ПАЛЕОПАТОЛОГИЯ

 

Глава IV Палеопатологическая характеристика костных материалов из погребений разных эпох в различных географических пунктах. Костные материалы из Минусинской котловины Красноярского края - эпохи неолита, бронзового и железного века

 

 

1. Костные материалы из Минусинской котловины Красноярского края (начиная с неолита до VI–XIV вв. н. э.)

 

Минусинская котловина, окруженная лесистыми горами, отличающаяся разнообразием ландшафта и легко доступными месторождениями полезных ископаемых, создавала условия, благоприятствовавшие жизни людей уже в палеолитическую эпоху. Археологами и антропологами изучались и изучаются обнаруженные там находки, из которых наиболее ранние относятся к верхнему палеолиту и неолиту, но в большей мере к ранним и позднейшим металлическим эпохам.

 

Древнейшая из металлических культур называется афанасьевской, ибо под горой Афанасьевской (около села Батени) были найдены могилы с инвентарем, представленным каменными орудиями и медными изделиями. Скелеты людей находились в скорченном положении (наподобие внутриутробных условий). Начало афанасьевской культуры – около 2000 лет до н. э.

 

В позднейших погребениях под Афанасьевской горой 50 % всех женщин было похоронено с недавно родившимися младенцами.

 

Следующая культура названа андроновской по имени деревни Андроново в Ачинском округе (представляющем лесостепь в бассейне р. Чулым в системе Оби в Красноярском крае). Предметы, относящиеся к андроновской культуре, в частности из меди и бронзы, найдены на территории от Енисея до Южного Урала. Время – 1500–1000 лет до н. э.

 

К X–VIII вв. до н. э. относится возникновение карасукской культуры. Это также эпоха меди и бронзы. Впервые могилы были раскопаны

 

С. А. Теплоуховым на речке Кара Сук (около села Батени). В настоящее время раскопано много погребений, относящихся к карасукской археологической культуре. Это эпоха развитого пастушеского скотоводства и мотыжного земледелия.

 

Раскопки на Татарском острове на р. Енисее послужили основанием для выделения следующего археологического периода – тагарской, или минусинско курганной, культуры раннего железного века (от VII–VI до II в. до н. э.). Для него, по видимому, характерно в отношении хозяйства и земледелия то, что указано для предыдущего периода. Различают баиновский и подгорновский этапы культуры раннего железа. Для обоих археологических этапов характерен подъем общего благосостояния населения.

 

Касаясь ограблений тагарских погребений, что было правилом, С. В. Киселев подчеркивает изумительную четкость и уверенность, проявленную ворами. Это какое то «умение видеть сквозь землю». Грабители проявляли поразительное совершенство копать кратчайшие ходы от могилы к могиле, обходя препятствия, продвигаясь под мощными непробиваемыми плитами. Это мастерство можно проследить повсеместно. В древнем Уре и древнем Египте ограбление могил было профессией многих поколений.

 

Для исследованных погребений тагарской эпохи С. В. Киселев указывает следующие демографические данные: 40 мужчин, 45 женщин и 38 детей от 2 до 12 лет. Надо учесть быстрое разрушение в земле детских костей. Количество похороненных детей несомненно в несколько раз превышало указанные цифры. Это свидетельствует об огромной детской смертности в эту эпоху, отличавшуюся общим благополучием населения.

 

Следующая культура – таштыкская (Таштык – речка у села Батени) – относится к I в. до н. э. вплоть до V в. н. э. Это культура железного века. Особых изменений в направленности хозяйства не установлено, но произошло вторжение новой народности с соответствующими последствиями. Прежний европеоидный тип уже смешан с монголоидным, по мнению одних, с центральноазиатским, по мнению других – с типом северосибирского происхождения.

 

В могильниках VI–X столетий были обнаружены скелеты кыргызов. Их антропологический тип смешанный, с отчетливо выраженными центральноазиатскими монголоидными элементами.

 

Костные материалы из Красноярского края (Минусинской котловины), предоставленные для исследования и частично для экспозиции в нашем музее, в основном относятся к раскопкам, произведенным под руководством С. А. Теплоухова в 1923–1930 гг., М. П. Грязнова в 1958 г. и следующие годы, в меньшей мере к его же находкам более ранних лет, а также к находкам Г. П. Сосновского 30 х годов. Эти костные материалы обогатили наши представления о древности тех или иных заболеваний и области их распространения в разные эпохи. Некоторые из этих исследованных нами костей с патологическими изменениями являются уникальными.

 

В разборе и обработке результатов исследования костных материалов из позднейшей экспедиции М. П. Грязнова участвовали мои товарищи по кафедре: старший научный сотрудник М. А. Финкелыптейн, врач Г. А. Третьякова и старшие научные сотрудники В. И. Садофьева и З. Б. Альтман. Последний активно участвовал в раскопках 1961 г.

 

Остановимся вначале на наиболее древней находке Я. А. Шера, относящейся к неолитической эпохе. Я. А. Шер обнаружил довольно полный скелет при раскопках в 1963 г. в Третьем, или Черемушном, Логе, на правом берегу Енисея. Кости были присланы нам.

 

Это скелет мужчины в расцвете сил (около 35–40 лет), небольшого роста, без проявлений старения в костно суставном аппарате. Коронки зубов стерты, без проявлений кариеса.

В коротких трубчатых костях кисти резко выступают места прикрепления сухожилий, связочного аппарата, апоневрозов. Окостенение всех этих мест и, следовательно, резко выраженный рельеф свидетельствуют о большой мышечной силе этого мужчины (91, А, Б ).

 

Места прикрепления капсулы резче всего выражены у основания пястных костей и умеренно в дистальных межфаланговых суставах. Пястнофаланговые и проксимальные межфаланговые суставы в этом отношении занимают промежуточное место.

 

Создается впечатление, что очень большая нагрузка падала на ладони, охватывающие и сжимающие орудие или оружие. В нескольких шейных позвонках правая половина дуги немного короче левой. Длинные трубчатые кости слева тоже немного короче, чем справа. Мощность этих костей с обеих сторон одинаковая. Происхождение асимметрии длины трубчатых костей не было уточнено.

 

Грудина представлена 3 отдельными сегментами – рукояткой, верхним сегментом тела и остальными, уже синостозировавшими сегментами тела грудины (91, В ). Однако второй сегмент тела грудины синостозирован не на всем протяжении. Мечевидный отросток грудины не был найден.

 

Неслияние рукоятки с телом грудины, а также тела грудины с мечевидным отростком наблюдается у известного числа даже пожилых людей. Это вариант нормального возрастного дифференцирования данной кости.

 

Неполное слияние второго сегмента тела грудины с нижней ее частью также представляет хотя и редкий, но еще нормальный вариант возрастного дифференцирования этой кости.

Отсутствие синостоза между первым сегментом тела грудины и остальной его частью представляет локальное торможение дифференцирования.

 

Обнаруженные особенности характеризуют лишь индивидуальное своеобразие данного человека неолитической эпохи.

 

 

 

К содержанию книги: ПАЛЕОПАТОЛОГИЯ. БОЛЕЗНИ ДРЕВНИХ ЛЮДЕЙ

 

 

Последние добавления:

 

 ГЕОЛОГИЯ БЕЛАРУСИ

 

ВАСИЛИЙ ДОКУЧАЕВ

 

ЗЕМЛЕДЕЛИЕ. ПОЧВОВЕДЕНИЕ. АГРОХИМИЯ