Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Современный русский язык. Лексика. Фразеология. Морфология

 

Типы архаизмов

грамматический архаизмЧто такое архаизмы – это слова или словосочетания, которые устарели и не употребляются в современном русском языке, при этом понятие, которое обозначает архаизм, до сих пор существует.

 

В романе А.Н. Толстого "Петр Первый" читаем: "Шереметев был опытный и осторожный воевода. К апрелю месяцу... соединившись с малороссийскими казаками, он медленно подошел к низовьям Днепра. Там стояли древняя крепость Очаков и укрепленные турецкие городки: Кизикерман... Шахкерман и в устье Днепра на острову – Соколиный замок... Огромное московское войско, подойдя к городкам, промышляло над ними все лето. Мало было денег, мало оружия... Но все же в августе удалось взять приступом Кизикерман и два другие городка. По сему случаю в стане Шереметева был великий пир".

 

Выделенные слова являются архаизмами, имеющими в современном русском языке соответствующие неустарелые эквиваленты. Сейчас мы говорим: украинский, а не малороссийский, на островке, а не на острову, армия, а не войско, грабить, совершать набеги, а не промышлять, этот, а не сей, лагерь, а не стан. При этом очевидно, что архаизмы могут отличаться от современного слова-синонима разными чертами: иным грамматическим оформлением, иным значением, совершенно иным морфемным составом и т.д. В зависимости от того, какая именно черта различает устаревшее слово и его современный синоним, выделяются следующие группы архаизмов.

 

1. Лексико-фонетические архаизмы – слова, имеющие в своем фонетическом облике несвойственный современному произношению звук или сочетание звуков: галстух (галстук), гишпанский (испанский), зерцало (зеркало), в пещи (в печи), прожект (проект), снурок (шнурок), феоретический (теоретический) и т.п. Сюда же относится произношение е на месте современного ё: изреченный ("Мысль изреченная есть ложь"– Тютч.); отдаленный, смятенный и т.п.

 

2. Лексико-словообразовательные архаизмы, отличающиеся от современного эквивалента каким-либо словообразовательным аффиксом (чаще всего суффиксом): азиатцы (азиаты), дружество (дружба), идиотический (идиотский), кофей (кофе), ресторация (ресторан), рыбарь (рыбак), содейство (содействие), счастие (счастье) и т.п.

 

3. Собственно лексические архаизмы – слова, устаревшие целиком: дабы (чтобы), кров (крыша): "На кровы ближнего селенья Нисходит вечер, день погас" (Борат.), пагуба (гибель, вред), парадиз (рай), уповать (надеяться и твердо верить), хлябь (бездна, неизмеримая глубина) и т.п.

 

4. Грамматические архаизмы – это устарелые формы слов, не существующие в современном языке, например формы звательного падежа имен существительных: отче! царю! человече! дево! (седьмого в системе падежей древнерусского языка), а также такие грамматические формы, которые в современном языке образуются по-иному: на бале (а не 'на балу'), даждь (а не 'дай'), исполнити (а не 'исполнить'), равною (а не 'равной'), русскаго (а не 'русского') и пр. Например: "Само собой разумеется, что молодой человек пылал равною страстию и что родители его любезной, заметя их взаимную склонность, запретили дочери о нем и думать" (П.).

 

5. Семантические архаизмы – это устаревшие значения тех слов, которые существуют в современном русском языке, но называют другое явление, другой предмет. В драме А.К. Толстого "Царь Борис" в уста Бориса Годунова автор вложил такие слова: "Неведомый обманщик, Под именем Димитрия на нас Идет войной; литовскую он шляхту С собой ведет, и воеводы наши Передаются в ужасе ему! Кто этот вор, неслыханный и дерзкий?" Здесь слово вор, употребленное по отношению к Лжедмитрию I, самозванцу Григорию Отрепьеву, разумеется, не имеет современного значения: 'тот, кто совершает кражи'. Прежде словом вор называли любого государственного преступника, изменника, злодея. Так, за Лжедмитрием II, самозванцем неизвестного происхождения, закрепилось прозвище Тушинский вop*. В том же значении употребляет его и А.С. Пушкин в повести "Капитанская дочка": "Над ними [повешенными] прибита была черная доска, на которой белыми крупными буквами было написано: "Воры и бунтовщики". См. также: "Подобрал [царь Петр I] советчиков – наши, да иноземные купцы, да людишки без роду-племени, да плотники, кузнецы, матросы... Царь их воровские советы слушает" (А.Н.Т.); "Хвор царь, хром царь, А у самых хором ходит вор и бунтарь. Не туга мошна, Да рука мощна" (Вози.). Существительное вор – это семантический архаизм.

 

Семантическими архаизмами являются и слова позор, позорище в значении 'зрелище, обычно постыдное': "Но между тем какой позор являет Киев осажденный?.. Народ, уныньем пораженный, Стоит на башнях и стенах И в страхе ждет небесной казни" (П.); "[Очевидец] описывает следующим образом кровавое позорище" (П.); оказывать (в значении 'высказывать, показывать, обнаруживать'): "В тот самый вечер, на бале, Томский, дуясь на молодую княжну Полину, которая, против обыкновения, кокетничала не с ним, желал отомстить, оказывая равнодушие" (П.); сообразный (в значении 'имеющий смысл, разумный'): "Я подозреваю, что они [родственники] хотят посадить меня в сумасшедший дом. Ну, помилуй, друг мой, сообразно ли это? Ну что б я там стал делать?" (Дост.); живот (в значении 'жизнь') в устойчивых сочетаниях: "Не на живот, а на смерть", "не щадя живота своего"; соображение (в значении 'обдумывание и сопоставление чего-либо'): "Вот какая история случилась в северной столице нашего... государства! Теперь только по соображении всего видим, что в ней есть много неправдоподобного" (Гог.); язык (в значении 'народ'): "Когда Наполеон с языками пошел на нас, взбунтовав немцев, Польшу, – все замерли от волнения" (Л.Т.) и т.п.

 

Множество семантических архаизмов находим в Библии, богослужебных текстах, причем уже в том русифицированном их переводе, который существует сейчас. Так, прилагательное ветхий в названии "Ветхий Завет" имеет значение 'старый' (тот, который был дан Богом Моисею на Синае). Существительное враг ("Не дай меня на произвол врагам моим") – старое название дьявола, беса. То же значение и у субстантивированного прилагательного лукавый. Прелесть – это соблазн, "прелесть бесовская".

 

Не улавливаются и потому иногда неправильно понимаются .современным читателем, слушателем отдельные смысловые нюансы многих слов, употребляющихся в церковных текстах, несвойственные этим же словам вне духовно-религиозного контекста.

 

Так, слово раб ("Раб Божий", "Се, раба Твоя!", "На Тебя, Господи, уповаем, да не убоимся, бо рабы") даже в современных словарях толкуется не совсем точно. В 4-томном "Словаре русского языка" читаем: "раб божий – человек как существо, созданное богом и находящееся в полной его власти". Между тем в текстах Евангелия существительное раб имеет несколько иное значение, соединяющее в себе значения слов слуга и дитя, причем с положительно-оценочной окраской. Не всеми правильно понимается и знаменитая первая фраза Евангелия от Иоанна: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог", где существительное слово обозначает 'смысл, разум, порядок', а также имя одной из ипостасей Бога – Христа.

Грамматические архаизмы – это устарелые формы слов, не существующие в современной речи

 

В группу грамматических архаизмов, которые устарели вследствие изменений их морфологических характеристик (ввечеру, меж, облак, остальний, песнь), а также вследствие изменений в морфемном составе, которые, однако, не внесли изменений в значение слова (дол, колодезь, краса, плат), входят 17 слов.

 

АЛ, ЗЛАТ, МАЛИНОВЫ, ШЕЛКОВЫ,

 

Ты ли, Русь, тропой-дорогой

 

Разметала ал наряд (36).

 

Под красным вязом крыльцо и двор,

 

Луна над крышей как злат бугор (89).

 

Заиграй, сыграй, тальяночка, малиновы меха (26).

 

В терем темный, в лес зеленый,

 

На шелковы купыри (20).

 

"В современном языке краткие формы прилагательных в собственно определительной функции выступают только в составе фразеологических сочетаний; сюда же относятся сочетания, употребляемые в народной поэзии" [Русская грамматика 80: 557]. В есенинском контексте краткие формы прилагательных ал, злат, малиновы, шелковы использованы в функции определения, что не характерно для современного функционирования: "краткая форма прилагательного употребляется в современном языке только в функции сказуемого или в обособленных оборотах" [Русская грамматика 82: 293], поэтому формы ал, злат, малиновы, шелковы будут являться синтаксическими архаизмами.

 

ВВЕЧЕРУ

 

Красной рюшкою по белу сарафан на подоле.

 

У оврага за плетнями ходит Таня ввечеру (21).

 

По данным лексикографических источников, на протяжении ХХ - начала XXI в. наречная форма ввечеру входит в состав пассивной лексики русского языка и последовательно даётся с пометой устар. "вечером" [Ушаков 1: 232], устар. "в вечернее время, вечером, с наступлением вечера" [ССРЛЯ 2: 78], "в вечернее время, вечером, с наступлением вечера" [Фёдоров: 81].

 

ДОЛ

 

За горами, за желтыми домлами

 

Протянулась тропа деревень (22).

 

По данным лексикографических источников начала ХХ в., существительное дол являлось нормативным: книж., поэт. "долина" [Ушаков 1: 752]. В словарях второй половины ХХ в. слово дается с пометой стар. "то же, что долина" [Ожегов: 121], а в начале XXI в. включается в архаические словари: устар. "долина" [Фёдоров: 202], поскольку полностью вытесняется дериватом долина с суффиксом -ин-.

 

ДРУГИ

 

О други игрищ и забав,

 

Уж я вас больше не увижу (70).

 

В стихотворении Есенина форма множественного числа существительного други не соответствует современной форме друзья: "во множественном числе общая грамматическая тенденция к преодолению синонимии флексий приводит к унификации словоизменительных парадигм: во множественном числе рано наметилась нейтрализация родовых различий, что создает условия для оформления единой - унифицированной - системы флексий для существительных всех трёх родов" [Киржаева: 61]. "у имён существительных муж. р., 2-го скл. вместо некогда единого окончания в формах Им. п., мн. ч. -и, вытесненного позже окончанием Вин. п. -ы, с течением времени появляются новые окончания: -а, -я, -ья, -овья, которых не было до этого в древнерусской системе склонения" [Павлович: 65]. Это морфологический архаизм.

 

МЕЖ

 

Он смуглой горстью меж тихих древ

 

Бросает звезды - озимый сев (89).

 

По данным лексикографических источников, на протяжении ХХ - начала XXI в. предлог меж даётся с пометами устар. и книжн. торж. "то же, что между" [Ушаков 2: 172] и входит в состав пассивной лексики русского языка, будучи вытесненным вариантом между со старославянским рефлексом йотовой палатализации пр. -сл.*dj [Черных 1: 521]. Однако морфологически - это разные формы: если между - "форма род. - местн. п. дв. ч. от о. -с. *medja - "середина", "граница"", то "д. -рус. межи, откуда меж: это - мест. п. ед. ч. от того же о. -с. *medja (др. -р. межа)" [Там же].

 

КОЛОДЕЗЬ

 

Солнышко утром в колодезь озер

 

Глянуло - месяца нет (93).

 

По данным лексикографических источников начала ХХ в., существительное с историческим суффиксом -ез- колодезь было вытеснено дериватом суффиксом -ец-: устар. "колодец" [Ушаков 1: 1406]. Отметим, что в однокоренном старославянском по происхождению, как указывают этимологические словари, деривате кладезь этот суффиксом сохраняется [Черных 1: 299], хотя само существительное также перешло на периферию употребления (устар. поэт. колодец) и закрепилось лишь в переносном значении: перен. "неиссякаемый источник. сокровищница знаний, мыслей мудрости (часто шутл.)" [ССРЛЯ 5: 986].

 

КРАСА

 

Под затуманенною дымкой

 

Ты кажешь девичью красу (24).

 

По данным лексикографических источников, на протяжении ХХ - начала XXI в. существительное краса даётся с пометой поэт., устар. "красота" [Ушаков 1: 1497], устар. "то же, что красота" [Ожегов: 211], устар., поэт. "красота" [Фёдоров: 316] и входит в состав пассивной лексики русского языка, будучи вытесненным словообразовательным вариантом красота с суффиксом -от-.

 

ОБЛАК

 

Облак, как мышь,

 

подбежал и взмахнул

 

В небо огромным хвостом (93).

 

По данным лексикографических источников начала ХХI в., форма существительного мужского рода облак - архаизм: устар. "облако" [Фёдоров: 427], - вытесненный на периферию употребления формой среднего рода облако.

 

ОСТАЛЬНИЕ

 

Рекрута играли в ливенку

 

Про остальние деньки (49).

 

По данным лексикографических источников на протяжении ХХ - начала XXI в. отглагольное прилагательное остальний в значении, реализуемом в есенинском контексте, входит в состав пассивной лексики: "1. весь, кроме данного, прочий; 2. устар. оставшийся, сохранившийся последним из нескольких" [Ушаков 2: 878], устар. "1. последний из оставшихся; 2. предстоящий, еще не прошедший (о единице времени)" [Фёдоров: 455], - вытеснившись причастной формой от этого же глагола оставшийся.

 

ПЕСНЬ

 

Где-то песнь соловья

 

Вдалеке я слышу (15).

 

По данным лексикографических источников, форма 3 склонения существительного песнь, вытесненная формой 1 склонения песня, является в первой половине ХХ в. устаревшим и приводится с пометой устар.: "то же, что песня (в 1-м и 2-м знач.)" [Ушаков 3: 240; ССРЛЯ 9: 1079]; оно остается в пассивном запасе лексики и в начале XXI в. [Фёдоров: 499].

 

Данные варианты представляют собой разные результаты одного морфологического процесса - перераспределения существительных по типам склонения в зависимости от категории рода и общности флексий начальной формы: песнь сохраняет флексию древнего склонения *i-основ, басня - *јг-основ.

 

В современном русском литературном языке слово песнь не употребляется вообще, вытеснившись формой песня. Изменение в оформлении флексии привело к тому, что существительное стало изменяться только по 1-му типу склонения.

 

ПЛАТ

 

Топи да болота,

 

Синий плат небес (65).

 

По данным лексикографических источников на протяжении ХХ - начала XXI в. существительное плат являлось архаизмом: устар. и ритор. "то же, что платок" [Ушаков 3: 286], устар., фольк. "1. платок; 2. большой кусок белого холста, полотна" [Фёдоров: 509]. Общеупотребительным является однокоренное слово платок с суффиксом -ок-.

 

(ЛЮДИ) ТВОЯ

 

Загузынил дьячишко лядащий:

 

"Спаси, Господи, люди твоя" (62).

 

Старославянская форма притяжательного местоимения TBO?

 

УБОГОЙ

 

И подумал: "Вишь, какой убогой, -

 

Знать, от голода качается, болезный" (42).

 

Древнерусское оформление окончания полного прилагательного после падения редуцированных: "в начальной форме мужского рода после падения редуцированных вместо исконного древнерусского преобразования великой / синей закрепляется форма старославянская великый / синий" [Киржаева: 72]. В современном русском языке форма убогой является архаизмом, и употребляется с флексией -ий.

 

УПЕРЛИСЯ

 

У лесной поляны - в свяслах копны хлеба,

 

Ели, словно копья, уперлися в небо (38).

 

В современном русском языке данная форма глагола с возвратной частицей -с? (-ся) не употребляется, ей соответствует формообразующий суффикс -сь. Форма уперлися является архаичной.

 

СОДЕРЖАНИЕ:  Современный русский язык. Лексика. Фразеология. Морфология