На главную

Оглавление

 


«НАЧАЛО ОТЕЧЕСТВА»



ГЛАВА III.           БОРЬБА

 

Богатырские заставы

 

С самого начала своего правления, всерьез столкнувшись с печенегами, Владимир Святославич понял, какую опасность представляет для Руси резко усилившийся союз кочевых племен. Русский князь сразу решил, что одними упреждающими походами в глубь степи врага не замирить. Многочисленные села и деревни на тучных черноземах степного Юга не только приносили князю большие доходы — их земледелие было жизненно необходимо для дальнейшего развития государства. И Владимиру пришлось решать трудный вопрос о том, как защитить земледельческое население Юга от постоянного грабежа и уничтожения.

 

Князь решил строить на зыбкой степной границе крепости и четко обозначить ими пределы Русской земли. На многих степных реках — Трубеже, Ирпени, Суле, Десне, Стугне — возникла длинная цепочка маленьких крепостей, былинных богатырских застав. Так начиналась многовековая работа Руси по обороне южных рубежей.

 

Строила новые города вся Русь. Со всех мест — от словен, кривичей, вятичей, чуди и других племен — набирал Владимир «лучших людей», самых богатых, имевших большое число вольных слуг и челяди, и посылал их ставить пограничные города, оборонять Русскую землю от печенегов.

 

Работа с самого начала приобрела грандиозный характер. Она дала русскому народу неоценимый опыт, который позднее был использован при строительстве кольца крепостей на севере, а еще позднее — при создании знаменитых засечных черт на юге. Ее масштабы поражали приезжавших на Русь иностранцев. Архиепископ Брунон, оказавшийся в это время в Киеве, поспешно, как весть государственной важности, сообщил германскому императору Генриху II, что степные границы Руси «для безопасности от неприятеля на очень большом пространстве обведены со всех сторон самыми прочными завалами».

 

Приготовления Владимира оказались на редкость своевременными. Организовав огромные оборонительные работы на южных рубежах, он, как показало ближайшее будущее, проявил выдающуюся военно-политическую прозорливость, верно оценил резко возросшую опасность.

 

Уже в конце 80-х годов натиск печенегов на русские границы удесятерился. Это нарастание было вызвано многими причинами. Не последнюю роль сыграло и принятие в 988 году Русью христианства.

 

В это же время, благодаря настойчивым усилиям Хорезмского царства, печенеги приняли ислам. Их вторжения, продиктованные в первую очередь алчными устремлениями правящей верхушки, получили как войны с «неверными» идеологическую окраску и религиозное освящение.

 

Крупные вторжения чередовались с мелкими набегами, набеги перерастали в нашествия, грабительские рейды следовали один за другим. Особенно тяжелым выдался 993 год. Печенежское войско подошло со стороны Сулы и достигло Трубежа, от которого до Киева рукой подать!

 

Владимир был предупрежден о вторжении — вот когда сказалась своевременная постройка застав-крепостей, не только давших знать о неприятеле, но и задержавших его продвижение! Быстро собранное войско выступило навстречу печенегам, и этот упреждающий бросок сыграл ключевую роль во всей войне: Владимиру удалось блокировать броды на Трубеже, а именно через них печенеги намеревались прорваться на Русь. «Стал Владимир на одной стороне, а печенеги на другой... И не смели они на сю сторону!..»

 

 Внезапность печенежского вторжения не дала возможности собрать достаточно крупное войско, поэтому перейти в наступление Владимир не мог. Но, отбив кочевников от переправ, он предотвратил вторжение. Поэтому летописец с полным основанием отметил, что в конце концов, сорвав планы врага, русский князь «возвратился в Киев с победою».

 

Следующий год не принес облегчения. Цепь пограничных городков не смогла сдержать нового натиска печенегов и во многих местах оказалась прорванной. Достигнув Белгорода, степняки обложили его плотным кольцом. В городе, совершенно не готовом к осаде, почти сразу начался голод. Но самым печальным было то, что силы Киева после поражения под Василевом еще не были восстановлены. Сформировать здесь войско было невозможно. Владимир поспешил в Великий Новгород за помощью. Только собрав в северных землях «верхних воев», он сумел противостоять вторжению.

 

Борьба на южной границе продолжалась для Владимира до конца дней. Уже накануне смерти князя, в 1015 году, орда большими силами вновь вторглась в Киевскую Русь. Тяжелобольной Владимир не смог сам возглавить войско — послал сына Бориса. Печенеги уклонились от сражения и ушли из русских земель, основательно пограбив окраины.

 

Постоянное военное давление на южные рубежи Древнерусского государства в конце концов привело к отступлению русских земледельцев на север. Покидая тучные степные черноземы, они оседали на менее плодородных, но укрытых лесами землях.

 

Однако в целом Владимиру удалось сдержать печенежский натиск. Для этого были построены десятки крепостей, создана оперативная дозорная служба, постоянно и последовательно отражались вторжения, увеличена широкая полоса нейтральной земли.

 

После смерти знаменитого князя печенежская верхушка попробовала подчинить Русь путем вмешательства в дела споривших за первенство сыновей Владимира. Печенеги стали оказывать активную помощь Святополку Киевскому в борьбе против новгородского князя Ярослава. Они прекрасно понимали, что внутренняя усобица и возможный раскол Руси на две обособленные части создадут совсем иную обстановку и подорвут ее могущество.

 

В 1016 году, когда соперничавшие братья встретились в решающей битве, печенежская орда стала в ряды Святополковых дружин. Однако, потерпев сокрушительное поражение, Святополк потерял киевский трон и укрылся сначала в Польше, а потом у печенегов. Еще 3 года, всячески подталкиваемый ими, он враждовал с братом и водил дружину на Русь, пока в 1019 году в последней битве с братом не был разбит окончательно и не умер от тяжких ран, когда его везли с поля боя.

 

Не сумев покорить Русь даже в период внутреннего раскола, печенеги отступили — сил для борьбы с киевской державой не было.

Полтора десятилетия прошли спокойно, но в недрах степи копились силы для нового удара.

 

И он последовал! Вновь, как в прежние времена, был тщательно выбран момент для вторжения — Ярослав Мудрый находился в далеком Новгороде. Вторжение было стремительно, как удар копья, и Киев в один день взят в кольцо осады. Но сокрушить киевскую твердыню было непросто, и, пока орда безуспешно топталась под городом, Ярослав, быстро собрав ополчение из славян и варягов, поспешил к Киеву. В ожесточенной, каких еще не бывало с печенегами, битве, длившейся целый день, кочевникам был нанесен решающий удар.

 

«Была сеча зла и едва одолел Ярослав к вечеру, побежали печенеги розно, не ведая, куда бегут. И одни потонули в Ситолме, а другие в иных реках и так погибли, а остаток их убежал».

 

Разгромленная орда откочевала от русских границ в сторону Византии и уже в следующем году занялась грабежом ее окраин. Мелкие очаги печенежских кочевий еще оставались в южных степях, но опасности для Руси, конечно, не представляли.

 

16 крупных войн и несчитанное число мелких столкновений пришлось выдержать Руси, пока наконец удалось устранить печенежскую опасность на юге!

 

 

 

На главную

Оглавление