![]() |
|
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ ЖИВОПИСИСмотрите также: Биографии и картины художников |
|
БАРБИЗОНСКАЯ ШКОЛА BarbUon, Ecole de Барбизон
Деревушка, расположенная близ леса Фон-тенбло, в XIX в. стала центром притяжения многих ху- дожников, увлеченных романтикой пейзажа, написанного с натуры. В итоге появился специальный термин - <Барбизонская школа> - для обозна- чения определенной концепции пейза- жа. В 1822 барбизонская гостиница <Ганн> становится пристанищем для художников. Одним из первых ее пос- тояльцев были Алиньи, Бракасса, Даньяк, Флер, Юэ, Франс. Коро, впервые побывавший в Барбизоне еще до своего отъезда в Италию, будет часто сюда возвращаться. Руссо, завсегдатай этих мест с 1831, в 1846 поселился здесь в деревенском доме, где и скончался в 1867. В 1837, одновременно с Каба, сюда приезжает Диас де ла Пенья, а в 1841 -и Курбе. В эту же пору Бари начинает изображать на фоне пейзажа диких зверей, которых он наблюдал ранее в Ботаническом саду. В 1849 Селестен Нантей и Луи Буланже прию- тили в <Ганне> Милле, спасавшегося от эпидемии холеры; он решил ос- таться в Барбизоне и умер здесь же в 1875. В 1849 в Барбизон приезжает Жак; а с 1846 здесь живет Труайон. Однако Дюпре и Добиньи, выставляв- шиеся вместе с бар-бизонцами и при- числяемые к Барбизонской школе, приезжали сюда редко. Перечень бы- вавших в этих местах пейзажистов, не только французских, но и иност- ранных, был бы очень длинным: это бельгийцы (Ксавье и Сезар де Кок, Ипполит Буланже, основатель Тервю- ренской школы, определяемой Торе- Бюргером, Альфредом де Книффом, Виктором де Папле как <бельгийский Барбизон>), румыны (Андрееску, Гри- гореску), швейцарцы (Бодмер, Менн, Зюттер), итальянцы (Серафи-но ди Тиволи, Нино Коста), немцы (Клаусе, Либер-ман, Зааль), венгры (Мункачи, Паал), американцы (Уайет Итон, Бэб- кок, Хант, Иннесс, Хоум Мартин, Ро- бинсон), голландцы (Кейтенбровер, пригласивший сюда своего друга Йонгкинда). Каждый из этих художни- ков находил в барбизонском лесу уголок по своему вкусу, воспетый впоследствии на их картинах - обры- вистые и дикие высоты Жан-де-Пари, ущелье Апремона, Арбоннская пус- тошь, плато Бель-Круа, густой лес Ба-Брео или плодородные равнины в Шайи и Маршерене. Проведя день на пленэре, они вновь встречались, охотно обменивались впечатлениями и советами. Около 1850 родился обычай собираться каждую субботу в сарае у Теодора Руссо. На эти встречи съез- жались из Парижа любители живописи (Гаве, Тийо, Сансье), критики (То- ре-Бюргер), литераторы (Т. Готье, Мюрже). Здесь постоянно бывали и друзья художники: Домье, Зим, Де- кам. Происхождение и развитие бар- бизонского искусства составляет, по сути, историю французского пейзажа XIX в. На заре этого столетия, в то время, когда традиция французского пейзажа, унаследованная от Клода Лоррена и Пуссена, закосневала в жанре сочиненного исторического ландшафта, такие художники, как Жорж Мишель, Валансьен или Мишал- лон, сознавая необходимость возвра- щения к истокам, обратились к на- турным мотивам. Однако лишь после революции 1830 жанр <пейзажа-порт- рета> вновь обрел свои дворянские грамоты: он был поддержан новым ре- жимом, а его инициаторами были в основном орлеанисты. Возрастающее влияние английской школы ускорило развитие антиклассического духа. После падения Империи на континент потоком хлынули английские художни- ки. Их связали узы дружбы с молодым поколением французских мастеров. Их <записные книжки путешественников> с набросками французских пейзажей, а также их гравюры, широко издава- лись. Их удостаивают приема в Са- лон: так в Париже в 1824 был открыт Констебль. В итоге Англия стала столь притягательным для французс- ких художников местом, что многие из них пересекли Ла-Манш. Одним из первых был Гийон-Летьер, будущий учитель Руссо; за ним последовали Дюпре, Жак, Труайон, Коро, Добиньи и многие другие пейзажисты. Однако роль английского искусства не сле- дует преувеличивать. Британские ху- дожники были, скорее, лишь посред- никами между возрожденной ими тра- дицией голландского пейзажа XVII в. и новой концепцией пейзажа, создан- ной французскими художниками, в особенности барбизонцами. Уроки голландского искусства были необхо- димы и французским пейзажистам, ко- пировавшим и приобретавшим работы старых голландских мастеров (Милле и Руссо принадлежало несколько гол- ландских полотен и множество эстам- пов). Существует прямая преемствен- ность между Рёйсдалем или Хоб-бе- мой, Поттером или Кёйпом, Питером де Хохом или ван Остаде, с одной стороны, и Руссо, Диасом де ла Пенья, Дюпре, Труайоном или Жаком - с другой. Тем не менее на фоне об- щих для французского пейзажа того времени тенденций Барбизонская шко- ла выделяется только ей одной при- сущим своеобразием, проистекавшим, очевидно, из явной или подсозна- тельной метафизики. Для многих жи- вописцев, представляющих собой, как это ни парадоксально, колонию оди- ночек, уединение в Барбизоне было бегством от пугавшей их новой циви- лизации с ее механизацией челове- ческой жизни и зарождающимся урба- низмом. Бегством, которое зачастую было вызвано непониманием или обма- нутыми надеждами. Отклик своим тре- вогам они пытались найти в люб- ви-страсти к природе. В этом расти- тельном сельском мире их успокаива- ло постоянство. Деревья Руссо, крестьяне Милле были мгновениями вечности, но за их кажущейся безмя- тежностью кроется тревожный поиск тайн творения и бытия. Барбизонские художники стремились быть скорее портретистами природы, нежели пев- цами деревенской жизни. Руссо ана- лизировал строение деревьев, субс- танцию скал. Сельские сцены Милле - не сентиментальные житейские исто- рии и не социальные проявления, - они прославляют благородных в своей простоте тружеников полей и матерей семейств. Это искусство исполнено патетики как в самой концепции, так и в ее живописном исполнении. Поль- зуясь натурными набросками и этюда- ми или просто по памяти, как Милле, барбизонцы воссоздают в своих мас- терских часто утрированную воспоми- наниями природу. Они или делают гравюры на дереве (результатом чего стали важнейшие страницы в истории французской графики), или, подтал- киваемые самонеудовлетворенностью, возводят, словно из камня, свои жи- вописные полотна. Отсюда - пастоз- ная тяжеловесность, отсюда и цвета, при резком освещении кажущиеся ис- кусственными. Из этих приемов рож- дается новая манера, развитие кото- рой легко проследить, особенно пос- ле 1855. Барбизонцы обнаружили, что, нанося чистые цвета мелкими мазками и уменьшая цветовую насы- щенность палитры, они усиливают световую напряженность. Это - один из самых конкретных заветов, кото- рыми воспользуется последующее по- коление импрессионистов. Сислей, приехав в Барбизон в 1860, вскоре увлек за собой Ренуара, Базиля и Моне. Здесь, в этом лесу, вдали от шаблонов мастерской Глейра, они нашли пленэр, о котором мечтали, и одновременно одобрение барбизонцев, хотя и преследовали другую цель, нежели проложившие им дорогу.
|
СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ: «Энциклопедия живописи»