ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ

§ 7. Проблемы государства и права в документах "Заговора во имя равенства" 

 

Переворот 9 термидора (27 июля 1794 г.) положил конец якобинскому террору. Вскоре были отменены законы якобинской диктатуры, ограничивавшие цены на товары и размер заработной платы ("максимумы"). Якобинцы, уцелевшие после переворота, под разными предлогами изгонялись из Конвента, а депутаты жирондистов возвращались в Конвент. В 1795 г. была принята новая Конституция, упразднявшая не только аппарат якобинской диктатуры, но и ряд демократических завоеваний предшествующего периода революции, вводившая имущественный ценз, ценз оседлости, ряд возрастных цензов. По Конституции 1795 г. исполнительную власть осуществляла Директория (из пяти человек).

Отмена якобинских "максимумов" и других мер, сдерживавших развитие торговли и промышленности, привела к бурному развитию капиталистических отношений. Коммерческий ажиотаж и спекуляция резко ухудшили положение трудящихся; правительство (Исполнительная директория) жестоко подавляло выступления народных масс, требовавших "хлеба и Конституции 1793 года".

В марте 1796 г. Бабёф, Марешаль и другие революционеры создали "Тайную директорию общественного спасения" для продолжения революции и установления подлинного равенства (впоследствии общество называлось "Повстанческий комитет общественного спасения"). Общество создавало и распространяло революционные и демократические сочинения, стремилось объединить силы народа с силами армии. Были составлены документы, определявшие конечную цель революции, способы достижения этой цели, а также разработаны меры, подлежащие немедленному осуществлению в момент восстания. В мае того же года заговор был раскрыт; Бабёф и Дартэ были осуждены к смерти и казнены, другие участники заговора приговорены к ссылке: "Влачите жизнь, полную несчастий, вдали от родины, в знойном и убийственном климате".

Признанным руководителем и теоретиком тайного общества был Гракх Бабёф (1760—1797). Его авторитет был настолько высок, что участников заговора часто называют бабувистами, а разработанную ими доктрину — бабувизмом. Программным документом общества стал "Анализ доктрины Бабёфа, народного трибуна, преследуемого Исполнительной директорией за то, что он высказывает правду".

Бабёф и его единомышленники писали, что богачи завладели государством "и в роли хозяев диктуют тиранические законы бедняку, скованному нуждой, униженному невежеством и обманутому религией". Бабувисты ясно выражали мысль, что при сохранении частной собственности "для множества людей пользование их при вами будет оставаться почти иллюзорным", поэтому равенство перед законом является "условным равенством", "красивой и бесплодной фикцией закона".

Бабёф, поначалу одобривший свержение Робеспьера, прекращение террора и роспуск Якобинского клуба, вскоре изменил свои взгляды. Под влиянием опыта якобинской диктатуры бабувисты разработали план революционного правительства, необходимого на период искоренения частной собственности, организации общества на основе подлинного равенства и общественной собственности. Началом этого периода будет свержение Исполнительной директории.

Бабувисты предполагали начать восстание в Париже, откуда революционное движение "легко сообщилось бы демократическим элементам во всей республике". В день восстания должен был быть учрежден Национальный конвент, состоящий из революционеров.

Сразу же будут приняты меры для облегчения положения трудящихся (бесплатная раздача хлеба народу, обеспечение его продовольствием, вселение неимущих в дома врагов революции, безвозмездное возвращение народу заложенных в ломбарде вещей и т.п.). "Существовало убеждение, — писал Буонаротти (участник заговора), — что пыл пролетариев, единственной подлинной опоры равенства, возрастет вдвое, когда они с самого начала восстания увидят осуществление множество раз откладывающихся мероприятий, которые должны облегчить их участь".

Должны были быть приняты законодательные меры против богачей. Все лица, не занятые полезным трудом, объявляются "иностранцами". Они не пользуются политическими правами; под страхом смертной казни им будет запрещено иметь оружие; революционное правительство может отправлять "иностранцев" в места исправительного труда.

"Богачи, не желающие отказаться от своего избытка в пользу неимущих, являются врагами народа". Народ организуется как военная сила; все, занятые полезным трудом, получат оружие; народные собрания, состоящие из вооруженных трудящихся, проводят в жизнь законодательные акты Конвента.

Одновременно должны были осуществляться меры, направленные на постепенное искоренение частной собственности. К ним относятся: упразднение права наследования; отмена денег; взимание налогов натурой, причем общий размер налогов ежегодно увеличивается вдвое, а их сумма распределяется в прогрессивном порядке; запрет частной торговли с другими народами и т.д. Эти меры в совокупности с политическими ограничениями богачей должны "сделать золото более обременительным, нежели песок и камни".

В самом начале революции будет создана Большая национальная община, организованная на коммунистических началах. Ей предается имущество национальное, общинное, конфискованное у врагов революции; собственность общины постоянно возрастает за счет имущества вступающих в нее граждан. Национальная община является наследником всех собственников. В общину принимаются все желающие, в нее зачисляется молодежь. Национальная община организуется как форма единого в масштабах страны, централизованного и регулируемого государством народного хозяйства. Бабувисты подчеркивали качественно новые задачи государства, основанного на общественной собственности: "Руководство сельским хозяйством и полезными ремеслами — одна из главных функций суверенной власти".

В результате законодательных мер переходного периода частная собственность постепенно (в течение жизни одного поколения, поскольку право наследования отменяется) будет заменена общинной собственностью; все станут членами Большой национальной общины. Достижение строя общности, или полного равенства, приведет к всесторонней демократизации государства, даст "возможность народу стать на деле сувереном..." Большинству бабувистов демократическое государство представлялось необходимой формой общества, основанного на общей собственности. Однако некоторые члены тайного общества высказывали иные взгляды на государство и право будущего.

Один из членов Повстанческого комитета Сильвен Марешаль (см. § 5) вообще был против управления и власти в будущем обществе. Весной 1796 г. Марешаль вступил в Тайную директорию. Ему было поручено составить "Манифест равных".

Составленный Марешалем документ во многом соответствовал убеждениям членов тайного общества, которое, однако, не приняло его в качестве программного, так как не одобрило двух содержащихся в "Манифесте" положений: "Пусть погибнут, если это необходимо, все искусства, только бы для нас осталось подлинное равенство" и "пусть исчезнет, наконец, возмутительное деление на управляющих и управляемых".

По первому из этих положений дискуссия продолжалась; второе было по существу отвергнуто. В будущем обществе предполагалось сохранить государство и конституцию.

По плану бабувистов достижение строя общности даст возможность осуществить Конституцию 1793 г., принятую в период якобинской диктатуры.

Конституция 1793 г. была действительно шагом вперед к подлинному равенству, писали бабувисты, — так близко к нему еще никогда не подходили. Поэтому грядущая революция, отменив законодательные акты термидорианской реакции, должна восстановить ее действие: целью восстания является восстановление Конституции 1793 г., свободы, равенства и всеобщего счастья.

Стремясь представить свои планы как последовательное и естественное продолжение революционных и демократических идеи якобинства, бабувисты в то же время резко осуждали содержащиеся в якобинской Конституции положения о частной собственности как о естественном неотъемлемом праве человека; были подготовлены и другие уточнения в текст Конституции, направленные на ее демократизацию и согласование с принципами коммунистического строя.

Как предполагали бабувисты, при строе общности "искусство регулирования общественных дел настолько упростится, что скоро станет доступным для всех". "Вследствие несложности управления будет устранено множество чиновников, отнятых у сельского хозяйства и у полезных ремесел". "Искусство управления, которое столкновение множества противоречивых интересов делает столь трудным, сводится вследствие строя общности к вычислению, которое под силу самым неспособным нашим торговцам".

Активную роль в управлении делами общества будут играть народные собрания. Бабувистами высказана мысль об участии в работе государственных органов, ведающих управлением хозяйством, представителей профессиональных объединений.

Бабёф и его единомышленники развивали традиционную для коммунизма мысль о простоте законодательства в будущем обществе. Все граждане в процессе обучения будут постигать "законы, чтобы благодаря их изучению каждый был осведомлен о своих обязанностях, приобрел способность занимать государственную должность и высказывать свое мнение по поводу государственных дел".

Теория Бабёфа и его единомышленников была наиболее детально разработанной концепцией коммунизма, основанного на государственном регулировании всех сторон общественной жизни. Производство, потребление, воспитание и обучение, общественная и личная жизнь граждан будущего общества должны были, по их мнению, тотально регламентироваться при помощи права и государства. Их представления о будущем строе во многом подсказаны идеями "Кодекса природы" Морелли. Мысль о вечности государства и права проистекала также из гиперболизации идеи равенства. Враждебность к частной собственности они доводили до отрицания ряда достижений культуры и цивилизации, требование материального равенства — до одинаковости людей, уравнения потребностей и талантов. Этим также обусловлены их представления о том, что будущее общество сможет существовать и функционировать только при помощи детальной правовой регламентации и строгого государственного надзора.

В проектах бабувистов выражено определенное недоверие к развитию наук и искусств, порождающих неравенство знаний. Бабувисты "опасались, как бы для людей, которые посвятят себя науке, действительные или предполагаемые познания не послужили основанием для отличий, превосходства и освобождения от общественного труда и как бы мнение, которое сложилось об их учености, питая их тщеславие, не толкнуло их в итоге на пагубные действия, направленные против прав простых и менее образованных людей, доверие которых будет ими обмануто при помощи лицемерного и опасного красноречия".

Существование и деятельность ученых людей тревожили бабувистов по нескольким основаниям.

Во-первых, несоизмеримость физического и умственного труда была, по их мнению, опасна для равенства. Боязнь, что люди умственных занятий способны посягнуть на равенство и права людей, занятых физическим трудом, была особенно резко выражена в "Манифесте плебеев", составленном Бабёфом и опубликованном в его газете "Народная трибуна" в конце 1795 г.

"Превосходство талантов и предприимчивости, — писал Бабёф, — является лишь химерой и благовидным обманом, который всегда служил заговорщикам в их кознях против равенства и счастья людей.

Нелепо и несправедливо притязать на большее вознаграждение тому, чья работа требует более высокого уровня умственного развития, большего прилежания и напряжения ума; это нисколько не увеличивает вместимости его желудка. ...Только люди умственных занятий дали столь высокую оценку произведениям своего мозга; можно не сомневаться, что если бы это зависело от людей физического труда, они установили бы, что заслуги рук не меньше, чем заслуги головы... Поскольку приобретенные знания являются общим достоянием, они должны в одинаковой мере распределяться между всеми.

Только в силу злонамеренности, предрассудков или по недомыслию можно оспаривать истину, что такое равное распределение знаний между всеми сделало бы людей почти равными по способностям и даже по талантам".

Участники заговора не восприняли безоговорочно эти идеи. Однако дискуссия об ученых и об искусствах (в связи с "Манифестом равных" Марешаля) продолжалась.

Во-вторых, основанием настороженного отношения бабувистов к лицам, занятым умственным трудом, было опасение, что в результате революции государственная власть может оказаться в руках не народа, а политических интриганов и проходимцев, стремящихся обмануть народ и использовать его в своих корыстных целях.

Повстанческий комитет опасался порабощения народа учеными людьми, монополистами знаний. Буонаротти писал: "Если — говорил Комитет — в государстве создастся класс, который один только будет сведущ в принципах социального искусства, в законах и управлении, то этот класс скоро найдет в своем умственном превосходстве и особенно в неосведомленности своих соотечественников секрет того, как создать для себя отличия и привилегии. Путем преувеличения важности оказываемых им услуг ему легко удастся заставить смотреть на себя как на необходимого отечеству покровителя. Прикрашивая свои дерзкие начинания предлогом общественного блага, этот класс будет все еще говорить о свободе и равенстве своим малопроницательным согражданам, уже подверженным тем более жестокому порабощению, что это порабощение будет казаться им законным и добровольным".

Бабёф и его единомышленники видели, что в период революции народ часто становился жертвой политических интриг, сдобренных солидной дозой демагогии. Конституционалисты, жирондисты, якобинцы, дантонисты, эбертисты своими заманчивыми лозунгами и красноречивыми обещаниями не раз увлекали за собой массы народа, добиваясь лишь своих эгоистических узкопартийных целей. Завывая об угнетении и нищете народа, они, добившись политических успехов, подвергали народ еще худшему гнету и обременению. Бабувисты понимали, что занятые тяжелым физическим трудом рабочие и крестьяне не имеют времени и возможностей разобраться в диалектических тонкостях речей, теорий и программ ученых людей и потому не могут отличить тех, кто действительно и искренне служит науке и народу, от демагогов и краснобаев, опасных и вредных для народных интересов.

"К бремени этих грустных размышлений, — писал Буонаротти, — присоединялось соображение относительно мнения Ж.-Ж. Руссо, который, как гласит история, говорил, что нравственность и свобода никогда не шли рука об руку с расцветом искусств и наук".

В "Наброске проекта декрета об управлении" говорилось, что преподавательский и научный труд не будет признаваться полезным трудом, если занимающиеся им лица не представят свидетельства о гражданстве, выданного в установленной форме.

Общеобязательным и полезным бабувисты признавали преимущественно физический труд. Предполагалось строго регламентировать образование, мебель, одежду, "чтобы так называемое изящество мебели и одежды уступило место деревенской простоте", пресекать "манию выставления напоказ своего остроумия и фабрикования книг".

Всем гражданам должен быть обеспечен "одинаковый и честный средний достаток", "умеренный и скромный достаток". "Граждане будут хорошо питаться, хорошо одеваться, усиленно развлекаться при отсутствии всякого неравенства, всякой роскоши". Не будет ни столицы, ни больших городов; все дома и мастерские будут построены по одинаковым планам; участие в общественных трапезах обязательно; будет запрещено все, что не может быть предоставлено каждому; подрастающее поколение воспитывается в строжайшей умеренности, в спартанском духе; многие стороны жизни граждан строго регламентируются государством; вводится религия равенства с догмой бессмертия души.

Идеи Бабёфа и других участников тайного общества, процесс бабувистов, а затем издание одним из участников заговора (Буонаротти) книги "Заговор во имя равенства, именуемый заговором Бабёфа" (1828 г.), содержащей историю тайной организации и ее важнейшие документы, оказали большое воздействие на развитие политической идеологии коллективизма и коммунизма XIX в.

 

К содержанию книги:  История политических и правовых учений

 



Смотрите также:

 

 Предмет теории государства и права. Наука – это теоретическое ...

Историко-правовые науки, к которым относятся история государства и права России, зарубежных стран, история политических и правовых учений. ...
www.bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-1/2.htm

 

 Наука имеет три основных объекта исследования: природу, общество и ...

б) историко-юридические науки (история права и государства, история политических и правовых учений);. в) науки, изучающие отдельные отрасли права (науки ...
www.bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-4/93.htm

 

 Предлагаемая книга посвящена современной теории государства и ...

Их учения подвергались критике и в лучшем случае были перенесены для критического освещения в проблематику истории политических и правовых учений. ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-2/1.htm

 

 Предмет теории государства и права. Место и функции теории ...

Общетеоретические и исторические науки. Сюда относятся теория и история государства и права, история политических и правовых учений, политология. ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-2/2.htm

 

Последние добавления:

 

История отечественного государства и права  История государства и права зарубежных стран  Теория государства и права