Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

  

ОЧЕРКИ ПРАВОСЛАВНОЙ  АНТРОПОЛОГИИ 

О ПРОИСХОЖДЕНИИ  ЧЕЛОВЕКА,

ПЕРВОРОДНОМ ГРЕХЕ И

ИСКУССТВЕННОМ ЗАРОЖДЕНИИ


Петр Владимирович Добросельский

 

 

Глава 8. К вопросу о безгрешности Иисуса Христа

 

 

Безгрешность Спасителя понимается как отсутствие у Него, по человеческому естеству, последствий первородного греха, за исключением безукоризненных (естественных, беспорочных) немощей (страстей)[1] при рождении, а также отсутствие личных грехов и внутренних искушений[2].

Отметим, что зачатие человеческого естества Иисуса Христа имеет две характерные  особенности:                                                                                                          

· зачатие произошло при отсутствии (без) чувственной похоти и мужского семени[3];

· при зачатии человеческому естеству Иисуса Христа не передались укоризненные страсти, являющиеся следствием первородного греха и переходящие на всех людей, независимо от способа их зарождения.

Поскольку, до определенного времени, как это указывалось выше, единственным способом размножения людей являлось естественное зачатие, необходимо связанное с похотью и семенем, то было вполне логичным считать, что приведенные особенности соотносятся между собой как причина и следствие. Однако, поскольку с развитием биомедицинских технологий появилась принципиальная возможность как беспохотливого семенного, так и беспохотливого бессеменного зарождения человека, данное мнение, как неоднократно отмечалось выше, необходимо пересмотреть.

В связи с этим, отсутствие укоризненных страстей в человеческом естестве Иисуса Христа объясняется не собственно отсутствием похоти и отцовского семени при зачатии, а чудесным воплощением Сына Божьего от Святого Духа и Девы Марии, включающем отсутствие (не требующем наличия) отцовского семени.

Иными словами, воплощение (то есть образование человеческого естества) Сына Божия, как сказано в Символе веры, произошло «от Духа Свята и Марии Девы», то есть от плоти Девы Марии, преобразованной Духом Святым. Поэтому, с одной стороны, человеческое естество Иисуса Христа обладало, от плоти Богородицы, безукоризненными немощами, а с другой — у Него отсутствовали, от воздействия Святого Духа, укоризненные страсти.

  

Следующая страница >>> 

 



[1] «Естественные страсти наши были во Христе, без всякого сомнения, и сообразно с естеством, и превыше естества. Ибо сообразно с естеством они возбуждались в Нем тогда, когда Он позволял плоти испытать то, что ей было свойственно; а превыше естества потому, что в Господе то, что было естественно, не предшествовало Его воле, ибо в Нем не созерцается ничего вынужденного, но все — как добровольное. Ибо Он алкал, желая — жаждал, желая — боялся, желая — умер» (38: 258).

   «Эти страсти восприняты Богом Словом в Своем человеческом естестве не по необходимости (в силу безгрешного рождения), не как наказание за грех прародителей, а по экономии, с целью совершения добровольных страданий», — говорит преподобный Максим Исповедник (цит. по 47: 117).

[2] «В объяснение такой всецелой, безусловной безгрешности Христа Спасителя учители Церкви указывали на то, что естество человеческое в нем не отдельно существует, а ипостасно соединено с естеством Божеским» (22: 78).

   «Ибо один и тот же был и Богом и человеком; посему Он имел желание естественное, простое, одинаково созерцаемое во всех лицах человеческих, но мнения, то есть того, что могло быть предметом Его желания, противного Божественной Его воле и иного по сравнению с его Божеским желанием, Его святая душа не имела... В Господе же нашем Иисусе Христе, так как природы — различны, то различны и естественные желания Его Божества и Его человечества, или способности желания. А так как едина Ипостась и един Желающий, то един также и предмет желания или едино возникающее из мысли желание, так как человеческая Его воля, разумеется, следует Божественной Его воле и желает того, чего Божественная воля желала, чтоб она хотела» (38: 171, 172).

[3] «И сказал Ей Ангел: не бойся, Мария, ибо Ты обрела благодать у Бога; и вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя: Иисус… Мария же сказала Ангелу: как будет это, когда Я мужа не знаю? Ангел сказал Ей в ответ: Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим» (Лк. 1: 30, 34, 35).

   «Рождество от бессеменного зачатия неизъяснимо, Плод безмужной матери нетленен…» (Великий канон святого Андрея Критского, читаемый в понедельник первой седмицы Великого поста. Песнь 9).

   «О, Мати Господа Творца нашего! Ты корень девства и неувядающий цвет чистоты и целомудрия…» (Молитва ко Пресвятой Богородице пред иконою ЕЕ, именуемой «Неувядаемый Цвет»).