Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 


 

Латуни средневекового Новгорода


История и археология

 

14/00

 

Латуни средневекового Новгорода

 

 

Н. В. Ениосова, Р. А. Митоян, Т. Г. Сарачева

 

Латунь - один из самых необычных сплавов древности - появился к арсенале металлургов значительно позже, чем все остальные известные металлы и сплавы. Его регулярное производство начинается в восточных провинциях Римской империи только в I пеке до н.э. Удивительно также, что история цинка как чистого металла значительно короче, чем история самого сплава. Дело в том, что цинк никогда не встречается в природе в металлическом виде. Он закипает при Т-907С0, и это ниже той температуры, при которой цинк может быть выплавлен из руды. В Европе металлический цинк научились получать только в 18 столетии'.

Известно, что в Римской империи производство латуни долгое время контролировалось государством, которое ограничивало использование ценного сплава для централизованно изготавливаемых изделий: монет и воинских доспехов. Вероятно, в имперских мастерских стремились поддерживать выпуск высококачественных латуней с высоким содержанием цинка. В ряду драгоценных металлов латуни занимали третье место после золота и серебра. С течением времени монополия и, следовательно, контроль над качеством сплава были утрачены; в обращении преобладал многократно переплавленный лом, смешанный с бронзой и свинцом. Большие серии анализов римского металла позволили установить, что в III-IV вв. н.э. производство высококачественной латуни пришло в упадок: свежий металл с большим содержанием цинка перестал поступать на рынки ювелирного сырья2.

В средние века производство этого сплава возрождается, к XII столетию он доминирует в цветной металлообработке Западной Европы. Долгое время полагали, что римская традиция получения латуней не прерывалась и была унаследована средневековыми металлургами. Однако анализ письменных источников и открытие сосудов для выплавки латуней заставляют пересмотреть вопрос об их преемственности3.

Считается, что в античности и средневековье латунь получали в процессе цементации, который состоит из следующих этапов:

1.         Медное сырье смешивают с цинковой рудой - каламином и углем и помещают в тигель;

2.         При нагревании из цинковой руды восстанавливается металлический цинк (в форме пара), который в процессе диффузии проникает в медь, образуя латунь. Процесс требует особого температурного режима, поскольку цинк не испаряется при температуре ниже 907 С°, а медь плавится при температуре 1083 С°.

3.         На заключительной стадии процесса температура реакции повышается; металл расплавляется до однородного состояния4. В результате экспериментов, воспроизводящих процесс цементации, установлено, что максимальное содержание цинка в античных и средневековых латунях не может превышать 28%5.

В чем же заключались различия между римским и средневековым процессом получения латуней? Согласно свидетельству Плиния Старшего (I в. до н.э.) и археологическим данным, латуни получали в тиглях стандартной формы и размеров из обычной (не огнеупорной) глины. Их заполняли медным сырьем, каламином и углем и запечатывали крышкой до нагрева в очаге6.

Археологические свидетельства средневекового производства латуней отсутствовали вплоть до последнего времени. Они обнаружены в начале 1990-х годов во время раскопок Дортмунда и других памятников Вестфалии. Тигли для получения латуней из огнеупорной глины датируются концом I тысячелетия,. Они в мельчайших деталях подтверждают описание Теофила (XII в.)7. Цементация производилась в открытых цилиндрических сосудах. В их тесте обнаружено значительное содержание оксида цинка, а на стенках -остатки металла - латуни8.

Таким образом, основные различия двух процессов заключаются в более низкой температуре цементации в закрытых тиглях в римской традиции и в использовании открытых тиглей с хорошими огнеупорными свойствами, и, следовательно, более высокой температуры получения латуней в средневековой. Высокая температура замедляла проникновение цинка в медь, поэтому лимит содержания цинка в средневековых латунях понижался. Относительно низкая температура процесса цементации позволяла римлянам получать латуни с более высоким содержанием цинка. Скорее всего, средневековая традиция возникла вне всякой связи с римской и, может быть, ее истоки следует искать на Востоке - в Персии или Индии9.

На исламском Востоке сплавы с высоким содержанием цинка и свинца известны с VIII в. Возможным источником их получения считается рудник Анарак в северном Иране с богатыми залежами меди, серебра, свинца и каламина, разрабатываемый с эпохи бронзы по наши дни. В китайских хрониках VI-VII вв. латунь называется «персидским металлом»10.0 широком использовании латуней ювелирами мусульманского Востока свидетельствует трактат ученого-алхимика ар-Рази (865-925гг.)п.

В VIII-IX столетиях латунные сплавы известны на Северо-За-11адном Кавказе в аланских могильниках Северной Осетии и в салтово-аланском могильнике Мощевая Балка. Полагают, что «золото-подобная» латунь с высоким цинком поступала на Северный Кавказ по «шелковому пути» из Малой Азии12.

Изучение ювелирного дела и торговых связей Древней Руси позволило установить, что на ее территории источников сырья для получения латуней, как и других сплавов, не было. Цветные и драгоценные металлы поступали из Западной Европы, с Востока и Приуралья13.

Наиболее подробное и аргументированное исследование путей поступления сырьевого металла на Русь было предпринято А. А. Коноваловым14. Трудно переоценить его вклад в изучение химического состава металла Новгорода. Он не только провел анализ 875 предметов, найденных преимущественно на Неревском раскопе, но и разделил сплавы на металлургические группы, установил динамику их употребления. К несомненным достоинствам работы А. А. Коновалова относится масштабное сопоставление новгородского цветного металла с материалами синхронных памятников Древней Руси, Прибалтики и Скандинавии. Выводы исследователя, основанные на изучении 1968 предметов, никогда не были опубликованы целиком. Тем не менее, их широко используют в работах, посвященных цветному металлу отдельных древнерусских памятников15.

Казалось бы, тема поступления ювелирного сырья в Новгород исчерпана. Однако за 25 лет, прошедших после появления работы А. А. Коновалова, существенно увеличился фонд исследованного металла эпохи средневековья. Расширилась география изученных памятников, появились новые методы статистической обработки. И самое главное, с наступлением компьютерной эпохи в археологии стало возможным свести воедино и систематизировать все известные в настоящее время данные о химическом составе металла в рамках базы данных «Цветные металлы и сплавы Восточной Европы в эпоху средневековья»". Она содержит информацию о 4300 объектах из раскопок древнерусских, финно-угорских, балтских, болгарских, моравских и скандинавских памятников VII-XV вв. Статистическая обработка, картографирование и сравнительный анализ полученных результатов по единой методике превратили банк данных в полноценный источник для решения ключевых проблем истории средневековой металлургии и металлообработки.

Самая представительная серия анализов химического состава цветного металла сделана для средневекового Новгорода. В 70-е годы А. А. Коновалов разделил металлы на группы, следуя методике, разработанной в лаборатории Е. Н. Черныха. Считалось, что границу, отделяющую чистый металл от искусственно полученного сплава, можно установить с помощью построения частотных гистограмм распределения элементов в сплаве и корреляционных графиков пар элементов17. Исходя из этого, А. А. Коновалов определил возможные границы, отделяющие искусственно введенные элементы от естественных примесей. Так, например, он установил, что порог легирования для олова в сплавах - 0,18%. В этом случае статистические наблюдения противоречат здравому смыслу. Трудно представить, как средневековый ювелир мог контролировать создание такого сплава?

Кроме того, в классификации А. А. Коновалова не учитывались технологические свойства металлов, изменяющиеся в зависимости от концентрации легирующих компонентов. Он не делал различий между сплавами с высоким и низким содержанием сплавообразующих элементов и не принимал во внимание влияние свинца на свойства сплавов.

В современных археометаллургических исследованиях используется условная величина - граница искусственного легирования сплава.

Считается, что начиная с 1% добавки к меди олова, свинца и цинка приводят к заметному изменению свойств металла18. Принимая во внимание это обстоятельство, мы выполнили повторные статистические расчеты с помощью специальной компьютерной программы-классификатора и получили другое разделение новгородского материала (таблица 1).

Оно показывает, что игнорирование содержания свинца в сплавах и ошибочное определение уровня граничной концентрации легирования приводит к серьезным искажениям картины распределения металла на группы. Таким образом, динамика поступления и употребления ювелирного сырья в Новгороде нуждается в пересмотре.

Оценивая процентное соотношение различных сплавов, легко заметить преобладание латуней над другими группами. Рассмотрим особенности этих сплавов Новгорода (276 предметов, 32 %). Среди них доминируют двойные и свинцовые латуни, на долю которых приходится 97,8 %.

Двойные латуни (Cu-Zn) представлены 142 образцами, а свинцовые (Cu-Zn-Pb)-125 образцами. Распределение цинка-основного легирующего элемента в этих группах в целом совпадает (рис. 1,2). Преобладают сплавы с содержанием цинка от 1 до 7 %. Они составляют 84,7% латунных предметов. Доля сплавов со средним и высоким содержанием цинка незначительна.

Латуни использовались для изготовления практически всех исследованных категорий, однако лишь фибулы (53 экз.), браслеты (89 экз.), перстни (47 экз.) и детали весов (23 экз.) образуют значительные серии. Примечательно, что среди латуней мало объектов, относящихся к сырьевому металлу (12 экз.), а среди двойного сплава они отсутствуют полностью.

Среднее (10-15%) и высокое содержание цинка (20-30%) зафиксировано у 32 изделий. Они составляют 11 % латунной выборки. Больше половины из них имеют среднее содержание цинка.

24 предмета со средним и высоким содержанием цинка обнаружены преимущественно в 6-20 ярусах (XII-XIV вв.). Из нижних ярусов (24-26) происходит всего 8 находок.

Мы приводим все эти частности потому, что по количеству цинка в латунном сплаве определяют, подвергался ли этот металл многократным переплавкам или использовался в «свежем» виде. Известно, что при каждой переплавке утрачивается от 1 до 10% цинка из-за его летучести. Этот факт установлен в результате •экспериментов и находит подтверждение в письменных источниках". Так, в минералогическом трактате «Свадебные подарки драгоценных каменей и редкостных благовоний» (1301 г.) Абул-Касим Абдаллах Кашани указывает: «Но желтизна латуни в значительной мере случайна, потому что каждый раз при плавке эта желтизна уменьшается, пока не дойдет до цвета меди. Тогда надо снова добавлять в нее туцию, и цвет ее восстановится»

Таким образом, низкая концентрация элемента и потеря золотистого цвета сплава свидетельствует о его многоразовых переплавках. Вероятно, на территории Древней Руси «свежие» латуни с высоким цинком были редкостью. Основным источником служили привозной сырьевой металл и вещи. Их многократные переплавки приводили к постепенному понижению концентрации цинка.

Откуда латунь поступала в мастерские новгородских ювелиров? А. А. Коновалов считал, что в X-XI столетиях в Новгороде преобладали изделия из латуни. Он полагал, что в этот период существовала так называемая «зона прибалтийского металла», или зона с преобладающим распространением латунных сплавов21. Помимо Прибалтики, он включал в нее Скандинавию, Новгород, Приладожские курганы, Лядинский, Томниковский и Подболотьевскии могильники и Гнездово. Не отрицая факта широкого распространения латуней в указанных регионах Восточной и Северной Европы, следует более осторожно отнестись к понятию «прибалтийский металл». Название представляется не совсем корректным прежде всего потому, что Прибалтика не обладала собственными рудными источниками. Расширение источниковедческой базы представляет новые возможности в решении вопросов о путях поступления латунных сплавов в Новгород.

Картографирование памятников базы данных позволило установить различия в традициях применения сплавов на определенных территориях. Так, отчетливо выделяются памятники с преобладанием латуней

Самая большая доля сплавов с цинком характерна для Городка на Ловати, могильников Восточной Пруссии, Прибалтики и Приладожских курганов. В материалах Старой Ладоги, Рюрикова Городища, курганов Ижорского плато латуни составляют более половины выборки. Значительный процент их зафиксирован и в других памятниках Северо-Западного региона: Новгороде, Пскове, городищах Паасо и Тиверск в Карелии, могильнике Залахтовье. К этой же группе примыкают Гнездово в Верхнем и Киев в Среднем Поднепровье, Новогрудок в Понеманье и Подболотьевскии могильник в Верхнем Поволжье.

Широкое распространение латуней - характерная черта цветной металлообработки материковой Швеции и Готланда. При сравнении металла Скандинавии, Прибалтики и Северо-Запада Руси невозможно не заметить разницу в концентрации цинка. Его i ювышенное содержание в скандинавском и прибалтийском металле (15-25%) можно объяснить тем, что в эти регионы помимо латунного лома постоянно поступал «свежий» металл. Известно, что в Европе производство латуней начинается в конце X в. в районе Верхнего Мааса на территории современной Бельгии22. Нельзя исключить, что из этого региона высокоцинковые сплавы попадали на западное и восточное побережья Балтики.

В северо-западные районы Древней Руси IX-XI вв. латуни поступали, вероятно, из Скандинавии или Прибалтики, где традиция их употребления возникла уже в первые века н.э. благодаря контактам с провинциальными римскими мастерскими23.

По мнению А. А. Коновалова, в XII и особенно в XIII столетиях приток латуней в Новгород резко уменьшается. Этот факт он связывал с захватом прибалтийских земель немецкими рыцарями-крестоносцами. Новгород в то время находился в состоянии почти не прекращающихся военных действий, которые разорвали устойчивые связи с Прибалтикой. Прекращение торговых связей с восточным побережьем Балтийского моря, по мнению А. А. Коновалова, находило подтверждение в резком сокращении находок из янтаря в XIII в.24 Однако Е. А. Рыбина, сравнивая динамику поступления янтаря и цветных металлов в этот период, установила, что в отличие от янтаря, с каждым новым ярусом количество изделий из цветных металлов возрастает, достигая максимума в середине XIII в., а в XIV-XV вв. их количество уменьшается2 5. Это противоречит хронологическим построениям А. А. Коновалова, но хорошо согласуется с результатами нашего исследования (табл. 3).

Е. А. Рыбина полагает, что основными партнерами в торговле Новгорода с Западом в XIII в. были Готланд, Любек, позднее Ганзейский союз. Состояние войны Новгорода с Тевтонским орденом почти на всем протяжении этого столетия не сказалось на торговле цветными металлами. Их поставляли независимые от ордена готские и немецкие купцы26.

Этот вывод находит подтверждение в современных исследованиях горного дела и металлургии в средневековой Европе, согласно которым с XII в. Любек играет ключевую роль в торговле металлами. Сюда поступала медь из Гарца и Швеции, олово из Корнуолла и латунь из Верхнего Мааса - основного района ее производства. Известно также, что медь из саксонских рудников Раммельсберг и Мансфельд и шведского рудника Фалун поступала в Любек в черновом виде. В Любеке производилась ее очистка от примесей - рафинировка. Дело в том, что к XII в. были практически полностью сведены леса в Гарце. Металлурги основной рудной области Германии лишились необходимого для производства топлива. Процветание металлургического дела в Любеке во многом обеспечивалось наличием лесных ресурсов в этом регионе. Помимо очистки медного сырья, в Любеке производилось огромное количество церковной утвари, колоколов и украшений. Для изготовления этих массивных объектов требовались существенные запасы металла.

Согласно письменным источникам, в XIII в. Любек, используя привозную медь и каламин из рудников Аахена, Динанта и Вестфалии, становится основным местом производства латуней28. По мнению некоторых исследователей Ганзейского союза, расцвет Любека как торгового центра, во многом определялся усилением контактов с Новгородом м. Вполне вероятно, что рост ввоза латуней в Новгород в ХП-ХШ вв. связан с торговой экспансией Любека. Благодаря этим тесным отношениям новгородские ювелиры продолжали получать красивый металл золотистого цвета, хорошо подходящий как для литья, так и для кузнечной обработки.

 

 

'Craddock P. Т. Zinc in classical antiquity // 2000 Years of Zinc and Brass. British Museum Occasional Paper No.50. London, 1996. P. 1-5.

2             В а у 1 e у J.  The production of brass in antiquity with particular reference to Roman Britain // 2000 Years of Zinc and Brass. British Museum Occasional Paper No.50. London, 1996. P. 7-21.

3             R e h r e n T.  «The same    but different»: A juxtaposition of Roman and Medieval brass making in Central Europe // Metal in Antiquity. BAR International Series 792. Oxford, 1999. P. 253-255.

4             В а у 1 e у J. The production of brass in antiquity... P. 9-10.

'Werner O. OberdasVorkommen vonZinkund Vessing im Altertumurnim Mittelalter // Erzmetall,23, 1970. S. 259-269.

'Плиний Старший. Естествознание. Об искусстве. Книга XXXIV:2-5 // Пер. Г.А.Тарояна. М. 1994. С. 54-55; В а у 1 е у J. Roman brass

making in Britain//Historical Metallurgy, 1984 No. 18. P. 42-43; R e h r e n T. «The same but different...» P. 253.

'Hawthorne J. G., Smith C. S. Theophilus. On Divers Arts // University of Chicago Press, 1963. P. 143-144.

"Krabath S., Lammers D., Rehren T. Die Herstellung und Verarbeitung von Buntmetall im karolingerzeitlichen Westfalen // 799 - Kunst und Kultur der Karolingerzeit.Mainz, 1999. S. 432-435.

'Rehren  T.   "The same      but different.... P. 255-256.

'"Allan J. W. Persian Metal Technology 700-1300 AD. Oxford, 1979. P. 43-54.

 

 

«Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции

 

 

Следующая статья >>> 

 

 

 

Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 





Rambler's Top100