Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

АРОН СИМАНОВИЧ

Распутин и евреи

Воспоминания личного секретаря Григория Распутина


Русская история и культура

 

Безрезультатная попытка у царя

 

   Однажды мы устроили в Александро-Невском монастыре у митрополита Питирима

совещание по еврейскому  вопросу.  Оно  состоялось  скоро  после  назначения

Штюрмера председателем совета министров. Он обязался перед нами  предпринять

меры к решению еврейского  вопроса.  На  совещании  митрополита  кроме  меня

участвовали епископ Исидор, Штюрмер и Распутин. Все присутствующие  выразили

согласие по мере сил способствовать разрешению еврейского вопроса.

   По отношению ко мне Штюрмер высказался следующим образом:

   - Ты странный человек, Симанович. В твоих  стремлениях  ты  прав,  но  ты

выбрал неправильную дорогу для их осуществления. Должен же ты знать  что  не

только я, но и весь Совет министров никогда без согласия царя  не  осмелится

поднять еврейский вопрос. Каждый министр заботится о своей  будущности.  При

прежних царях было иначе: они  действовали  по  собственному  почину,  имели

больше мужества и держали слово. Теперешнему царю же никто не верит. Он  сам

также никому не верит, и поэтому трудно что-нибудь у него провести. Я был бы

счастлив, если бы мне  удалось  вывести  еврейский  народ  из  его  ужасного

положения. Но я не могу решиться взять на себя инициативу, так как за это  я

могу поплатиться моей карьерой. Каждый  русский  министр  официально  должен

быть юдофобом и не должен отказываться от своей враждебности к евреям. Я же,

конечно, хочу сохранить мой пост министра, и ты  не  имеешь  права  от  меня

требовать  невозможного.  Я  охотно  помогу  евреям,  но  для  этого  должен

подвернуться  случай.  При  твоих  связях  и  изворотливости   тебе   скорее

представится случай поднять этот вопрос. Ты имеешь больше власти, чем мы все

вместе. Добейся только, чтобы царь поручил мне заняться еврейским  вопросом,

и я могу тебе поклясться, что я все необходимое сделаю.

   Митрополит  Питирим  выступил  после  этого  с   совершенно   неожиданным

предложением.

   - Слушай, Симанович, мы с Распутиным завтра  едем  в  Царское  Село,  где

будет богослужение. После службы раненым будет дан обед. Ты должен  привезти

коньяк, чай, сахар и мармелад для солдат, и я позабочусь о том, чтобы ты мог

лично поговорить с царем. Это будет самый верный путь. Следуй моему совету и

расскажи царю откровенно о всех тех  преследованиях  евреев,  о  которых  ты

рассказывал здесь. Бог тебе поможет.

   Предложение Митрополита встретило всеобщее одобрение.

   Я  вызвал  к  телефону  сестер   Воскобойниковых   и   получил   от   них

подтверждение, что действительно  в  Серафимовском  лазарете  предполагается

устроить богослужение. Наследник имел намерение  в  этот  день  распределять

подарки среди раненых.

 

   Я отправился в лазарет, и  наследник  поручил  мне  купить  для  подарков

дюжину серебряных часов и столько же подставок для чайных стаканов. Взяв  на

другой день заказанные предметы с собой, я приехал  в  лазарет  к  окончанию

службы. Наследник был в восхищении от моих вещей.  Царица  обратила  на  это

свое внимание и сейчас же сообщила царю, насколько наследник  доволен  мною.

Настроение казалось мне благоприятствующим. Наследник распределял подарки.

   Распутин понимал, что наступил для исполнения нашего  замысла  подходящий

момент. Он встал и обратился к царю:

   - Сын еврейского  народа  стоит  перед  тобой.  Николай  II  посмотрел  с

удивлением на нас обоих с Распутиным и сказал:

   - Я не понимаю.

   Остальные присутствующие смотрели на нас с большим любопытством. Распутин

продолжал:

   - Я только начал, он сам изложит тебе все. Дрожа от волнения, я начал:

   - Ваше Императорское Величество, я уже годами живу в Петербурге,  но  мои

сестры и братья и весь наш еврейский народ ничего не знают о вашей  любви  к

нам.

   Митрополит прервал меня:

   - Ты объясняешь очень неясно. Если ты говоришь как сын еврейского народа,

то ты должен выражаться яснее. В сильном волнении я продолжал:

   - Ваше Величество, мои братья и сестры и весь еврейский народ ждут вашего

слова. Они ждут свободы и разрешения на право образования,  они  ждут  вашей

милости.

   Царь слушал  меня.  Речь  моя  была  бессвязная.  Я  говорил  отрывистыми

предложениями,  но  Николай  II  понял,  чего  я  хотел.  Все  молчали  и  с

напряжением  ждали  ответа  царя.  С  удовлетворением  я  заметил,  что  все

присутствующие сочувствовали. Но царь ответил мне:

   -  Скажи  твоим  братьям,  что  я  им  ничего  не  разрешу.   Я   потерял

самообладание и со слезами на глазах умолял царя:

   - Ваше Величество, ради Бога, освободите меня от этого ответа. Свыше моих

сил передать моим братьям такой ответ.

   Ласково смотрел царь на меня и сказал спокойным, даже симпатичным тоном:

   - Ты меня не понял. Ты  должен  передать  евреям,  что  они,  как  и  все

инородцы, в моем государстве равны с другими  моими  подданными.  Но  у  нас

имеется  девяносто  миллионов  крестьян  и  сто  миллионов  инородцев.   Мои

крестьяне безграмотны и малоразвиты. Евреи  высоко  развиты.  Скажи  евреям:

"Когда крестьяне будут на той же ступени развития, как евреи, то они получат

все то, что к тому времени будут иметь крестьяне".

   Я ответил:

   - Как прикажете, Ваше Величество, я все сделаю.

   Я просил митрополита Питирима на другой день принять еврейских  делегатов

и подтвердить им, что я хлопотал перед царем  о  равноправии  евреев.  Барон

Гринцбург,  Поляков  и  Варшавский  явились  к  нему,  и  он  им  подтвердил

правильность моего сообщения.

 

 «Распутин и евреи »        Следующая страница >>>

 

Последние добавления:

 

Финская война  Налоговый кодекс  Стихи Есенина

 

Болезни желудка   Стихи Пушкина  Некрасов

 

Внешняя политика Ивана 4 Грозного   Гоголь - Мёртвые души    Орден Знак Почёта 

 

Книги по русской истории   Император Пётр Первый