Вся электронная библиотека >>>

 Дневник Сальвадора Дали >>>

 

 Великие художники

художник ДалиСальвадор Дали

 


Разделы: Живопись: картины великих художников

Биография и картины Сальвадора Дали

Скачать:     Электронный альбом С.Дали (7,5 Мб)

 

Сентябрь

 

1 сентября

 

Меня всегда поражали необычайные и экстраординарные события,

происходившие со мной ежедневно, но, надо сказать, в тот

день после освежающего четвертьчасового сна свершилось

нечто уникальное.

 

Пытаясь снять со стены "Вознесение" для того, чтобы писать

верхнюю часть полотна, и установить его так, чтобы ничто не

мешало нормальной работе, я повернул механическое

устройство, и холст тихо опустился с почти десятифутовой

высоты в специальное вместилище, откуда я его поднимал по

мере необходимости. И тут я ужаснулся, увидев, что картина

поцарапана, может быть, даже порвана. Три месяца моей работы

прошли впустую, или, в лучшем случае, мне придется потратить

уйму времени на долгую и нудную реставрацию. Мои крики

заставили прибежать горничную, увидевшую, что я бледен, как

смерть. Я уже представил себе, как моя выставка в Нью-Йорке

будет отсрочена или вообще отменена. Надо было кого-то

позвать, чтобы вынести руины моего шедевра. К несчастью, в

это время в Порт Льигате была сиеста. В бешенстве я

отправился в отель. По дороге я потерял трость и даже не

попытался поднять ее. Должно быть, я кошмарно выглядел со

своими всклокоченными волосами и торчащими усами. При виде

меня юная англичанка вскрикнула и отшатнулась. Наконец, я

нашел Рафаэля - хозяина отеля и попросил его о помощи.

Побледнев так же, как и я, он спустился вниз, и с величайшей

осторожностью нам удалось вынести картину. О, чудо! Она была

цела и невредима! Не единой царапины, не одного грязного

пятнышка! Никто из тех, кто пытался проанализировать

случившееся, не мог понять, как это могло произойти, разве

что помогло вмешательство ангелов.

 

Мысль о том, что моя картина могла погибнуть, была для меня

таким ударом, что весь август я был под впечатлением от

этого события. Я ведь боялся работать над картиной из-за

сознания ее совершенства, медлил и робел. Теперь же,

уразумев, что она может быть уничтожена, я работал быстро и

бесстрашно. Остатка дня хватило, чтобы написать два фута

холста, проработать его правую часть и закончить сферу,

символизирующую земной шар. Во время работы я все время

думал о Деве Марии, вознесшейся к небесам. То же произошло с

моей Девой Марией, сошедшей в недра могилы. Мне удалось

показать ее чудесное вознесение материально, морально и

символически. Это чудо, полагаю, свершилось в этом мире

благодаря лишь одному человеку, имя которого Сальвадор Дали.

Благодарение Господу и его ангелам!

 

2 сентября

 

Самый дурной художник в мире во всех отношениях и вне

всякого сомнения - Тернер.

 

Сальвадор Дали

 

Этим утром, когда я был в туалете, я сделал поистине

замечательное наблюдение. Мой стул, кстати, в это утро был

мягким и лишенным запаха. Я размышлял о человеческом

долголетии, на что натолкнул меня один восьмидесятилетний

старец, поднявшийся над Сеной на красном шелковом парашюте.

Интуиция мне подсказывала, если бы человеческие

экскременты были бы жидкими, как мед, жизнь человека

увеличилась, ибо экскременты (согласно Парацельсу) - это

жизнь, и каждый сбой в работе кишечника или выход газов

равносильны ее сокращению. Это эквивалент отрезка судьбы,

который в то же время как бы рассекает ее. Источник земного

бессмертия следует искать в нечистотах, экскрементах и нигде

более...А пока высшая миссия человека на земле

заключается в одухотворении всего сущего, его экскременты

особенно необходимы. Поэтому мне страшно не нравятся все

шутки по поводу человеческих отправлений и прочие

фривольности на эту тему. Я удивлен тем, как мало

философского, метафизического значения придает человек

такому жизненно важному предмету, как экскременты. Когда я

напишу трактат об этом, я наверное удивлю весь мир. Этот

трактат будет полной противоположностью сочинению Свифта об

отхожих местах.

 

3 сентября

 

Сегодня год со дня бала в Бейстегю. Воспоминание об этом

прошлогоднем сентябрьском дне, проведенном в Венеции,

пронзает сердце острой болью, но я сказал себе, что должен

закончить нижнюю левую часть холста и начать писать

"радиолориум" *("Радиолория" содержится в каждом элементе

кольцеобразной сферы, которая обычно изображается в руках

португальских королей.) - земной шар носорожьих мучений.

Через два дня я приступлю к своим "niqoids" **("niqoids") -

корпускулярные частицы, составляющие Corpuscularia

Lapislazulina Дали.). И уж потом предамся воспоминаниям о

бале в Бейстегю. Мне это необходимо, дабы окунуться в блеск

и венецианские корпускулы чудесного тела моей Гала.

 

Не единожды я старался оградить бал от тягучего потока моих

раздумий. Мне удавалось отгородиться от этих видений подобно

тому, как я, будучи ребенком с добрый час вертелся вокруг

стола, умирая от жажды, и, наконец, взял стакан холодной воды и

опорожнил его, утолив таким образом мою безумную жажду.

 

5 сентября

 

Продолжаю удерживать память от воспоминаний о бале, как иной

сдерживает желание помочиться. Я прыгаю вокруг них и попутно

изобретаю новую хореографию перед тем, как начать работать.

 

6 сентября

 

Как раз в тот момент, когда я собирался настроить наконец

свой драгоценный, лелейный сальвадорианский мозг на

воспоминания о бале, горничная доложила о приходе адвоката.

Я вежливо объяснил, что работаю и смогу повидаться с ним в

восемь часов вечера. Но то, что предвкушаемые мной

размышления были уже чем-то ограничены, вызвало во мне

чувство протеста. Горничная вернулась, сообщив, что

нежданный гость настаивает на встрече, так как он приехал на

такси, которое ожидает его. Этот довод показался мне

чрезвычайно неуместным, ведь такси - не поезд, оно может и

подождать. Я повторил Росите, что моим размышлениям и

корпускулам чудесного тела Гала нельзя мешать до восьми

часов вечера. Однако адвокат, считавший, видимо, себя моим

большим другом, уже вошел в библиотеку, небрежно сдвинул мои

редчайшие книги по искусству, сбросил мои математические

расчеты, мои подлинные рисунки, столь ценные, что никому не

дозволяется прикасаться к ним, и уже начал составлять бумагу

с претензией по поводу того, что я отказываюсь принять его.

При этом он попросил горничную поставить свою подпись. Она

отказалась, видя в этом какой-то подвох, и пошла

предупредить меня о складывающейся ситуации. Тогда я

бросился в библиотеку, разорвал все бумаги, которые пришелец

позволил себе разложить на моем столе *(Впоследствии Дали

понял, что то, он разорвал "документ", - акт греховный,

нарушающий закон.), после чего пинками вытолкнул его из дома,

правда пинками, совершенно символическими, поскольку я даже

не коснулся его.

 

7 сентября

 

Я наслаждаюсь грезами, пролагающими путь к балу в Бейстегю.

Я уже ощутил прустовскую связь между Порт Льигатом и

Венецией. В шесть часов я наблюдал за отсветом тени в горах,

где высилась башня. Мне показалось, что ее очертания

точно совпадают с тенью, удлиняющей окна церкви Ла Салютэ на

Большом канале. Колокол звенит также, как в день бала, около

шести часов вечера, рядом с таможней.

 

Завтра я обязательно начну писать свои "niqoids" и

предамся воспоминаниям о бале.

 

8 сентября

 

Все так и было. Я начал писать "niqoids", отыскивая

дополнительные цвета, что доводило меня до пароксизма.

Зеленый, оранжевый, оранжево-розовыый...Вот они, мои

прекрасные корпускулярные nigoids. Но наслаждение было

слишком чрезмерно, и я отложил размышления о бале на

следующий день. Утром я вновь писал "nigoids", уже

совершенно свободный от мыслей о бале, однако в полдень я

позволил себе помечтать с навязчивым стремлением к

абсолютной точности. Моя медлительная память утомляла, своей

медлительностью доводя меня до изнеможения.

 

9 сентября

 

Сегодня я бы уж дал волю своим воспоминаниям о бале, если бы

не появление полиции. Это результат инцидента с адвокатом.

Полицейские сказали мне, что дело может обернуться

двенадцатью месяцами тюрьмы. Я оставил свои воспоминания до

лучших времен и тут же отправился на "кадиллаке" к Г., а

затем встретиться с послом М., чтобы попросить у него совета.

Он был весьма взволнован и почтителен со мной. Мы позвонили

двум министрам.

 

10, 11, 12, 13, 14 сентября

 

В полдень нам зачитали официальный документ. В эти дни я был

измучен проблемами, связанными с адвокатом. Я всегда вел

себя как тишайшая мышь по отношения ко всему официальному,

публичному и т.д. Во всяком случае - это мой принцип. Если

же я поступил вразрез с ним в этом особом случае, то только

потому, что меня вдохновляли тогда мои niqoids, как собаку

вдохновляет брошенная кость. Нет, это было нечто, гораздо

более сильное. Мое вдохновение было космического порядка, и,

конечно же, этого адвокат не мог понять. В тот момент мои

ощущения приближались к экстазу в корпускулярном воплощении.

 

15 сентября

 

Страдания, связанные с перспективой двенадцатимесячного

пребывания в тюрьме - результатом инцидента с адвокатом,

породили во мне острое чувство самоценности мгновения. Я

обожаю Гала больше прежнего. Работа идет легко, словно пение

соловья. Внезапно моя канарейка заливается трелью, и это

весьма странно, ведь она давно перестала петь. Маленький Хуан

спит в нашей комнате. Он - настоящая смесь Мурильо и

Рафаэля. Я сделал три рисунка сангиной с обнаженной Гала в

молитвенной позе. Последние три дня мы разжигали большой

камин. И когда свет выключали, огонь горящих поленьев

освещал наши лица. Как хорошо, что я еще не в тюрьме! Завтра

я устрою себе каникулы перед тем, как погрузиться в

волнующие воспоминания о бале в Бейстегю. Я закончил руки

Девы Марии.

 

16 сентября

 

Начал писать корпускулы "Вознесения". Это ожидание тюрьмы, с

точки зрения пароксизма, сообщало моим ощущениям привкус

некой добровольной тюрьмы в собственном доме. Я уже готов

предаться завтра, ровно в половине четвертого, грезам о бале.

 

Однако этого не случилось. Не было воспоминаний о бале. Я уже

начал думать, что это затрудненность, связанная с

воспоминаниями, которые (только при мысли о них) уже принесли

мне столько наслаждения, есть нечто типично далиниевское,

парадоксальное и уникальное. Поскольку у меня появилось

ощущение легкой боли в печени, которую я приписываю мучениям,

вызванным инцидентом с адвокатом, я стал рассматривать себя и

в конце концов обнаружил, что у меня обложен язык. Это не

случалось уже несколько лет и очень удивило меня. В конце

концов я  принял полтаблетки слабительного. Это очень мягкое

слабительное, и, видимо, реакция наступит завтра. Тем не

менее смутное ощущение, что я не в "форме" для столь милых

моему сердцу воспоминаний можно было бы объяснить обложенным

языком. Расстроенный желудок несовместим с высшей эйфорией,

которая должна физиологически предшествовать интенсивному

экстатическому акту творческого воображения.

 

Перед сном Гала зашла и поцеловала меня. Это был лучший

поцелуй в моей жизни.

 

СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ:  Воспоминания Сальвадора Дали

 

Смотрите также:

 

 Сальвадор Дали. Творчество и картины Сальвадора Дали

 

 художник Сальвадор Дали. Сто Великих

 

 Сальвадор Дали. ЭТО УДИВИТЕЛЬНО! СЮРРЕАЛИСТ И ГЕНЕТИКА

 

 ЖИВОПИСЬ. СЮРРЕАЛИЗМ. У истоков сюрреализма. Сальвадор Дали

 

 Испанский художник Сальвадор Дали. Биография и картины художника ...

 

 Предчувствие гражданской войны. Сальвадор Дали. Юрий Шевчук

 

 ДАЛИ. Биография и творчество Дали. Книга Зримая женщина.

 

 Сюрреализм. История сюрреализма. Влияние сюрреализма. Сюрреализм и ...

 

 Искусство и художник. Основы истории искусств