Вся электронная библиотека >>>

Биографии писателей >>>

 

 Литература

писателиВеликие писатели

 


Разделы: Классическая литература

Рефераты по литературе

Биографический словарь

   

БАСЕ (1644-1694) 

Лирика - это единственный вид искусства, который человек может целиком и

полностью "присвоить" себе, превратив лирическое произведение или отдельные

строки в часть своего сознания Произведения других искусств живут в душах как

впечатления, как память об увиденном, услышанном, а вот лирические стихи сами

врастают в души, откликаются в нас в определенные моменты жизни К этой мысли

приходили многие мудрецы

Краткость, как известно, сестра таланта Может быть, поэтому народ всегда охотно

и сам создавал, и живо откликался на лаконичные поэтические формы, которые легко

запоминаются Вспомним рубай Хайяма - четыре строчки Почитаем древние латышские

дайны, их тысячи, тоже кратких четырех-пяти-шестистиший

Ах, зелененькая щучка Всю осоку всполошила' Ах, красавица-девица Всех парней

растормошила

(Перевод Д  Самойлова)

В мировой поэзии и Востока и Запада мы найдем немало примеров кратких форм

лирики Русские частушки - это тоже особый вид лирики В русских пословицах и

поговорках просматриваются порой двустишия .

Но когда речь заходит о краткости как особой поэтике, мы сразу вспоминаем Японию

и слова "танка" и "хокку" Это формы, которые несут глубоко национальный

отпечаток Страны восходящего солнца Пятистишие - танка, трехстишие - хокку

Японская поэзия культивирует эти формы уже много веков и создала удивительные

шедевры

Сразу скажем, что если бы не кропотливейшая и талантливейшая работа некоторых

переводчиков, и, в первую очередь, Веры Марковой, мы бы вряд ли могли

насладиться тончайшей поэзией Басе, Оницура, Тие, Бусона, Исса, Такубоку Именно

благодаря конгениальности некоторых переводов книги японской лирики в России

расходились еще недавно миллионными тиражами

Прочитаем несколько стихотворений Басе, безусловно великого поэта, достигшего в

хокку наибольшей поэтической выразительности, в переводе В  Марковой

И осенью хочется жить Этой бабочке пьет торопливо С хризантемы росу

Можно и не знать, что хокку построена на определенном чередовании количества

слогов, пять слогов в первом стихе, семь во втором и пять в третьем - всего

семнадцать слогов Можно не знать, что звуковая и ритмическая организация

трехстишия - это особая забота японских поэтов Но нельзя не видеть, не

чувствовать, не понимать того, как много сказано в этих трех строчках Сказано

прежде всего о жизни человека "И осенью хочется жить " И в конце жизни хочется

жить Роса на хризантеме - это не только очень красиво в изобразительном смысле,

но и многозначно поэтически Роса ведь очень чистая, очень прозрачная - это не

вода в мутном потоке быстрой реки жизни Именно в старости человек начинает

понимать и ценить истинные, чистые, как роса, радости жизни    Но уже осень

В этом стихотворении можно уловить тот вечный мотив, который есть и у русского

поэта, жившего через почти триста лет после Басе, у Николая Рубцова

Замерзают мои георгины И последние ночи близки И на комья желтеющей глины За

ограду летят лепестки

Это из "Посвящения другу". И у Басе, и у Рубцова - вечный мотив жизни на земле и

ухода... У Рубцова понятно, что речь идет об ограде палисадника и о глине в нем

же, но направленность душевная - "последние ночи близки" - вызывает ассоциации с

другой оградой, с кладбищенской, и с другими комьями глины...

Вот я прочитал трехстишие Басе и ушел аж до Рубцова. Думаю, что японского

читателя эти строки уведут к своим ассоциациям - каким-то японским полотнам

живописи - многие хокку имеют прямую связь с живописью - уведут к японской

философии, хризантема имеет в национальной символике свой смысл - и читатель

тоже на это откликнется. Роса к тому же - метафора бренности жизни...

Вообще здесь задача поэта - поэтической картиной, набросанной двумя-тремя

штрихами, заразить читателя лирическим волнением, разбудить его воображение, - и

для этого средств у хокку достаточно, если, конечно, хокку пишет настоящий поэт.

Вот еще трехстишие Басе:

Едва-едва я добрел, Измученный до ночлега... И вдруг - глициний цветы/

В традиции хокку изображать жизнь человека в слиянии с природой. Поэты понуждают

человека искать потаенную красоту в простом, незаметном, повседневном. Согласно

буддийскому учению, истина постигается внезапно, и это постижение может быть

связано с любым явлением бытия. В этом трехстишии - это "глициний цветы".

Конечно, мы лишены возможности воспринимать стихи Басе в полной мере, о которой

Поль Валери сказал, что "поэзия - это симбиоз звука и смысла". Смысл перевести

легче и вообще возможно, но вот как перевести звук? И все-таки, нам кажется, при

всем том, Басе в переводах Веры Марковой очень близок к своей первоначальной,

японской, особенности.

Не всегда надо искать в хокку какой-то особый глубокий смысл, зачастую - это

просто конкретное изображение реального мира. Но изображение изображению рознь.

Басе это делает очень зримо и чувственно:

Утка прижалась к земле. Платьем из крыльев прикрыла Голые ноги свои...

Или в другом случае Басе стремится передать через хокку пространство - и только.

И вот он его передает:

Бушует морской простор/ Далеко до острова Садо, Стелется Млечный Путь.

Если бы не было Млечного Пути, не было бы и стихотворения Но на то он и Басе,

чтобы через его строки нам открылось огромное пространство над Японским морем.

Это, видимо, холодная ветреная осенняя ясная ночь - звезд бесчисленное

множество, они блестят над морскими белыми бурунами - а вдали черный силуэт

острова Садо.

В настоящей поэзии, сколько ни докапывайся до последней тайны, до последнего

объяснения этой тайны все равно не докопаешься. И мы, и наши дети, и наши внуки

повторяем и будем повторять "Мороз и солнце; день чудесный!.." - все понимают и

будут понимать, что это вот поэзия, самая чудесная и истинная, а почему она

поэзия и что в ней такого - об этом даже не хочется особенно и задумываться. Так

и у Басе - японцы чтут его, знают наизусть, не всегда отдавая себе отчет, почему

его многие стихи сразу и навсегда входят в душу. Но ведь входят! В настоящей

поэзии маленькая зарисовка, какой-нибудь пейзаж, бытовой фрагмент могут стать

поэтическими шедеврами - и народ их так и будет осознавать. Правда, порой

трудно, даже невозможно передать на другом языке, в чем заключается чудо того

или иного стихотворения на языке родном. Поэзия есть поэзия. Она тайна и чудо -

и так ее и воспринимают любители поэзии. Поэтому кажущееся нам простым и

незамысловатым трехстишие Басе знает наизусть каждый культурный японец. Мы этого

можем и не уловить не только из-за перевода, но и потому, что мы живем в другой

традиции поэтической, а также по многим другим причинам.

О сколько их на полях/

Но каждый цветет по-своему -

В этом высший подвиг цветка!

Прав Басе, у нас другие цветы, нам свое надо культивировать. Басе родился в

замковом городе Уэно провинции Ига в семье небогатого самурая. Басе - это

литературный псевдоним, подлинное имя Мацуо Мунэфуса. Провинция Ига была

расположена в центре острова Хонсю, в самой колыбели старой японской культуры.

Родные поэта были очень образованными людьми, знали - это предполагалось в

первую очередь - китайских классиков.

Басе с детства писал стихи. В юности принял постриг, но не стал настоящим

монахом. Он поселился в хижине близ города Эдо. В его стихах есть описание этой

хижины с банановыми деревьями и малень-

ким прудом во дворе. У него была возлюбленная. Ее памяти он посвятил стихи:

О, не думай, что ты из тех, , Кто следа не оставил в мире! Поминовения день...

Басе много странствовал по Японии, общался с крестьянами, с рыбаками, со

сборщиками чая. После 1682 года, когда сгорела его хижина, вся его жизнь стала

странствованием. Следуя древней литературной традиции Китая и Японии, Басе

посещает места, прославленные в стихах старинных поэтов. В дороге он и умер,

перед кончиной написав хокку "Предсмертная песня":

В пути я занемог,

И все бежит, кружит мой сон

По выжженным лугам.

Поэзия была для Басе не игрой, не забавой, не заработком, а призванием и

судьбой. Он говорил, что поэзия возвышает и облагораживает человека. К концу

жизни у него было множество учеников по всей Японии.

 

Геннадий Иванов

 

СОДЕРЖАНИЕ: «Жизнь и творчество великих писателей»

 

Смотрите также:

 

Гомер   Геродот   Аристотель

 

Ликург IX-VIII вв. до н.э.

 Солон VII-VI вв. до н.э.

Фемистокл VI-V вв. до н.э.

Аристид около 540-467 гг. V до н.э.

Перикл около 490-429 гг. до н.э.

Софокл 496-406 гг. до н.э.  

 Демосфен 384-322 гг. до н.э. 

 Марк Туллий Цицерон 106-43 гг. до н.э. 

 Овидий 43 г. до н.э. -18 г. н.э.

 

Жизнь Замечательных Людей

Данте

 Боккаччо как последователь Петрарки 

 Бомарше

 Беранже

 Эмиль Золя

Сократ

Платон

Аристотель

Сенека

 

Алексей Константинович Толстой   Николай Семёнович Лесков  Александр Сергеевич Пушкин   Иван Сергеевич Тургенев   Николай Васильевич Гоголь   Владимир Иванович Даль   Антон Павлович Чехов   Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин   Иван Алексеевич Бунин    Сергей Тимофеевич Аксаков   Леонид Павлович Сабанеев   Исаак Эммануилович Бабель    Варлам Тихонович Шаламов  Александр Солженицын   Сергей Есенин   Михаил Булгаков   Борис Васильев   Артур Конан-Дойл

 

Розанов: «О писателях и писательстве»

Еще о графе Л. Н. Толстом и его учении о непротивлении злу

Два вида «правительства»

Граф Лев Николаевич Толстой

А.С. Пушкин

На границах поэзии и философии. Стихотворения Владимира Соловьева

Кое-что новое о Пушкине

Памяти Вл. Соловьева

М. Ю. Лермонтов (К 60-летию кончины)

Концы и начала, «божественное» и «демоническое», боги и демоны  (По поводу главного сюжета Лермонтова)

«Демон» Лермонтова и его древние родичи

Счастливый обладатель своих способностей

25-летие кончины Некрасова

Гоголь

О благодушии Некрасова

Ив. С. Тургенев (к 20-летию его смерти)

Среди иноязычных (Д. С. Мережковский)

Американизм и американцы

Литературные новинки

Писатель-художник и партия

Когда-то знаменитый роман

Мечта в щелку

Памяти Ф. М. Достоевского

Толстой и Достоевский об искусстве

На закате дней. К 55-летию литературной деятельности Л. Н. Толстого

На закате дней. Л. Толстой и быт

На закате дней. Л. Толстой и интеллигенция

Метерлинк

Некрасов в годы нашего ученичества

Л. Андреев и его «Тьма»

Автор «Балаганчика» о петербургских Религиозно-философских собраниях

Домик Лермонтова в Пятигорске

На книжном и литературном рынке (Арцыбашев)

На книжном и литературном рынке (Диккенс)

О памятнике И. С. Тургеневу

80-летие рождения гр. Л. Н. Толстого

Л. Н. Толстой

Толстой между великими мира

Великий мир сердца (Нечто о Л. Н. Толстом)

Поездка в Ясную Поляну

Литературные симулянты

Трагическое остроумие

Попы, жандармы и Блок

Загадки Гоголя

Гений формы (К 100-летию со дня рождения Гоголя)

Русь и Гоголь

Мережковский против «Вех» (Последнее Религиозно-философское собрание)

Один из певцов вечной «весны»

Магическая страница у Гоголя

Погребатели России

Куприн

Красота-властительница

Героическая личность

О письмах писателей

Амфитеатров

Полина Виардо и Тургенев

Бедные провинциалы...

В домике Гёте

Алексей Степанович Хомяков. К 50-летию со дня кончины его

Кончина Л. Н. Толстого

Толстой в литературе

Забытое возле Толстого...

А. П. Чехов

Не верьте беллетристам...

Одна из замечательных идей Достоевского

Новые события в литературе

И шутя, и серьезно...

В. Г. Белинский (К 100-летию со дня рождения)

Вековая годовщина

Неоценимый ум

Герцен

Чем нам дорог Достоевский? (К 30-летию со дня его кончины)

Загадочная любовь (Виардо и Тургенев)

Из житейских встреч. К. М. Фофанов

К 20-летию кончины К. Н. Леонтьева

Юбилейное издание Добролюбова

Трагедия механического творчества

Тема и Боккачио, и Сократа (О цензуре)

Ропшин и его новый роман

Амфитеатров и Ропшин-Савенков

Жан Жак Руссо

Густая книга

Споры около имени Белинского

Белинский и Достоевский

К 50-летию кончины Аполлона А. Григорьева

Пушкин и Лермонтов

Один из «стаи славной»

Ломоносов. Его личность и судьба

Новое исследование о Фете

Максим Горький и о чем у него «есть сомнения», а в чем он «глубоко убежден»...

Не в новых ли днях критики?

Г-н Н. Я. Абрамович об «Улице современной литературы»

«Святость» и «гений» в историческом творчестве

О Лермонтове

К кончине Пушкина (По поводу новой книги П. Е. Щеголева «Смерть Пушкина»)

К 25-летию кончины Ив. Алекс. Гончарова

О Константине Леонтьеве

Гоголь и Петрарка

С вершины тысячелетней пирамиды (Размышление о ходе русской литературы)

Апокалиптика русской литературы