Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

Историко-биографический альманах серии «Жизнь замечательных людей». Том 11

Прометей


 

В. Дуров. Из истории отечественных орденов и медалей

 

 

Смотрите также: Боевые награды царской России и Советского Союза

 

 

На груди многих советских людей можно увидеть орденские планки — свидетельства боевого и трудового героизма. С особым уважением мы смотрим на ордена и медали ветеранов Великой Отечественной войны — времени величайших испытаний и массового героизма советских людей. Каждая из наград может рассказать о подвиге, а то и о нескольких героических делах, совершенных во имя победы над врагами. Приумножая славные боевые традиции своих предков, народы нашей страны явили миру в 1941 —1945 годах новые примеры доблести и воинского мастерства. Не случайно во время Великой Отечественной войны были учреждены награды, носящие имена великих полководцев и флотоводцев нашей страны. Ордена Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого, Александра Невского, Ушакова, Нахимова вдохновляли тысячи отмеченных ими советских воинов на новые подвиги, напоминая о героическом военном прошлом нашей Родины.

Издавна на Руси воины с особой гордостью носили боевые знаки отличия, полученные за защиту Отечества. Посмотрите на любой из портретов Михаила Илларионовича Кутузова, гениального русского полководца, ученика П. А. Румянцева и А. В. Суворова. Грудь фельдмаршала украшают высшие русские и иностранные ордена. С 19 лет он участвовал в кровопролитнейших сражениях. И по наградам, которые полководец получил, можно проследить весь его боевой путь. Даже простое перечисление военных кампаний и сражений, в которых он принимал участие, дает представление о мужестве и военном таланте Кутузова. Военные походы 1764, 1765, 1769 годов, участие под командованием П. А. Румянцева в трех знаменитых битвах 1770 года — при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле — таково начало непосредственной ратной деятельности Кутузова. В последующие годы русско-турецкой войны 1768—1774 годов он участвовал еще в нескольких сражениях, в том числе в бое при Алуште в Крыму, где был тяжело ранен. За все подвиги, совершенные в этой войне, Кутузов, кроме повышений в чине, был удостоен почетнейшей боевой награды — ордена Георгия 4-й степени. В статуте ордена Георгия, учрежденного в 1769 году, было сказано: «Ни высокий род, ни прежние заслуги, ни полученные в сражениях раны не приемлются в уважение при удостоении к ордену св. Георгия за воинские подвиги; удостаивается же оного единственно тот, кто не только обязанность свою исполнял во всем по присяге, чести и долгу, но сверх сего ознаменовал себя на пользу и славу Российского оружия особенным отличием». Орденом награждался, например, тот, кто, «лично предводительствуя войском, одержит   над неприятелем, в значительных силах состоящим, полную победу, последствием которой будет совершенное его уничтожение» или, «лично предводительствуя войском, возьмет крепость». Эта награда могла быть выдана также за взятие неприятельского знамени, захват в плен вражеского главнокомандующего или корпусного командира...

Орден Георгия подразделялся на четыре степени, причем сначала выдавалась низшая — 4-я степень, в каждый последующий раз — более высокая. Судить о том, насколько почетной была эта награда, можно по тому, что высший орден Российской империи Андрея Первозванного получило более тысячи человек, в то время как ордена Георгия 1-й степени было удостоено всего лишь 25 человек.

Награжден был 1-й степенью ордена Георгия и Кутузов, но через 37 лет после получения 4-й степени. А за это время в его послужном списке появились названия сражений, составивших славу русскому оружию. Кутузов принимал участие в осаде и взятии Очакова в 1788 году, в знаменитом штурме Измаила в 1790 году, где особенно отличился, командуя штурмовой колонной на решающем участке наступления. После боя Суворов так отозвался о роли Кутузова в победе: «Он шел на моем левом фланге, но был моей правой рукой». За участие в штурме Измаила Кутузов был представлен к награждению орденом Георгия 3-й степени. Более высокую, 2-ю степень ордена Георгия Кутузов получил в 1791 году за сражение при Мачине, где действия отряда, которым он командовал, решили исход боя. После этого были еще многочисленные сражения, в которых росло полководческое мастерство Кутузова. Было и множество орденов, повышений в чине и других наград. Но самую почетную в русской армии награду, орден Георгия 1-й степени, М. И. Кутузов получил за кампанию, которая стала одной из самых ярких страниц истории военного искусства, — изгнание из пределов России агрессоров в Отечественную войну 1812 года. И не случайно один из высших советских военных орденов, учрежденных в Великую Отечественную войну, получил имя гениального русского полководца.

Таким образом, каждый орден одного из отечественных военачальников соответствует важнейшей вехе в истории нашей страны.

К эпохе Отечественной войны 1812 года, во время которой так проявился полководческий талант Кутузова, российская наградная система уже прошла долгий путь . развития.

Кому не известно имя русского богатыря Алеши Поповича, кто в детстве не восхищался его находчивостью, ловкостью, бесстрашием! Но мало кто знает, что в действительности в Киевской Руси существовал храбрый полководец Александр ПОПОЕИЧ, чьи подвиги легли в основу многих былин. Когда в самом начале XII века к Киеву подступали половцы, Александр Попович встал во главе оборонявшихся и разбил врагов. В награду за подвиг, как сообщает нам древнерусская летопись, князь киевский возложил на победителя золотую гривну — почетнейшую боевую награду. Это летописное сообщение является самым ранним упоминанием о награждениях особыми знаками отличия на территории нашей страны.

В дальнейшем, в XV—XVI веках, на Руси возникает обычай массового награждения после того или иного военного похода особыми знаками — медалями. Награду получали, как правило, все участники события с тою только разницею, что чем выше было положение воина, тем более значительным по размеру и весу знаком его отмечали. Воевода, например, мог получить большую золотую медаль на тяжелой, также из золота, цепи, для награждения же рядовых воинов предназначались маленькие знаки, изготовлявшиеся иногда даже не из золота, а из серебра, и лишь слегка золотившиеся. Тем не менее демократический русский обычай поголовного награждения всех участников отдельных походов выгодно отличал отечественную наградную систему от наградных систем любого из государств того времени. В Англии лишь в 1670 году отмечено первое массовое награждение всех участников сражения специально отчеканенными медалями. В другие страны этот обычай пришел еще позже, лишь в середине XVIII столетия.

До нашего времени дошла большая золотая медаль эпохи Ивана Грозного. Эта награда явно предназначалась для ношения — в верхней части ее пробиты два отверстия для прикрепления к одежде или к золотой цепи. Интересно свидетельство англичанина Д. Флетчера, относящееся ко Бремени правления уже сына Ивана Грозного, Федора Ивановича. Англичанин говорит о значении наградных знаков на Руси, а также о способах их ношения. «Тому, кто отличится храбростью перед другими, или окажет какую-либо особенную услугу, царь посылает золотой с изображением св. Георгия на коне, который носят на рукаве или шапке, и это почитается самой большою честью, какую только можно получить за какую бы то ни было услугу».

Традиция массовых пожалований знаков отличия наряду с персональными награждениями сохранялась и в XVII веке. Так, в 1654 году на Украину были присланы десятки тысяч золотых медалей для казаков Богдана Хмельницкого, достоинством от золотой копейки до тройного червонца. Самому же гетману была вручена золотая медаль в 10 золотых (около 34 граммов), его сыну Юрию — в 4 золотых, а генеральному войсковому писарю Ивану Выговскому (ставшему между прочим после смерти В. Хмельницкого гетманом) — в 6 золотых.

В самом конце XVII века был учрежден первый русский орден — св. Андрея Первозванного. В проекте его устава, составленном при непосредственном участии царя Петра I, разъяснялось, кому и за что должна выдаваться эта регалия: «...В воздаяние и награждение одним за верность, храбрость и разные нам и отечеству оказанные заслуги, а другим для ободрения ко всяким благородным и геройским добродетелям; ибо ничто столько не поощряет и не воспламеняет человеческого любочестия и славолюбия, как явственные знаки и видимое за добродетель воздаяние».

Этот документ свидетельствует о том, какое большое значение придавал Петр I знакам отличия вообще и, в частности, ордену Андрея Первозванного. Жаловалась эта награда весьма скупо. За всю петровскую эпоху,' богатую выдающимися событиями и выдвинувшую много талантливых деятелей, как гражданских, так и военных, прославивших Россию и на полях сражений, и на мирном поприще, андреевскими кавалерами стало менее 40 человек. Сам Петр получил орден Андрея лишь через пять лет после его учреждения, в 1703 году, за конкретный военный подвиг. В мае этого года солдаты русской гвардейской пехоты, посаженные в лодки, атаковали в устье Невы два боевых шведских судна, вооруженных одно десятью, а другое четырнадцатью пушками, и с одними лишь мушкетами и шпагами взяли корабли на абордаж. Руководил операцией Петр I, понеже иных на море знающих не было». В награду за этот бой Петр и получил знаки первого русского ордена.

Петром I было задумано учреждение еще одного ордена, предназначавшегося в награду лишь за военные отличия и получившего имя знаменитого русского полководца Александра Невского. Сам Петр не успел никого наградить этим орденом. При Екатерине же, ставшей во главе государства после смерти мужа, в число самых первых кавалеров ордена Александра Невского, задуманного как военная награда, попали и лица гражданские. Так и стал этот орден наградой, даваемой и за военные и за гражданские заслуги.

В начале XVIII века в России появляется еще один очень почетный знак отличия — наградной портрет Петра I, носившийся на груди. Эта награда предназначалась, так же как и орден, для персональных пожалований за личные заслуги как на военном, так и на гражданском поприще.

Функции же массового знака отличия выполняли по-прежнему медали. Внешне эти медали существенно отличались от подобных же наград XVI— XVII столетий. Медали петровского времени несли на себе явные признаки особого знака отличия. На них помещался, как правило, портрет Петра, указывалась дата события, послужившего причиной для награждения, и часто даже изображалась сцена сражения, если медаль была боевой.

На протяжении двух первых десятилетий XVIII века, с 1700 по 1721 год, Россия вела тяжелую Северную войну со Швецией, поэтому подавляющее число медалей петровского времени связано с событиями этой войны. В октябре 1702 года штурмом была взята старинная русская крепость Орешек, находившаяся 90 лет в руках шведов и переименованная после ее возвращения России в Шлиссельбург — «город-ключ». «Сим ключом много замков отперто», — писал позднее Петр, оценивая значение этой крепости.

Все участники штурма этой крепости в 1702 году, помимо других наград, получили медали. Медалями же были отмечены участвовавшие ЕО ВЗЯТИИ двух шведских судов в устье Невы в 1703 году, в победных сражениях при Калише в 1706 году, при деревне Лесной в 1708 году.

Но центральным сражением на суше со шведами явилась Полтавская битва, фактически предрешившая исход всей Северной войны. Все победители были щедро награждены орденами, наградными портретами, а также специально отчеканенными серебряными медалями. Последние предназначались лишь для унтер-офицеров и рядовых гвардейских Преображенского и Семеновского полков. На унтер-офицерских медалях, кроме портрета Петра, изображалось сражение конницы, на солдатских — бой пехоты. Носились полтавские медали уже на голубых узких лентах, получивших цвет ленты ордена Андрея Первозванного.

В 1714 году произошла знаменитая морская битва при мысе Гангут, занимающая в истории русского флота такое же место, как Полтавское сражение в списке побед сухопутной армии России. В результате боя были захвачены десять боевых шведских судов. Победу торжественно праздновали. Было роздано большое количество наград. Участвовавшие в сражении офицеры получили золотые медали, «каждый по пропорции своего чина», а все матросы и солдаты десанта — серебряные. Композиция изображений и надписи на офицерских и солдатских медалях за Гангут были одинаковыми. На лицевой стороне традиционный портрет Петра I, на оборотной — схема построения русских и шведских судов в тот момент, когда русские перешли в решительную атаку. Поме щена на оборотной стороне и дата сражения — 27 июля 1714 года.

После же смерти Петра в 1725 году обычай награждения медалями в России на несколько десятилетий прерывается. Причиной тому было забвение петровских военных традиций и засилье в стране иностранцев, заставивших на время русскую армию, которая являлась прежде образцом для всей Европы, слепо копировать отсталые порядки, царившие в то время в европейских странах, главным образом прусские.

Лишь во второй половине XVIII века русская армия и флот постепенно освобождаются от иностранного влияния и возрождают свои национальные традиции. И результаты этого не замедлили сказаться. Уже во время Семилетней войны русские войска, действовавшие против прусских, нанесли последним ряд сильных поражений. Русские солдаты и казаки появились на улицах Берлина. Не случайно первая солдатская медаль, выдававшаяся после длительного перерыва, была посвящена славной победе русского оружия именно над прусскими войсками при Кунерсдор-фе 1 августа 1759 года. Эта победа ярко продемонстрировала тот очевидный факт, что ни прусская, ни какая-либо другая западноевропейская армия не могли служить примером для российских вооруженных сил. Интересно, что на обороте кунерсдорфской медали была надпись: «Победителю над. пруссаками». И еще долго после раздачи этой награды, отчеканенной тридцатитысячным тиражом, в Россию приезжали прусские эмиссары, за любые деньги скупавшие у награжденных медали, симполизировавшие мужество, силу воинского духа и мастерство русских солдат.

В дальнейшем значительное число побед русской армии и флота XVIII века — такие, как славные сражения при Кагуле, Чесме, Кинбурне, Очакове, Измаиле, а также ряд других, — было отмечено специальными наградными медалями.

В XIX веке русская армия и флот вписали также немало славных страниц в отечественную историю, продолжив героические традиции победителей при Полтаве, Чесме, Измаиле. Суровым испытанием стала для России Отечественная война 1812 года, из которой она вышла победительницей благодаря мужеству и патриотизму простых русских людей. Велик был также вклад в победу значительной части русского офицерства и генералитета, учеников и наследников   великого   Суворова.

В память войны 1812 года была учреждена наградная медаль, чеканившаяся в серебре и бронзе. Серебряная медаль предназначалась для всех участвовавших в сражениях, бронзовая — для дворян, купцов и деятелей церкви, в боях не участвовавших. «Крестьяне, из среды коих исходит воин на защиту отечества и которые в самое грозное время показали дух православия, верности и мужества, едва ли когда имевший место в бытописаниях, — говорилось в царском манифесте по случаю учреждения медали, — крестьяне — верный наш народ, да получит мзду свою от бога».

Еще одна награда, правда иностранная, хранит для нас память о ярчайшем героизме русских войск в Отечественную войну. В августе 1813 года, когда сражения велись уже далеко за пределами России, солдаты русской первой гвардейской дивизии, число которых не превышало 12 тысяч человек, совершив быстрый марш-бросок, вступили под Кульмом в бой с 40-тысячным французским корпусом маршала Ван-дамма. Русскому отряду надо было не только выдержать первый удар противника, но и продержаться в течение дня, чтобы дать возможность войскам союзников покинуть крайне невыгодные позиции. Сражение длилось до темноты. На поле боя пало 6 тысяч русских солдат и офицеров, но французский корпус не сумел прорвать оборону русских и обрушиться на проходившие в это время узкой горной дорогой войска союзников. На второй день к русской дивизии подошло подкрепление, и французы были наголову разбиты. За ходом сражения наблюдали русский император Александр I и прусский король Фридрих-Вильгельм III. Последний был так восхищен стойкостью русских войск, спасавших союзников, что тут же, на поле боя, наградил всех русских солдат и офицеров незадолго до этого учрежденным Железным крестом — почетнейшей боевой наградой, которую имели к тому времени лишь несколько военнослужащих в самой Пруссии. Несколько позже в связи с последним обстоятельством уже задним числом был выпущен указ, в котором награда, полученная русскими за сражение при Кульме, названа не Железным, а Кульм-ским крестом. В 1816 году из Пруссии были присланы специально изготовленные для награждения русских участников Кульмского сражения знаки и розданы на параде в Петербурге. Всего их получило 7131 оставшихся к тому времени в живых русских героев Кульма.

Самой крупной из войн XIX столетия, не считая наполеоновских, была Крымская кампания, которую вела Россия с коалицией, в состав которой входили Великобритания, Франция, Турция и присоединившаяся к ним позднее Сардиния. Знаменитые события этой войны, такие, как Синоп-ский бой, защита Севастополя, оборона Петропавловска-на-Камчатке, остались яркими вехами в отечественной военной истории.

Основной русской наградой в память Восточной войны, как называлась официально война 1853—1856 годов, была учрежденная в августе 1856 года бронзовая медаль для всех гражданских и военных чинов империи. О степени участия награжденного в этой войне свидетельствовала лента, на которой носилась медаль. Награда выдавалась на четырех различных лентах — георгиевской, андреевской, владимирской и аннинской.

Медалью на черно-оранжевой ленте самого почетного русского военного ордена — св. Георгия — награждались участники успешных для русских войск военных действий в Восточной войне.

На георгиевской ленте медаль получили участники Синопского сражения, происшедшего в ноябре 1853 года, в котором русская эскадра, возглавляемая адмиралом П. С. Нахимовым, разгромила турецкую военную эскадру, уничтожив при этом 15 из 16 кораблей противника и не потеряв ни одного своего.

На этой же ленте медаль вручалась участникам боевых действий на Кавказском театре, в ходе которых войска Отдельного Кавказского корпуса, поддержанные с моря судами русской Черноморской эскадры, разбили турецкую армию, захватив при этом ряд сильных крепостей противника.

В августе 1854 года к берегам Камчатки подошла соединенная англо-французская эскадра из шести кораблей, возглавлявшаяся двумя адмиралами — английским и французским. 18 августа вражеские корабли встали на якорь в Авачинской губе, намереваясь захватить Петропав-ловск-на-Камчатке — главную русскую базу в этом районе. Силы защитников Петропавловска вместе с добровольцами из местного гражданского населения составили менее тысячи человек при 39 орудиях береговых батарей и 29 орудиях двух военных судов, находившихся в Петропавловской бухте. Корабли же противника имели более 200 пушек.

Гарнизон Петропавловска, возглавляемый военным губернатором Камчатки генерал-майором В. С. Завойко, принял неравный бой. Были отбиты две попытки противника высадить с кораблей при поддержке артиллерии десанты в окрестностях города. При этом был нанесен чувствительный урон нападающим. 27 августа англофранцузская эскадра покинула русские территориальные воды, а героические защитники Камчатки наряду с другими наградами получили право носить медаль «В память войны 1853—56 гг.» на георгиевской ленте.

Все военные и гражданские чины, принимавшие участие в боевых действиях на других театрах войны (где успех чаще сопутствовал союзникам) или находившиеся в местах, которые были объявлены на осадном или военном положении, получили медали на голубой ленте ордена Андрея Первозванного.

Все прочие военные и гражданские чины были удостоены медалей на черно-красной ленте ордена Владимира, а купечество, жертвовавшее средства на войну или помощь раненым, — на золотисто-красной ленте ордена Анны.

Медали, предназначавшиеся для участников войны 1853—1856 годов, были двух видов — светлой бронзы, дававшиеся чинам военного и морского ведомства, и темной бронзы, которые получали гражданские лица. В ноябре 1856 года особым указом награждение светлой бронзовой медалью на андреевской ленте было распространено на лиц всех сословий, даже крепостного состояния, имеющих Знак Отличия военного ордена (Георгиевский крест. — В. Д.) медаль за Севастополь или раненных во время военных действий.

Герои обороны Севастополя были награждены особой медалью — «За защиту Севастополя». Ее получить могли все участвовавшие в обороне города с 13 сентября 1855 года, когда Севастополь был объявлен на осадном положении, по 27 августа 1855 года, день последнего штурма, в том числе и лица крепостного состояния. Особо в указе отмечено право на медаль женщин, «которые несли службу в госпиталях или во время обороны Севастополя оказали особые услуги».

Медаль «За защиту Севастополя» была серебряной и носилась на георгиевской ленте. В отличие от указа дата завершения обороны города на ней названа не 27, а 28 сентября, когда русские были вынуждены отойти на новую линию обороны на Северной стороне.

Особым уважением пользовались отмеченные самой почетной русской боевой наградой — офицерским орденом Георгия и солдатским Георгиевским крестом. В памятной книжке П. С. Нахимова среди прочих важных дел, намечавшихся на день, часто встречаются и записи о награждении особо отличившихся, например: «георгиевские кресты нижним чинам», «узнать о всех наградах офицерских», «бастионным командирам георгиевские кресты», «кресты давать и тем, которые были и прежде представлены», и др.

Адмирал хорошо понимал важное значение боевых наград. Поощряя отличившихся и вызывая у других похвальное желание заслужить также подобные знаки отличия, командиры получали дополнительную возможность поддерживать высокий боевой дух подчиненных. Один из участников защиты Севастополя, офицер, сражавшийся на знаменитом 4-м бастионе, впоследствии вспоминал: «Нахимов, приходя на бастион, приносил на раздачу нам георгиевские кресты, которые называл гостинцем». Этот же офицер, кстати, сам награжденный за храбрость орденом Георгия 4-й степени, пишет далее, что лейтенант Львов, командир одной из батарей 4-го бастиона, смертельно раненный вражеским ядром, прощаясь с ним, «просил одной награды: дать двоим комендорам его батареи георгиевские кресты, что и было мною исполнено...».

Так было не только на героическом 4-м бастионе, из 600 защитников которого, первыми встретивших врага, в конце осады остались в живых только пятеро, русские самоотверженно сражались на всех участках обороны Севастополя.

Особенно прославился лейтенант Н. А. Бирюлев, начальник аванпостов перед 3-м бастионом. За многочисленные подвиги Бирюлев был награжден Золотым оружием с надписью «За храбрость» и несколькими боевыми орденами, в том числе и орденом Георгия 4-й степени. В представлении к ордену Георгия, подписанном П. С. Нахимовым, так говорится о смелом лейтенанте:

«...Подвиги лейтенанта Бирюлева заключаются в следующем:

С первого начала военных действий офицер отличается особым мужеством, особенно же 9 и 20 декабря 1854 г. и 1 января 1855 г. при трех вылазках, в которых взято в плен 3 офицера и 53 рядовых и много побито неприятеля. Всегда командовал охотниками и, всегда будучи впереди, первый бросался в неприятельские траншеи; увлекал людей к неустрашимости и обращал неприятеля в бегство. Сверх сего, ночью с 19 на 20 декабря 1854 года (новый год неприятеля) вызвался с 100 человек охотников, бросился на высоту против батарей на бульваре, <...> штыками выбил оттуда французов, разорил их работы и устроил на том самом месте завалы, в которых под его наблюдением наши штуцерные держатся и доселе...

Вице-адмирал Н а х и м о в».

Достойными своего начальника были и подчиненные лейтенанта Бирюлева, среди них знаменитый матрос Кошка, о подвигах которого в Севастополе ходили легенды, матрос И. Шевченко, в одном из боев грудью закрывший от вражеской пули своего командира, и многие другие солдаты и матросы.

Защитники Севастополя сражались не ради наград и поощрений, а сознавая свой патриотический долг. Один из офицеров, тяжело раненный, на вопрос, какую он хотел бы получить награду за свою храбрость, ответил: «Поставьте на бастион бомбическую пушку».

Адмирал П. С. Нахимов за три дня до гибели узнал о том, что удостоен царем награды, так называемой аренды — весьма крупной ежегодной денежной выдачи СЕерх основного жалованья, и воскликнул при этом известии: «Да на что мне аренда? Лучше бы они мне бомб прислали!» И до этого адмирал, не имевший ни семьи, ни «сухопутных» друзей и посвятивший себя целиком русскому флоту, почти все свои деньги раздавал морякам и раненым в госпиталях. Поэтому о том, что делать с этой наградой — арендой, он долго не раздумывал. Один из его современников писал по этому поводу: «...Удостоившись по окончании последней бомбардировки Севастополя получить в награду от государя императора значительную аренду, он только и мечтал о том, как бы эти деньги употребить с наибольшей пользой для матросов или на оборону города».

Кроме общей медали за Севастополь, для его защитников был учрежден еще ряд наград и привилегий, вполне ими заслуженных. Ведь из 16 тысяч военных моряков черноморского флота, сошедших на берег и составивших ядро защитников города, к концу обороны осталось в строю лишь 800 человек. Поэтому месяц, проведенный в осажденном Севастополе, засчитывался как целый год военной службы. Один из героев, юный Николай Пищенко, в 13-летнем возрасте уже получил Георгиевский крест, был произведен в унтер-офицеры и имел 11-летний стаж военной службы.

Особой награды были удостоены сестры милосердия из Петербурга и Москвы, работавшие в Крыму во время этой войны. Все они получили специально отчеканенные серебряные медали с надписью «КРЫМ— 1854—1855—1856», хотя и не предназначенные для ношения, но считавшиеся почетным знаком отличия.

Знаменитая Даша Севастопольская, отличившаяся во время обороны города как особо неутомимая и заботливая сестра милосердия, добровольно выполнявшая свои обязанности, была награждена не серебряной, а золотой медалью.

Многие жены и сестры матросов, сражавшихся на севастопольских бастионах, по мере возможности помогали им тем, что приносили стоявшим у орудий матросам и солдатам квас и воду, доставляли на руках боеприпасы, когда вражеский огонь не давал возможности привезти их на подводах, перевязывали раненых. За эти подвиги, совершавшиеся совершенно бескорыстно, некоторые из них были представлены к награждению медалями, что было редчайшим случаем. Так, одна из них, жена матроса Елена Михайлова, во время осады Севастополя находилась на Малаховом кургане, оказывая посильную помощь оборонявшимся, и при этом была ранена пулей в бок. По указанию самого Нахимова она в числе других женщин, проявивших мужество при обороне Севастополя, была представлена к награждению серебряной медалью «За усердие». Вдова другого матроса, убитого в Севастополе, Дарья Ткач, была отмечена, также Нахимовым, еще более высокой наградой — боевой серебряной медалью «За храбрость» на георгиевской ленте.

За участие в русско-турецкой войне 1877 —1878 годов, в ходе которой было окончательно подорвано турецкое господство на Балканах, русским правительством была учреждена наградная медаль трех образцов: серебряная, светло-бронзовая и темно-бронзовая.

Серебряную медаль получили все участники героической обороны Шипки, Баязе-та, а также штурма турецкой крепости Каре.

Светло-бронзовой медалью награждались те, кто сражался в прочих битвах этой войны. И наконец, темно-бронзовую медаль получили лица, находившиеся в зоне военных действий, но непосредственного участия в боях не принимавшие.

Вместе с русскими воинами серебряную медаль получили также болгарские ополченцы, проявившие себя в Шипкинской эпопее.

В память освобождения Балкан от турецкого ига были учреждены также болгарские, сербские, черногорские и румынские награды. Многие военнослужащие русской армии, сыгравшей решающую роль в избавлении балканских народов от иноземного гнета, получили эти награды.

И в русско-японской войне 1904— 1905 годов были продемонстрированы всегда отличавшие русских солдат и матросов стойкость, мужество и воинское мастерство.

27 января 1904 года произошло знаменитое морское сражение при Чемульпо двух русских кораблей — крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» с целой японской эскадрой в составе 6 крейсеров и 8 миноносцев. В этом бою один вражеский корабль был потоплен и два других сильно повреждены. Но силы были неравны — мощь огня только одного японского крейсера «Асама» превосходила количество вооружения «Варяга» и «Корейца», вместе взятых. Чтобы врагам не достались русские корабли, их экипажи сами потопили «Варяг» и взорвали «Кореец». В награду за этот бой весь личный состав русских судов, участвовавших в сражении, был отмечен специально отчеканенной медалью на особой ленте, имевшей цвета русского военно-морского андреевского флага. На лицевой стороне медали был изображен Георгиевский крест, окруженный венком и надписью: «За бой «Варяга» и «Корейца» 27 янв. 1904 г. Чемульпо»; на оборотной стороне — «Варяг» и «Кореец» на рейде Чемульпо, готовые к бою с японской эскадрой.

Подвиги русских воинов, совершенные на полях брани, никогда не будут забыты. Советские люди чтят мужество и патриотизм, проявленные русскими солдатами и офицерами. В советских музеях бережно хранятся награды героев Очакова и Измаила, Кульма и Бородина, Севастопольской обороны и Шипки.

Многие советские воины рядом с орденами, которыми они были награждены во время Великой Отечественной войны, гордо носили полученные ими раньше Георгиевские кресты. Среди них был, например, полный георгиевский кавалер донской казак К. Недорубов, за подвиги в боях с фашистами удостоенный высокого звания Героя Советского Союза.

  

<<< Альманах «Прометей»          Следующая глава >>>