Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

   


Тайны археологии

Радость и проклятие великих открытий


Бацалев В., Варакин А.

 

Потерянный город киммерийцев

 

 

Весьма загадочная  история  связана  с  одним  из  эллинских  городов,

расположенных  по  берегам Керченского пролива,  который древние греки

именовали Боспором Киммерийским.

 

Эти города-полисы,  появившиеся в VI веке до  н.  э.  в  ходе  Великой

греческой  колонизации,  представляли  собой небольшие (по современным

масштабам) государства.  В конце V века  до  н.  э.  правитель  самого

старого  и  сильного  из  них  -  Пантикапея  (ныне  Керчь),  Сатир  I

присоединил к  своему  сильно  расширившемуся  государству  почти  все

города по обеим сторонам пролива. Его сын Левкои I завоевал Феодосию и

покорил варварские племена,  обитавшие за проливом в Прикубанье  и  на

побережье  Азовского  моря,  которое  эллины  называли  Меотидой.  Так

образовалось государство,  именовавшееся Боспорским,  поскольку пролив

был  не  только географической осью-мостом,  разделявшей и соединявшей

его  на  "европейскую"  и  "азиатскую"  части,  но  и  важной  морской

артерией.

 

Переживая все превратности судьбы,  Боспорское царство просуществовало

около тысячи лет.  И во все времена особую роль  играли  "киммерийские

переправы"  (как  их  называет  Геродот)  - самая узкая северная часть

пролива шириной 3-4 километра.  С  западной  (крымской)  стороны  этот

стратегически   важный   участок  фланкировался  небольшой  крепостью,

которая так и  называлась  -  Порфмии  (то  есть  "переправа"),  а  на

противоположном  берегу,  как  сообщали  античные  авторы,  находились

Ахиллеон, лищс Ахилла,  владыки  Понта,  и  у  самого  выхода из пролива - город

Киммерида, или Киммерик, защищавший переправу рвом и валом.

 

Порфмии и другие упомянутые в письменных источ-

' никах крымские поселения были найдены еще в первой

половине XIX   века,   тогда   же   высказывались   предположения    о

месторасположении Ахиллеона и Киммерика на Таманском берегу.

 

Едва ли  не  решающим  аргументом в локализации святилища Ахилла стала

находка в 1822 году неким Бибиковьщ барабанов  мраморных  колонн  близ

узкой и длинной Песчаной косы Северной (или Чушки), выдвинувшейся от

таманского берега в пролив почти на 20 километров. Сведений о том, кем

был "находчик",  пытавшийся даже поднять  одну  колонну  из  воды,  не

сохранилось.  Какие-то  данные  о колоннах рядом с косой содержались в

дневниках бескорыстного ценителя крымских  древностей  Поля  Дюбрюкса,

который  на  карте  указал  место  находки.  Однако  сами  дневники не

сохранились,  и к середине  XIX  века  исследователь  Тамани  К.  Герц

характеризовал  данные  об  утраченной  находке  как  "археологическое

предание".  Но независимо от этого предание о колоннах прочно вошло  в

сознание последующих поколений исследователей, и у многих ученых почти

не было сомнений,  что  знаменитое  святилище  располагалось  на'косе,

ближе  к  ее  окончанию,  а  сейчас  затоплено водами мелкого Динского

залива.

 

Те же  письменные   источники   сообщают,   что   Киммерик   находился

неподалеку,  примерно  в  3-4  километрах  от  Ахиллеона.  Ближайшее к

основанию косы значительное городище в 1794 году посетил  академик  П.

Паллас.  С  тех  пор  в этом внушительном холме,  окруженном земляными

валами,  из которого местные жители добывали в качестве  строительного

камня древние надгробия с рельефными изображениями,  иногда помеченные

греческими надписями,  одни исследователи усматривали Ахиллеон, другие

- руины Киммерика.  Правда, почти так же было распространено и мнение,

что Киммерик находился восточнее, у мыса Каменный. Там тоже были следы

античной  культуры,  хотя  и  не  столь  яркие,  как на батарейке (так

таманские  казаки  называли  остатки  античных  городищ,  напоминающих

земляные крепости).

 

Отдельные небольшие  "батареи"  первыми исследователями воспринимались

как огромные курганы.  В 1852-1853 годы К.  Бегичев и Я.  Лазарев даже

пытались  раскапывать  как курган батарейку у станицы Фонтан,  но,  не

разобрав' шись в памятнике и не обнаружив эффектных погребаль"

 

ных находок,  потеряли  к  нему  всякий  интерес.  В  1870   году   В.

Тизенгаузен произвел раскопки батарейки близ Северной косы. Результаты

работ разочаровали его: добыв из насыпи пять надгробий с надписями, он

больше к памятнику не возвращался.

 

Новую страницу  в  изучение  Таманского  полуострова  вписал советский

ученый Н.  Сокольский,  который установил,  что батарейки представляют

собой   небольшие   боспорские  крепости,  образующие  единую  систему

государственной обороны. Они были возведены в конце I века до н. э. и,

неоднократно  перестраиваясь после вражеских набегов,  дожили до конца

античной эпохи.  После этих исследований стало,  совершенно ясно,  что

крепость-батарейка  у  переправы  не  имеет  никакого  отношения  ни к

Ахиллеону, ни к Кимериде.

 

Ученик Н.  Сокольского,  Ю.  Десятчиков,  обратив внимание на то,  что

остатки Киммерика,  согласно сообщениям античных авторов,  должны быть

лет на триста-четыреста старше батареек,  попытался отыскать городище,

жизнь  на котором появилась не позже IV века до н.  э.  Такое городище

нашлось около пос. Кучугуры, но расположено оно почти на 20 километров

восточнее Киммерийского Боспора,  уже на побережье Меотиды,  а древние

источники ясно указывают,  что город находился у выхода  из  залива  в

Азовское море.

 

Таким образом,   все  попытки  ученых  отыскать  известные  города  на

восточном берегу пролива оказались тщетными.  Необходимо было начинать

расследование  вновь,  а  Для  этого  еще  раз  пристально рассмотреть

"свидетельские" показания.

 

"Псевдо-Скимн" (неизвестный греческий географ (Скимн Хиосский -  ?)  в

конце  II  века  до н.  э.  написал в стихах сочинение,  озаглавленное

"Землеописание") сообщал:

 

"При самом выходе из устья (Киммерийского Боспора) - город  Киммерида,

основанный боспорскими тиранами... "

 

Устье Боспора   -   это   его  узкая  северная  часть,  теснина  между

оконечностью  Восточного  Крыма  и  северо-западным  краем  Таманского

полуострова. Следовательно, "самый выход" - место сопряжения пролива и

Азовского моря.  По современной карте  эту  местность  следует  искать

между  основанием  косы Чушки и мысом Ахиллеон (бывш.  Литвинова),  на

котором стоит маяк и от которого берег поворачивает к северо-востоку.

 

Страбон (греческий географ,  жил на рубеже эр,  создал  монументальный

труд  "География"),  описывая  морской  путь  по  побережью Меотиды до

Танаиса (Дона), сообщал, что от устья реки Антикит (р. Кубань)

 

"...120 стадиев до Киммерийского селения,  которое является  отправным

пунктом плавания по озеру (Меотиде)...  В прежние времена Киммерик был

городом на полуострове и запирал  перешеек  рвом  и  валом.  Далее  до

селения Ахиллеон,  где находится святилище Ахилла, 20 стадиев. Здесь у

входа в Меотиду пролив уже всего - около 20  стадиев  или  больше.  На

противоположном  берегу  находится селение Мирмекий,  поблизости лежат

Гераклий и Парфений.  Отсюда 90 стадиев до памятника  СатируНеподалеку

находится   селение   Патреп,  от  которого  130  стадиев  до  селения

КорокондамЫПоследнее является  концом  так  называемого  Киммерийского

Боспора ".

 

И этот свидетель дает очень ясные географические ентиры. Киммерийское селение располагалось примерно в

20-30 километрах от древнего устья реки Кубань (Пересыпское гирло) и в

3-4  километрах  от  Ахиллеона,  что  находился  в  самой  узкой части

пролива,  у выхода в Меотиду,  напротив Мирмекия, Парфения и Гераклия.

Киммерийское поселение стояло на самом берегу,  так как отсюда корабли

отправлялись в плавание по Азовскому морю.  Это значит,  что поселение

лежало  не  у высокого и обрывистого берега,  который начинается в 1-2

километрах северовосточнее косы Чушки и тянется  до  упомянутого  пос.

Кучугуры, где берег опять плавно понижается. И хотя на протяжении двух

тысяч  лет  морской  берег  размывался,   особенности   геологического

строения  этого  участка  материка  позволяют  считать,  что  в  целом

ландшафт не изменился.

 

Страбон опять приводит нас к тому  же  отрезку  таманского  берега,  о

котором свидетельствовал псевдо-Скимн.  Можно даже уточнить:  Киммерик

располагался на 3-4 километра дальше от самого узкого места Боспора. В

наши  дни самое узкое место пролива - против середины косы Чушки,  где

работает паромная переправа.  Если  здесь  когда-то  стояло  святилище

Ахилла,  то указанное расстояние приведет нас к точке, лежащей на косе

примерно в 8-9 километрах от её корня.  Однако никаких следов  древней

античности здесь не обнаружено.

 

Сложность поиска  усугубляется  тем,  что за прошедшие два тысячелетия

конфигурация береговой линии Тамани сильно изменилась.  Тогда  уровень

Черного моря был ниже современного примерно на 4-4,5 метра. Затем море

стало подниматься,  причем процесс этот шел неравномерно.  Подъем воды

привел  к  затоплению  низменных  участков  суши  (древние  прибрежные

поселения оказались  полностью  или  частично  затоплены),  размыву  и

разрушению  Коренных  берегов;  он  способствовал  и  образованию  так

Называемых аккумулятивных форм - кос,  перемычек-пересыпей и т.д. Так,

коса Чушка, ныне простирающаяся в длину почти  на  20 километров,  каждый год прибавляет около 60 метров

(поперечный прирост).  Все эти процессы сложно  учесть  с  желательной

точностью,   но   ясно,   что   берег  времен  Страбона  отличался  от

современного.

 

С другой стороны, от устья р. Кубань (Антикита) -

20-25 километров.   Если   это   расстояние   отсчитывать   по  кромке

современного берега,  мы  придем  в  район  между  мысами  Каменным  и

Ахиллеонским (Литвинова). Абсолютно точные расчеты здесь невозможны по

двум причинам.  Во-первых, неизвестно, каким именно стадием измерялись

расстояния,  так  как  стадий не был величиной постоянной (между 157 и

192  метрами).  Во-вторых,  невозможно  реконструировать  сам   способ

замера: нельзя точно воспроизвести траекторию движения корабля; нельзя

сказать определенно, как визировались прибрежные пункты (когда корабль

находился  напротив  них  или  же как только они появлялись в пределах

видимости);  наконец, поскольку расстояние определялось временем пути,

на  него  влияла  скорость  движения,  которая  зависима  от  течения,

достигающего в проливе 5 километров в час.

 

Обратим особое внимание на то,  что Страбон сообщил еще один ориентир,

который, правда, имеет отношение к городу Киммерику, что "был прежде",

а не к Киммерийскому поселению, которое, видимо, располагалось либо на

его месте,  либо где-то поблизости.  Этот город находился на перешейке

полуострова,  запирая его  рвом  и  валом.  Если  бы  мы  имели  право

проецировать данное указание Страбона на современную карту,  то должны

были бы искать Киммерик в одном единственном месте - у основания  косы

Чушки,  так  как  другого  перешейка здесь нет.  В конце прошлого века

кубанский казак  М.  Поночевный  обратил  внимание,  что  часть  косы,

примыкающая   к   материку,  достаточно  высока  и  не  песчаная,  как

остальная,  а представляет собой остатки коренного берега.  Он сообщал

также, что видел здесь какие-то древние остатки. К

лению, больше эту информацию никто не подтвердил, а рельеф местности с

тех пор был сильно изменен строительством сначала  железной,  а  потом

шоссейной дорог.

 

Свидетельства источников   более  позднего  времени  не  добавляют,  к

сожалению,  ничего принципиально нового. Римский автор I века н. э. П.

Мела   в   "Землеописании"   повторил   данные  псевдо-Скимна,  как  и

псевдо-Арриан,  анонимный автор сочинения "Перипл Эвксинского  Понта",

составленного  в  V  веке н.  э.  Упоминал Киммерий "на другой стороне

пролива в самом конце" Плиний Старший,  римский ученый-энциклопедист I

века н.  э.  Клавдий Птолемей (II век н.  э.),  составитель знаменитой

карты мира, знал только мыс Киммерий "при устье Боспора".

 

Итак, все античные авторы,  сохранившие данные о  Киммерике,  согласно

указывают   на   местоположение   города   в   узкой   северной  части

Киммерийского Боспора,  у выхода в Меотиду, примерно в 4 километрах от

Ахиллеона,  который  располагался  в  самой теснине пролива и напротив

которого на Крымском берегу были поселения Порфмий, Парфений, Гераклий

и  Мирмекий.  От  Киммерийского  селения вдоль берега - приблизительно

20-25 километров до древнего  русла  р.  Кубань.  Находился  город  на

перешейке  полуострова.  Это было приморское селение:  из него корабли

отправлялись в плавание по Азовскому морю.  Всё  говорит  о  том,  что

потерянный  город  находился  недалеко  от того места,  где коса Чушка

примыкает к коренному берегу.

 

Какие же "вещественные доказательства",  то есть  материальные  следы,

сохранились  в  интересующем нас районе?  Он неоднократно обследовался

археологами.  Правда,  раскопками   изучалась   только   упоминавшаяся

крепость  у поселка Ильич,  в двух километрах от основания косы Чушка.

Зато в распоряжении ученых  имеется  очень  подробная  археологическая

карта  со  следами  древних  памятников,  зафиксированных  при  помощи

аэрофотосъемки и обнаруженюных методом сплошной разведки.  В итоге можно утверждать,  что ни один

значительный  памятник  не остался без внимания,  а собранная керамика

позволила составить представление о времени жизни  и  запустения  того

или иного поселения.

 

Что же показала картина расселения греков в районе косы Чушки? Как уже

говорилось,  самое  значительное   поселение   -   крепость-батарейка,

возведенная в конце I века до н. э. и дожившая до VI века н. э. При ее

раскопках находили,  хотя и довольно редко, вещи, которые датировались

веками,   предшествующими   появлению   крепости.  Эти  предметы  были

утилизованы (то есть использованы вторично)  жителями  крепости  порой

через  тысячу  лет  после того,  как были изготовлены.  Следовательно,

неподалеку   находилось   более   раннее   поселение.   Другие    креп

ости-батарейки  тоже,  как  правило,  возникали не на пустом месте,  а

рядом или даже непосредственно над руинами  предшествующих  поселений,

как, например, упомянутый Страбоном Патрей.

 

Следы небольшого  поселения,  которое появилось уже в конце VI века до

н.  э.,  были обнаружены юго-восточнее крепости,  в 0,75 километра  от

поселка Ильич,  рядом с древней дорогой, ведущей в глубь Тамани. Далее

на этой дороге встречаются остатки еще двух поселений IV века до н. э.

-  II  века н.  э.  Другая древняя дорога приводит в район упомянутого

городища Батарейка I,  в котором раньше усматривали остатки Киммерика.

Но  этот памятник относится в первым векам н.  э.  Маленькое поселение

IV-I веков до н.  э. найдено ближе к основанию косы Чушка, недалеко от

берега Динского залива. Этим исчерпывается список поселений, лежащих в

районе косы.

 

Очевидно, что ни одно  из  них  по  времени  жизни,  местоположению  и

размерам  не соответствует КиммерикуВместе с тем этот район был освоен

греческими поселенцами уже с конца  VI  века  до  н.  э.,  а  сельские

поселения

 

никогда не  существовали  сами  по  себе,  но всегда были выселками из

первоначального центра,  полиса. Правда, в данном случае они с IV века

до  н.  э.  могли  появиться  как  результат целенаправленной политики

боспорских правителей.  С конца I века до н.  э.  таким центром  стала

крепость-батарейка. А к какому центру тяготели более ранние поселения?

Таким мог быть только Киммерик,  потому что  другие  города  находятся

слишком далеко.

 

Некоторая надежда   оставалась  на  погребальные  памятники,  курганы,

неизменные  спутники  поселений.  Но  и   здесь   случилась   неудача.

Исследования   показали,   что  почти  все  значительные  по  размерам

курганные насыпи были возведены еще в эпоху бронзы, то есть задолго до

эллинов,  которые  время  от  времени лишь "впускали" погребения своих

умерших в уже существующие надмогильные сооружения.

 

Выводы, которые следуют из вышеизложенного, малоутешительны. Возможно,

сообщения  древних  авторов  неточны,  или мы неправильно их понимаем.

Возможно, интересующие нас остатки города недоступны непосредственному

наблюдению с поверхности,  потому что оказались перекрыты наносами или

затоплены морем.  Последнее предположение наиболее вероятно,  и  следы

Киммерика  следует  искать  вдоль береговой кромки,  в обнажениях и на

мелководье.  Необходимо  помнить  и  о  сообщениях   М.   Поночевного,

видевшего  следы  поселения в начале косы до того,  как место это было

разрушено строительством и занесено песчаными наносами.

 

В августе 1996 года археологи осматривали береговой обрыв  у  Динского

залива  между  косой Чушкой и небольшим мысом,  на котором расположена

крепость-батарейка.  Ближе к косе берег низкий,  поросший  камышом,  к

мысу  он постепенно повышается,  становясь обрывистым,  достигая шести

метров над уровнем воды в заливе.  В обрыве хорошо видны остатки самой

крепости и поселения,рое её   окружало.   Дальше  на  протяжении  нескольких  сотен  метров

культурного слоя и строительных остатков  не  видно,  но  периодически

встречаются  разрезы грунтовых ям.  У подножия обрыва на узком пляже и

на мелководье  время  от  времени  попадаются  небольшими  скоплениями

обломки  амфор  IV  века  до н.  э.  В воде была найдена монета первой

половины III века до н. э.

 

Эти признаки наводят на мысль,  что обнаружен  грунтовый  некрополь  -

"город мертвых".  Обычно некрополь располагался рядом с поселением, за

его пределами. Совершенно очевидно, что кладбище VI-III веков до н. э.

не  может  принадлежать  поселению с крепостью,  только появившемуся в

конце I века до н.  э.  Ясно  также  что  "пропавшее"  поселение  было

внушительных размеров,  поскольку некрополь, оставленный его жителями,

очень велик.  Неизвестно,  как  глубоко  он  простирается  вглубь,  но

протяженность  вдоль  современной  береговой  линии указывает,  что он

принадлежал не рядовому  поселению,  а,  скорее,  городу.  Однако  его

следов  на  берегу  не  обнаружено.  Значит ли это,  что искомый город

оказался затоплен морем?

 

К сожалению,  проверить это предположение до сих пор не  удалось,  так

как  раскопки памятника,  которые должны пролить свет на его характер,

размеры и хронологию, требуют много времени, средств и сил.

 

Хочется надеяться,  что будущие полевые сезоны  принесут  долгожданное

открытие  и  раскроют  многовековую тайну.  Но даже в этом случае дело

рано будет сдавать в архив,  поскольку не  найденный  город  хранит  и

другие тайны. Вот одна из них.

 

Вышеупомянутый автор  псевдо-Скимн  сообщал,  что  город Киммерида был

основан боспорскими тиранами, а значит, его возникновение относится ко

времени не ранее IV века до н.  э.  Но сохранилась надпись на камне, в

которой перечисляются причерноморские города, платившие в 425-424 годы

до н. э. подать в казну 1-го Афинского ского союза.  Сохранилась надпись плохо, названия многих городов почти

не читаются.  Но первые три буквы одного из городов  видны  отчетливо:

"ЮМ".  Поскольку только один город на Понте имел так начинающееся имя,

ни у кого не возникало сомнений,  что речь идет о  Киммериде.  Правда,

город  с  аналогичным  названием  существовал и в Крыму,  но по данным

письменных источников и раскопок появился он не ранее конца I века  до

н. э., когда "азиатский" Киммерик уже прекратил свое существование.

 

Таким образом,  один источник относит основание Киммериды к IV веку до

н.  э.,  а согласно другому,  город существовал уже в V веке до н.  э.

Объяснить  это противоречие может история другого боспорского полиса -

Горгиппии,  руины которой лежат под  современной  Аналой.  Этот  город

действительно  был  основан боспорскими тиранами в середине IV века до

н. э. Его основателем считался Горгипп, давший новой колонии свое имя.

Но  в  1982  году  раскопками  были открыты остатки города VI - первой

половины  IV  веков  до  н.  э.,   непосредственного   предшественника

Горгиппии.  Имеются основания считать,  что древний город был разрушен

правителями  Боспора,  а  рядом  с  развалинами  появилась  Горгиппия.

Следовательно,   у   одного   города   как   бы  два  "дня  рождения".

Примечательно,  что и имени у него было  два.  На  протяжении  долгого

времени  название  старого  города - Синдская гавань - оставалось даже

более употребительным, нежели официальное - Горгиппия, которое впервые

упоминал  Страбон.  Не  та  же ли судьба постигла и Киммериду,  хотя и

сохранившую исконное имя?  Такое сходство кажется более чем вероятным.

Во-первых,  оба  города  занимали  стратегически  важное  положение  в

государстве: Горгиппия находилась вблизи юговосточной границы Боспора,

по  соседству  с  воинственными  племенами:  Киммерик  же был ключом к

переправе,  а за проливом располагалось ядро державы Спартокидов и  ее

столица - Пантикапей. Во-вторых, всякий разняя полис,  то есть включая в державу небольшое государство, правители

Боспора должны были по праву  завоевателя  ограничить  его  автономию,

подавить  самостийность,  как  ныне говорят в тех местах.  В отдельных

случаях (что видно на примере сицилийского тирана  Дионисия  Старшего,

современника Сатира I) старый полис просто уничтожался, а на его месте

появлялась  колония  наемников  и  ветеранов,   которые   всем   своим

благополучием  были  лично  обязаны  главе  государства.  Косвенно эту

догадку подтверждают слова Страбона,  что "Киммерик прежде был городом

на полуострове и замыкал перешеек рвом и валом".  Прежде был - значит,

ко времени великого географа это был уже не город или же он  находился

теперь не на полуострове.

 

Однако ответить  на  все загадки и вопросы можно будет не раньше,  чем

удастся отыскать руины Киммерика-Киммериды.

 

<<< Содержание книги       Следующая страница >>>