Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС

Раздел: Право

 

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ ПУНКТОВ 1 И 3 ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 232, ЧАСТИ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 248 И ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 268 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РСФСР В СВЯЗИ С ЗАПРОСАМИ ИРКУТСКОГО РАЙОННОГО СУДА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ И СОВЕТСКОГО РАЙОННОГО СУДА ГОРОДА НИЖНИЙ НОВГОРОД

 

Смотрите также:

Основы права
гражданское право

Право в медицине
медицинское право

Конституционное право РФ
конституционное право

Гражданское право
гражданское право

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 г. №7-П

 

(ИЗВЛЕЧЕНИЯ)

 

Конституционный Суд Российской Федерации... рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232, ча­сти четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР.

Поводом к рассмотрению дела явились запрос Иркутского районного суда Иркутской области о проверке конституционности статей 232 и 258 Уголовно-процессуального кодек­са РСФСР и запрос Советского районного суда города Нижний Новгород о проверке кон­ституционности части четвертой статьи 248 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР.

Конституционный Суд Российской Федерации... установил:

1. Иркутский районный суд Иркутской области, рассматривая в судебном заседании под председательством судьи П.С. Брянского уголовное дело по обвинению С.А. Терентьева и М.Л. Шевцова, выявил, что предварительное следствие по делу проведено неполно и в содержание предъявленного подсудимым обвинения не включены указания на ряд тяж­ких последствий. В связи с этим суд, руководствуясь статьями 258 и 232 УПК РСФСР, вы­нес определение о направлении дела для производства дополнительного расследования.

Согласно части первой статьи 232 УПК РСФСР судья в стадии назначения судебного заседания возвращает дело для дополнительного расследования в случаях:

1) неполноты произведенного дознания или предварительного следствия;

2) существенного нарушения уголовно-процессуального закона органами дознания или предварительного следствия;

3) наличия оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении;

4) наличия оснований для привлечения к уголовной ответственности по данному де­лу других лиц;

 


 

5) неправильного соединения или разъединения дела. В решении о направлении де­ла для дополнительного расследования указываются его основания, обстоятельства, ко­торые дополнительно должны быть выяснены, а также определяется мера пресечения в отношении обвиняемого (части вторая и третья статьи 232 УПК РСФСР).

Такое же решение суд выносит, если указанные в статье 232 УПК РСФСР обстоятель­ства будут им установлены во время судебного разбирательства уголовного дела (часть первая статьи 258 УПК РСФСР).

Полагая, что предписания указанных норм уголовно-процессуального закона, обязы­вающие суд направить дело для дополнительного расследования, не соответствуют ста­тьям 10, 49,50,118 и 123 Конституции Российской Федерации, Иркутский районный суд Иркутской области обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке их конституционности.

Между тем согласно статье 102 Федерального конституционного закона «О Конститу­ционном Суде Российской Федерации» предметом проверки в Конституционном Суде Российской Федерации по запросу суда может быть лишь закон, примененный или под­лежащий применению в конкретном деле. Иркутским районным судом Иркутской облас­ти были применены в конкретном уголовном деле лишь часть первая статьи 258 и пунк­ты 1 и 3 части первой статьи 232 УПК РСФСР, и, следовательно, только эти нормы и могут являться предметом проверки по данному запросу.

В запросе Советского районного суда города Нижний Новгород оспаривается конститу­ционность части четвертой статьи 248 УПК РСФСР. Как следует из запроса, в ходе рассмо­трения судом уголовного дела по обвинению Л.Ф. Мухиной и А.П. Праприной государствен­ный обвинитель отказался от поддержания обвинения и ходатайствовал в связи с этим о возвращении дела для дополнительного расследования. Учитывая ходатайство, поддер­жанное подсудимыми и их защитниками, суд вынес определение о направлении дела для производства дополнительного расследования. Данное определение было отменено Ни­жегородским областным судом в кассационном порядке по протесту прокурора города Ниж­ний Новгород, а дело возвращено в тот же суд для рассмотрения по существу. При этом было указано, что районный суд должен был, несмотря на отказ государственного обвини­теля от поддержания обвинения, продолжить разбирательство дела и на общих основани­ях разрешить вопрос о виновности или невиновности подсудимых, что прямо предусмотре­но частью четвертой статьи 248 УПК РСФСР. 

Однако Советский районный суд, рассматривая под председательством судьи Л.П. До-брогорской вновь поступившее уголовное дело, пришел к выводу, что положение части четвертой статьи 248 УПК РСФСР не согласуется с закрепленным в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципом состязательности и равноправия сторон, и обратился с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации.

Учитывая, что оба запроса касаются одного и того же предмета, а именно положений Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, предполагающих осуществление судом пол­номочий, направленных на восполнение недостатков предварительного расследования и обоснование обвинения, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Россий­ской Федерации» соединил дела по этим запросам в одном производстве.

2. Суд осуществляет судебную власть посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (статья 118 Конституции Российской Федерации), которое согласно статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации основывается на принципе состязательности и равноправия сторон. Этот принцип в уго­ловном судопроизводстве означает прежде всего строгое разграничение судебной функ­ции разрешения дела и функции обвинения, которые, таким образом, осуществляются разными субъектами.

Разрешая дело, суд на основе исследованных в судебном заседании доказательств формулирует выводы об установленных фактах, о подлежащих применению в данном де­ле нормах права и, соответственно, об осуждении или оправдании лиц, в отношении кото­рых велось уголовное преследование. При этом состязательность в уголовном судопроиз­водстве во всяком случае предполагает, что возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а также потерпевшими. Возложение нe на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность этих органов и лиц по осуще­ствлению функции обвинения не согласуется с предписанием статьи 123 (часть 3) Консти­туции Российской Федерации и препятствует независимому и беспристрастному осуществ­лению правосудия судом, как того требуют статья 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации, а также нормы ратифицированных Российской Федерацией международных договоров (статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 14 Меж­дународного пакта о гражданских и политических правах).

3. Рассматриваемыми положениями статей 232 и 258 УПК РСФСР предусмотрено на­правление судом, в том числе по собственной инициативе, уголовного дела для производ­ства дополнительного расследования в случае неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, а также при наличии оснований для предъявления другого обвинения либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающе­еся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном за­ключении. Таким образом, суд, сам инициируя продолжение следственной деятельности по обоснованию обвинения, по сути, выполняет не свойственную ему обвинительную функцию. Возвращение дела для дополнительного расследования в связи с указанными основаниями при отсутствии соответствующих ходатайств сторон, то есть если ни обвине­ние, ни защита не настаивают на этом, может отражать только интересы обвинения, так как тем самым обеспечивается восполнение недостатков именно обвинительной деятель­ности в ситуации, когда ни прокурором, ни потерпевшим сомнения в доказанности обвине­ния не устраняются (в том числе в судебном заседании). С точки зрения интересов защи­ты возвращение дела для производства дополнительного расследования в таких случаях не является необходимым, поскольку при полной или частичной недоказанности, а также сомнительности обвинения защита вправе рассчитывать на вынесение судом оправда­тельного приговора либо, соответственно, на признание подсудимого виновным в менее тяжком преступлении, чем ему вменяли органы расследования. Такая позиция защиты яв­ляется допустимой формой отстаивания интересов подсудимого, ибо суд при этих обсто­ятельствах обязан следовать принципу презумпции невиновности, закрепленному в ста­тье 49 Конституции Российской Федерации.

Согласно названному конституционному принципу каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмо­тренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу при­говором суда. Из этого принципа в совокупности с принципом состязательности (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) следует, что суд вправе устанавливать виновность лица лишь при условии, если доказывают ее органы и лица, осуществляю­щие уголовное преследование. Поскольку, по смыслу статей 118 и 123 (часть 3) Консти­туции Российской Федерации, суд, рассматривая уголовные дела осуществляет исклю­чительно функцию отправления правосудия и не должен подменять органы и лиц, формирующих и обосновывающих обвинение, то не устраняемые ими сомнения в винов­ности обвиняемого, в силу статьи 49 (часть 3) Конституции Российской Федерации, толкуются в пользу последнего. Таким образом, если органы уголовного преследования не смогли доказать виновность обвиняемого в полном объеме и, тем более, если прокурор и потерпевший отказались от поддержания обвинения в суде (полностью или частично), то это должно приводить - в системе действующих уголовно-процессуальных норм при их конституционном истолковании - к постановлению в отношении обвиняемого оправда­тельного приговора или обвинительного приговора, констатирующего виновность обви­няемого в менее тяжком преступном деянии. Вместе с тем законодатель вправе предус­мотреть и иные процессуальные последствия, исключающие продолжение производства по уголовному делу при отказе прокурора (и потерпевшего) от обвинения, в частности прекращение дела, как это установлено для судебной процедуры с участием присяжных заседателей.

4. Вопреки изложенным требованиям Конституции Российской Федерации в части четвертой статьи 248 УПК РСФСР установлено правило, согласно которому отказ проку­рора от обвинения не освобождает суд от обязанности продолжить разбирательство де­ла и разрешить на общих основаниях вопрос о виновности или невиновности подсудимо­го. В результате функция поддержания обвинения переходит фактически к самому суду, и он должен обеспечивать выявление и исследование обосновывающих данное обвине­ние доказательств.

Между тем, как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федера­ции от 28 ноября 1996 года по делу о проверке конституционности статьи 418 УПК РСФСР, в состязательном процессе суд, напротив, обязан обеспечивать справедливое и бесприст­растное разрешение дела, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, и не может принимать на себя дополнительно выполнение процессуальной функции стороны, представляющей обвинение, так как это нарушает конституционный принцип состязательности и приводит к тому, что сторона, осуществляющая защиту, ока­зывается в худшем положении. Сформулированная Конституционным Судом Российской Федерации правовая позиция в полной мере применима к ситуациям, порождаемым нор­мой части четвертой статьи 248 УПК РСФСР, когда суд должен продолжать рассмотрение обвинения, предъявленного органами расследования, даже при отказе прокурора от его поддержания. Более того, по смыслу указанной нормы, суд вправе в этих случаях вынести по делу и обвинительный приговор, а также по собственной инициативе направить дело для дополнительного расследования, что противоречит статьям 49 и 123 (часть 3) Консти­туции Российской Федерации.

5. В соответствии с частью второй статьи 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации оценивает конституционность нормативного положения, исходя из его места в системе нормативных актов и учитывая как его буквальный смысл, так и смысл, прида­ваемый ему актами толкования или сложившейся праволрименительной практикой.

Исходя из рассматриваемых положений статей 232 и 258, а также статьи 248 в их вза­имосвязи с другими нормами УПК РСФСР, в том числе предусматривающими в качестве основания к отмене приговора вышестоящим судом односторонность и неполноту предва­рительного расследования, которая не может быть восполнена в судебном заседании (ста­тьи 342,343 УПК РСФСР), возвращение дела судом первой инстанции для дополнительно­го расследования является обязанностью суда. Ее невыполнение при наличии указанной •неполноты расследования влечет отмену не только обвинительных, но и оправдательных судебных приговоров. Тем самым на суд, по существу, возлагается ответственность и за обеспечение качества расследования, в частности за обоснование обвинения.

Такое толкование правомочий суда по возвращению дела для дополнительного рас­следования - в точном соответствии с буквальным смыслом статей 232 и 258 УПК РСФСР и их местом в системе уголовно-процессуального регулирования - дано в Поста­новлении № 2 Пленума Верховного Суда РСФСР от 17 апреля 1984 года (в редакции от 21 декабря 1993 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением судами уго­ловно-процессуальных норм, регулирующих возвращение дел для дополнительного рас­следования». В нем указывается, что в случаях неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании, либо наличия других оснований, предусмотренных статьей 232 УПК РСФСР, судам «над­лежит возвращать дела для дополнительного расследования», и при этом констатирует­ся, что во многих случаях отмену приговоров влечет несоблюдение судами именно дан­ного требования.

Более того, принимая решение о направлении прокурору уголовного дела для допол­нительного расследования, суд в соответствии с частью второй статьи 232 УПК РСФСР должен указать, по какому основанию возвращается дело и какие обстоятельства необхо­димо выяснить дополнительно. Выполняя эти требования закона, суд тем самым опреде­ляет задачи стороны обвинения, предписывая органам уголовного преследования (анало­гично тому, как это делает прокурор в соответствии со статьями 211-214 УПК РСФСР), в каком направлении следует осуществлять формирование и обоснование обвинения.

При этом в соответствии с положениями статей 232 и 258 УПК РСФСР обязанность суда направить дело для дополнительного расследования никак не связывается с пози­цией стороны, осуществляющей обвинение, не обусловливается ее ходатайствами. На­против, закон исходит из того, что такое решение суд может принимать по собственной инициативе. В частности, статьей 232 УПК РСФСР предусмотрено направление дела для дополнительного расследования в стадии назначения судебного разбирательства на ос­новании постановления судьи, выносимого без проведения заседания с участием сторон, что явно противоречит конституционному принципу состязательности.

Вместе с тем даже при наличии ходатайства стороны обвинения о дополнении пред­варительного расследования в целях дальнейшего доказывания предъявленного обви­нения или расширения его объема суд не обязан следовать этому ходатайству во всяком случае и возвращать дело для производства дополнительного расследования: он впра­ве вынести приговор, основываясь в том числе на конституционном требовании о толко­вании неустранимых сомнений в пользу обвиняемого (статья 49, часть 3, Конституции Российской Федерации).

6. Положения статей 232 и 258 УПК РСФСР, предусматривающие направление судом находящегося в его производстве уголовного дела для дополнительного расследования ввиду его неполноты, противоречат также статьям 48 (часть 1) и 52 Конституции Россий­ской Федерации, поскольку создают возможность отказа гражданину в эффективном вос­становлении его прав судом, не обеспечивая ни обвиняемым в совершении преступлений, ни потерпевшим от преступных действий доступ к правосудию в разумный срок. Более то­го, рассмотрение дела судом вообще может не состояться, поскольку действующее уголовно-процессуальное регулирование допускает прекращение уголовных дел в ходе до­полнительного расследования. В названном выше Постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР указывается, что «отдельные суды вместо вынесения обвинительных приго­воров... или оправдания... необоснованно возвращают дела на дополнительное расследо­вание, что порождает волокиту и нарушает права граждан». Причем предупреждение и устранение указанных последствий затруднено, поскольку действующая система процес­суальных норм не обязывает суд при решении вопроса о возвращении уголовного дела для дополнительного расследования выяснять позиции сторон и не предусматривает кас­сационное обжалование соответствующих решений заинтересованными лицами.

Таким образом, пункты 1 и 3 части первой статьи 232 и часть первая статьи 258 УПК РСФСР не исключают произвольного применения, связанного как с отказом от вынесения оправдательного приговора, то есть от публичной реабилитации незаконно привлечен­ных к уголовной ответственности, так и с непредоставлением своевременной защиты потерпевшим, поскольку возвращение дела органам расследования может безоснователь­но отдалять для потерпевших перспективу судебного определения их прав.

Кроме того, если в ходе дополнительного расследования дело прекращается, то неви­новное лицо, в отношении которого велось уголовное преследование, а также потерпев­ший вообще лишаются возможности получить защиту в суде от незаконных действий ор­ганов расследования, поскольку такие действия подлежат проверке судом, как правило, лишь в процессе судебного разбирательства по делу после окончания расследования.

Решение о производстве дополнительного расследования позволяет также осуще­ствляющим его органам добиваться существенного дополнительного продления сроков следствия и сроков применения процессуальных мер принудительного характера, а том числе содержания обвиняемых под стражей. Более того, при исчислении установленных законом предельных сроков содержания под стражей не учитывается время, прошедшее с момента направления дела в суд до возвращения его прокурору для производства до­полнительного расследования. Продление же продельных сроков ареста в связи с воз­вращением дела для дополнительного расследования, явившимся результатом низкого качества ранее проведенного дознания или предварительного следствия, не исключено и в тех случаях, когда восполнить его пробелы объективно невозможно и производство по делу органами расследования прекращается. При таких обстоятельствах продление предельных сроков ареста, обусловленное возвращением дела для дополнительного расследования, несоразмерно социально оправданным целям этой меры пресечения и нарушает право обвиняемого на судебное разбирательство в разумные сроки или на своевременное освобождение от преследования, то есть не согласуется со статьями 46 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, а также со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Соответствующая правовая позиция сформу­лирована в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 1996 года по делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 УПК РСФСР и в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 декабря 1998 года о прекращении производства по делу о проверке конституционности частей четвертой, пя­той и шестой статьи 97 УПК РСФСР.

7. Рассматриваемые положения статей 232,248 и 258 УПК РСФСР не согласуются и со статьями 10 и 118 Конституции Российской Федерации, предусматривающими осуществле­ние государственной власти на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную, а также обусловливающими недопустимость возложения на судебную власть каких бы то ни было функций, несовместимых с ее исключительными прерогативами по осуществлению правосудия. В силу этих принципов суд разрешает дела на основании по­ступающих к нему обращений (в уголовном процессе таким обращением является обвини­тельное заключение, переданное органами уголовного преследования вместе с уголовным делом, или жалоба потерпевшего). Указанные же нормы наделяют суд при рассмотрении дела правом по собственной инициативе содействовать формированию и обоснованию об­винения, и в результате он фактически начинает решать задачи, ответственность за вы­полнение которых, согласно действующему правовому регулированию, возложена на орга­ны уголовного преследования, в частности входящие в систему исполнительной власти. Между тем от суда нельзя требовать осуществления функций, несовместимых с его неза­висимым статусом.

Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статья­ми 72, 74, 75, 104 и частью первой статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Положения пунктов 1 и 3 части первой статьи 232 и части первой статьи 258 УПК РСФСР, как возлагающие на суд обязанность по собственной инициативе возвращать уголовное дело прокурору в случае невосполнимой в судебном заседании неполноты расследования, а также при наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличаю­щееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении, признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ста­тьям 49 и 123 (часть 3), а также статьям 46 (часть 1) и 52.

2. Часть четвертую статьи 248 УПК РСФСР, как допускающую при отказе прокурора от обвинения осуществление судом не свойственной ему обязанности по обоснованию предъявленного органами расследования обвинения, признать не соответствующей Кон­ституции Российской Федерации, ее статьям 49 и 123 (часть 3).

3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации» и «Российской газете». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционно­го Суда Российской Федерации».

 

К содержанию  Уголовный процесс. Консультации. Образцы документов. Судебная практика

 

Смотрите также:

 

Уголовное право   Уголовное право. Вопросы и ответы    Уголовное право России  Уголовное право России

 

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации   Уголовный процесс России   

 

Всеобщая история государства и права. Том 1   Всеобщая история государства и права. Том 2

 

Уголовное право - отрасль публичного права, регулирующая отношения ...

Уголовное право - отрасль публичного права, регулирующая отношения, связанные с преступностью и наказуемостью деяний. Как всякая отрасль права уголовное ...
www.bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-7/131.htm

 

Сословный характер феодального уголовного права. Уголовное право ...

Уголовное право. Понятие преступления в памятниках права определялось по-разному. В одном случае оно рассматривалось как нарушение норм права — «выступ» из ...
www.bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/100.htm

 

Виды преступлений. Уголовное право.

Уголовное право. В казахском обычном праве особенно много норм было посвящено наказаниям за преступные деяния. При этом своеобразие хозяйственной жизни, ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/151.htm

 

Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Уголовное право ...

Уголовное право. В начале XX в. в России действовало несколько крупных уголовных кодексов: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных (1845 г., ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/189.htm

 

Развитие уголовного права. Развитие феодализма. Уголовное право.

Уголовное право. Если гражданские правоотношения развивались сравнительно медленно, то уголовное право в данный период претерпело существенные изменения, ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/73.htm

 

Уголовное право. Развивается и система государственных ...

Уголовное право. В XVIII в. уголовное право сделало значительный шаг вперед. Это объяснялось как обострением классовых противоречий, ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/161.htm

 

Основной принцип феодального права. Разработка норм уголовного ...

Уголовное право. Разработке норм уголовного права Уложение Василия Лупу уделяло больше всего внимания (в нем содержалось более 1000 статей, относящихся к ...
bibliotekar.ru/teoria-gosudarstva-i-prava-6/125.htm

 

Предмет уголовного права. Основание уголовной ответственности ...

Весьма радикальному пересмотру подверглись общие положения об уголовной ответственности, которые вобрали в себя новеллы, внесенные в уголовное право Франции ...
bibliotekar.ru/osnovy-prava-1/127.htm