::

  

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


ИНДЕЙЦЫ  БЕЗ  ТОМАГАВКОВ


Милослав Стингл 

 

 

СИДЯЩИЙ БЫК И АПАЧИ

 

 

Итак, индейцы всей восточной половины нынешних США были изгнаны за Миссисипи. Хотя акт о переселении касался главным образом племен североамериканского юго-востока, изгнания не избежали также шауни, оттавы, делавары и многие другие племена. Тогда, в первой половине XIX века, граница Соединенных Штатов проходила, собственно, по Миссисипи. Но и за великой рекой простирались огромные территории, где индеец, как заверяли его столь многие договоры и столь многие правительства, был единственным и полновластным хозяином. Здесь тянулись безбрежные прерии, и теперь, после того как на востоке Северной Америки индейцев почти не осталось, здесь жила главная масса индейского населения Северной Америки (около 280 тысяч человек). Прерии являли собой также уникальную продовольственную кладовую Дальнего Запада — миллионные стада бизонов. И если среди индейцев были оптимисты, они могли утешать себя мыслью, что еще не все потеряно, что если они и утратили половину своей земли, то другая, западная половина дорогой их сердцу отчизны останется в их владении. Столько они получили обещаний, столько раз белые люди давали торжественные заверения... Позднее прославленный вождь североамериканских индейцев Сидящий Бык скажет американской правительственной комиссии: «... Белые люди не выполнили ни одного договора, заключенного с нами». Но тогда, в первой половине XIX века, многие индейцы еще не утратили веры. А между Миссисипи на востоке и Скалистыми горами на западе пока что лежала свободная индейская земля (за Скалистыми горами была Калифорния, и она тоже оказалась в руках завоевателей).

Первыми белыми людьми, двинувшимися за Миссисипи, были трапперы-авантюристы, богатевшие на торговле пушниной. А первой торговой компанией, которая в погоне за бизоньими и волчьими шкурами проникла в прерии, особенно в канадскую их часть, была известная Компания Гудзонова залива. Но поистине хищническое истребление оленей, бобров и прежде всего бизонов начинается в 30—40-х годах XIX века. Воротами для проникновения в прерии опять служит Миссисипи и резиденция Американской компании по торговле мехами — Сент-Луис.

Из Сент-Луиса трапперы на больших лодках добирались до верховий Миссури. И всюду завязывали торговлю с индейцами. Здесь, на Миссури, компания стала основывать новые торговые фактории—«форты», где за водку или оружие трапперы скупали у индейцев пушнину. Пока никто не покушался на монополию компании в торговле с индейцами, все было «о'кей». Но вот однажды на Миссури появились трапперы — агенты другой фирмы и привлекли на свою сторону несколько индейских племен, главным образом черноногих. Компания решила наказать «неверных» индейцев. В 1837 году на пароходе был отправлен в факторию Форт-Юнион человек, больной оспой, а предупрежденный управляющий факторией созвал в Форт-Юнион 500 лучших охотников из числа тех, кто сдавал пушнину конкурирующей компании. В фактории всем им ввели кровь оспенного больного, а затем управляющий распрощался с ними. За две недели все племя было заражено оспой. Сохранился рассказ управляющего факторией Форт-Маккензи, который посетил одну из деревень черноногих, чтобы выяснить, как действует инфекция. Вот что он увидел: среди вигвамов валялись сотни трупов. И лишь две еще оставшиеся в живых индианки пели погребальные песни. Компания таким способом не только отомстила черноногим, но сумела еще и нажиться на гибели своих жертв. Агенты компании сняли с покойников одежду, сшитую из отборных бизоньих шкур, и отправили ее в лавки фирмы, торговавшие в городах.

Компания, ее агенты и трапперы, а также индейцы, поставлявшие ей бизоньи шкуры, истребили примерно миллион бизонов. Цифра, несомненно, огромная. Но к 1850 году в прериях паслось еще до 50 миллионов бизонов. И они были истреблены уже во второй половине XIX века...

В 1862 году правительство американской Унии издает знаменитый Закон о заселении Запада: каждый, кто переселится за Миссисипи, слывшую до той поры The last frontier — «последней границей», получит от правительства США безвозмездно «160 акров хорошей земли в постоянную собственность». Да, земля была действительно хорошей. Только принадлежала она не правительству Унии, а индейцам, и никто не давал этому правительству права наделять индейской землей поселенцев. Так в конце концов и Миссисипи перестала быть «последней границей»! 160 акров земли... Безземельные белые с американского востока, тысячи и тысячи переселенцев из Европы переправляются через Миссисипи и в своих крытых фургонах едут осваивать Дальний Запад. Но у Far West и у 160 акров земли есть еще пока законный хозяин — индеец. И вот новый поселенец, сам, быть может, недавний полураб европейского феодала, помогает отвоевывать у индейцев Дальний Запад! Теперь должны заговорить ружья. Но перестрелять 280 тысяч: индейцев не так-то просто. Легче и главное безопаснее истребить бизонов, важнейший для' них источник пропитания. И завоеватели Дальнего Запада набрасываются на бизонов. Их в прериях пасется 50 миллионов. Значит, достаточно 50 миллионов выстрелов, и индеец умрет с голоду. Так началось поголовное истребление бизоньих стад то с определенным умыслом, то просто ради доллара за бизонью шкуру (мясо бизонов, миллионы и миллионы тонн мяса, было брошено на съедение птицам).

Некоторые охотники на бизонов надолго остались в памяти современников и даже потомков. Таков, например, человек, в самом прославленном прозвище которого фигурирует бизон, меткий стрелок, герой множества романов о Дальнем Западе, — Буффало ' Билл (настоящее его имя Уильям Коди). Один только этот Буффало Билл перестрелял десятки индейцев и убил — если верить легенде — более миллиона бизонов! А на что жил мужественный Буффало Билл потом, когда в прериях уже некого было убивать? У индейцев он отнял родину и пропитание, но и этого ему было мало, и он попытался отнять у них достоинство. Среди голодающих прерийных индейцев он выбрал несколько десятков особенно кровожадных на вид и потом разъезжал с ними по свету и давал представления... «Жестокие» индейцы нападали на добродетельных белых пионеров, кричали и вообще вели себя так, как об этом повествуют в «вестернах». Затем, в самый критический момент, появлялся божественный Буффало Билл, спасал колонистов «от скальпирования», прелестных колонисток «от насилия» и несколькими выстрелами разделывался со всеми «злыми» индейцами. Тут наступал конец комедии, индейцы изображали мертвых, а дамы рукоплескали полковнику Коди. С этим расистским пасквилем «мужественный» Буффало Билл ездил и по Европе.

Но вернемся к бизонам... Стада, ушедшие от выстрелов полковника Коди и ему подобных, не смогли уйти от другой беды. Потоки колонистов двигались на завоевание Дальнего, или Дикого, Запада Северной Америки в крытых повозках. Но разве мы не помним, какую роль в фильмах и романах о Дальнем Западе играет первая Тихоокеанская железная дорога? Ее строительство, несомненно, принадлежит к пионерской поре истории США и представляет собой достойную прелюдию к позднейшему гигантскому техническому развитию Соединенных Штатов. Но для индейцев, живших за Миссисипи, железная дорога была страшной угрозой. Законченная в 1869 году, Тихоокеанская дорога пересекла прерии и перевалила через Скалистые горы. Она не только разрезала прерии на две части. Бизоны тоже были разделены на два больших стада. Напомним: в 1840 году было 50 миллионов бизонов, в 1870-м, через год после окончания строительства Тихоокеанской дороги, к югу от нее не осталось ни одного бизона. А к 1900 году в прериях США осталось всего-навсего восемьдесят бизонов.

Большую часть земли отнял у индейцев предательский «Закон о предоставлении земли за Миссисипи». Но за великой рекой индейцам принадлежали десятки миллионов акров земли, поэтому часть ее закон оставлял пока «краснокожим». С годами, однако, появлялись все новые претенденты. И тогда федеральное правительство разыграло отвратительную грабительскую комедию, которой дало название «The run» — «бега». По всем Штатам было объявлено, что правительство решило конфисковать у индейцев еще одну часть свободной земли: «Всякий белый, гражданин Соединенных Штатов, если он пожелает получить участок, должен явиться 22 апреля 1899 года на заранее намеченную линию. В этот день в восемь часов утра будет дан сигнал к старту. Каждый участник «бегов» получит безвозмездно тот участок земли, которым он завладеет раньше других. Самые быстрые выиграют больше всех!» Задолго до рассвета в назначенный день на линии старта собрались тысячи белых авантюристов — кто верхом, кто в повозке. А с трибун правительственные чиновники и их прекрасные дамы, надменно улыбаясь, наблюдали за состязаниями, где победителей награждали землей индейцев. Стрелки на часах подошли к восьми, представитель американского правительства дал сигнал. Брички и всадники ринулись вперед. Каждый участник держал в руке лоскут белого полотна. Кто первым успевал положить свой лоскут на еще не занятую индейскую землю, становился ее владельцем. «Великое состязание» лишило индейцев последних акров свободной земли на значительной части их территории, лежавшей за Миссисипи. Но уже и до этого у индейцев прерий почти ничего не осталось. Разве что их личная свобода. Однако прежде, чем учредить резервации, нужно было расправиться с племенами, которые добровольно покориться не хотели. Официально войну прерийным индейцам, собственно, никогда не объявляли. Но в трагическое для североамериканских индейцев десятилетие (1860—1870) европейские колонизаторы осуществляли их физическое истребление. Негласным лозунгом их стало: «Полностью очистить Северную Америку от индейцев. ..»

План необъявленной войны на уничтожение проводится в жизнь. В 1864 году отряд майора Чайвингтона коварно напал на стоянку чейен-нов и перебил всех, кто там был. Солдаты Чайвингтона скальпировали даже детей и женщин. Через несколько лет на реке Уошит в результате нового коварного нападения, осуществленного по инициативе генерала Джорджа Армстронга Кастера, истребление чейеннов было довершено. Ка-стер приказал убивать не только индейцев, но и всех их лошадей.

Военные действия были не единственным методом истребления индейцев прерий. Неопровержимо доказано, что служащие факторий продавали индейцам одеяла, зараженные черной оспой. Немало индейцев свела в могилу и «огненная вода» — водка. Но проще всего было просто убивать.

Голод, эпидемии дотоле неизвестных болезней косили индейцев. Численность их таяла как мартовский снег. И тогда военные власти решили расправиться с самым сильным племенем прерий — с могущественными сиу, или дакотами. Их тоже много раз обманывало правительство. Сначала (в 1837 году) восточные дакоты были изгнаны за Миссисипи, и правительство Унии поселило их в Миннесоте. Потом их изгнали из Миннесоты в суровые Черные горы. Но, на несчастье дакотов, через несколько лет в Черных горах было обнаружено золото. И снова прозвучало: «Дакоты, убирайтесь прочь!» Изгнание индейцев дакота осуществлял все тот же пресловутый генерал Кастер, «герой» войны Севера против Юга.

Через несколько лет мы снова встречаемся с Кастером и его отборными войсками. 25 июня 1876 года. Солдаты Кастера собираются разграбить опустевшее дакотское селение на реке Литл-Биг-Хорн. Сопротивления они не ожидают — в селении не видно ни одного взрослого индейца, наверное, все на охоте... Солдаты предвкушают легкую добычу. Но не тут-то было. Из лесу внезапно появились индейские конники. Во главе их — военный предводитель племени дакота Сидящий Бык.

Сидящий Бык еще в юности прославился своим мужеством. И не только на охоте за бизонами, но и в боях с белыми завоевателями. Когда одно из племен сиу под руководством своего славного вождя Красного Облака начало войну против строительства железной дороги через их территорию, в ней принял участие и Сидящий Бык. Позднее он, как доблестный воин, был избран верховным военным вождем дакотов. И вот сейчас, на реке Литл-Биг-Хорн, Сидящий Бык должен был доказать, что по праву носит столь гордый титул. И он доказал. За час-другой отборное войско Кастера было уничтожено. Поплатился жизнью и сам генерал Кастер, а также семнадцать офицеров и несколько сот солдат. У реки Литл-Биг-Хорн Сидящий Бык одержал самую значительную победу за всю историю войн североамериканских индейцев против белых захватчиков. Но долго сопротивляться превосходящим силам федеральных войск немногочисленные и плохо вооруженные индейские отряды не могли. Большая часть дакотскпх воинов во главе с Сидящим Быком с боями прорвалась в Канаду, где они и поселились с разрешения британских властей. Другая часть племени дакота со своим вождем Бешеным Конем укрылась в горах, в районе Иелло-устона. Но голод и морозы в конце концов принудили индейцев принять условия «мира», которые навязывал им новый командующий американскими войсками полковник Миллз. И что же? Через несколько месяцев Миллз решает заключить Бешеного Коня в тюрьму. Вождь дакотов защищал свою свободу и был убит американскими солдатами.

Оставшиеся дакоты, так называемые минненкондж-дакота, со своим вождем Хромым Оленем долго еще вели партизанскую войну с захватчиками. Но в конце концов сопротивление их было подавлено, а тех, кто остался в живых, загнали в резервации.

Борьбу вели и мелкие индейские группы, небольшие отряды, иногда даже одиночки. Используя свое знание местности, совершая стремительные рейды, индейцы уничтожали захватчиков.

Такую борьбу вел тогда знаменитый Кинтпуаш, вождь немногочисленных модоков, самостоятельной ветви орегонского племени кламат, жившего на границе Орегона и Калифорнии. Американцы прозвали его Капитан Джек. Модоков было всего-то четыреста человек. Да и земли их не слишком привлекали в то время белых поселенцев. Тем не менее некий орего-нец Бен Райт пригласил модоков на переговоры, чтобы «обсудить разные важные вопросы». «Переговоры» были хорошо подготовлены. Как только невооруженные индейцы явились в назначенное место, Райт и его приятели набросились на них и почти всех перебили, спастись удалось лишь пятерым. Погиб тогда и отец Капитана Джека. Убийство требует отмщения. И Кинтпуаш вступил на тропу войны. Было это в 1856 году. С тех пор один или с двумя своими соратниками, которых американцы называли Черным Джимом и Бостонским Чарли, он бесчисленное множество раз вступал в стычки с захватчиками.

Против неуловимого и непобедимого Кинтпуаша, к которому присоединилось около сорока модоков, американцы в конце концов двинули целый армейский полк и несколько гаубичных батарей. За время длительного похода карательная экспедиция потеряла большую часть своего состава. И за все это время не был убит или схвачен ни один модок! Только после того, как Капитан Джек, Бостонский Чарли и Черный Джим убили американского генерала Кенби, одного из протестантских миссионеров, и тяжело ранили полковника Мисчена, их удалось схватить. 3 октября 1873 года в крепости Кламат (штат Орегон) все трое были повешены. Американский автор Бэнкрофт писал: «Мужественная борьба модоков за свою землю и свободу во многих отношениях самая примечательная страница в истории подвергшихся истреблению американских туземцев».

Смелая герилья модоков в наши дни почти забыта. Забыта и героическая история самого, пожалуй, храброго и мужественного из всех индейских племен Северной Америки — апачей. Апачи последними прекратили сопротивление. Они сражались за свою свободу еще много лет после того, как все индейцы прерий сложили оружие. Раз мы заговорили об апачах, нужно заметить, что сами они называют себя Н'Де, или Инде, что означает «люди». Название «апач» возникло от слова из языка зуньи «апачу» — «враг». По своей культуре апачи, так же как их соседи навахи, занимают промежуточное положение между индейцами прерий и группой племен североамериканского юго-запада — пуэбло. Навахам апачи близки и по языку. Оба племени составляют самую южную ветвь атапаскской языковой группы. Мы уже говорили, что племена, говорящие по-атапаскски, живут главным образом на крайнем севере Америки — в Канаде и на Аляске. Здесь, на морозном севере Америки, была прародина апачей и навахов.

В давние времена, задолго до появления первых европейцев, предки апачей и навахов покинули свой холодный край, двинулись на юг и достигли юго-запада нынешних США. Там с ними и встретились первые европейцы. Было это в 1540 году.

Апачи не хотели войны, но европейские пришельцы упорно стремились превратить их землю в свою колонию, и апачи стали оказывать сопротивление. У испанцев они научились только одному — искусству верховой езды.^А индейца в седле нелегко победить. Апачи, подобно мужественным чилийским арауканам в Южной Америке, сохраняли свободу на протяжении всего периода испанского колониализма. Но позднее, когда Мексика в результате неудачной войны 1846—1848 годов вынуждена была уступить Соединенным Штатам север своей страны — Аризону, Нью-Мексико и другие территории (ныне принадлежащие США), большинство апачей оказались под властью североамериканской Унии. Покорив все другие индейские племена Северной Америки, американцы попытались поставить на колени и последних свободных индейцев — апачей, которые в то время жили по обе стороны границы, в Мексике и США. Поначалу наибольшую ненависть апачи испытывали к мексиканцам. Когда мексиканское 'правительство усилило давление на них, одна из групп апачей, так называемые мим-бренъо, начала вооруженную борьбу. Возглавлял мимбреньо неуловимый апачский вождь Хуан Хосе.

Вначале мексиканцы намеревались одолеть апачей с помощью денег. Они объявили, что за скальп каждого апача-мужчины будут платить по сто долларов, за женский скальп — пятьдесят, за детский — двадцать пять. Нашлось немало негодяев, приносивших скальпы, но как было определить, с кого он снят? Деньги не помогли — поможет предательство. Власти мексиканского штата Чиуауа сговорились с североамериканским охотником Джеймсом Джонсоном. Джонсон поддерживал с апачами мирные отношения, прикидывался даже другом Хуана Хосе. С группой североамериканцев Джонсон отправился в апачские горы к непобедимому вождю. Гости преподнесли ему дары и удалились, «чтобы дать индейцам возможность осмотреть подарки». Сбежалась вся дружина Хосе. И тогда Джонсон выстрелил в апачей из полевого орудия, которое американцы принесли с собой в разобранном виде и установили в укрытии. Кого пощадил снаряд, с теми расправились добровольные каратели. До утра «друзья апачей» истребили четыреста индейцев. А Хуана Хосе, чтобы получить обещанное за него вознаграждение, Джонсон убил самолично.

Но за предательскую сделку, заключенную Джонсоном, американцам пришлось тяжко расплачиваться. С того самого 1855 года апачи вели войну не только против Мексики, но н против США. На место погибшего предводителя мимбреньо встал новый вождь, Мангас Колорадас. Свою месть апачи обратили сначала против американских охотников, которые, польстившись на доллары, убили Хуана Хосе и четыреста индейцев. Затем Мангас Колорадас обрушился на города Санта-Рита и Пинос-Альтос, ибо многие жители их превратились в охотников за апачскими скальпами. Мангас Колорадас ясно понимал, что, если малочисленные апачи хотят устоять против объединенных военных сил таких могущественных государств, как США и Мексика, они и сами должны объединиться. Осуществил он это объединение очень своеобразным способом. Когда-то, за много лет до того, во время рейда в штате Сонора, апачи Мангаса нашли в покинутой асьенде девушку-креолку исключительной красоты. Мангасу мексиканка так понравилась, что он взял ее в жены, несмотря на сопротивление других своих жен. И вот теперь Мангас Колорадас выдал своих дочерей от этого брака замуж за вождей других групп апачей: старшую — за вождя апачей Белых гор, вторую — за вождя так называемых мескалер-ских апачей и, наконец, третью — за верховного вождя навахов. Так Мангас родственными узами скрепил союз с основными группами апачей и с многочисленным соседним племенем навахов. К этому «единому индейскому фронту» присоединился позднее и вождь последней значительной группы апачей, так называемых апачей чирикауа, Кочис.

Война затянулась на годы. Неуловимые и непобедимые апачи чувствовали себя хозяевами на всей территории мексиканского севера, американских штатов Аризона и Нью-Мексико и прилегающих к ним районов соседних штатов. Они отлично знали местность, умели прочитать самый незаметный след, использовали для связи между собой сигналы и знаки, белым практически недоступные. Но у белых были и свои средства борьбы — деньги и предательство.

Округ Аризона, как тогда назывался этот ныне обширный и значительный штат, предлагал уже 250 долларов за скальп апача. Но пока Мангас Колорадас был жив, все усилия ни к чему не приводили. И снова был пущен в ход коварный обман. Апачский вождь был приглашен в лагерь якобы для переговоров. Мангас явился один. Без оружия. Но едва он вступил в круг солдат, как они накинулись на него и связали. Затем ему нанесли смертельную рану раскаленным штыком и прикончили несколькими пистолетными выстрелами. Так, подобно Хуану Хосе, в январе 1863 года стал жертвой предательства великий вождь апачей Мангас Колорадас. Сменивший его вождь Кочис продолжал борьбу. Только спустя восемь лет он согласился заключить мир с американцами.

Особенно умелыми земледельцами были индейцы из апачской группы вождя Эскименсина, осевшей в Кемп-Гранте. Мы помним, как фермеры Джорджии потеряли покой, увидев, что «тупоголовые краснокожие» научились вести хозяйство не хуже белых христиан и «суперменов». Хозяйственные успехи апачей, поселившихся в Кемп-Гранте, приводили также в ярость белых авантюристов из соседнего Таксона. Однажды вечером, когда мужчины племени были на охоте, белые напали на индейские поселения и убили всех апачских женщин и почти всех детей. Двадцать девять уцелевших детей «защитники белой цивилизации» увели с собой и продали в рабство куда-то в Латинскую Америку. Произошло это в 1871 году, через шесть лет после того, как в американской гражданской войне победили противники рабства!

А потом был нанесен последний удар. Этим ударом стал приказ: «Всех апачей — в резервации!» Новый командующий американскими войсками, ведущими военные действия против апачей, генерал Крук загоняет апачей, группу за группой, в предназначенные для них резервации. Однако Крук, которого апачи называли Серым Волком, выгодно отличался от других американских офицеров, воевавших с апачами. Он сочувствовал индейцам, понимал их нужды и, когда ему пришлось устраивать резервации, постарался создать в них по возможности благоприятные условия. Но, как обычно бывает в подобных случаях, он оказался неугоден и в 1875 году был отозван. Основанные Круком резервации были ликвидированы одна за другой. Апачам же была отведена новая территория — раскаленная пустыня Сан-Карлос в Аризоне. Замысел ясен: в пустыне индейцы перемрут от голода. Но апачи были из рода свободолюбивых и непокорных. В 1877 году, вскоре после того, как их загнали в пустыню, группа мимбреньо, возглавляемая Викторио — продолжателем дела Мангаса и его бывшим соратником, покинула резервацию. Викторио, а после смерти Викторио его помощник Нана стали карающим мечом апачей. Так началось легендарное, но, к сожалению, малоизвестное последнее сопротивление апачей, последняя их попытка с оружием в руках защитить свою землю от захватчиков.

Только один пример. Когда Нана исполнилось 80 лет, он вместе с 40 апачами предпринял «рейд» на север Мексики и юго-запад США. Три месяца отряд седовласого вождя кружил по двум государствам, истребил десятки врагов, захватил несколько сот лошадей и, не потеряв ни одного человека, вернулся в апачские горы.

В 1881 году из ненавистной резервации Сан-Карлос бежала еще одна небольшая группа апачей. Ее возглавлял вождь Гойатлай, более известный в американистской литературе под испанским именем Херонимо. Апачи Херонимо обосновались в Мексике, в горах Сьерра-Мадре, и оттуда совершали «рейды» по юго-западу Соединенных Штатов. Постепенно апачи очистили от американских солдат обширную часть этой территории. И тогда в Аризоне и Техасе снова вспомнили про Серого Волка — генерала Крука. Крук вновь пытается улучшить положение апачей в резервациях и вместе с тем готовит военные операции против тех, кто покинул резервации и обосновался в мексиканских горах. В 1883 году Крук вступил в Мексику и стал продвигаться к Сьерра-Мадре — главному оплоту апачей. У Крука было более 5 тысяч солдат регулярной армии, несколько мексиканских полков и сотни индейских следопытов. А всем им противостояло лишь несколько десятков апачей. И что же? Вооруженная до зубов армия Крука потеряла свыше тысячи солдат, между тем как Херонимо похоронил всего девять своих воинов!

Но в конце концов Херонпмо подчинился Круку и вернулся в резервацию.

Однако после ряда столкновений с белым управляющим апачи Херонимо совершают новый побег из резервации. На этот раз беглецов преследуют американские войска под командованием генерала Миллза. Все его попытки обнаружить и уничтожить апачей были безуспешны. Апачи как ветер проносились по Мексике и юго-западу США, и американские солдаты просто не в состоянии были их догнать. Последняя маленькая индейская боевая часть Северной Америки нередко разбивалась на еще более мелкие отряды, своего рода индейские «командос», которые совершали дерзкие набеги на врага. Известно об одном таком подвиге соратников Херонимо. Одиннадцать апачей — только одиннадцать! — как вихрь промчались по двум огромным штатам — Нью-Мексико и Аризона. Многократно вступая в стычки с американскими солдатами, они убили около сотни их, похитили триста лошадей, а сами при этом потеряли лишь одного воина!

Впрочем, мексиканские американисты сообщают о еще более невероятном случае. Мексиканцы ранили выстрелом одного из апачей Херонимо, проезжавших через какое-то поселение. Восемьдесят мексиканцев окружили легко раненного апача. Апач укрылся за большим камнем и одного за другим убил одиннадцать мексиканцев, после чего остальные обратились в бегство. А потом ночью, когда группа Херонимо устроила привал, оа присоединился к ней, несмотря на то что конь его был убит и ему пришлось догонять товарищей пешком!

Лишь много позднее 38 апачей (мужчины, женщины и дети) — последние свободные индейцы Северной Америки XIX века — сдались стократ более сильному противнику. Но и они не смогли смириться с неволей. Несмотря на то что их бдительно стерегли, трем мужчинам и трем женщинам удалось бежать из плена и вернуться в Сьерра-Мадре. Остальных генерал Миллз погрузил в товарный вагон и на двадцать восемь лет отправил в «лагерь для военнопленных», в крепость-тюрьму во Флориде.

У города Сент-Луис один из пленников выскочил из поезда. Целых два года без карты и компаса он пробирался через страну, в которой уже не было места для индейца, туда, где недавно была свобода, — в апачские горы. И только спустя несколько лет, когда его схватили, закончилась эта последняя оборонительная война индейцев Северной Америки.

 

 «Индейцы без томагавков»

 

 

Следующая глава >>> 

 

 

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 

Rambler's Top100