Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 

Научно-художественный географический сборник  / 1985

На суше и на море


 

Затонувшие города

 

 

Прижата к морю горами узкая полоса курортной зоны Южного берега Крыма и Черноморского побережья Кавказа. Здесь на учете каждый гектар земли. А море неумолимо наступает на сушу и поглощает все новые участки прибрежной территории. Взяв разгон на огромных морских просторах, волны со строгой методичностью набегают на берег, крушат и точат прибрежные скалы, уносят с собой миллионы тонн песка и гальки.

Кроме того, здесь идет и другой природный процесс. Мы живем в послеледниковый период, когда таяние остатков древнего ледника ведет к пополнению водных запасов Мирового океана, а значит, и к подъему его уровня. Правда, эти «остатки» довольно внушительны: в северной и южной ледяных шапках планеты и в ее высокогорных областях сосредоточено почти ~/з всех пресных вод на земном шаре. Если бы эти льды вдруг растаяли, то уровень Мирового океана поднялся бы сразу на 70 м. Трудно даже представить, каким бедствием это было бы для человечества! К счастью, подъем уровня Мирового океана идет медленно, всего 4—1 мм в год. Но за сотни и тысячи лет эти «маленькие» миллиметры могут превращаться в «большие» метры. Поэтому знать, как поведет себя море в будущем, поглотит ли еще одну полосу прибрежной территории, остановит ли свое наступление или отступит от берега,— чрезвычайно важный вопрос сегодняшнего планирования застройки курортной зоны, размещения на ней санаториев, пансионатов, домов отдыха.

Любое научно обоснованное предсказание, любой прогноз немыслим без эпигноза, т. е. изучения прошлого. Зная характер поведения моря в прошлом, найдя закон многолетних колебаний уровня воды, можно предвидеть его изменение и в перспективе.

Строители античных и средневековых морских причалов, молов и маяков, наверно, и предположить не могли, что кроме всего прочего они устанавливают «верстовые столбы» времени, по которым сегодня можно проследить колебания уровня моря за прошедшие века и тысячелетия.

Наиболее точным «инструментом» для таких измерений могут служить многочисленные здания и сооружения древних, оказавшиеся ныне затопленными. Строгость датировки времени их строительства и четкость определения глубины залегания под поверхностью воды позволяет с высокой степенью достоверности фиксировать вековые колебания уровня моря.

Особенно мы должны быть благодарны древним грекам, города которых, по выражению Цицерона, «расположились вокруг' Средиземного моря, как лягушки вокруг пруда». Большое число портовых городов выросло в V—IV вв. до н. э. и у нас в северном Причерноморье, HCI берегах Крыма и Черноморского побережья Кавказа. Диоскурия-Себастополис, Херсонес, Ольвия, Фанагория и другие — города, большая часть территории которых лежит ныне на морском дне. Это может означать лишь одно — за прошедшие со времени их строительства века уровень моря поднялся. Казалось бы, все ясно. Но вот, Херсонес...

Сооружения одного из крупнейших городов-портов древнего мира— Херсонеса Таврического стоят на восточном берегу Крымского полуострова уже более 2500 лет. Древнегреческие, древнеримские и византийские улицы, площади и дома рыбаков и торговцев, склады и магазины, храмы-базилики детально изучены, описаны и датированы. Их местонахождение, ориентирование, 1 принадлежность ни у кого никаких сомнений не вызывают.

А вот в отношении оборонительных сооружений Херсонеса споры не затихают уже десятки лет. Непонятным представляется то, что расположение 3 рядов крепостных стен города, подробная датировка которых дана директором Херсонесского музея-заповедника И. А. Антоновой, противоречит имеющимся представлениям о наступлении моря на сушу. Дело в том, что самые старые крепостные стены стоят далеко ют современного берега, а более молодые подходят к самому морю.

Это кажется по меньшей мере странным. Ведь известно, что самым уязвимым и самым ответственным районом древнего приморского города был его порт, который и защищался от врагов, нападавших со стороны моря, толстыми каменными стенами. По устоявшимся правилам античной и средневековой портовой фортификации оборонительные стены обычно строились у самой воды, что давало возможность отгонять вражеские корабли от города. Поэтому построенные в разное время ряды крепостных сооружений Херсонеса, несомненно, должны отмечать и границу «суша—море». А если так, то остается признать удивительный факт: 3 раза перестраивавшаяся крепость Херсонеса следовала за отступавшим урезом воды и, следовательно, море не наступало на берег, как считалось раньше, а, наоборот, отступало.

В этом и состоит парадокс Херсонеса, отмеченный рядом исследователей, которые сопоставили результаты хер-сонесских измерений с такими же наблюдениями в Ольвии (устье Днепра), Фанагории (Таманский залив) и других местах Причерноморья. В итоге всеобщее признание получило мнение, что херсонесский феномен вовсе не исключение из правил, а подтверждение высказанного еще раньше предположения о всеобщем понижении уровня Черного моря в XIV—XV вв. Этот процесс даже получил херсонесское название: корсунская регрессия (отступление) моря (Корсунь — древнерусское название средневекового Херсонеса).

А что происходило дальше, как развивались события в более позднее время? Выйдем на берег Карантинной бухты— внутреннего рейда древнего херсонесского порта. У самого берега, а то и под водой лежат глыбы серого бугристого песчаника. А рядом спускаются прямо в воду высокие ровные ступени каменной лестницы. Эти загадочные ступени снова путают все карты и вызывают новые вопросы. Почему они уходят под воду, почему их затопило? Ведь мы только что установили, что уровень моря понизился.

Один из возможных ответов на этот вопрос был получен совершенно неожиданно, когда летом 1982 г. по фарватеру Карантинной бухты прошла землечерпалка, снявшая со дна слой заиления и обнажившая более глубокие слои грунта. На глубине 2,5—3 м от поверхности воды на дне Карантинной бухты, в 20—25 м от берега, были обнаружены затопленные развалы каменной кладки шириной до 1,5 м и длиной около 30 м. А если учесть найденную здесь же в 60-х годах нашего века затопленную ромбовидную башню, состоящую из двух каменных поясов и направленную тупым углом к морю, то можно предположить, что найдена еще одна стена Херсонеса, причем самой поздней постройки.

Следовательно, прошедший здесь дноуглубительный снаряд не только вскрыл природные донные отложения, но и сделал раскоп в культурном слое, который накопился у городской стены Херсонеса и который ныне затоплен морем. Значит, мы имеем дело с новым этапом трансгрессии (наступления) моря, который продолжается и по сей день.

Таким образом, корсунская регрессия Черного моря вовсе не противоречит общей тенденции наступления Мирового океана на сушу, связанного с таянием ледников планеты. Более того, оказалось, что такие понижения уровня моря имели место и в более далеком прошлом. Их следы, как на страницах летописной книги, отпечатались в слоях древнего морского ила, содержащего целые кладбища моллюсков, лежащих под толстыми пластами более поздних отложений. Эти ныне погребенные бывшие морские террасы и пляжи играют ту же роль, что и портовые сооружения затонувших городов, построенных в историческое время. Они показывают, что Черное море только в течение последнего четвертичного периода истории Земли неоднократно понижало свой уровень и понижения эти достигали десятков метров.

История Черного моря... А вдруг не моря, вернее, не только моря? Быть может, это история суши?

Побережье Крыма и Кавказа опускается вниз, к центру Земли. Конечно, это не. значит, что жителям Ялты грозит погружение в раскаленную магму. Скорость опускания составляет всего 1—3 мм в год! Однако за века и тысячелетия эта величина достигла бы целых метров, и тогда ее можно было бы признать причиной затопления древних городов.

Надо найти объяснение и колебаниям поверхности земли во времени и показать, почему берег Херсонеса то поднимался, то опускался. Может быть, это связано с тем, что в течение веков колебания земной поверхности здесь носили разнонаправленный характер: в V—IV вв. до н. э. они приводили к подъему, а в IX—X вв. н. э. начался процесс опускания земли? Тектонические силы из недр планеты, как подземные качели, раскачивали земную поверхность вверх-вниз.

Так что же, значит, не море наступает на сушу, а суша опускается и все наши предыдущие рассуждения о вековых колебаниях уровня Черного моря несправедливы? Оказывается, далеко не везде земная поверхность опускается. Так, северные районы европейской части СССР в отличие от южных, наоборот, поднимаются. Более того, даже в пределах того же Крыма вертикальные колебания имеют разный знак: всего в нескольких километрах от опускающейся Ялты горный район Ай-Петри — поднимается.

По-видимому, и в прошлом не было одновременного подъема (или опускания) всех берегов Черного моря. Во всяком случае об этом свидетельствует хотя бы судьба малоазийского города Эфеса, который у древних греков был таким же важным морским портом, как ныне Лондон или Одесса, а сегодня он отстоит от моря на много километров. В то же время античный морской порт Тира со своими двумя гаванями затоплен и лежит на дне морском.

Итак, неравномерность и неоднозначность направления вертикальных колебаний земной коры — несомненный факт. Следовательно, только по воле внутренних сил Земли древние города, расположенные в разных географических точках, затонуть не могли. Здесь явно действовал общий процесс эвстатического, как говорят ученые, подъема уровня Мирового океана, на фоне которого и действовали тектонические силы, существенно влиявшие в районе Херсонеса и в других местах на результирующую величину.

Теперь невольно возникает сомнение: о каком приоритете той или иной причины затопления древних морских городов можно говорить, если, как мы только что убедились, ни уровень моря, ни поверхность земли не могут быть безоговорочно приняты за устойчивую, неизменяющуюся линию отсчета? С чем же сравнивать? Ведь даже знаменитый нуль Кронштадтского футштока, лежащий в основе наших топографических планов и карт, строящихся в балтийской системе координат, лишь относительная отметка, которую можно считать эталоном, и то на какой-то определенный отрезок времени, и она может оказаться совершенно непригодной через 100—200 лет.

Большую роль в глобальных наблюдениях за поверхностью нашей планеты могут сыграть искусственные спутники Земли — на их строго рассчитанные и зафиксированные орбиты не могут повлиять ни колебания уровня моря, ни глубинные силы планеты. Вполне вероятно, что в будущем все многолетние геодезические измерения поверхности континентов и Мирового океана будут производиться только из космоса.

Кстати, наблюдения из космоса дают возможность не только вести измерения поверхности земли и моря, но, как это ни удивительно, позволяют заглянуть и в их глубины. Позволяет это делать так называемый эффект интегрирования, который был обнаружен еще во времена становления воздухоплавания. Сверху, с аэроплана, отдельные детали ландшафта, как бы соединяясь друг с другом, образуют единое целое. Например, кажущиеся внизу хаотически разбросанными холмы с птичьего полета видятся слитыми в целые нагорья и хребты, а отдельные низины и западины вытягиваются в русла протекавших когда-то в тех местах рек. Скрытые почвенными слоями, коренные горные породы как бы выходят из-под земли на поверхность, отдельные элементы подземного рельефа складываются в целые комплексы.

Так, в свое время под рыхлыми поверхностными отложениями Устюрта аэрофотосъемка позволила найти продолжение Уральских гор в Средней Азии. А летом 1934 г. с самолета был обнаружен известный по сообщениям античных географов знаменитый финикийский морской порт Тир. Хотя, конечно, и раньше ученые находили под водой отдельные фрагменты затопленных молов и причалов этого города, но только «взгляд» сверху дал возможность как бы «снять» со дна слой воды и объединить разрозненные развалы древних каменных сооружений в'единое целое. Точно так же вырисовываются сверху общие планы и многих других затопленных городов Средиземноморья, таких, как, например, Эпидавр, Сидон и другие.

Затонувшие города. Сколько волнующих тайн, сколько будоражащих воображение предположений вызывают их седые стены, обросшие водорослями и ракушками?! Кажется, вот она, истина, такая простая и понятная. А появляются новые факты, и рождаются новые гипотезы, возникают новые вопросы.

Так ли уж медленно и незаметно, как нам кажется, шел процесс погружения древних городов в моря? Не носил ли он разрушительный характер бедствий, землетрясений, провалов, оползней?

При изучении пятикратной смены направления вертикальных движений территорий Херсонеса за 2,5 тыс. лет его существования было замечено, что эти колебания сопровождались и «мертвыми периодами» в истории города, когда жизнь его замирала, экономика и культура приходили в упадок. Это вполне можно объяснить происходившим в это же время катастрофически быстрым затоплением городских кварталов и жизненно важных центров города, таких, как порт.

Огромные волны набегали на берег, море неудержимо наступало на прибрежную, пониженную часть города, заглатывая одно за другим инженерные сооружения морского порта. Так погружались под воду грузовые причалы, волноотбойные молы, маяки, склады, торговые лавки, жилые дома, крепостные стены и башни. Здесь же, на Гераклейском полуострове, в соседних бухтах —Стрелецкой и Круглой под воду ушли сельскохозяйственные угодья-клеры, прямоугольные участки земли, отгороженные друг от друга каменными межевыми оградами.

Древнегреческий Херсонес был городом-полисом, которому подчинялась так называемая хора — целая сеть поселений и городов западного побережья Крыма. Вместе со своей столицей затонули сооружения Калос-Лимена, Беля-уса, Панского, Лазурного, Кальчукско-го. Погрузились под воду и стены Керкинитиды (на месте современной Евпатории) — одной из первых греческих колоний на западном берегу Крыма.

О тех драматических событиях в районе нынешней Сухумской бухты говорят наиденные на ее дне развалины крепостных стен, амфоры, пифосы, жернова мельниц для обмолота зерна. большие каменные ступы и другие предметы домашнего обихода. Если бы море не наступало на сушу катастрофически быстро, если бы не было потопа, разве побросали бы домовитые греки свои жилища и бытовые предметы?

В тихую погоду под килем лодки, плывущей по Таманскому заливу, видны затонувшие улицы и площади античной Фанагории — второй столицы знаменитого Боспорского царства, просуществовавшего на восточном береп Крыма почти тысячу лет. Отсюда, .. глубины 2 м в середине прошлого Beta. рыбаки подняли со дна две прекрасны.: мраморные скульптуры серых гривастых львов, стоящие ныне на набережной в Феодосии у входа в Исторический музей. Кстати, в той же феодосийской гавани обнаружен затопленный мол с хорошо сохранившимися сосновыми сваями.

Происшедшие когда-то в районе Причерноморья и Средиземноморья наводнения и землетрясения запечатлены и в памяти живших здесь народов. Летописные свидетельства, мифы и сказания о затонувших городах, дворцах и храмах отражают действительные события древности.

Так, неизвестный итальянский средневековый автор рассказывает в историческом очерке «Ragusihi anonimi» о катастрофе, которая явилась, очевидно, причиной гибели Эпидавра, крупного античного порта, лежащего ныне на дне Адриатического моря. «В тот год,— пишет этот очевидец,— случилось во всем мире землетрясение... Море покинуло берега свои... и все повернулось вспять, к хаосу, который и был началом всех начал. И море выбросило на берег корабли и разметало их по скалам. Когда жители Эпидавра увидели это, то устрашились они силы волны и убоялись, что горы-волны хлынут на берег и что город будет ими весь разрушен».

Далее рассказывается, что горожане обратились к богу с мольбой о пощаде, он, сжалившись над ними, якобы остановил стихию. После этого море перестало наступать на сушу, и оставшаяся часть Эиидавра была спасена. Она-то и дожила до наших дней.

В древнегреческом мифе об аргонавтах говорится о землетрясении, происшедшем на Черноморском побережье Кавказа, в Колхиде: «Тотчас вокруг раскатился гром. Казалось, сонные горы поколебались. С протяжным стоном расселась земля. Мертвый холодный ветер, крутясь, рванулся из трещин. А вслед за его порывами вышла из расселин великая богиня Геката ночная, Геката подземная... Вой, стоны, скрежет доносились из-под земли, и далеко вокруг, в платановых лесах Колхиды, послышались испуганные вопли...» Не здесь ли ключ к разгадке тайны древнегреческой Диоскурии, опустившейся на дно моря?

У древних греков существовали мифы о четырех крупных потопах, которые имеют прямое отношение к нашей теме. Первый и наиболее сильный потоп произошел по приказу властителя морей Посейдона, который, осуществляя волю своего брата, великого громовержца Зевса, залил морскими водами всю землю, погубив весь тогдашний греческий мир. От потопа спасся Девкалион, сын титана Прометея, давшего людям огонь и прикованного за это к скалам Кавказа (случайна ли эта связь с местом гибели причерноморских городов?). На десятый день от начала потопа корабль Девкалиона и его жены Пирры причалил к вершине горы Парнас, которая, единственная, не затонула. Другой герой мифа о потопе, Дардан, спасся от смертельных волн в Малой Азии. Это имя опять ведет нас к Черному морю — от него произошло название пролива Дарданеллы.

 

Существует давно устоявшееся и ставшее традиционным представление о том, что так называемая великая греческая колонизация (VIII—V вв. до н. э.) была вызвана перенаселенностью Эллады, имевшей ограниченную территорию с малоплодородной каменистой почвой. Называются и другие социально-политические причины, такие, как высокая торговая активность древних греков, экспансионистские устремления правящей верхушки общества и т. п.

Однако почти никто из историков древнею мира не обращает внимания на приведенные выше свидетельства катастрофических природных процессов, которые не могли не потрясти тогдашний мир и не перекроить его географическую карту. Вполне вероятно, что и переселение в Херсонес жителей Герак-леи Понтийской (ныне Эрегли, Турция) было связано с одним из землетрясений, которые в те времена были нередки на восточном побережье Эгейского моря. Точно так же могла быть, очевидно, основана на черноморском берегу Кавказа жителями Милета греческая колония Диоскурия. Не до конца ясна и причина гибели знаменитой гомеровской Трои, открытой Шлиманом на западном побережье Малой Азии. Хотя она так же, как расположенный южнее Эфес, ныне отстоит от моря почти на 8 км, это связано не с медленными колебаниями земной поверхности, а с более поздним накоплением аллювиальных отложений реки Иллис. Нельзя полностью исключать возможность происхождения холма Гиссарлык с руинами Трои вследствие древнего землетрясения.

Разгадка тайны колебания уровня Мирового океана, открытие законов перемещения границы «суша — море», запечатленных в каменных развалинах Херсонеса и других затонувших городов древности, помогает прогнозировать будущее Причерноморья, одного из самых населенных и бурно развивающихся районов нашей страны.

Геннадий Разумов

  

<<<  «На суше и на море»          Следующая глава >>>