ПАЛЕОЛИТ КРЫМА. МИКОК. КИИККОБИНСКАЯ ФАЦИЯ

 

 

Скрёбла и остроконечники неандертальцев из грота Киик-Коба

 

ИСКУССТВЕННЫЕ ОБЪЕКТЫ

 

Искусственно созданные объекты были обнаружены в нижнем слое Пролома I и верхнем слое Киик-Кобы. Достоверные искусственные объекты в Буран-Кае III, слой В не выявлены.

 

Пролом I, нижний слой, очаг

 

В нижнем культурном слое Пролома I на квадратах ЖЗ 11-13 был обнаружен неправильной овальной формы очаг длиной до 2 м и шириной до 1 м ( V-1, В). В.Н. Степанчук указывает, что в заполнении очага были обнаружены «зола и угольки», а на соседнем «кваорате 12Ж на участке в 40 см1 найдено до двух десятков остроконечников на сколах» (Степанчук, 2002, cV41). Мощность заполнения не известна. Также нет информации о наличии либо отсутствии обожженных отложений под углисто-золистым скоплением.

 

Киик-Коба, верхний слой, очаг, ямы, погребение

 

Хозяйственные ямы. К верхнему очажному слою относятся две достаточно крупные ямы: на квадратах 21-25 и 42-53 (Бонч-Осмоловский, 1940, с. 134-136). Параметры ямы на квадратах 25-21 составляют 1,4 X 0,8 X 0,6 м. Форма ямы - подпрямоугольная ( V-4, А), стенки крутые, почти вертикальные. Состав заполнения не отличается от отложений верхнего очажного слоя. Данной ямой было нарушено погребение взрослого неандертальца.

 

Параметры ямы на квадратах 53-42 составляют 0,7 X 0,82 X 0,38, форма - овальная, дно - ровное ( V- 4, А, С). Заполнение ямы практически не отличается от отложений верхнего очажного слоя. Единственное возможное отличие - это несколько большее число крупных костей животных. Трудно сказать что-либо определенное о назначение этих ям. Бесспорно только то, что они достаточно сильно отличаются от известных ям в Заскальной V, Заскальной VI и Чокурче I прежде всего своими размерами. Ямы верхнего очажного слоя Киик-Кобы в два, а то и в три раза длиннее, шире и глубже всех известных на сегодня ям в среднепалеолитических памятниках Крыма. Отличная сохранность стенок ям и однородность их заполнения послужили основанием для утверждения о том, что «глубокие ямки не оставались открытыми на долгое время. Повидимому, непосредственно по окончании приготовления они вновь засыпались» (Бонч- Осмоловский, 1940, с. 136).

 

 

Очажные ямки. В верхнем очажном слое обнаружено три углубленные очажных ямки на квадратах 35, 18-19 и 15-16 ( V-4, А). Параметры углубления овальной ямы на квадрате 35 составляют: «в длину до 1,5 и, повидимому, несколько шире (западная часть его заходит на нераскопанный контрольный участок); глубина ямки до 20 см» (Бонч- Осмоловский, 1940, с. 133). Заполнение ямы не отличается от заполнения верхнего очажного слоя, края - пологие. С северной стороны яма «ограждена» крупным обломком известняка. С южной - обнаружено «валикообразное повышение желтого межочажного слоя» (Бонч-Осмоловский, 1940, с. 134). Данное «валикообразное повышение» было интерпретировано Г.А. Бонч-Осмоловским (1940, с. 134), как отвал, образовавшийся при рытье данной ямы.

 

Форма очажной ямы на кв. 18-19 - округлая, диаметр - 1 м и глубина - 10 см. Края - пологие ( V-3, Е). Е'6 заполнение не отличается от заполнения верхнего очажного слоя. С южной стороны яма обложена «оградой» из трех известняковьоекамней и «валикообразным повышением» желтого межочажного слоя. Как и в предыдущем случае, Г.А. .Бонч- Осмоловский (1940, с. 134) интерпретировал данное «валикообразное повышение», как отвал, образовавшийся при рытье ямы.

 

На кв. 15-16 обнаружена округлая яма диаметром до 1,2 м и максимальной глубиной в центре ямы до 0,15 м. Края ямы - пологие. «Дно ямки было заполнено темной, почти черной засыпкой», над ней расположена Светлоокрашенная прослойка» толщиной 2-5 см, а еще выше основное углисто-золистое, темно-бурое заполнение верхнего очажного слоя. «Чернаязасыпка» одним краем соединялась с основным углисто- золистым, темно-бурым заполнением верхнего очажного слоя (Бонч-Осмоловский, 1940, с. 133). Стратиграфия ямы с кв,15-16 указывает, как минимум, на три периода образования ее 15 см пачки отложений: «черная засыпка», светлоокрашенная прослойка и основное темно-бурое заполнение. Этот факт является подтверждением вывода о неоднократных посещениях грота в период накопления отложений верхнего очажного слоя.

 

В целом, все очажное .ямы отличаются от хозяйственных формой бортов и глубиной. Также, очажные ямы на кв. 35 и 18-19 отличаются от хозяйственных ям наличием «обкладок» из извесшякбвьгх камней, а главное отличие очажной ямы /н£кв. 15-16-это стратиграфия ее заполнения. Наличие «черной засыпки» на дне ямы с кв. 15-16, безусловно, указывает на использование ее в качестве углубленного очага. Что касается очажных ямок с квадратов 35 и 18- 19, то их назначение вызывало сомнение у Г.А. Бонч- Осмоловского (1940, с. 134), так как их заполнения ни чем не отличались от заполнения «верхнего очажного слоя». Фактически, отсутствие очажных заполнений в ямках с квадратов 35 и 18-19 снимает вопрос о преднамеренности изготовления и / или использовании известняковых обкладок этих ямок, как ограждения очагов, так как нет неоспоримых свидетельств использования данных ямок, как, собственно, очагов. Таким образом, в верхнем очажном слое Киик-Кобы удалось обнаружить только один несомненный очаг - очажная ямка на квадратах 15-16.

 

Погребальные ямы. В гроте Киик-Коба было обнаружено два погребения неандертальцев: детское и взрослое ( V-3, D, Е; V-4, D). Существует несколько версий о принадлежности погребальных ям к тому или иному очажному слою грота Киик-Коба (Бонч-Осмоловский, 1940; Гладилин, 19716, 1979; Смирнов, 1987). Наиболее достоверной является версия, предложенная Ю.А. Смирновым, согласно которой детское погребение относится к верхнему очажному слою, а взрослое - к нижнему (Смирнов, 1991). Параметры ямы содержащей детское погребение - до 1 м в диаметре, глубиной 70 см - весьма гипотетичны, так как во время раскопок границы ямы не были четко прослежены, тогда как реконструкция позы погребенного выглядит достаточно обоснованной ( V-4, D). Над детским погребением располагался крупный блок известняка. Связь данного блока с погребальным сооружением не доказана.

 

«Ветровой заслон». Кроме наличия несомненных искусственно созданных объектов был поставлен вопрос о вероятности оборудования жилой площадки верхнего очажного слоя защитной конструкцией (Любин, 1969). Основанием для такого предположения послужило распространение углисто-золистого заполнения верхнего слоя, которое резко обрывается в северном, восточном и южном направлениях. Если в южной части грота распространение отложений верхнего очажного слоя совпадает с капельной линией и, возможно, объясняется размывом седиментов ( V-4, А, В), то в восточном и западном направлениях отсутствуют прямые свидетельства о действии каких- либо естественных процессов, благодаря которым возник бы эффект «резкого обрыва» культурных отложений.

 

В северной части верхнего очажного слоя находки расположены на расстояний около 1 м от нынешней скальной стены грота и полностью повторяют ее очертания ( V-4, А, В). Четкость контура распространения находок в этой части грота может быть объяснена эффектом «отступания» стены (Бонч-Осмоловский, 1940), связанной с ее разрушением. Не исключено, что на этом участке во время аккумуляции отложений верхнего очажного слоя кремневый и фаунистический материал залегал непосредственно под скальной стенкой. Косвенным доказательством этого предположения может служить распространение в северном направлении остатков нижнего очажного слоя, которые почти на 1 метр «не доходят» до края верхнего очажного слоя и отстоят от стенки грота на более чем 2 метра.

 

Следовательно, характер распространения находок в северном и южном направлениях могут быть обусловлены естественными факторами. В западном направлении распространение верхнего очажного слоя не бьгло установлено, так как западная часть грота Г.А. Бонч- Осмоловским не раскапывалась. Что касается восточного направления, то на поперечном разрезе (северо-восток - юго-запад) показано постепенно утончающееся - почти клиновидное окончание верхнего очажного слоя, а не резко-обрывистое ( V-3, D). Клиновидное окончание распространения углисто-золистой массы не может являться доказательством наличия искусственного сооружения. Более того, отдельные находки в восточном и южном направлениях «выходят» приблизительно на 1 м за контур основного очертания верхнего очажного слоя ( V-4, А).

 

Количественное распределение кремневых находок и фаунистических остатков на раскопанной площади «верхнего очажного слоя» также не подтверждает существование какого-либо ограждения внутри грота ( V-4, В). Так наибольшая концентрация кремня и фрагментов костей обнаружена на квадратах 21 и 25, то есть, в центре грота. Тогда как к краям обитаемой площади наблюдается постепенное уменьшение кремневых и фаунистических находок (Бонч-Осмоловский, 1940, с. 131,  26). Такое распределение находок характерно для поселений в гротах, где, как правило, «бытовой центр» совпадает с v центральной частью грота, а периферия поселения расположена ближе к стенам и краю площадки.

 

Морфологически односторонние скрёбла и остроконечники, достаточно близки и представляют «различные вариации трапециевидных (около 40%), листовидных, треугольных, сегментовидных и реже клювовидных изделий при единичности предметов с прямоугольными и овальными очертаниями». «По форме двусторонние орудия, в принципе, повторяют набор конвергентных односторонних орудий» (Демиденко, 2003, с. 155). Данная характеристика была детализирована Ю.Э. Демиденко в подробной публикации материалов Буран-Каи III, слой В (Demidenko 2004).

 

Вместе с тем, остался открытым вопрос о соотношении и вариабельности типологических структур всех четырех кииккобинских комплексов. Несмотря на декларируемое высокое сходство индустрий верхнего слоя Киик-Кобы, верхнего и нижнего слоев Пролома I и слоя В в Буран-Кае III, между отдельными кииккобинскими коллекциями наблюдается ряд различий, тогда как некоторые кииккобинские комплексы демонстрируют определенное сходство со старосельскими индустриями. Иными словами, вопрос о «типологической дискретности» кииккобинских индустрий в рамках крымского микока требует более подробного рассмотрения.

 

Типология

 

Типологическая структура кииккобинских индустрий (V-2) определяется следующими соотношениями основных классов орудий: остроконечники (27-38 %), скребла и «ножи» (53-35 %), зубчатые (до 10,5 %), двусторонние острия (6-9 %), двусторонние скребла и «ножи» (3-4 %). Остальные типы-выемчатые, проколки, скребки, резцы и т.д. едва достигают 3 % уровня в каждом из кииккобинских комплексов.

 

Остроконечники. Этот класс орудий играет наиболее яркую роль в кииккобинских индустриях. Нет ни одного определения кииккобинских комплексов, в котором бы особо не отмечалась роль остроконечников. По количеству остроконечников кииккобинские индустрии превосходят большинство коллекций всех остальных фаций крымского микока в два и более раза.

 

Отличия между кииккобинскими коллекциями могут показаться существенными. Ведь содержание остроконечников в Буран-Кае III на 10 % ниже процентных показателей этого класса орудий в обеих коллекциях Пролома I и верхнего слоя Киик-Кобы (V-2). При этом, содержание конвергентных скребел, да и скребел вообще, в коллекции Буран-Каи III выше на 10 %, чем в орудийных наборах Пролома I и верхнего слоя Киик-Кобы (V-2). В данном случае речь идет не о вариабельности кииккобинских типологических структур, а о разнице в подходе к определению остроконечников и конвергентных скребел, продемонстрированной Ю.Э. Демиденко и В.Н. Степанчуком. Вместе с тем, процентные' выражения совокупности остроконечников и конвергентных скребел для Буран-Каи III (48,37 %),Пролома I, верхний слой (50,88 %) и Киик-Кобы, верхний слой (50,77 %) практически совпадают, а в коллекции Пролома I, нижний слой (55,38 %) не намного выше предыдущих показателей. Беря во внимание сходство типологических подходов Ю.Э. Демиденко, В.П. Чабая и Э.Э. Маркса (Chabai, Demidenko 1998), можно утверждать, что ближайшими крымскими аналогиями высокой доле остроконечников в Буран-Кае III являются структуры орудийных наборов Староселья, 1 и Чокурчи I, IV-M (Marks, Monigal 1998, Chabai 2004b). Тогда как, уровень остроконечников в Проломе II, II, IV был, вероятно, завышен В.Н. Степанчуком.

 

Среди остроконечников Пролома I и Киик-Кобы, верхнего слоя <<угловатые» формы, по подсчетам В.Н. Степанчука, составляют около 2/3 всего комплекса остроконечников и почти четвертую часть всего орудийного набора. При этом, исходя из описания соотношений и формы лезвий остроконечников, предложенной В.Н. Степанчуком, становится очевидным, что угловатые остроконечники подразделяются на ряд морфологически вполне самостоятельных типов остроконечников и конвергентных скребел, таких как, полутрапециевидные, подтрапециевидные, полусегментовидные, подсегментовидные, сегментовидные, полулистовидные, подлистовидные, подтреугольные, треугольные и аморфные. Точно такое же морфологическое разнообразие характерно для менее представительной группы - «продольноострийные остроконечники». В целом из типологии остроконечников В.Н. Степанчука можно сделать единственный вывод: большинство остроконечников было изготовлено на отщепах и иногда пластинах, длинная ось которых не совпадает с осью скалывания.

 

Особое внимание при описании остроконечников В.Н. Степанчук уделяет треугольным формам или «чокурчинским треугольникам» или «тройным угловатым остроконечникам» ( V-6), которые по его подсчетам составляют более 1/3 всех остроконечников в верхнем слое Киик-Кобы. Приведя список памятников, где были встречены «треугольники», В.Н. Степанчук задает вопрос: «Можноли... говорить о том, что это специфическая форма киик-кобинского мустье?» И сам отвечает «... так говорить не следует», а одним абзацем позже:«И все же говорить о специфике можно» (Степанчук, 2002, с. 57). Причина этих сомнений кроется в том, что треугольники характерны, как для акккайских, так и для кииккобинских коллекций. Но в кииккобинских орудийных наборах они «более многочисленны, и их количество уже выходит за те пределы, в рамках которых наличие «треугольников» можно было бы объяснить чисто технологическими причинами или технологической вариативностью» (Степанчук, 2002, с. 59). Непонятно, какая сила привела к появлению треугольников, если технология обработки камня здесь не причем? На самом деле, имЬнно технология вторичной обработки сыграла основную роль в увеличении количества треугольных остроконечников. Фактически, изготовление третьего ретушированного лезвия является специфическим технологическим приемом редукции артефактов. Значит, относительно широкое распространение «треугольников» - это отражение интенсивности редукции артефактов, которая заключалась не только в уменьшении размеров орудий, но и в увеличении количества ретушированных лезвий.

 

В целом, формы остроконечников кииккобинской фации не выходят за рамки морфологических структур орудий этого класса в аккайской и старосельской фациях крымского микока. Во всех фациях крымского микока основную роль играют вариации треугольных, трапециевидных и сегментовидных форм остроконечников. Латеральные, дистальные и косоретушированные остроконечники, составляющие типологическую основу данного класса орудий в западнокрымских индустриях, в крымском микоке представлены немногочисленными изделиями, либо отсутствуют вовсе. Основное отличие кииккобинских остроконечников состоит не в их морфологической структуре, а в их пропорции по отношению к остальным классам орудий. Ближайшими конкурентами «кииккобинцам» являются такие коллекции старосельской фации крымского микока, как Пролом И, II - 22 %, Пролом II, IV -16 % и Староселье, 1 - почти 17 % остроконечников. Среди коллекций аккайской фации только в Чокурче I, IV-M было обнаружено 21,8% остроконечников, что относительно близко к минимальному показателю данного класса орудий в кииккобинских индустриях.

 

Скрёбла. Продольные однолезвийные скребла, наряду с разнообразными формами конвергентных скребел, являются наиболее многочисленной группой изделий данного класса орудий, составляя от 31 % до 44,8 % всех скребел (V-2). Среди продольных скребел преобладают прямые ( V-7, 7, 8) и выпуклые ( V-7, 5, б, Р) изделия. В сумме эти два типа продольных скребел составляют от 22,3 % до 37,1 % всего класса скребел (V-2). Среди продольных однолезвийных изделий В.Н. Степанчук выделил «ножи», то есть изделия с обушками. По В.Н. Степанчуку (2002, с. 62, 72, 79), обушками бывают естественные грани, в том числе покрытые коркой, «слом края заготовки», «терминальная часть «ныряющей» (по Крэбтри) заготовки», «притупляющие скольщ «плоские резцовые сколы», «мелкая притупляющая ретушь». Не удивительно, что в опубликованных В.Н. Степанчуком материалах нижнего и верхнего слоев Пролома I и верхнего слоя Киик-Кобы «ножи» составляют от трети до половины всех продольно ретушированных изделий. Тогда как, Ю.Э. Демиденко в материалах Буран Каи III, В обнаружил только 4 обушковых изделия из 50 продольно ретушированных однолезвийных скребел (Demidenko 2004, р. 77). Похоже, что благодаря столь «тщательному» подходу В.Н. Степанчука к определению обушков, признак использования и изготовления «аккомодационных элементов» в индустриях Пролома I и верхнего слоя Киик-Кобы принял несколько гипертрофированный вид. Разнообразные типы вентральных утончений при изготовлении однолезвийных продольных скребел применялись не часто.

 

Поперечные ( V-7,1-4) и двойные ( V-7,10- 13) скребла представлены приблизительно равными пропорциями (V-2). Так двойные скребла составляют от 7,8 % до 16,8 %, а поперечные - от 8.6 % до 14,7% по отношению ко всем скреблам. Только в Буран Кае III, В процентное содержание поперечных скребел несколько выше, чем в остальных кииккобинских комплексах, составляя 20,1 %. При изготовлении двойных и поперечных скребел «аккомодационные элементы» и вентральные утончения использовались редко.

 

Совокупность форм конвергентных скребел в кииккобинских комплексах составляет от 30-,3 % до 39,6 % данного класса изделий (V-2). Наиболее многочисленными среди конвергентных скребел являются вариации трапециевидных форм ( V-8, 1-17). Полу- и подтрапециевидные изделия составляют до двух третей всех конвергентных скребел. Второе место среди конвергентных скребел делят вариации треугольных ( V-8,21-25) и сегментовидных ( V-8, 19, 20) форм. Оставшиеся морфологические группы - прямоугольных, листовидных ( V-8,18), овальных скребел - представлены незначительным количеством изделий (V-2), либо отсутствуют вовсе. «Аккомодационные элементы» и вентральные утончения ( V-8, 21, 25) не часто использовались при изготовлении конвергентных скребел.

 

Типологическая структура скребел не выходит за рамки морфологических особенностей этого класса орудий в аккайской и старосельской фациях крымского микока. Главной особенностью кииккобинской типологической структуры скребел является выссжое содержание конвергентных скребел, которке количественно почти равны продольным скреблам. Пропорции двойных и поперечных скребел, в сумме составляющие около 20 %, не отличаются от процентных выражений этих групп изделий в старосельской и аккайской фациях. Основное отличие кииккобинского от аккайского набора скребел состоит в увеличении количества конвергентных скребел, которое произошло за счет уменьшения числа продольных скребел. Кииккобинская и старосельская структуры основных групп скребел практически тождественны. В таких старосельских комплексах, как Заскальная V, культурные слои I и IV, Заскальная VI, культурные слои IV и V, Староселье, 1 слой и Чокурча I, горизонт IV-O конвергентные скребла количественно преобладают над продольными изделиями. Причем, практически во всех старосельских, да и аккайских, индустриях основную роль среди конвергентных скребел играют полу- и подтрапециевидные типы, тогда как полу- и подсегментовидные, обычно, занимают второе место. Таким образом, морфологическая структура скребел в комплексах кииккобинской фации не носит дискретного характера, а вполне соответствует структуре данного класса изделий в старосельских комплексах и достаточно близка аккайским индустриям.

 

Зубчатые, выемчатые, проколки, резцы, скребки и прочие. Данные орудия представлены незначительным количеством изделий и, как в аккайских и старосельских комплексах, редко превышают 3 % от всех определимых на уровне класса орудий (V-2). Исключение, пожалуй, составляют зубчатые формы в индустрии верхнего слоя Киик- Кобы, где они составляют около 10 %. С другой стороны, столь «высокое» содержание зубчатых не выходит за рамки обычного процентного выражения орудий данного класса в некоторых старосельских и аккайских индустриях. Впрочем, и верхнепалеолитические типы, несмотря на хронологически поздний возраст некоторых кииккобинских комплексов, крайне редки (V-2) и, в основном, атипичны.

 

Двусторонние острия. Данные орудия составляет от 6,8 % до 9,2 % всех определимых на уровне класса изделий со вторичной обработкой (V-2). В среднем такое содержание двусторонних острий несколько выше, чем в аккайских и старосельских комплексах. Хотя некоторые аккайские и старосельские индустрии демонстрируют весьма близкие к кииккобинским комплексам показатели. Так в  аккайских орудийных наборах Заскальной V, III двусторонние острия составляют 5,9 %, Кабази II, III-7 %, а в старосельском кремневом комплексе Староселье, 1 слой - 9,7 %.

 

Три морфологические группы двусторонних острий-сегментовидные ( V-9, 3, 6, 9, 10), треугольные ( V-9, 5) и листовидные ( V-9, 1> 2, 4) - составляют подавляющее большинство орудий этого класса (V-2). Вариации этих же трех морфологических групп доминируют и среди типологических структур двусторонних острий в аккайских и старосельских индустриях. Похоже, что единственным существенным отличием кииккобинских двусторонних острий от аккайских и старосельских является крайняя редкость среди первых обушковых форм ( V-9, 7). Правда, как уже упоминалось, двусторонних обушковых острий в старосельских орудийных наборах почти в два раза меньше, чем в аккайских (см. Главу IV этого издания). Иными словами, можно утверждать постепенное направленное снижение репрезентативности этого типа двусторонних острий в старосельских индустриях, вплоть до почти полного исчезновения в кииккобинских комплексах. Полу- и подтрапециевидные - немногочисленны ( V-9, 7, 8; V-2).

 

Двусторонние скребла и «ножи». Колебания процентного содержания данного класса орудий в кииккобинских индустриях незначительны и составляют от 3 % до 4,5 % (V-2). Эти показатели существенно ниже усредненных значений этого же класса изделий для аккайских (23,3 %) и старосельских (8,7 %) индустрий. Похоже, что, как и в случае с двусторонними обушковыми остриями, наблюдается направленное снижение роли двусторонних скребел сначала в старосельских, затем еще больше в кииккобинских комплексах. Вместе с тем, такие старосельские орудийные наборы, как Пролом И, IV (4,5 %) и Староселье, 1 слой (0,8 %) демонстрируют достаточно близкие кииккобинским индустриям значения двусторонних скребел и ножей.

 

Каменные орудия труда – скрёбла, остроконечники, ножи

Каменные орудия труда скрёбла, остроконечники, ножи

 

К содержанию: Чабай Средний палеолит Крыма

 

Смотрите также:

 

Древнекаменный век - палеолит  Крым. История, археология  ПАЛЕОЛИТ КРЫМА

 

Киик-Коба - палеолитическая стоянка  Грот Киик-Коба в Крыму. Археолог Бонч-Осмоловский

 

Палеоантропологические находки –захоронения неандертальцев