Вся библиотека

Оглавление

  

Материалы X международной научной конференции 29 мая - 3 июня 2001 г.

Международные отношения

в бассейне Черного моря в древности и средние века

 


Издательство Ростовского педагогического университета

 

К вопросу об инновациях в комплексе снаряжения верхового коня на Боспоре первых веков н.э.

 

В.А. Горончаровский (Санкт-Петербург)

 

На рубеже н.э., в условиях расширения военно-политических и культурных контактов с кочевниками, в вооружении и снаряжении боспорской конницы происходят существенные изменения, связанные с влиянием соседних сарматских племен. В частности, возрастает значение [115] тяжелой панцирной кавалерии - катафрактариев. Отдельные элементы вооружения таких воинов (тяжелая пика, длинный рубящий меч, лук "гуннского" типа) сформировались в поволжско-среднеазиатском регионе. Начало распространения их на Боспоре можно связать с аспургианами, поселившимися на землях между Фанагорией и Горгиппией, скорее всего, в правление Асандра.

Для тяжеловооруженного всадника, прежде всего, важно было удержаться на коне при столкновении с противником. Видимо, выходом в данной ситуации стало совершенствование конструкции седла, которое должно было обеспечить устойчивую <глубокую> посадку. Памятники боспорского изобразительного искусства демонстрируют различные типы седел такого рода, относящихся к римскому времени. Самый ранний из них наглядно представлен в рельефе стелы Матиана, сына Заидара, поставленной от имени царицы Динамии в конце I в. до н.э. (Яйленко, 1995). Здесь изображен всадник, облаченный в короткий панцирь с разрезом. Он держит в левой руке конский повод, а правой придерживает длинное копье с опорой на передний выступ седла с четко показанным горизонтальным отростком. Для изготовления подобных седел, можно предполагать использование деревянных деталей. Другой тип седла присутствует на нижнем рельефе мраморной стелы сыновей Панталеонта из Горгиппии начала I в. н.э. (Горончаровский, 1999), где представлены кони с седлами, имеющими вертикальные передний и задний выступы и слегка выпуклую поверхность подушки. При этом у первого коня из-под седла свешивается попона со схематично переданными складками. На верхнем рельефе той же стелы, вероятно, показано аналогичное седло, поскольку здесь перед всадником изображен почти вертикальный, слегка загнутый внутрь передний выступ с выделенным рельефным валиком краем. Ближайшие аналогии для них известны по изображениям коней в парфянской коропластике и на рельефе рубежа н.э. из храма Баалшамина в Сиа (Ghirshman, 1973).

Сходный тип седла с т.н. <роговидными> выступами, использовавшийся в римской кавалерии, вероятно, был заимствован у кельтов (Connoly, 1981). Он давал хорошую поддержку для основания спины и бедер всадника. Предпринятая П. Коннолли реконструкция кожаного римского седла из Валькенбурга (Голландия) продемонстрировала удивительно высокую эффективность "рогов", позволявших не испытывать неудобства в применении копья, длинного меча или лука (Connoly, 1987). Все это, соответственно, повышало возможности воина в условиях конного боя. Даже при отсутствии стремян он мог чувствовать себя в седле достаточно уверенно и, в случае необходимости, значительно дальше, чем раньше, отклонять в сторону корпус и руки, держащие [116] оружие. Интересно отметить, что в упомянутой реконструкции практически полностью соответствуют седла, изображенные на постаменте найденного около пятнадцати лет назад мраморном надгробии II в. н.э. из некрополя Горгиппии (Вайнштейн, 1991). Как показывают находки в Ньюстиде (Шотландия), для придания таким седлам большей жесткости "рога", при наличии деревянной основы, могли быть дополнительно укреплены повторяющими их форму бронзовыми пластинами (Connoly, 1990).

Впрочем, большинство боспорских рельефов с изображениями всадников, начиная со второй половины I в. н.э., демонстрируют своеобразный тип "глубокого" седла с довольно массивной передней частью, завершавшейся ярко выраженными округлыми выступами, загнутыми внутрь по форме бедра и защищавшими нижнюю часть туловища воина. Сзади седло снабжено вертикальными выступами или задней лукой. Наиболее детально, последняя показана на фрагменте надгробия I-II вв. н.э. из собрания Темрюкского музея. Судя по всему, здесь представлено оригинальное седло с элементами деревянного каркаса, появление которого на Боспоре можно связать с восточными влияниями. В этом отношении показательно наличие в Ноин-Улинском могильнике (Северная Монголия) таких деталей седел I в н.э., как деревянные дуговидные накладки и палочки, соединявшие заднюю и переднюю луки (Руденко, 1962). В то же время на некоторых боспорских фресках (Стасовский склеп 1872 г.) и надгробных стелах засвидетельствованы и более простые седла в виде вогнутой подушки с округлыми выступами по краям, как на гравированном рисунке серебряного сосуда из Косики (Трейстер, 1994) и граффито из Старой Нисы (Пилипко, 1996). Для снаряжения более многочисленной легкой конницы характерны низкие мягкие седла, удобные для маневренной стрельбы из лука. Для крепления седел различных типов применялись нагрудный и подхвостный ремни, иногда декорированные фаларами, и подпруга.

Таким образом, имеющиеся данные о конструкции седел, использовавшихся на Боспоре с рубежа н.э., позволяют говорить об их известном своеобразии. Развитие этого элемента снаряжения верхового коня протекало здесь на стыке различных культурных влияний, но, прежде всего, под влиянием контактов с кочевым миром, в тесной связи с развитием форм седла в степной зоне Евразии.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Connolly P,. 1981. Greece and Rome at War. L.

2. Connolly P., 1987. The Roman Saddle // Roman Military Equipment BAR International Series 336. [117]

3. Connolly P., 1990. The saddle horns from Newstead // Journal of Roman Military Studies. Vol. 1.

4. Ghirshman R., 1973. La selle en Iran // Iranica Antiqua. Vol. X.

5. Вайнштейн С.И., 1991. Мир кочевников центра Азии. М.

6. Горончаровский В.А., 1999. Мраморная стела сыновей Панталеонта из Горгиппии // Боспорский феномен: греческая культура на периферии античного мира. С-Пб.

7. Пилипко В.Н., 1996. Старая Ниса. Здание с квадратным залом. М.

8. Руденко С.И., 1962. Культура хуннов и ноинулинские курганы. М.-Л.

9. Трейстер М.Ю., 1994. Сарматская школа художественной торевтики // ВДИ. № 1.

10. Яйленко В.П., 1995. Женщины. Афродита и жрица Спартокидов в новых боспорских надписях // Женщина в античном мире. М.

 

<<< Оглавление     Следующая статья >>>