицами, поступившими в войска, должны были повышаться в рангах и пользоваться особыми преимуществами несравненно скорее, чем их военные сверстники». Однако ясно, что это явление не могло быть массовым, а касалось лишь наиболее способных и настойчивых гражданских служащих. Для основной массы чиновников препятствием к продвижению по должностной лестнице явилось то, что число низших должностей значительно превышало число высших. В качестве средства поощрения службы, имитирующего действительную карьеру, стало все шире применяться производство в следующий чин (ранг) без повышения в должности. Последующее (после принятия Табели о рангах) законодательство XVIII и самого начала XIX в., помимо решения вопроса о правомерности и условиях производства в чины отдельно от повышения в должностях, пыталось определить порядок производства в первый классный чин (XIV класс) лиц недворянского происхождения, иначе говоря, порядок их вступления на гражданскую службу, а также уточняло ранг отдельных гражданских чинов и устанавливало единые общие наименования их в каждом из классов.

Указом Петра I от 7 мая 1724 г. предписывалось «тайных советников чин повысить в третий класс, а на то место учинить чин статских действительных советников. Да в пятый класс прибавить статских советников чин».

 

Позднее так стали называться чины IV и V классов. Но названным указом, как мы полагаем, устанавливались не названия чинов, а новые гражданские почетные звания по образцу принятых в Пруссии (советник — Rath). Указ императрицы Елизаветы Петровны Сенату от 23 июня 1745 г. узаконил общие названия для VI, VII и VIII классов гражданской службы (коллежский советник, надворный советник и коллежский асессор), перевел чин надворного советника из VIII класса в VII и подтвердил обязательность последовательной выслуги в каждом чине, даже если должностей соответствующего класса не существовало.

После некоторых колебаний с 13 сентября 1767 г. предписывалось, «чтоб тем, которые не могут поступить по новым чинам на порозжие ваканции, остаться в прежних местах и с прежним жалованием, какое ныне получают». 16 декабря 1790 г. Екатерина II подписала указ Сенату «О правилах производства в статские чины», который фактически подводил итог предшествующему законодательству в этой области. Получение низшего классного чина могло иметь место только при назначении на должность. Для тех, кто уже имел чин XIV класса, устанавливались два пути продвижения вверх по лестнице чинов (вне зависимости от наличия вакансий): награждение чином за особые заслуги и выслуга определенного числа лет в предыдущем чине. Относительно второго пути в указе говорилось: «...к одобрению людей достойных и способных, и дабы не заградить таковым пути к преимущественному пред прочими возвышению. .. давать чины тем из удостоенных, кто не менее трех лет в одном чине действительно служит, разумея до VIII класса». Для перевода в чин VIII класса (дававший потомственное дворянство) из предыдущего не дворянам требовалось служить не три года, а 12 лет.

20 апреля 1797 г. указ Павла I «О наблюдении, при избрании чиновников к должностям, старшинства мест и чинов» еще раз не только подтверждал право, дававшееся чином на занятие должности вообще, но и определял прямое соответствие этого права старшинству чинопроизводства. А указ от 9 декабря 1799 г. устанавливал сроки выслуги в чинах от IX до V классов (4, 5, 6 и 4 года). Имелось в виду, что пожалование в более высокие чины производится вообще вне правил, по личному усмотрению императора. Снова предусматривалась возможность чинопроизводства за особые заслуги.

Постановления Екатерины II и Павла I, закрепившие, в частности, возможность производства в следующий чин при условии простой выслуги лет, окончательно превратили получение очередного гражданского чина в право государственных служащих, на реализацию которого они могли претендовать (если не находились под следствием и не были опорочены по суду). Лишь получение чина вне положенного срока за особые заслуги делало его наградой. На практике же в связи с новым расширением в начале XIX в. государственного аппарата и недостатком подходящих кандидатов для замещения вакантных должностей Сенат назначал на должности лиц с чином меньшего класса, чем класс должности, с одновременным повышением класса их чина до класса должности. Этой практике положил конец указ от 2 июня 1808 г., предписывавший «впредь ни в каком случае Сенату самому собою не производить никого в чины прежде выслуги узаконенных лет». Вместе с тем подтверждалось требование представлять ходатайства о награждении чинами за особые заслуги на усмотрение самого императора.

С возникновением собственно гражданских чинов, то есть отделением их от должностей в самостоятельную правовую категорию, усилилась потребность в единых наименованиях этих чинов — в общих обозначениях классов гражданской службы. Первоначально (в «пунктах» к Табели о рангах и последующем законодательстве о чинах) стали использоваться наименования военных чинов как уже вполне установившиеся. Однако вводить их в широкое употребление не представлялось возможным, хотя гражданские чиновники очень стремились к этому, поскольку военная служба пользовалась большим почетом, чем гражданская, и свою роль играло желание чиновников приравнять себя к офицерам. В течение XVIII в. правительству приходилось неоднократно издавать указы, запрещавшие штатским служащим именоваться военными чинами. Но притягательность последних оказалась столь велика, что даже при Николае I офицеры, перешедшие в гражданскую службу, продолжали именоваться своими прежними чинами. Предпочтение отдавали военным чинам и в конце XIX в., когда, по свидетельству современников, «многие чины высшей гражданской иерархии» велели «прислуге называть себя генералами».

Формирование номенклатуры гражданских чинов пошло по двум направлениям. Прежде всего классы чинов стали называть значившимися в них наименованиями званий, не связанных со службой в каком-то конкретном учреждении и не предполагавших исполнения определенных обязанностей (разного рода советники). Затем, наоборот, за другими классами чинов закрепились названия наиболее известных и постоянно существовавших должностей: коллежского советника, коллежского асессора, коллежского секретаря и т. д. Юридически эти наименования окончательно закрепились упоминавшимся законом 1790 г.

В результате к началу XIX в. номенклатура гражданских чинов приобрела такой вид (табл. 8):

 

Таблица 8

 

Класс

Чины

I

Канцлер; действительный тайный советник

II

Действительный тайный советник

III

Тайный советник

IV

Действительный статский советник

V

Статский советник

VI

Коллежский советник; военный советник

VII

Надворный советник

VIII

Коллежский асессор

IX

Титулярный советник

X

Коллежский секретарь

XI

Корабельный секретарь

XII

Губернский секретарь

XIII

Провинциальный секретарь

XIV

Коллежский регистратор

 

Двойное наименование высшего гражданского чина и некоторые особенности его пожалования определялись Следующим. Чин канцлера или государственного канцлера мыслился как уникальный, предназначенный для первого должностного лица в иерархии гражданской службы. Всего в России чин канцлера имели 11 человек. Первым в 1709 г. его получил граф Г. И. Головкин, а последним в 1867 г. — князь А. М. Горчаков. Чаще всего чин канцлера давался министрам иностранных дел. Если министр обладал чином II класса, он мог именоваться вице-канцлером. В середине XIX в. имела место ситуация, когда чин канцлера некоторое время сохранял бывший министр иностранных дел (граф К. В. Нессельроде), а новый министр (князь А. М. Горчаков) его еще не получил. В 1830-х гг. князь В. П. Кочубей, будучи председателем Государственного совета и Комитета министров, пользовался чином канцлер по внутреннему управлению. Но уже в конце XVIII в. возникла необходимость пожалования в чин I класса лиц, которые в силу своего служебного положения никак не могли именоваться канцлерами. Тогда и получило начало употребление другого наименования чина — действительный тайный советник I класса. Слово «действительный» означало настоящий, полный и указывало на высшую степень одного из двух одноименных чинов. Число лиц, имевших этот чин до 1917 г., не намного превышало десяток. Известно, что чином действительного тайного советника I класса в конце XVIII в. обладали граф Н. И. Панин, светлейший князь П. В. Лопухин, князь Александр Куракин. В середине XIX в. этот чин имел князь А. Н. Голицын, в 1906 г. его получил граф Д. М. Сольский, а в 1916 г. —И. Л. ГЪремыкин.

Чин VI класса первоначально именовался советник в коллегии. Второе название (военный советник) появилось в 1797 г. для обозначения гражданских чиновников, служивших в учреждениях военного ведомства. Слово «титулярный» в названии чина IX класса близко по значению к слову «номинальный» (не действительный). Согласно Табели о рангах чин IX класса мог даваться «профессорам при Академии» и «докторам всяких факультетов, которые в службе обретаются». Отнесение российских ученых к столь низкому рангу вызвало критические замечания М. В. Ломоносова. Одной из причин недостаточной привлекательности в России ученых званий он считал невозможность получить вместе с ними высшие чины, «между тем как за границей» ученые, «хотя большей частью не принадлежат к дворянству, производятся в статские и тайные советники. И для того дворяне охотнее детей своих отдают в кадетский корпус. А если бы ранги были расположены (благоприятнее для ученых. — Л. Ш.), то дворяне возымели бы охоту не менее к наукам, как и военному искусству» *. Чин корабельный секретарь (XI класс) первоначально значился среди военно-морских чинов. Чин провинциальный секретарь был введен исключительно для военных XII класса (например, подпоручиков армии), вышедших в отставку и перешедших на гражданскую службу. К концу XVIII в. чиныXI иXIII классов фактически перестали употребляться (чинопроизводство осуществлялось из коллежских регистраторов сразу в губернские секретари, а затем в коллежские секретари), и общее количество классов гражданских чинов сократилось до 12, что было законодательно закреплено в 1811 и 1834 гг.

В самом конце царствования Павла I (указ от 3 августа 1800 г.) делается попытка вообще отказаться от специальных наименований гражданских чинов, заменив их указанием должности и класса чина (например, обер-секретаръ VII класса). Чины, однако, уже столь прочно вошли в служебный быт и названия их стали настолько широко употребляемыми, что новшество вызвало недовольство служащих и от него через год отказались.

Указом Александра I от 1 августа 1801 г. предписывалось, чтобы «все места наполняемы были чиновниками самых тех классов, в коих места сии по штатам положены». Вместе с тем разрешалось «по уважению способностей и в нужных случаях определять на оные и таких, |соих чины и несовершенно классу мест соответствуют; i ю чтоб изъятие сие из общего правила не простиралось ни выше, ни ниже одного чина». Подтверждалось существование обязательного срока нахождения в каждом чине, без выслуги которого очередной чин не мог быть получен.

Изданием чинопроизводственных правил 1801 г. завершилось в основном структурирование системы гражданского чинопроизводства в России.

Некоторые особенности гражданской службы как бы усугубили роль в ней чинов и чинопроизводства. Прежде всего должно иметь в виду, что гражданское чиновничество в наибольшей мере комплектовалось за счет недворянских элементов. Правительство усматривало опасность такой практики. Именно поэтому в гражданской службе практическое значение получало регулирование состава чиновников. Система гражданского чинопроизводства в решающей степени определяла состав бюрократии, а та вследствие причастности к власти могла влиять на деятельность правительственного аппарата, а иногда и на правительственную политику. Поскольку в гражданской службе, в отличие от военной, производство в чины не лимитировалось количеством вакансий, число лиц в относительно высоких чинах могло быть произвольно большим. Из-за чего при открытии вакансий на более высокие должности обычно претендовало несколько кандидатов, имевших соответственные чины. Преимущественным правом на должность обладал старший в чине, а при равенстве чина — старший по времени производства в него. Естественно, что в подобных условиях внимание к формальностям чинопроизводства было повышенным и, так сказать, болезненным. Значение чина на гражданской службе усиливалось и тем, что чиновники обретали потомственное дворянство лишь в ходе службы, в результате чинопроизводства. Наконец, гражданские чиновники низших и средних классов менее других имели доступ ко двору. Тем большее значение для них приобретало достижение тех классов, которые сообщали им это столь желанное право. Поскольку гражданские чины приобретались главным образом выслугой лет, получение их становилось почти автоматическим. Считалось, что этим обеспечивалась известная независимость обладателя чина от его непосредственного начальства. Существовало даже убеждение, что чиновники, находившиеся на противоположных концах служебной лестницы, — суть одинаковые слуги царя, равно им поставленные.

В начале XIX в. значение проблемы гражданского чинопроизводства возросло вследствие новой реформы центральных государственных учреждений, заменявшей коллегии министерствами. Ставилась задача повышения уровня государственного управления вообще.

В этой связи на одно из главных мест выдвинулся вопрос об общей и специальной образовательной подготовке чиновников. Решение его намечал указ Александра I Сенату от 6 августа 1809 г. «О правилах производства в чины по гражданской службе и об испытаниях в науках для производства в коллежские асессоры и статские советники» (первый штаб-офицерский и первый генеральский чины). Вдохновителем и автором указа стал известный государственный деятель того времени М. М. Сперанский. В указе говорилось:

 

«В Правилах народного просвещения, в 24 день генваря 1803 года изданных, постановлено было: "Чтоб ни в какой губернии, спустя 5 лет по устроении в округе, к которому она принадлежит, на основании общих правил училищной части, не определять к гражданской должности, требующей юридических и других познаний, людей не окончивших учения в общественном или частном училище.

 

Разум сего постановления состоял в том, чтобы разным частям гражданской службы доставить способных и учением образованных чиновников; чтоб трудам и успехам в науках открыть путь к деятельности, предпочтению и наградам, с службою сопряженным.

Предполагаемо было, что все свободные состояния, и особенно сословие дворянское, с поревнованием воспользуются открытием университетов, гимназий и училищ в округах, губерниях и уездах, с знатным иждивением казны и с нарочитыми пожертвованиями самого дворянства устроенных, и везде уже большей частью существующих, и что отечественные сии установления предпочтены будут способам учения иностранным, недостаточным и ненадежным. Но из ежегодных отчетов Министерства просвещения и сведений, к нам доходящих, с сожалением мы видим, что предположения сии доселе не восприяли еще своего действия. Исключая университеты Дерптский и Виленский, все прочие учебные заведения, в течение сего времени открытые, по малому числу учащихся, не соразмерны способам их учреждения. К вящему прискорбию нашему, мы видим, что дворянство, обыкшее примером своим предшествовать всем другим состояниям, в сем полезном учреждении менее других приемлет участия.

Между тем все части государственного служения требуют сведущих исполнителей, и чем далее отлагаемо будет твердое и отечественное образование юношества, тем недостаток впоследствии будет ощутительнее.

Восходя к причинам столь важного неудобства, мы находим между прочим, что главным поводом к оному есть удобность достигать чинов не заслугами и отличными познаниями, но одним пребыванием и счисление лет службою.

В отвращение сего, дабы положить наконец преграду исканиям чинов без заслуг, а истинным заслугам дать новое свидетельство нашего уважения, признали мы нужным постановить следующее:

1. С издания сего указа никто не будет произведен в чин коллежского асессора, хотя бы и выслужил положенное число лет в титулярных советниках, если сверх отличных одобрений своего начальства, не предъявит свидетельство от одного из состоящих в империи университетов, что он обучался в оном с успехом наукам, гражданской службе свойственным, или что представ на испытание, заслужил на оном одобрение в своем знании. Порядок и образ сих испытаний имеет быть немедленно определен и обнародован от Главного училищ управления.

2.         Порядок производства в чины до коллежских асес

соров оставляется на прежнем основании.

3.         Те, кои до издания сего указа произведены были

и ныне состоят в чине коллежского асессора, могут быть

производимы до статских советников на прежнем осно

вании, но не иначе, как когда с полною выслугою лет

соединены будут самые достоверные свидетельства об

отличном усердии и делах, особенное одобрение заслу

живших. Простое исполнение должности ни в каком слу

чае, хотя бы оно и далее положенных простиралось, не

дает права на производства...

5.         В статские советники никто не может быть произ

веден по одним летам службы. К производству сему по

требно совокупное представление следующих удостове

рений: 1) свидетельство о том, что представляемый чи

новник, по крайней мере, 10 лет продолжал службу с

ревностью и усердием. 2) Что в числе разных должно

стей, по крайней мере, два года был он действительно в

каком-либо месте советником, прокурором, правителем

канцелярии или начальником какой-либо положенной

по штату экспедиции. 3) Сверх сего он должен предста

вить аттестат университета об успешном учении или

испытании его в науках, гражданской службе свойствен

ных. 4) Должен представить одобрение начальства, в

коем он служит, изображающее именно, какие он ока

зал отличные заслуги.

6.         В преграждение того, чтоб чины, при отставке да

ваемы, не были предлогом к неправильному их дости

жению при обратном в службу вступлении, постанов

ляется, чтоб чиновники, получившие следующие чины

при отставке, принимаемы были паки в службе не ина-

че, как теми самыми чинами, какие имели они до отставки"».

Специально оговаривалось (§ 9), что «чины гражданские, в ведомстве обеих военных коллегий и подведомственных им мест, также при полках и разных военных командах служащие, подходят под вышеначертанный порядок; переход же чинов военных за ранами и болезнями в гражданскую службу и определение к должностям полицмейстеров, городничих и тому подобных, остается на прежнем положении; но представление их к производству в чины 8-классные должно быть сообразно 3 статье сего указа, и всегда на самых достоверных свидетельствах об отличном усердии и делах, особенное одобрение начальника заслуживших».

Для чиновников медицинской службы и горных существовали особенные правила чинопроизводства.

В заключение (§11) устанавливалось, что «с введением в действие» указа от 6 августа 1809 г. «Постановление об определении к штатным местам чиновников не выше и не ниже одного класса, само собой уже отменяется».

Столь крутая мера вызвала и в целом, и в деталях неблагоприятный отклик современников. В частности, подверглась осуждению программа экзаменов. Одним из выступивших с критикой ее стал известный историк Н. М. Карамзин. Он представил записку, в которой не без юмора, хотя и не совсем по существу дела, писал: «Отныне никто не должен быть производим ни в статские советники, ни в асессоры без свидетельства о своей учености. Доселе в самых просвещенных государствах требовалось от чиновников только необходимое для их звания: науки инженерной — от инженера, законоведения — от судьи и проч. У нас же председатель гражданской палаты обязан знать Гомера и Феокрита, секретарь сенатский — свойства оксигена и всех газов, вице-губернатор — пифагорову фигуру, надзиратель в доме сумасшедших — римское право, или умрут коллежскими и титулярными советниками. Ни сорокалетняя деятельность государственная, ни важные заслуги не освобождают от долга узнать вещи, совсем для нас чуждые и бесполезные. Никогда любовь к наукам не производила действия столь несогласного с их целью...»

Указ 1809 г. не стал достаточным стимулом для повышения образовательного уровня чиновничества. К тому же в скором времени возникла необходимость делать исключения из установленных правил ввиду того, что министры жаловались на затруднения в замещении должностей, и каждый из них стремился доказать, что в работе его министерства опыт для служащих имеет преимущественное значение перед общим образованием. Предоставление разрешений не соблюдать предписанный указом порядок применительно к отдельным категориям чиновников и целым ведомствам приняло в результате столь широкий характер, что уже через три года после издания закона соблюдение его требований стало исключением.

10 апреля 1812 г. по указанию Александра I создается особый комитет из четырех министров, на который было возложено «составление общих по всем частям гражданской службы правил, для какого рода службы, каких именно наук познание нужно, дабы, определив то, подвергать при производстве в чины экзамену, с сим сообразному». В связи с Отечественной войной 1812 г. составление таких правил затянулось до 1814 г. С этого времени начинается период нескончаемых обсуждений в правительственных верхах вопроса о самой целесообразности сохранения гражданских чинов и о реорганизации их системы и порядка чинопроизводства.

 

Следующая страница >>>